Долгое лето.

      Девушка ещё несколько минут не могла прийти в себя. Тяжело дыша и удовлетворённо постанывая, она лежала с закрытыми глазами. Парень тоже был немного не в себе, он, так же, как и Джесс, тяжело дыша, замер в одном положении, навалившись на девушку всем своим телом. А она и не пыталась освободиться из его плена. Спустя некоторое время, Айзек смог различить в стонах Джесс относительно внятную речь: — А-а-ах... О.. О Г-господи.. Ах!. Н-неужели это - не сон? Г-господи, это п-правда? — Говорила она. — Айзек, п-пожалуйста.. уф!.. пожалуйста, скажи, что я.. я т-тебе ещё нравлюсь... П-прошу, Господи.. Айзек прижался к ней ещё сильнее и прошептал на ухо тихо-тихо: — Н-нет, Джесс, это не сон, я люблю тебя. Люблю тебя больше всего на свете. Вскоре послышались всхлипывания. Парень приоткрыл глаза. Блестящие слёзы скатывались с щёк девушки. Она плакала. Плакала, но улыбалась. Айзек испугался. Он вскочил с дивана, словно поражённый, и вскрикнул: — Д-джесс, я тебя обидел?! П-прости, прости, пожалуйста, не плачь, скажи мне.. — *всхлип* Р-разве я м-могу ещё о чём-то мечтать?.. — осекла его Джессика. — П-пожалуйста, в-вернись ко мне. Я х-хочу... *всхлип* хочу чувствовать тебя рядом с собой... Девушка потянула руки куда-то вверх, пытаясь с закрытыми глазами нащупать Айзека. Тот покорно лёг рядом с ней, опять приобнял и прижал к себе. Джесс уткнулась носом ему в грудь. Слёзы её счастья пропитывали одежду парня. Так они и лежали.       Может быть, прошло несколько минут, может, часов, а может и десятилетий, за которые род людской исчез с лица Земли. Ни Айзек, ни Джессика не считали времени. Парень готов был вечно быть с той, которая беззаветно и, что главное, взаимно его любит и сейчас уткнулась ему в грудь носом. Девушка бы всё отдала, чтобы ещё полежать с тем, кого она почти боготворила, а сейчас ещё и узнала, что это было взаимно. Они не думали ни о чём: ни о родителях, которые бы возможно вовсе не одобрили их взаимоотношения, ни о том, что было уже почти за полдень (к их счастью, ни один из родителей ещё не проснулся). Но постепенно их экстаз начал уступать место обыкновенному, чуть более приглушённому восторгу. Первой из состояния эйфории вышла Джессика. Она приподнялась. Глаза её были мокрыми, но всё же светились от счастья. Айзек тоже открыл глаза и с улыбкой посмотрел на девушку. — Думаю, нам пора, так сказать, вставать. Эх! — усмехнувшись, сказал парень. — И всё же... Я... Я до сих пор не могу поверить... — промолвила Джесс. — Похоже, тебе придётся. Это правда, Джесс. — ответил Айзек и, наклонившись, поцеловал девушку ещё раз. На этот раз она очень смутилась и, покраснев, опустила взгляд. — З..Знаешь, что, Айзек! Если это и так, то это не значит, что ты можешь целовать или делать со мной всё другое, что тебе вздумается! — рассерженно сказала Джесс. — Ладно, ладно, больше не буду, честное скаутское!.. пионерское!.. полумонстрское!. А, ладно, ты поняла, да? — ответил тот. Немного подождав, Айзек спросил: — Кстати у меня вопрос: Что мы будем сейчас делать? А то я хочу предложить тебе кое-что... — многозначительно добавил парень и уставился на девушку. Джесс не стала предлагать свои варианты и вопросительно посмотрела на Айзека. — Тебе понравится, я знаю! Знаешь, я же вчера гулял долго, пока ты капризничала... — НЕ НАДО МНЕ ОБ ЭТОМ НАПОМИНАТЬ!!! — внезапно вскрикнула девушка, замахнувшись на парня первым попавшимся под руку предметом. — Ой! Я не хотел! Прости! — сказал он. Парень хотел броситься к Джесс в объятия, но вовремя одумался. — Фух.. Л-ладно, это ты извини, какая-то я нервная в последнее стала. Т-ты же простишь? — спросила она — Давай я продолжу, хорошо? Так вот, я изучил почти весь город тогда! Хочешь, мы сейчас сходим погулять, я покажу тебе красивые места, или возьму фотоаппарат тебя пофоткать? Я неплохо фотографирую! Девушка оживилась. "А давай!", — воскликнула она. И опять, всего за пару скачков Айзек достигнул прихожей, спешно надел куртку (потом помог облачиться Джесс) и выскочил на улицу.