Мы тебя не отпустим

Денис рассказал мне, что Глухарев сразу из отдела попросил отвезти его на вокзал. И уже через несколько часов он уехал из города. Его логика вообще редко поддавалась объяснению, но это было вообще что-то. Даже Денис его не понял. Я успокоилась, я правда успокоилась. Сейчас я придирчиво разглядывала свое отражение в зеркале. Наверняка уже половина отдела догадалась… Рубашка, конечно, еще скрывала мой животик, но все же… Нам уже четыре с половиной месяца. Мама и Сашка в курсе, и, кажется, рады. Особенно мама. Правда ее больше волнует наличие папы ребенка. А у папы своя жизнь, и может быть, он там тоже ждет ребенка… Антошин забегал частенько. И чаще сообщал, что Глухарев на звонки не отвечает, и вообще, никаким образом на связь не выходит. Я попросила Дениса позвонить Сережиной маме, уж с мамой у него всегда были хорошие, доверительные отношения. Я беспокоилась, переживала, но с другой стороны, он же там не один жил. Только тетя Наташа, как называл ее Антошин, тоже не могла дозвониться до своего сына. Правда она все-таки решилась и позвонила своему бывшему мужу. С его слов, Глухарев банально не хотел никого видеть и не с кем разговаривать…. Это было, по меньшей мере, странно. Ладно, я, пусть Антошин.., но мама, сестра. - Ир. Да ладно тебе. Пройдет с ним. - Наверное, - развела я руками. Я пришла к другому выводу. Денис просто-напросто выгораживал друга. Скорее всего, Сережа решил прекратить общение именно со мной… - Карпов! Немедленно убери их оттуда! Мне иногда казалось, что цель всей жизни моего первого зама - довести меня до нервного срыва. Сегодня проходя мимо допросной и услышав странные звуки я не могла туда не заглянуть. Два нарика обмотанные карповской пленкой для курочки пристегнуты наручниками к батарее. Да он вообще что ли не человек? Я все понимаю, наркоманы, и все такое, но они же ЛЮДИ! А он, как ни в чем не бывало, стоит и болтает со своими операми. - Что такое, Ириш? - и ехидная ухмылка. - Что происходит в допросной? - Двое подозреваемых вспоминают...э... важную информацию. Что-то не так? - Стас, ты издеваешься? - я говорила спокойно, орать на него было бесполезно, - ты хочешь довести меня до нервного срыва своими выходками и занять мое место? - Да что ты, Ирина Сергеевна, я же безобидный... И тут происходит непоправимое. Отводя меня в сторону от компании оперов, приобнимает за талию. Его рука ложится на незаметный с первого взгляда, но вполне ощутимый животик. Я замираю. Карпов тоже. Нечасто мне удавалось наблюдать такое количество эмоций на лице Стаса. - Да я думаю, ты и без моей помощи мне место скоро уступишь.., - и вопросительно приподнял брови, - Глухарев постарался? - Не твое дело, - зло проговариваю сквозь зубы, - руку убери. Он послушно отстраняется и слегка приподнимает руки вверх, типа не трогает. А смотрит все еще ошарашено и совершенно неожиданно, спокойным тоном произносит: - Ты бы не нервничала, тебе нельзя. - Так сделай так, чтобы я не нервничала! Я быстро ухожу в свой кабинет. Эмоции зашкаливают, сердце стучит. Мне просто нужно побыть одной и успокоиться.