Долгое лето.

      Дверь в комнату медленно открылась. Айзек медленно, стараясь не шуметь, и, по возможности,не показывать свое лицо, заглянул в комнату. Свет в комнате был выключен, шторы занавешены. Темнота будто бы опутала комнату густым и вязким туманом. Джесс можно было различить еле-еле. Она лежала, что-то делая в планшете. Холодный свет от дисплея освещал ее лицо, которое было, как Айзек подчеркнул, очень несвойственно такой девушке: вместо вечно улыбающейся и жизнерадостной, сейчас она была злобная и раздраженная. Ее глаза сейчас были слегка красноватыми, в них блестели маленькие бусинки-слезинки, которые скатывались одна за одной, оставляя на ее щеках еле заметные следы. Что-то точно случилось, но что именно? Виноват ли в этом Айзек? Вот это как раз то, чего он понять не мог. Айзек застыл на месте. — Джесс? — Неуверенно сказал он. Ответом ему было молчание. — Дже... — Хотел переспросить парень, но его перебило тихое и неуверенное: "Уходи". Голос ее дрожал, она едва сдерживалась, чтобы не дать волю слезам. — Что-то случилось? — Спросил парень, хоть и осознавал что вряд ли добьется ответов... по крайней мере, сейчас. — Ничего... просто ничего... а ты теперь уходи... — Сухо, делая паузу после каждого слова, ответила Джесс, и по её румяным щекам потекли маленькие слезинки. Она вся съежилась, и начинала тихонько всхлипывать. — Но... — Только и успел Сказать Айзек, как вдруг... — УХОДИ!!! — Пронзительно крикнула девушка и кинула в него планшет. — УХОДИ!!! — Теперь в него полетел уже телефон. — УХОДИ! — Теперь уже летело всё что попадалось под руку, перед тем как кинуть, она кричала пронзительное "Уходи", парню, не оставалось ничего, кроме как уйти, громко захлопнув дверь. Он прижался к стене, держа наверно чуть больше половины кинутых в него предметов. Но его это не особо волновало, ведь он находился в прострации и шоке. "Что это сейчас было?" Единственный вопрос, интересовавший его. Он никогда в жизни не видел Джесс такой злой, от таких мыслей его всё сильнее начинало мучать чувство того, что он в чем то виноват, но в чем именно он не понимал. Случайно глянув влево от себя, он заметили испуганно смотрящую на него Фриск. Хотя скорее смотрела она не на парня вовсе, а на дверь, ведущую в комнату. — Ч-что произошло? — Испуганно спросила Фриск, смотря на Айзека, он, выдержав небольшую паузу сказал: — Если бы я сам знал... — И расстроенно опустил голову вниз.

***

      Остаток дня проходил уныло, что в прямом, что в переносном смысле. Серая хандра опустилась даже на сам город плотным туманом, несмотря на то, что в городе дождя недели две не было. Стряпня не уследившей за ней Чарки убежала и сгорела, из-за чего она разозлилась и удалилась в свою комнату, погрузившись в какую-то кулинарную книгу. Хотя аппетит после случившегося так и эдак пропал у всех. Айзека не покидало постоянно растущее чувство несуществующей вины, Фриск и Санс предпринимали тщетные попытки поговорить со своей дочерью, но в ответ получали лишь молчание, либо невнятную, еле разборчивую речь, ни на какие уговоры она не шла.       Айзек сидел, погрузившись в свои мысли, абстрагировавшись от всего происходящего, его сейчас волновало лишь состояние Джесс. Ну вот что он такого мог сделать,что она настолько сильно злится на всех? Все эти догадки и глупые теории насчёт Джесс сводились на нет, и постепенно, поняв, что с ней разговаривать бесполезно, все единогласно решили, что ей нужно немного побыть одной. Аппетит, кстати, стал так или иначе появляться, а голод заявлять о себе. Осознавая, что остатки ужина в виде подгоревших макарон и мяса, отдаленно напоминающие котлеты, будут не очень вкусными, всеми единогласно было принято заказать пиццу, и посмотреть какой-нибудь фильм, дабы хоть немного забыть о сегодняшнем происшествии.       Вызволив Чару из комнаты, Азриэль уломал её идти с ним выбирать фильм, а Санс под предлогом "Да кто ж лучше меня в стряпне разбирается?" с Фриск пошли выбирать еду. Ну, в итоге, как всегда, Айзек остался один. Но сидел он недолго. Скоро из комнаты показались Чара и Азриэль. Они о чем-то увлечённо, но приглушённо беседовали, и, после того, как они перекинулись парой слов о незнакомом Айзеку... Подземелье, Чара изрекла молитву какому-то несуществующему богу, и они подошли к телевизору, вставив в него какой-то диск, видимо, с фильмом. Затем показались и Фриск с Сансом, веселые и довольные.       Фильмом оказался "классический" "Властелин Колец". Фриск, кстати, которой довелось прочитать всего Толкиена, недовольно бурчала по поводу расхождений фильма с книгой, чем вызывала смех у всех. "Нет! Тут Фродо был смелым!! Тут он разрубил Наз... На.. а, неважно, он разрубил ему плечо, а тут вот нет, я знаю!! Знаю!". А минут через двадцать после начала доставили еду: три коробки пиццы и пару бутылок колы (и кетчуп с хот-догами, конечно, куда ж без этого). В принципе, для сытного ужина и хорошего вечера хватит.       Прошел первый Час, и несмотря на время года, довольно быстро стемнело, и комната погрузилась во мрак, пробиваемый лишь светом экрана телевизора и еле видным отраженным светом от фонарей за окном.       Но вдруг из коридора донесся неожиданный шум открывающейся двери, и медленные, тихие шаги становились все ближе. В проёме коридора появился силуэт, силуэт Джесс, которая по ощущениям еле держалась на ногах.       Как только она двинулась ближе, стали проявляться черты её лица, нахмуренного, уставшего и красного от слез. Она с усилием проковыляла к дивану и негромко уселась, уставившись в экран телевизора. Она сидела отстраненно от всех, забившись в дальнюю часть дивана и глядела то на экран, то себе на ноги, промеж которых крепко скрепила руки.       Через неопределенный, но не очень длинный промежуток времени, девушка стала легонько пододвигаться ближе к Айзеку, а когда расстояние было всего сантиметров, аккуратно положила голову ему на плечо, и сдерживаясь из последних сил, чтобы не заплакать, произнесла еле слышное "Прости". - М...мне т-так сты... — Её речь прервала мягкая рука, легонько приобнявшая девушку за талию. Она решила, что лучше просто помолчит, поэтому, двинувшись ещё чуточку ближе, приобняла Айзека в ответ и легонько улыбнулась...

***

Фильм подходил к концу, Чара, Фриск и Джесс уже глубоко спали, а парни, кроме Айзека, уже находились в полудреме, так и норовясь вырубится в любой момент. Пицца была съедена, а газировка почти вся выпита, и, не считая дневного и почти-занявшего-весь-вечер инцидента, день окончился очень даже. Ловко подхватив Джесс на руки и прижав к груди, Айзек понес её в комнату, ну не на диване же ей спать, верно? -- ...Айзии... — Спросонья простонала Джесс, крепче прижимаясь к его груди., но мягкие объятия монстра, вновь усыпили её. Квартира погрузилась в тишину, изредка нарушаемой машинами за окном, напоминающими сверчков. Гигантских серых железных сверчков с горящими глазами-фарами. Их размеренное ночное трение и успокаивающий свет усыпляли и расслабляли. Но и их становилось все меньше. Квартира погрузилась в тишину. На этот раз окончательно.