Звёзды для папочки

Горячие капли воды стекали по моему телу, расслабляя после бессонной ночи. Я, вообще, люблю бессонницу. За рассвет, который описать словами очень трудно. Это розово-пурпурная пелена, закрывающая белое яблоко под названием «солнце». Чувство безмятежности. Спокойствия. Расслабленности. Знаете, что самое противное в подростковом возрасте? Ты только понимаешь, что всем в этом мире плевать на твои переживания, на твои чувства, да и на тебя вцелом. Никто никогда не подойдёт к тебе, плачущей в школе на подоконнике. Все будут проходить мимо. У всех свои дела! О Господи, даже если кто-то начнёт умирать у них под ногами, они переступят и пойдут дальше обсуждать «пусечку» из соседнего дома. Фу, мерзость! Я выключаю воду и укутываюсь в махровое белое полотенце. Ну и духота. Протираю запотевшее зеркало и понимаю, что нужно все-таки заставлять себя поспать: глубокие синие мешки под глазами выдают всю мою «трудную» жизнь. Ну и кому я такая нужна? А, точно, никому! Спасибо, что напомнили! — Эл, ты уже проснулась? — спросила мама, на секунду оторвавшись от планшета со свежими утренними новостями. Новости — наше всё. Такое впечатление, что эта женщина имеет только одну цель в жизни — знать все свежайшие новости! Вот я не знаю: это психическое нарушение, или она просто читать любит? Ужасы… — Я снова всю ночь не спала! — вяло ответила я, наливая себе ароматный травяной чай и садясь напротив мамы. Мама… Господи, я в шоке с того, как быстро меняется моё настроение! Только что меня бесило буквально всё, а сейчас я готова сказать всё самое-самое лучшее о мамочке. Эта женщина всю свою сознательную жизнь посвятила моему воспитанию и успела ещё и карьеру построить! Может, памятник ей поставить? — Ты не можешь отпустить его? Солнце, забудь! Он не стоит твоих переживаний и бессонных ночей, — мама отложила планшет и взяла меня за руку. Я понимаю её: какая мать хочет видеть как из её ребёнка выжали все соки и он ходит как ссохшийся банан в кожуре! — Не знаю. Вернее, я хочу его отпустить и забыть, но не могу, — вот не хочу плакать, биться в истерике! Хочется просто лечь, зарыться в подушки и медленно входить в состояние депрессии! А лучше вообще уехать нахер из этого хренового городишки! — Так, мадам, а ну задрала нос до потолка и плюнула на всех с высокой горы! Пусть идут лесом! Как бы ты не хотела, ты будешь влюбляться, разочаровываться, плакать и сходить с ума. С этим ты ничего не сделаешь, ведь именно чувства делают нас людьми, — мама повернула меня к себе за подбородок и улыбнулась. Так тепло, что и на душе стало светлей. И тут меня аж пробило: какого хрена я вообще страдаю? У человека вон сколько проблем было из-за мужиков! Разрыв с папой, выкидыш, разрыв с Люком. Я не понимаю как она всё это выдержала. Вот никогда не видела её слёз. Абсолютно! Всегда рыдала я. Из-за оценок, из-за подруг, из-за учителей. Из-за Майкла… Первая любовь, которая и является причиной моего недосыпа. Нашу семейную идиллию прервал громкий и отчётливый звон возле наших рук. Телефон противно затрещал, и мы с мамой вздрогнули от неожиданности. — Смс от Поттс! — судорожно сказала я, когда прочитала смс. Я её обожаю! Вот умеет же испортить момент. Меня только попускать стало, а тут она. Я ей устрою… — Что-то серьёзное? — спокойно поинтересовалась мама и потянулась за чашкой с крепким кофе. О да, она как мумия — всегда спокойна. Временами аж завидно становится. — Не знаю. Просит приехать. Я побегу собираться, — бросила я и убежала в свою комнату. На кухне осталась одна мама, её зовут Рейзл и она сильнейшая женщина в мире. — Всё будет хорошо. И у тебя, Рей, и у неё, и у Тони с Пеппер. Господи, дай мне сил и терпения! — сказала Рейзл в пустоту и закрыла глаза. По щеке покатилась одна-единственная слеза…