Summer vacation

Семь утра. Осталось два часа до начала. Нужно выехать пораньше — подумала Маринетт. А ведь и правда, её квартира находилась в центре Парижа, а место съёмки было назначено на окраине. Взяв всё самое необходимое, она вышла, закрыла квартиру и отправилась на станцию метро. Какая чудесная погода стояла вокруг: яркие лучики летнего солнышка то и дело появлялись то там, то здесь, лёгкий ветерок чуть колыхал зелёные молодые листочки высоких деревьев, а в воздухе так и витало то чувство умиротворённости, которого порой нам, увы, не хватает. Маринетт любила погоду, подходящую под настроение. Например, когда у неё всё складывалось замечательно, ей так нравилось лучистое, согревающее душу солнце, ветерок, заигрывающий с волосами. Если же ей было грустно или тревожно, она обожала холодный ветер, пробирающий до костей, пасмурное небо, что, казалось, вот-вот заплачет, и, конечно же, дождь. Он, словно, смывал всё плохое, понимал и утешал. Сейчас же, девушка просто купалась в лучах утреннего солнца и, сидя в транспорте, наслаждалась жизнью. Задумавшись над всем этим, она даже не заметила того, что уже приехала. Добравшись до нужной станции, Дюпен-Чэн, не спеша направилась к съёмочной площадке. — Доброе утро, Вы Маринетт, верно? — спросила женщина, среднего роста с голубыми глазами и завязанными в пучок волосами. — Здравствуйте, да, Вы правы, — дружелюбно ответила девушка. — Я Натали, ассистентка Габриеля Агреста и гувернантка его сына Адриана, Вас уже ждут на площадке, прошу за мной. Дюпен-Чен немного смутилась от её нотки бесчувственности в голосе, но решила просто не зацикливаться на этом. — Рад Вас видеть, юная Леди, — поприветствовал девушку Габриель. У Маринетт, кажется, мурашки прыгали галопом по всему телу. Хотя она уже пересекалась с ним, всё равно ей было приятно от той мысли, что её труд не остался незамеченным и, в конце концов, старший Агрест сам пригласил её подработать моделью! — Здравствуйте, месье Агрест, спасибо ещё раз за приглашение. Чуть поодаль взор мадемуазель пал на волосы цвета чистого золота, переливающиеся на свету. Блондин спокойно сидел на стуле и терпеливо ждал, пока визажист закончит свои махания крупной кистью по его лицу. По-видимому, это был сын самого Габриеля и её ровесник Адриан. Наверняка он самовлюблённый папенькин сынок — мысленно закипала Маринетт от того, что ей придётся работать с человеком, считающим себя лучше всех. Но сегодня ей уже ничто не испортит настроения, именно это она вбивала в голову всё утро…