Сборник драбблов с Monsta x

- Мне было всего тринадцать, когда родители продали меня тебе, - кричишь ты на КиХена, как давно мечтала. - И что? - безразлично произносит он. - Просто хочу, чтобы ты знал, я уже не та маленькая девочка, что не знает, как с этим жить. Я больше не боюсь тебя, и пару минут назад я позвонила в полицию. - Понимаю, - сухо произносит КиХен и идет мимо тебя на кухню. - У нас есть что-нибудь перекусить? Ты не находишь слов. Ему словно плевать. Неужели КиХен думает, что это все блеф? Так ведь это не так. Прошло чуть больше четырех лет прежде, чем ты набралась храбрости и приняла единственное правильное решение. Ты тряслась и боялась, думала и взвешивала, ожидала чего угодно, даже того, что он откупится от копов, но что ему будет все равно, этого ты предположить не могла. - Я не шучу КиХен. - Я понял, что ты хочешь от меня? Чтобы я умолял тебя отозвать заявление? - он закрыл холодильник и стремительно направился к тебе. - Или чтобы я накричал на тебя? - на этих словах КиХен зажал тебя между стеной и своим телом, перегородив единственный путь своей рукой. - Или может мне стоит причинить тебе боль? - свободная рука парня прячет за ухо твои непослушные прядки, от чего ты отворачиваешься от него, и он шепчет тебе, - что ты предпочитаешь? Быть избитой до полусмерти или изнасилованной в моей спальне? Или может, ты хочешь сделать это в своей комнате? Тебя парализует дрожь, впервые он угрожает тебе за все эти годы. Кажется, что стена давит на тебя, и расстояния между вами становится все меньше. Его теплое дыхание подолгу задерживается на твоей коже, а ты стоишь здесь совсем одна. Глупая, глупая девчонка, которой нужно было еще немного помолчать прежде, чем приедет полиция. Раздается звонок в дверь. Парень запрокидывает голову и пропускает через свои легкие тяжелый воздух. Ты не решаешься бежать, чтобы открыть им, несмотря на то, что КиХен отошел от тебя, ты все еще не смеешь шевельнуться. - Не откроешь? - спрашивает он, когда к вам уже практически ломятся. Ты мотаешь головой не в силах что-либо предпринять. - Слабачка, - проговаривает КиХен с усмешкой и идет открывать дверь. Ты не смогла довести свой план до конца. Ты не справилась. КиХен же умудрился испортить тебе жизнь даже тем, что и сейчас был сильнее тебя. Ты заплакала, когда в квартиру вошли, не смогла справиться с эмоциями. Слабачка. Слышала ты его голос, хотя готова была поклясться, что КиХен молчит. Его попросили поднять руки. Он поднял. К тебе подошел один из полицейских, ты и сама не заметила, как сползла по стенке и рыдала сидя на полу. - Ты в порядке? - спрашивал незнакомец. Ты кивнула. КиХен не сводил с тебя взгляда. Когда ему завели руки за спину и надели наручники, его вывели из квартиры первым, а затем и тебя. Вас рассадили по разным машинам, но тебе не становилось легче, слезы все еще текли по твоим глазам, истерика мешала дышать, ты в буквальном смысле задыхалась. В полицейском участке тебя часами расспрашивали, подолгу ты оставалась одна в пустой комнате, тебе приносили еду, позволяли спать, но ты все еще была словно купленная канарейка в клетке. Страх не отпускал тебя, ты хотела вернуться к родителям, к нормальной жизни, без КиХена и, как можно скорее. - С твоих слов мистер Ю никогда не бил тебя, нанял репетиторов для учебы, у тебя была еда, кров, все, что нужно для полноценной жизни? Ты кивнула. - Он никогда не принуждал тебя ни к чему, чего ты не хотела? - Нет, - произносишь ты. - Мы не делали этого, - поясняешь, чтобы всем было ясно, что между вами ничего не было. Твоя голова опускается, тебе тяжело говорить, но все вопросы, что они задают последние два дня, похожи больше на какой-то оправдательный приговор для КиХена, поэтому ты решительно напоминаешь всем, почему ты здесь: - Он выкупил меня у моих родителей, за их долги. Не позволял связываться с ними, забрал мои документы, не разрешал выходить без сопровождения, манипулировал мной контрактом, что подписал мой отец, а я, так боялась кому-то говорить, боялась, о том, что подумают люди, думала, что все станет только хуже, поэтому я молчала, а не, потому что он заботился обо мне. Детектив и психолог переглядываются между собой, после чего служитель закона встает с места и отходит к огромному зеркалу. - Послушай, - кладет свою руку поверх твоей девушка-мозгоправ, - то, что я сейчас тебе скажу, покажется странным и невероятным, но думаю, ты готова узнать правду. Мистер Ю действительно заплатил твоему отцу, когда забрал тебя. Более того, мы нашли твоих родителей, и они сейчас здесь. Ты замерла на месте. - Когда я увижу их? - Твои родители, они, - словно не могла подобрать слов психолог, отчего детектив ее перебил: - Они правда хотели продать тебя, местной мафии, просто мистер Ю оказался рядом, когда происходила сделка и просто предложил больше денег. - Нет, - кричишь ты. - Мы были в отпуске, они любили меня! Психолог мотала головой: - Мистер Ю заключил договор с твоими родителями, в котором он становится твоим опекуном, платит за учебу, еду, дает тебе крышу над головой, а взамен твои родители должны были исчезнуть из твоей жизни. - Нет, - твои глаза наполнились слезами. - Вы все лжете! - Мы дадим тебе время, чтобы ты смогла осмыслить это. Твоих родителей, скорее всего не посадят, но их точно лишат родительских прав. Тебе решать, останешься ли ты с мистером Ю, либо перейдешь под опеку государства. - Это не правда, - вторят твои губы. - Мы оставим тебя. Это действительно трудно переварить. Следующие два дня ты просила о встречи с родителями, но тебе сказали, что увидеть их ты сможешь только в суде. Ты отказалась от еды, и ни с кем больше не говорила, прошло еще два дня, прежде чем тебе разрешили увидеть их на допросе. - Мама, - крикнула ты, но сквозь стекло тебя не было слышно. Взглянув в ее лицо, ты словно забыла, как дышать.Она с отцом сидели напротив детектива, что беседовал ранее с тобой и отвечали на разные вопросы, пока КиХен не вошел и не смерил всех тяжелым взглядом. - И каково это? Знать, что вы продали собственную дочь? - спрашивал КиХен. - Заткнись сосунок, ты ничего не знаешь, - крикнула на него мама. - Мистер Ю, вам сюда нельзя, - пытался успокоить его детектив. - Я лишь пришел рассказать, что она здорова, хорошо учиться, и что мечтает завести какую-нибудь зверюшку, но я ей не разрешаю. Просто так, вдруг кому-то здесь это интересно. - Не строй из себя святого, - остановил его отец. - Следующее, что ты нам расскажешь, будет то, как она стонет под тобой по ночам? КиХен срывается с места и вцепляется в ворот твоего отца, поднимая его со стула, прижимает к стене. Ты никогда не видела его таким разъяренным, а сейчас тебе казалось, что он готов убить того, кого в детстве ты называла папочкой. Их разнял детектив, но КиХен все же успевает нанести один жесткий удар по лицу твоему отцу. КиХена уводили двое полицейских, а твоя мать кричала ему в след: - У нас не было выбора. Мы голодали, нам нужны были деньги. - Вы просто не пытались заботиться о ней. Это последнее, что ты услышала от КиХена, после чего попросила выключить звук. Голоса родителей стали тебе противны. Тебя начало тошнить, к горлу подступала желчь. Те, кого ты любила просто избавились от тебя, как удобный случай представился, а тот, кого ты ненавидела, все эти годы, на самом деле заботился о тебе. Ты выбежала из комнаты и встретилась с КиХеном взглядами. - Вам нельзя разговаривать, до суда, - сообщила тебе психолог. - Почему ты врал мне? КиХен даже не попытался тебе ответить. Он смотрел на тебя своими черными глазами, от чего тебя начинало трясти. - Иди сюда, - развел он свои руки для объятий, и ты не думая прижалась к его груди. – Обнять-то мне ее можно? - Я сделаю вид, что ничего не видела, - слышишь ты голос своего психолога, после чего не выдерживаешь и впадаешь в очередную истерику. Ты плачешь и надеешься, что со слезами все пройдет, но, кажется, они не способны смыть прошлое, что теперь всегда будет преследовать тебя, куда бы ты не шла. - Слабачка, - слышишь ты знакомое тебе слово, и улыбка ползет по твоему лицу. - Рядом с тобой тяжело быть сильной оппа. Ты слышишь, как его сердце сначала замирает, а потом ускоряется, словно пытается вырваться из груди. Ты никогда не называла его оппой, хотя он просил делать это хотя бы на людях, а теперь, распробовав слово на вкус, ты никогда не сможешь назвать оппой кого-то кроме Ю КиХена.