Звёзды для папочки

В сумерках есть своя прелесть. Это еще не ночь, но уже и не день. Очертания деревьев становятся совсем другими, на небе более отчетливо видны облака, нежели днем. Можно даже рассмотреть, что облако по форме похоже на лошадь, например, или на рыбу. Такое я замечала только когда наступают сумерки. В этих мыслях я провела всю дорогу и вытянула меня из них только фраза Хэппи: «Мисс, мы приехали!» Я попрощалась и забежала в дом. Открыв своим ключом квартиру, я подметила, что мама уже дома. — Мамуля, я дома! — крикнула я, скидывая кеды и сумку в прихожей и заскакивая в ванную помыть руки. — Ой, привет! Чего так долго? Я уже хотела звонить, — мама вышла в прихожую и облокотилась о дверной косяк. Было видно, что она уже давно дома. Этому свидетельствует халат и тугой пучок на голове. Хотя, возможно, она и была целый день дома. Выходной, в конце концов. А про «звонить» хорошая шутка! Мне иногда кажется, что я вообще могу домой и не приходить. Хотя, если бы я пришла минут на двадцать позже, то она бы действительно начала звонить и обиделась бы, когда я пришла бы домой. — Папа мне представил своего подопечного. Представляешь, Человек-Паук — это мой одноклассник Паркер, помнишь такого? — я вышла из ванной обратно в прихожую и начала возмущаться. Я просто обязана была рассказать об этом маме. У меня никогда не было от неё секретов, поэтому этот случай не был исключением. — Это тот, который постоянно закидывал твой портфель на дерево, а ты в его пенал тараканов подкладывала? — с ухмылкой припомнила мама и вскинула брови, будто смеясь надо мной. — Да, мама. Обязательно нужно было это припоминать? Ты же знаешь, как я не люблю об этом вспоминать, — мне действительно становилось не очень светло от этих воспоминаний. — Это я еще не припомнила тот случай с краской и ту драку в столовой, — тут она уже откровенно смеялась надо мной. — Ладно, понятно! Не нужно было тебе говорить об этом, — отрезала я и уже собиралась пройти мимо мамы в гостиную (обиженный жест), но мама успела перехватить меня за руку и завернуть к себе в объятия. — Малышка, не обижайся. Это же всего лишь детство. Нужно вспоминать о нем с улыбкой и смехом, а не убегать от всего, что тебе о нём напоминает. Запомни, нельзя бежать от прошлого! Какое бы оно ни было. Поняла? — мама смотрела прямо в глаза и гладила меня по волосам. Во взгляде была видна поддержка и сочувствие ко мне. Как утром. Но всё же она старалась показать, что нет в мире вещей, о которых нужно жалеть. — Да, мам. Пойдем на кухню? Я такая голодная! — я ещё раз обняла маму и зашагала на кухню. — А Поттс тебя не покормила? Странно! Она прекрасно готовит! — ах да, забыла вам сказать: мама — личный аллерголог Пеппер. Именно мама рассказала Поттс об её аллергии на клубнику. Иначе Поттс и дальше бы мучилась от аллергической реакции на «непонятно что». — Ты же знаешь, я в гостях не ем! — сказала я и посмотрела на маму осуждающим взглядом, пытаясь попутно насыпать себе вчерашнее рагу. — Очень плохо делаешь! Тем более, что дом твоего отца — твой дом. А вообще, в гостях надо использовать всю щедрость хозяев. Иногда я не понимаю: в тебе вообще есть мои корни? — мама сидела за столом и смотрела на меня «снизу вверх», вскинув брови, будто недоумевая. — Ха. Смешно! Ладно! А что у тебя нового? — я постаралась перевести разговор. Вроде получилось! — Ах да, спасибо, что напомнила. Меня сегодня вызвала миссис Смит (главный врач её клиники). Она отправляет меня на две недели на конференцию в Прагу и разрешила взять тебя. Ты поедешь? — то ли мне показалось, то ли мама действительно хочет, чтобы я пропустила учебу. — Ты серьезно? Но как же школа? — я была не просто удивлена, я была в шоке от такого заявления мамы. И эта женщина заставляла пересказывать ей все прочитанные мной параграфы! — Да ничего страшного. Догонишь! К тому же, мир посмотреть ни для кого лишним не будет! — Нет, мамочка. Я, конечно, очень тебя люблю, но бросить школу на две недели я не могу. К тому же сейчас конец года и очень много контрольных, — с важным видом, провещала я. Хотя, это лишь разумный предлог. На самом деле я не знаю что меня задержало, но уж точно не школа. Возможно, папа и Пеппер, возможно, Майкл. Но уж точно не занятия. Но маме об этом знать не стоит. Да, у меня нет от неё секретов, но сейчас я просто не хочу её обижать. — Ну, как хочешь. Тогда тебе придётся пожить у папы. — мама потянулась за телефоном и набрала номер Старка, пока я расстерянно хлопала глазами. — Алло, Тони? Привет, слушай, тут такое дело. Я уезжаю на две недели в Прагу в командировку. Завтра днём самолёт. Не могла бы Элис пожить у тебя, пока меня не будет? — папа что-то оживленно отвечал, но разобрать слов я не могла. –Правда? Вообще замечательно! Отлично! Тогда завтра ты заберешь её со школы? Здорово! Пеппер передавай привет! Пока. Мама отключилась и ехидно посмотрела на меня. Ох, не люблю я эту улыбку. — Не смотри на меня так, мам. У меня сердце слабое, — я театрально схватилась за сердце и облокотилась о стол. — Да ничего! Просто сейчас Пеппер и твой отец готовятся к свадьбе, и ты им будешь помогать. А теперь быстро мой посуду и ложись спать. Завтра в школу! — мама встала из-за стола, чмокнула меня в макушку и ушла в спальню. А я осталась в компании с грязной посудой и мыслью «Класс » по отношению к посуде… Хоть какие-то отношения у меня стабильные.