Розовый Слон.

Зачем мне розовый слон? Уверена, знаю вполне, Объективно со всех сторон, Абсолютно не нужен мне. Но он ходит за мной всё время, И уже надоел мне страшно. Ведь люблю я других зверей, Чёрных и камуфляжных. Это Настя Кисегач, ученица московского мед. института: чёрные косички, серо-зелёные глаза, юбка до колен, белоснежная блузка с высоким воротником и галстук, идеально дополняющий образ строгой отличницы. Она староста, прилежная ученица, девушка из интеллигентной семьи. Будни или выходные – для неё не имеет значения: она каждый божий день учит то, что в будущем, как ей кажется, непременно поможет в нелёгкой работе врача. А в соседнем здании общежития обитает Андрей Быков – самая яркая и бесшабашная личность на всём их курсе. Да что там, на курсе – во всём институте! И славится он не своими глубокими знаниями в области медицины, а неподражаемой крутостью и бесчисленным количеством девушек, побывавших в его постели. И все те барышни, что откидывались на его простыне в полном экстазе, были, безусловно, страстными красавицами. Но Быкова они совершенно не интересовали как постоянные партнёрши. Они были игрушками на одну ночь. Андрей уже столько перебрал девушек в поиске “той самой”, что совсем позабыл значение слов “постоянные отношения”. И вот, в один день, который для них обоих ничем не отличался от остальных, он обратил внимание на отличницу Кисегач, сидевшую в среднем ряду… Лекции кончились. Настя сидела в своей комнатушке общежития за столом перед открытым окном и строчила очередной доклад. Внезапно, на улице послышался какой-то шум. Занятая своей работой, Кисегач не обратила на это никакого внимания, но, когда посторонние звуки стали приближаться к ней, она невольно подняла голову и вскрикнула: перед её лицом красовался сидящий на подоконнике Быков, державший в зубах какие-то сорняки Девушка оторопела от такого зрелища и не могла вымолвить ни слова. Наконец, парень нарушил тишину: он вытащил изо рта растения, выплюнув попавшую грязь, отдышался и театрально изрёк: — Настя! Давай встречаться? – Андрей протянул Насте те самые сорняки. Это были одуванчики и ещё какие-то цветы, росшие рядом со зданием. Кисегач оценивающе посмотрела на всю эту картину. Она приняла скромный букет Быкова, который расплылся в довольной улыбке, но Настя расстроила все его ожидания: — Быков, цветы я, конечно, возьму, но встречаться с тобой не буду, – и снова староста склонила голову над своим докладом, быстро заполняя белый лист синими чернилами. Разочарованный Андрей всё же не растерялся: — Чой-то, Кисегач?! Ещё как будешь! Удивлённая Настя подняла голову, но Быкова на подоконнике уже не было, правда, за окном опять послышался какой-то шум, а вслед за ним – грохот и пара нецензурных выражений. Всю следующую неделю Андрей Быков ходил за Настей Кисегач по пятам: поджидал её у комнаты, у кабинета, в столовой – везде, где только можно! Девушка уже не знала, куда от него деться. Даже в женском туалете от него не было спасения, так как никого из девушек не смущало появление Андрея в нём. У него был так называемый VIP-пропуск. Быков совершенно не интересовал тихоню Кисегач. Он был хамом, пошляком и менял партнёрш, как перчатки, а Насте был нужен другой. Такой, который заботился бы о ней, который поддерживал бы её и разделял её мнение и интересы. Но главное – ни на кого бы её не променял. И всё это длилось день за днём… Ни к чему мне розовый слон, Но жалко его прогнать. И к тому, что всегда мы вдвоём Стала я привыкать. Уже беспокоюсь о нём, Он со мной на каждом шагу. В жизнь мою влился розовый слон, Я уже без него не могу. Был тёплый весенний вечер. Настенька сидела в тени на скамейке в своём зелёном платьице и читала книгу. Жизнь в парке рядом с общежитиями так и кипела: наверное, кроме Насти, не было ни одной девушки, которая не держала бы за руку своего спутника или, по крайней мере, не шла бы с ним очень близко. Кто-то шептал нежности на ушко, кто-то играл в догонялки и смеялся, а кто-то просто молчал и наслаждался присутствием любимого человека. Кисегач ни сколько не смущало её положение. Она до сих пор была уверена, что в её жизни появится более достойный человек, нежели Быков… Неожиданно за её спиной послышались шаги, и она обернулась, уже догадываясь, кто бы это мог быть. И не прогадала – перед ней стоял Андрей. Она выдохнула, смирившись с тем, что и этот вечер не обойдётся без назойливого Быкова, и, закрыв книгу, встала со скамейки и бессильно проговорила: — Ну, чего ты хочешь? – она беспомощно развела руками. — Просто погулять с тобой хотел, – Андрей вложил руки в карманы и смотрел в землю. Не от смущения, а скорее от безысходности: он уже перепробовал все методы, которые успешно действовали, если он пытался привлечь какую-то красавицу. Но Настя была не такой, как все, и именно это её качество ещё больше возбуждало у Андрея интерес к ней. — Ладно, так уж и быть, пошли, — после этих слов Быков оживлённо вскинул голову и посмотрел на Настю, как будто уже не надеялся на её согласие. – Ну? Мы идём? – Кисегач, заметив, что Андрей затормозил, стала подгонять его. Они сильно отличались от всех пар, шагавших мимо них в этот вечер. Не держались за руки, не улыбались и не смотрели загадочно друг другу в глаза. Просто молча шли. Если бы не короткое расстояние между ними, можно было бы вообще подумать, что эти молодые люди ничем не связаны друг с другом. Неожиданно Настя остановилась, как вкопанная и широко раскрыв глаза, воскликнула: — Боже, я же обещала сегодня вечером занести преподавателю свой доклад! Мне срочно нужно бежать домой… — Настя уже развернулась и приготовилась сделать резкий шаг вперёд, но рука Андрея задержала её, ухватив за локоть: — Настюха, чё ты так паришься-то? — Как мне не париться? Я же пешком пока отсюда дойду до института, то он уйдёт уже! Боже… — Кисегач делала из мухи слона, в конце концов, преподаватель и так там сидел не из-за её доклада. Но Настя же староста, сама ответственность. Забыть для неё что-то – настоящая трагедия. Девушка посмотрела в сторону, в надежде увидеть Быкова, размышляющего над её проблемой и пытающегося хоть что-то делать. Но вместо этого она увидела Быкова, уже решившего её проблему. Он перебежал через газон, отделявший дорожку для пешеходов от дороги, где редко проезжали машины и байкеры. Андрей восседал на каком-то мотоцикле, хозяин которого очевидно стоял неподалёку и разговаривал со своим другом. — Настя! – прошипел Андрей. Девушка осуждающе уставилась на парня. Быков сделал жест рукой, означавший, чтобы она как можно скорее подошла к нему и села сзади. Настя послушалась и примостилась сзади на неудобном сиденье. Шлем был только один, но Андрей не боялся кататься без него и поэтому отдал его девушке. Только Быков завёл мотоцикл, как его владелец ринулся в их сторону в попытке остановить их, но не успел и на прощение услышал лишь слова, сказанные Быковым: — Мы вернём его! Настя была в полном ужасе. Она ещё ни разу не каталась на мотоцикле, а теперь она мчалась на нём вместе с человеком, которому никогда в жизни ничего бы не доверила. Они остановились рядом с общежитием. Кисегач спрыгнула и быстро убежала за докладом. Найдя на столе нужную папку, Настя кинулась обратно и, несясь по коридору, чуть не сбила проходящих мимо девушек. Наконец, они были в институте. Быков пошёл вместе с Настей и, дойдя до нужного помещения, остановился и решил подождать её в коридоре. Девушка вручила свою работу, перед этим миллионы раз извинившись и покраснев, как помидор. Она вышла из кабинета и посмотрела на Андрея: — Ну, что? Поедем вместе в парк и вернём этому несчастному мотоцикл или по домам? – в её голосе уже не было прежних ноток раздражения и холода, с которым она обычно отвечала Быкову. Он почувствовал это, но ничего ей не ответил. – Так что? – Кисегач повторила свой вопрос, когда они находились рядом с процедурным кабинетом в нескольких метрах от выхода. Андрею не хотелось, чтобы этот день заканчивался, и старался быть рядом с Настей, как можно дольше, чтобы, наконец, дойти до цели, которую он поставил перед собой. Неожиданно он обхватил лицо девушки руками и поцеловал. Кисегач настолько оторопела от такого “ответа” на свой вопрос, что даже не сообразила оттолкнуть от себя Быкова, что сделала бы, если бы её заранее предупредили о таком повороте событий. Руки не слушались её разума, они добровольно легли на шею Андрея, а губы продолжали его целовать. Быков, не отрываясь от Насти, толкнул дверь в процедурку – удача. Она была не закрытой. Сюда бы уже никто не вошёл вечером, поэтому место было идеальным для уединения. Быков быстро справился с пуговицами на платье девушки и со своей одеждой. Через несколько секунд оба вновь не могли оторваться друг от друга, покрывая щёки, шею и плечи поцелуями… Андрей, тяжело дыша, бессильно упал на мокрую и разгорячённую Настю, которая тоже пыталась отдышаться, но из-за навалившегося на неё Быкова у неё едва получалось вдохнуть охлаждающий воздух. Наконец, дыхание выровнялось. — Ну, так теперь ты будешь со мной встречаться? – так некстати прозвучал этот вопрос, но именно сейчас можно было бы рассчитывать на что-то от Кисегач. Быков, ненавидевший болтовню после секса, всё же не стал упускать шанса, добиться от Насти положительного ответа. Девушка лишь устало посмотрела на него и тяжело выдохнула. Через некоторое время, Настя стояла перед дверью в подъезд общежития, смотря в глаза Быкову. Они молчали. Молчали в парке, молчали в процедурной. Молчали и по дороге домой, потому что шум мотора заглушал все звуки. Внезапно, Андрей громко заговорил: — Настя, блин! Так мы встречаемся, или нет?! – Кисегач аж подскочила от такой неожиданности. Она видела, что он уже порядком злится, и поэтому не ответить она не могла. Сейчас перед девушкой стоял вопрос вроде “Быть или не быть?”. Быков был ей явно не парой. Они были слишком разными. Слишком. Но не этот факт заставил Настю принять решение. Именно с ним она гуляла, именно с ним она каталась первый раз на мотоцикле, не боясь разбиться, именно его, хама, которого она просто терпеть уже не могла в последние дни, она так горячо целовала. — Да, Андрей. Теперь мы встречаемся, – Быков на прощание поцеловал девушку в губы и направился к мотоциклу, который ему ещё предстояло вернуть хозяину. “Наверное ждёт там, бедняга.” – думала Кисегач. Теперь она встречается с главным бабником всея мед.института. Но почему бы и нет? Почему бы ей не начать доверять людям? Может быть, этот Быков и не такой ужасный, каким она его себе мнила? За этот месяц она успела привыкнуть к постоянному вниманию Андрея и, может быть, даже привязалась к этому парню. О нет, Быков оказался ещё ужаснее, чем себе представляла бедная староста! На следующий же день после случившегося, Настя проснулась в необычайно хорошем настроении. У неё не болела голова, как после долгой зубрёжки, и это заставило её насторожиться. — О, ужас! – воскликнула девушка, прижимая руки к губам, вспомнив про вчерашний день. Но тут же успокоилась, воображая, что теперь у неё есть близкий ей человек, пусть это даже сам Андрей Быков. Она бодро вскочила с постели, быстро привела себя в порядок, оделась, схватила сумку и умчалась на лекции. Кисегач уверенно шла по коридору института. Вдруг она заметила знакомую фигуру в конце коридора, и на её лице заиграла радостная улыбка. Она ускорила шаг, но тут же остановилась, ошарашенная увиденным. Быков стоял с какой-то рыжей девицей, нежно обнимая её за талию. Они стояли и смеялись вместе с какими-то друзьями. Настины губы задрожали и на глазах выступили слёзы. . Она отвернулась и убежала прочь. Андрей, заметил её. Он оставил своих друзей и рыженькую спутницу, сославшись на то, что что-то забыл в общежитии, и побежал за Настей. Мечась по коридорам института, они нигде не мог найти Кисегач. Наконец, он решил проверить общежитие. Поднимаясь по узкой лестнице, он столкнулся с какой-то девушкой, которая за его неосторожность назвала его растяпой. Наконец, он дошёл до нужной комнаты. В коридоре было пусто, и через дверь были слышны жалостливые всхлипывания. Быков осторожно толкнул дверь и улицезрел следующее: теперь казавшаяся такой маленькой, Настя лежала, свернувшись, как котёнок, на своей узкой кровати, стоявшей возле стены, и, всхлипывая, размазывала потёкшую тушь на своём лице. Увидев Андрея, она тут же замолчала и уставилась на него, как на приведение. — Нас… — заговорил парень, но Кисегач его прервала. — Чего тебе надо? Убирайся к своей этой рыжей! Видела я, как ты её обнимал! А всё ко мне клеился, мол, давай встречаться, давай встречаться! Убирайся отсюда, видеть тебя не хочу! Небось, домой вернулся и галочку в блокноте рядом с моим именем поставил! И не подходи ко мне даже, слышишь? Да что ты вообще… да не… — Настя не успела закончить свою грозную тираду, как Андрей залез на кровать и, сев перед ней, прижавшейся спиной к стенке, обнял её и, чтобы заткнуть её хотя бы на пару секунд, поцеловал её. Всё повторилось. Они снова лежали без одежды, мокрые, и обжигали друг друга своими прикосновениями, вслушиваясь в ритм биения сердца. Быков не думал, что когда-нибудь ему придётся возвращаться. Возвращаться к той девушке, с которой он уже когда-то лежал в постели. Но почему-то с Настей его это нисколько не напрягло. Андрей считал, что секс с одной и той же – это скука, но почему-то Кисегач не была подтверждением этой его теории, хотя было у них всего лишь два раза. Но и этого хватило Быкову, чтобы понять – Настя та самая. — Блин, мы опоздали! – протянула девушка, взглянув на часы, стоявшие на столе. – Всё из-за тебя… — она укоризненно посмотрела на парня, довольно и загадочно улыбавшегося. – Чего-то улыбаешься-то? И вообще, зачем ты вернулся ко мне?! — в её голосе была заложена обида. — Ну, мы же с тобой встречаемся! – Андрей ответил, все так же смотря куда-то в потолок. Затем он перевёл свой взгляд на Настю и, нахмурив брови, выдал то, чего она явно не ожидала. – А ты, Настюха, ожидала, что так просто отмажешься от меня? – Настя удивлённо смотрела в его голубые глаза. Наконец, они оба дружно рассмеялись. Настя опустила голову Быкову на грудь, а он положил свою руку ей на спину. — И всё-таки, ты такая скотина, Быков! – вырвалось у девушки. — А чего ты от меня ожидала? Ты же знала, что я такой! Ох, эти женщины… — Андрей, но мы же теперь встречаемся, – Кисегач говорила серьёзно. — Ну, да… — Быков задумчиво протянул, догадываясь, что с этой женщиной его теперь свяжет многое, и что так просто уйти ему от неё не удастся. Но размышления его длились не долго. — Так ко второй паре не пойдём? — Ну… нет, – в Насте заговорила отличница, но женщина, которая сейчас лежала с Андреем оказалась сильнее, и Кисегач решила сегодня никуда не ходить. — Вау! Настя, это ты?! — Ну, а что? Я скажу, что заболела, а тебя и так уже привыкли не брать в расчёт… — Настя прикрыла глаза и полностью расслабилась, лёжа в объятьях Андрея, который опять пустился в свои размышления… Прошло несколько лет, а за это время с такой парой, как эта, может случится всё, что угодно! Конечно же, Быков совершенно забил на то, что они “встречаются”, периодически изменял Насте, но снова и снова возвращаясь к ней. Это стало уже привычным делом для них, и называлось это дело “Наши отношения”. Вскоре Андрею надоело бегать по однокурсницам. Ему уже не доставляла никакого удовольствия частая смена партнёрш. Они все были глупыми и однообразными. Они с Настей стали обычной студенческой парой, если конечно можно так назвать людей, которые даже не знают, любят ли они друг друга, и что самое главное – никогда не признававшихся друг другу в своих чувствах. И как только стал нужен мне он, Неотъемлем, необходим, почему-то стал розовый слон Замкнут и нелюдим. Не стремится розовый слон Быть со мной каждую минуту, Как-то странно он отстранён, избегает меня почему-то. Зимний вечер. За окном воет вьюга, гигантские хлопья-снежинки танцуют при свете фонаря, стоящего рядом с домом, небольшую квартирку в котором сняли Настя и Андрей. В ней была всего лишь одна комната, маленькая кухня и туалет с ванной, но и этого паре было достаточно. Главное – это уверенность в том, что никто не будет стучаться каждый день в твою комнату, чтобы одолжить электрический чайник, как это было в общежитии. На занятия они ходили пешком, несмотря на то, что место жительства находилось не так уж и близко к институту. Просто им очень нравились утренние прогулки, да и потом Быков никогда не упускал возможности толкнуть Кисегач в сугроб, после чего она долго на него кричала и ругала за то, что теперь она придёт на занятия мокрая. Иногда, возвращаясь, они лепили снеговиков и кидались снежками, а маленькие дети, вышедшие погулять, восхищённо смотрели на Андрея, который так метко и быстро атаковал Настю, и жалели девушку, которая не могла отбиться от всех его нападений и в конечном итоге падала на снег. Сейчас Настя сидела за столом и готовилась к предстоящему экзамену. Тему она знала хорошо и просто закрепляла выученное. Наконец, устав, она откинулась на спинку стула и запрокинула вверх голову, уставившись в потолок: Андрея не было дома. Девушка хорошо знала, что иногда он уходил в общежитие, чтобы выпить с друзьями, и мог подолгу не возвращаться, но его не было уже третий день. Кисегач успела позвонить почти что всем его друзьям, заходила к некоторым из них, чтобы самой убедиться в том, что Быкова у них нет, но он как сквозь землю провалился. Звонила даже в больницы, но и там его не было. В конце концов, Настя просто решила подождать, пока он вернётся, и села за учёбу, чтобы не терять даром времени. Хорошо, что она ещё раньше вызубрила эту тему, потому что сейчас все эти медицинские термины просто не укладывались у неё в голове: она переживала за Андрея. “Где он? Что с ним? Почему его нет так долго?” – все эти вопросы крутились в Настиной голове и не давали ей покоя. Она встала из-за стола и пошла на кухню, чтобы налить себе зелёного чаю. Внезапно в дверь позвонили. Кисегач, привыкшая за эти три дня к абсолютной тишине в их доме, от неожиданности дёрнулась и разлила чай. На её счастье, он был не очень горячим. Девушка осторожно подошла к двери, но, как только посмотрела в глазок, стала судорожно искать ключи на полке и только с четвёртой попытки вставила его в замочную скважину. Дверь открылась. На пороге стоял Быков. Трезвый Быков. Трезвый и не покалеченный Быков. Настя впустила его домой, закрыла дверь и, не дав ему снять с себя верхнюю одежду, крепко обняла и стала расспрашивать. — Андрей, ну, где же ты был? Ты знаешь, что я волновалась сильно?! Почему ты меня ни о чём не предупредил?! И… — Кисегач осеклась. От Быкова не пахло перегаром, но всё же задавать вопрос: “Что же ты делал, раз не пил?” – было бы не очень тактично. — Я просто рада, что ты здесь, — девушка нежно поцеловала его в губы. Андрей нехотя ответил на поцелуй. Прошёл примерно час. Кисегач и Быков лежали на кровати. После секса Андрей тут же отвернулся спиной к Насте и заснул, что немного её насторожило, но девушка попыталась списать это всё на усталость и решила, что завтра устроит ему допрос насчёт того, где он был. За весь вечер Быков не сказал ей почти что ни слова, за исключением “да”, “нет” и “я тебя тоже”. Ни разу не подшутил над Настей, не назвал её змеёй или мышкой, а хриплый смех, который Кисегач слышала почти каждый день в этой квартире, словно никогда и не звучал здесь. Всё было как-то не так… Для меня это страшная драма – его нет со мной целый миг. Тут приходит мне телеграмма, Слон нашёл хозяев других. Как же мне это всё пережить, Я умру, я сойду с ума. Как вернуть мне или как забыть розового слона? Настя всегда просыпалась раньше Андрея, вставала, умывалась, а потом ещё и будила его, но сегодняшним утром она не застала его в постели. Спросонья девушка испугалась, что вчерашнее возвращение Быкова было лишь сном, но, посмотрев в сторону балкона, она облегчённо вздохнула, и в то же время ей стало не по себе – Андрей никогда не вставал так рано и уж тем более никогда не курил без Насти. Кисегач тихонько встала, накинула лёгкий халатик и вышла на балкон. Быков продолжал неподвижно стоять. Тогда Настя положила руку ему на плечо и поцеловала его в щёку. — Андрей, что-то случилось? – боясь нарушить молчание, спросила девушка. Быков повернул голову в её сторону, это придало Насте немного смелости. – Ты всегда можешь мне всё рассказать, я же люблю тебя, я пойму всё… — Настя, я ухожу, — Быков внезапно перебил девушку своим резким заявлением. Она была в ступоре и смотрела на него таким взглядом, словно чего-то не расслышала. У неё было такое чувство, что его слова – галлюцинация. – Я ухожу, — он повторил ещё раз. — Как… куда уходишь? – Кисегач всё ещё не понимала, что происходит. Она развернулась в сторону Андрея, который прошёл в комнату, и, войдя за ним, закрыла дверь. — Вот так! Совсем я ухожу, — Быков повышал голос и старательно отводил взгляд, но Кисегач всё же пыталась посмотреть ему в лицо. — Да объясни ты мне, куда совсем?! – Настя сорвалась на крик, не желая вникать в суть этих слов, которые были как гром среди ясного неба для неё. — Я ухожу от тебя, Кисегач! Я… женюсь, — Быков выпалил на одном дыхании эту фразу и тут же отвернулся от Насти, вцепившись в голову руками. Увидев его выражение лица, каждый смог бы понять, что сказать это удалось ему с большим трудом. На лице выражалось такое страдание, будто в него вонзили сотни иголок одновременно. Настя, ошарашенная новостью, стояла с открытым ртом, не в силах выговорить ни слова. Она попыталась что-то сказать, но тут же запнулась и, в конце концов, рухнула на диван, закрыв лицо руками. Они оба не знали, что им теперь делать. Андрей сказал всё, что от него требовалось. Настю же мучил вопрос о том, почему они встречаются уже так долго, и тут он берёт и просто так на ком-то жениться! Девушка не стала ждать подходящего случая. Она взяла себя в руки и спросила: — Андрей, как это получилось? — Случайно, – холодно отозвался парень. — Что значит “случайно”? — У неё… ребёнок от меня, – Быков обречённо опустил голову вниз, сев рядом с Настей. Кисегач была в шоке. Она, будучи разумной девушкой, прекрасно понимала, что все его похождения по девчонкам до добра не доведут, но всё-таки он же знает про контрацепцию, он знает, что хотя бы на крайний случай партнёрша должна принимать противозачаточные! Как так? Как?! На этот вопрос не было ответа… — Настя, я не знаю, как это получилось, — заметив неловкое молчание девушки и, видимо, догадавшись о том, какой вопрос она хотела ему задать, Андрей начал оправдываться. – Она мне клялась, что принимает таблетки. Блин, да она меня, наверное, целый день в этом уверяла! – Быкову было ужасно стыдно перед Настей. — Андрей, всё в порядке, — тихо и совершенно спокойно ответила Кисегач. – Наверное, она тебя сильно любила и знала, что только если у неё будет ребёнок от тебя, то… — Настя, блин! Да как так вообще можно?! Я с ума сойду сейчас! Ещё эти правила её дурацкие, типа если она от меня залетела, то я должен на ней жениться! Но я же, скотина, так и сделаю… Настя, прости. — Всё в порядке. Ты должен так поступить, потому что это сделал ты, и ты обязан за это отвечать. Я понимаю. — Вот и отлично. Я должен буду завтра уехать к ней в Питер. Позавчера мы подали документы в ЗАГС, – Андрей спешил переменить тему, но, похоже, нашёл не очень удачную замену предыдущей. — Теперь ясно, почему ты всё это время не отвечал мне. Боялся, что она всё узнает? – Настя грустно улыбнулась. – Кстати, а зачем ты вернулся? — Ну… мне просто нужно было забрать все вещи. Не могу же я там ходить в одной и той же майке! – по правде, дело было совсем не в одежде. Быкову было безумно грустно бросать Настю, и сбежать просто так, не извинившись и даже не попрощавшись, он был не в силах. Настя стала для него чем-то большим, чем просто девушкой, с которой он встречается и даже живёт вместе. Он просто не мог поверить, что больше не увидит её. Не будет больше бессонных ночей, жарких поцелуев, валяний в снегу… Всё останется в прошлом. Хорошо ещё, если всё забудется. А что, если нет? Если он так и будет мучиться, думая о ней каждый день?.. — А как же учёба? – Кисегач перебила мысли Андрея, стараясь хоть как-то разогнать всю неловкость ситуации. — Я продолжу учиться там же. Всё уже спланировано, — он показательно закатил глаза. Воцарилась абсолютная тишина. — Как её зовут-то?.. Утро следующего дня. Настя проснулась в надежде, что Быков ещё не уехал, и она попрощается с ним, расскажет ему обо всём, что чувствовала к нему все эти годы, скажет о том, как сильно она его любила, но его уже не было. Девушка прошла в коридор и заметила связку ключей, лежавшую на тумбочке. Она раньше принадлежала Андрею, а теперь… теперь она ничья. Быкова больше нет в её жизни. Как-то всё странно получилось, хотя чего можно было ждать от этого безрассудного и самовлюблённого типа? Хорошо, что он хотя бы за вещами приехал. Кисегач прошла в комнату и села на кровать. Внезапно к горлу подступил комок, и она, упав на постель, разрыдалась. Они больше не вместе, не встречаются. Раньше Настя иногда ловила себя на мысли, что, судя по тому, что Быков с ней уже года два с лишним встречается, то он явно принадлежит ей. Она в шутку так говорила себе, но только сейчас осознала, что Андрей никогда ей не “принадлежал”. Он всё это время был “собственностью” другой женщины, и от этой мысли девушке было безумно обидно. Несколько лет назад она бы и подумать не могла, что будет так страдать от расставания с Быковым, при мысли о котором в тот момент она просто отвращено фыркала и закатывала глаза. А теперь он уехал в Питер. Каждый должен об этом знать, Так устроена жизнь. Если хочешь что-нибудь потерять — привяжись. И как только поверишь в Эдем, благодать Всё разрушит удар судьбы. Если хочешь что-нибудь потерять — полюби. *** Чтоб не плакать и не скорбить, И любых избежать потерь, Никогда никого не люби, Никогда никому не верь. Но сама я так вряд ли смогу, Скоро новая будет весна, И опять я себе найду Какого-нибудь слона. Настя сидела за партой, выжидая начала лекции, и смотрела в окно, разглядывая дерево, стоявшее напротив. Оно ещё не могло похвастаться своим великолепным зелёным нарядом, но уже намекало на приход весны. — Настя, Настя! Ты знаешь, — подскочившая к Кисегач девушка слегка напугала её своей внезапностью, — мы с Мишей завтра идём в какой-то ресторан, ну, я не знаю в какой, он меня пригласил… короче, помнишь, у меня такое платье есть сиреневое? — И тебе привет, Ирочка, — девушка отвернулась от окна, которое загородила ей подруга. — Ах, да-да, извини, зай! Так помнишь моё платье? — Да, конечно. Ты на «Огонёк» в нём приходила, — Настя старалась как можно внимательнее относиться к своей собеседнице, но на самом деле её совершенно не интересовала проблема гардероба её подружки. — Да-да-да, точно-точно! Так вот, мне нужен твой совет на счёт того, стоит ли вообще его надевать, его же трудно расстёгивать, ну ты понимаешь! – Ира хихикнула, стараясь донести до подруги смысл своей шутки. Вообще, она и не собиралась надевать это платье. Подругу волновало Настино состояние, ведь она целыми днями смотрела в это самое окно, наблюдая за меняющейся погодой, и чтобы хоть как-то её отвлечь, девушка решила занять её типичными женскими разговорчиками. — Ах, да! Как мне себя вести с ним? Ну, улыбка, речь… может мне не стоит волосы накручивать на пальцы, а? Ну, Настюша! Ты же мастер во всяких жестах! Ты ведь укротила самого дикого хищника нашего института! – Ирочка дёрнула рукой, как кошечка, и по-дурацки захихикала. Она и представить себе не могла, как больно уколола подругу. Заметив её хмурый взгляд, который был направлен куда-то вниз, девушка поспешила оставить Настю. – Ладно, я пойду ещё у кого-нибудь спрошу! – она скорчила что-то наподобие улыбки и умчалась к остальным девчонкам, что-то бурно обсуждавшим в коридоре. Кисегач снова уставилась в окно. Все эти бабские разговорчики она терпеть не могла по одной очень весомой причине – парни. Девушки всё время говорили о парнях, о кинозвёздах, об их фигурах, голосе и каких-то “мудрых” изречениях, но, слушая их рассказы о своих идеалах, Настя представляла лишь Быкова. Она тёрла лицо руками, глубоко вздыхала и удалялась в свою комнату, а подруги недоуменно смотрели ей вслед и между собой пытались выяснить, что же происходит с их отличницей, ведь, по их мнению, разговоры о звёздах всегда поднимали настроение в случае расставания. После неудачного опыта Кисегач старалась избегать подобных разговоров и всячески пыталась забыть Андрея. И вот сейчас она сидела совсем одна в кабинете. У неё, наверное, единственной из всей группы не было парня или хотя бы человека, который бы нравился ей. Всё вернулось к тому, с чего и начиналось: она примерная ученица, тихоня, не имеет никаких связей с противоположным полом и иногда помогает отстающим, то есть даёт им списать. Занятия кончились. На улице шёл проливной дождь, а Кисегач, как назло, забыла в спешке свой зонт. Она критично посмотрела на поток воды, льющийся с неба, и, как бы подытоживая, произнесла: — Да… путь до дома обещает быть весёленьким. “Или остаться здесь и подождать, пока закончиться? – уже про себя добавила девушка. – А, будь, что будет»! — и Кисегач рванула вперёд, но, только она пробежала несколько метров, как в небе послышался удар грома, что заставило её вскрикнуть, и она, увидев какое-то кафе, тут же метнулась в его сторону. Девушка хотела было протянуть руку к дверце, чтобы открыть её, но дверь подалась в её сторону, заставив сделать резкий шаг назад, и из здания вышел юноша лет двадцати пяти. Смуглый, тёмноволосый и с большими карими глазами. Он, видно, куда-то спешил и не обратил внимания на Настю, но, только он сбежал со ступенек, как тут же остановился и посмотрел на Кисегач. — Ой, простите, я вас не заметил! – незнакомец подошёл к девушке и смущённо улыбнулся. — Да, н-нет, н-ничего… — Настя почувствовала себя неловко и стала запинаться. — Вы, наверное, промокли сильно. Может быть, вас до дома проводить? Или, нет, давайте лучше зайдём в кафе и выпьем чашку горячего шоколада! — Но вы же только что оттуда… — Настю насторожила странная любезность незнакомца, но она тут же поправила себя, — да нет, спасибо, я… это… я тут подожду и пойду домой, ничего… и… ну… у меня денег нет, и вообще… — Кисегач поняла, что только что сказала лишнего и, зажмурившись, отвернулась от мужчины. — А, так в этом всё дело! – он мило улыбнулся и приблизился к девушке. – Ничего, я угощу вас, заходите, — юноша открыл дверь перед Настей, которой ничего не оставалось, кроме как послушаться его. От смущения лицо девушки заметно покраснело. — Нам, пожалуйста, две чашки горячего шоколада, спасибо, – уже сидя за столиком, молодой человек делал заказ у официанта. – Меня, кстати Виктор зовут, а вас? – мужчина уже обращался к Кисегач. — А меня Настей зовут… — уже увереннее, чем тогда на ступеньках, ответила девушка. — Ну, вот и прекрасно, Настя! Скажите, а вы любите читать книги? — Конечно, обожаю! – увидев в Викторе интеллигентного собеседника, Кисегач решила не упускать случая, чтобы пообщаться на интересную ей тему. О, как ей не хватало всё это время простого общения!.. Слово за слово, и они перешли на “ты”. Стеклянные кружки были уже давно пусты, а они всё ещё сидели за столом и дружно смеялись, вспоминая какие-то забавные моменты из кино. — О, уже и дождь не идёт! – выходя из кафе, произнёс Виктор. – Но, думаю, мне всё равно стоит тебя проводить. — Да нет, не надо. Я сама дойду. – Настя смущённо заулыбалась, но в тайне ей очень хотелось, чтобы новый знакомый всё же проводил её до дома. Впервые за пол года она смогла бы на вопрос “как дела?” ответить не “нормально” , а “отлично!”. — Как же так? Нет, я просто обязан тебя проводить! – Виктор рассмеялся. — Ну, хорошо! – Кисегач так и сияла от радости. Они дошли до дома и остановились перед входом в подъезд. — Ну, что? Пока, – рука Насти неуверенно тянулась к ручке двери. Неожиданно парень остановил её своей рукой и, посмотрев девушке глаза, поцеловал её в губы. – До встречи, — едва оторвавшись от него, выдавила Настя. — До встречи, – парень сделал шаг в сторону, и Кисегач открыла дверь. Войдя в подъезд, девушка тут же глубоко задышала и, успокоившись, запустила руку в карман. Кисегач вытащила вырванную из блокнота бумажку с номером телефона. Такое завершение дня безусловно порадовало тихую отличницу мединститута.