you're my daddy...

      Из спальни слышится глухой лязг металла и тихие всхлипы. Тайлер лежал на середине огромной кровати в одних латексных боксерах. Вокруг него расставлено несколько зажженных свечей, которые отдавались легким запахом кофейных зёрен. Он тихо скулил себе под нос и дергал руками, которые были прикованы к изголовью кровати. Каждая секунда ожидания своего папочки заставляла младшего скулить и стонать все громче. Ему казалось, что его чокер начал сдавливать шею, от чего Тай начал томно и шумно дышать.       Прозвучал еле слышный скрип двери и из неё появляется фиолетовая кудрявая голова с широкой белоснежной улыбкой. Дан осторожно входит в спальню, спрятав за своей спиной руки, державшие кляп и резиновый фаллос. Он неловко залезает к Джозефу на кровать, устраиваясь меж его тоненьких ножек и кладя принадлежности рядом с ним. Тай неохотно приоткрывает глаза и видит перед собой довольную мордашку. — Сегодня малыш вел себя не хорошо, поэтому я приготовил для него маленькое наказание. — тихо говорит Джош и устремляет свой взгляд на искусственный член в его руках. — Но это не всё, ещё ты получаешь десять шлепков по своей сладкой попке за то, что ты ослушался своего папочку… — старший переворачивает на живот Тайлера и освобождает его мягкие ягодицы от боксеров, что сковывали все движения. — Считай их. — сладко произнес Дан и слегка ударил. — О-один… — чуть простонав, сказал кареглазый. — Два-а… — на этот раз шлепок был сильнее. — Три-и-и… — выстанывал Джозеф, ощущая жжение на запястьях от наручников. — Ч-четыре. — шлепки становились всё сильнее, от каждого удара у Тайлера начиналась мелкая дрожь. — Тише-тише, котик… — заботливо приговаривал Джош. — Всё хорошо… — Во-осемь… Ах-х… — младший стонал всё громче. — Девя-ять. — Тайлеру больно. — Де-еся-ять… — он шумно выдыхает и чувствует, как на его запястьях выступает кровь.       Джош аккуратно поглаживает чувствительную кожу на ягодичках и нежно целует Джозефа в плечо, далее проделывая дорожку мокрых поцелуев по его позвоночнику. Убирая руку с гладкой покрасневшей кожи, он переворачивает своего малыша обратно на его изящную спинку. Тайлер смотрит на Дана невинными глазками, скрывая в них боль на запястьях. — Папочка… Пожа-алуйста… — Тайлер скулит. Тайлеру больно. — Я думаю, твоя дырочка нуждается в нечто большем, чем резиновый фаллос, поэтому оставим его на следующий раз… — вновь шепчет Дан. Этот шепот возбуждал младшего. Он слишком завораживающий. — Давай сегодня будем тихими, хорошо? — Тайлер закивал, Джош взял кляп в свои руки, поднес его ко рту Джозефа и застегнул тугой ремешок на его затылке. Дан принялся растягивать его, предварительно смочив несколько своих пальчиков своей слюнкой. Приставив два пальца к входу Тая, последний слегка вздрогнул, но почувствовав легкие поглаживания на своем бедре, он успокоился.       Дан вошёл в него сразу двумя пальцами полностью, Тай глухо проскулил в кляп. Джош начал грубо трахать его пальцами и одновременно поглаживать внутреннюю сторону бедра Тайлера. Не сдержавшись, Джозеф томно простонал и начал сам насаживаться на пальцы. Его глазки закатывались от блаженства, когда Дан задевал комочек нервов кончиками своих пальчиков. Достав из него пальцы, Джошуа, не мешкая, вошел в него своим каменным стояком до основания. Услышав протяжный скулеж, Дан не сдержался и решил снять с малыша кляп, чтобы слышать каждые его сладкие и протяжные стоны. — Кто твой папочка, малыш? — растегивая и снимая кляп с его рта, Джош шепчет на ушко Тайлеру. — Ты-ы мой папочка… — шумно дыша, проговаривает Джозеф. Старший начал медленно двигаться в нем, придерживая его за бедра. Ускоряя темп, Джош всё сильнее кусал нижнюю губу своими острыми зубками, всё сильнее сжимал бедра младшего, всё сильнее и грубее в него вбивался, втрахивая Джозефа в мягкий матрас кровати. Слыша всё более громкие стоны удовольствия, Джош понял, что нашёл тот угол. — М-м, папочка-а, грубее… — Тайлеру нравится, Тайлер забыл о боли в запястьях, его кровь стекает к локтю и впитывается в подушки.       Тайлер каждый раз вскрикивает и закусывает губу до крови, когда Джош попадает в простату. Дан вцепился своими губами в его, смешивая горькую кровь друг друга, проникая языком в его ротик, получая легкую вибрацию в свой рот от стонов Джозефа. Им нравится эта грубость, эта страсть… Они возбуждены и вдохновлены друг другом. Отпустив из крепкой хватки одно бедро Тая, Джош взял его член в руку и стал насухо надрачивать в темп своих толчков. После некоторых движений руки и толчков, Тайлер кончил в кулак Джоша, и его обмякшее тело стало чувствительнее принимать толчки в простату, от них он издавал гортанные стоны. Джош стал делать редкие, но очень грубые толчки, после чего излился в бессильное тельце своего малыша. Тишина. Никаких стонов, вскриков, лязга металла. Одна тишина заполнила эту спальню, которая пахла кофейными зернами. В этой тишине витало возбуждение, страсть в перемешку с нежностью и любовью.       Джош медленно выходит из Тайлера и ложится рядом с ним. Они дышат в унисон. Им очень хорошо. Им чертовски хорошо. Дан достает из тумбочки ключ от наручников и отстегивает Тая от кровати. — Надо обработать… — заботливо и волнительно сказал Джош, смотря на руки младшего, — Я сейчас вернусь, котенок… — и он ушел в ванну за аптечкой.       Придя обратно в спальню с несколькими медикаментами, Дан поставил несколько свечей на комод и вернулся к Джозефу. Беря обрабатывающее средство, Джош осторожно смачивает в нем ватку и с опаской притрагивается к травмированной коже, боясь сделать своему малышу больно. Тайлер лишь фыркает и шипит на эти прикосновения. Наконец все обработав, Дан бинтует его тонкие запястья, задувает все свечи и укладывает его спать, что-то шепча себе под нос. — Малыш больше не будет расстраивать папочку? — Джош гладит своими костяшками острые выступающие скулы парня, лежащего напротив. — Постараюсь, папочка… — Тай мило зевнул и прикрыл глаза, показывая Джошу, что хочет спать. Дан утянул его в свои объятия и уткнулся носиком в его каштановые волосы, снова создав в спальне тишину, в которой витал аромат кофейных зерен, страсти и нежности.