Маленькая проблема мира демонов

      — Даже старые ведьмы перестали рассказывать эти истории о человеческом мальчике, которого защищала девятихвостая лиса.       — Человеческом? Да кто вообще будет защищать человека? — рассмеялась прелестная девушка, смешно шевеля длинными ушами.       — Лиса, — просто ответил парень, чуть улыбнувшись. — Девятихвостая. По преданиям, которые я слышал от Древних нашего мира в одну из ночей, когда они выходили из укрытий для общего собрания, лиса обещала парнишке великую силу, чтобы спасти его от глаз демонов. В это уже не верят, как я и сказал, даже ведьмы, но кто мы такие, чтобы сомневаться в самих Древних?       — Врёшь ты всё, врёшь! — хихикая, отозвалась вторая очаровательная девушка с кружочками рожек на голове.       — Дело ваше, конечно, верить ли. Но по слухам тот самый парнишка даже сейчас разгуливает по миру демонов, притворяясь одним из нас. Помните об этом, милые дамы.       — Если я и встречу его, то сразу обо всём догадаюсь и съем его! Ха! — тут же, зло сверкнув глазами, усмехнулась длинноухая. — Он не опасен для меня.       — Где это видано, чтобы люди по нашему миру гуляли? Врёшь! — закивала рогатая.       — Повторюсь: дело ваше. А сейчас, красавицы, мне пора. Погоня уже добралась и до нашего уютного пристанища, — сказал парень и, улыбнувшись демонессам напоследок, натянул на лицо лисью маску. — Меня, кстати, Антон Шастун зовут. Вспоминайте обо мне томными вечерами.       И Антон мигом сорвался с места, убегая прочь. Тут же мимо девушек пробежала толпа разъярённых демонов в сбруе, которые так и кричали:       — Хватай его!       — Держи подлеца!       — Живым не уйдёт!       — Да что же вы такие настырные? — запричитал Антон, ничуть не замедляясь. — С милыми дамами поболтать о жизни не дают. Я ведь даже свою любимую байку не успел рассказать!       Преследователям было всё равно на то, что кричал им Антон. Они бросали ему вслед камни, копья, ножи, проклятья, но парень, продолжая жаловаться, легко уворачивался и продолжал убегать. Полы старой пшеничной накидки волочились по песку, будто хвост лисицы, заметая следы. Это было бы даже полезно, если бы самого Антона не было видно.       — Вор! Поймать вора! — истошно вопил самый маленький демон с покрасневшими от злобы и негодования глазами. Антон оборачивался пару раз, чтобы оценить серьёзность проблемы, и от этих глаз лишь разгорался огонь в груди.       Весело-то как!       С трудом сдерживая смех от переполняющих эмоций, Антон, завернув за угол очередного маленького магазинчика и мысленно пообещав себе, что насладится чувством погони как-нибудь потом, потянул левую руку запястьем к лицу, дёрнул зубами за торчащую из браслета нить и скрылся в появившемся дыму.       Демоны, забежавшие за угол за беглецом и в длинной узкой улочке его не нашедшие, страшно заорали, затопали, заколотили оружием песок, будто это он был виноват в том, что парень как сквозь землю провалился. Кто-то из маленьких окошек рядом стоящих домов принялся было кричать на стражников, кто-то норовился вылить на них ушат воды, дабы охладить их пыл и успокоить, но всё было бессмысленно. Обещанная награда за поимку опасного преступника, насолившего самому влиятельному демону в этом городе, вновь испарилась прямо у них перед носом, распаляя злобу.       А Антон всё ещё еле сдерживал смех, вышагивая по параллельной от стычки улице. Пригладив одежду, смахнув с неё пыль, и сдвинув лисью маску на бок, он успел улыбнуться уже трём проходящим мимо гражданочкам. И одному гражданину. Антон улыбался всем. Природа у него такая была.       Сверившись по карманной карте, парень построил маршрут к любимой лавке. Сердобольная круглая хозяйка отвешивала ему всегда на приличную порцию снеди больше положенного, хотя, вероятно, даже не подозревала об этом: Антон неспроста славился в узких кругах своими волшебными ручками. Очень ловкими волшебными ручками.       Поворот направо, поворот налево, ещё раз пять направо, долго прямо, по крышам да по диагонали ещё с километр. Почти самая окраина города, а и тут есть, из-за чего приходилось скрываться. Вздыхая, Антон вновь сорвал с доски объявлений жалкую бумажку с кривым рисунком его самого и тусклыми заковыристыми буквами: «Разыскивается преступник. Отличительные черты: высокий, носит маску лисы, придурок. Нашедшему награда от хозяина центральной таверны Северной столицы волка-оборотня Гандзона». Ну и имечко. Антон всего лишь два раза над ним посмеялся. Ну и заложницу выкрал. Всего лишь! А теперь опять убегать от этих демонов.       — Эй, парень! — окликнул его какой-то зеленоватый малец. — Ты зачем объявление сорвал?       — Вместо зеркала, — пробурчал Антон, закатывая глаза и запихивая листок за пазуху. А громче добавил: — Охоту хочу за ним начать, вот, чтоб не перепутать ни с кем да не забыть.       — Цалпа! Гринь! Это он, тот самый придурок с объявления! Это точно он, хватайте его! — заголосил мелкий чертяка, и тут же из дома за его спиной выскочило два рослых демона. — Это я нашёл его, я!       — Да что ж ты будешь делать, — уныло проныл парень, прикладывая ладонь к маске и опуская её вновь на лицо. Демоны, скаля до жути кривые рожи, готовя кулаки, подходили к нему, бедному несчастному проныре. Антон, вздохнув, расставил ноги на ширине плеч, руки упёр в бока, делая свой вид чуть более вызывающим, и важно заявил: — Я вас не боюсь!       — Что? Почему? — на секунду опешил от такой наглости похожий на того мальца здоровяк. Зелёный и противный.       — Я владею карате!       Другой демон закатил глаза, вытянул вперёд руку, в которой тут же загорелся серый огонь.       — Ладно, я вас боюсь. Но только потому, что карате я не владею! Зато я узнал ваш главный козырь! И знаю, что теперь надо делать, — хитро улыбнулся Антон, что было заметно для демонов даже несмотря на маску.       — Неужели? И что же?       — Бежать! — воскликнул парень и сорвался с места.       Бегать он умел гораздо лучше, чем драться.       Опять хотелось рассмеяться, опять приходилось сдерживаться, ведь это могло привлечь лишнее внимание. Смеющихся здесь не особо любили. И вместо обычных погонь с демонами, желающими поживиться на наградах с поимки опасного преступника с объявления, в Антона могли прилетать камни из окон угрюмых домоседов. У которых только по случайному стечению обстоятельств дома оказывались камни.       Но смеяться хотелось искренне.       Антон специально лишний раз вилял между улочек, давая демонам насладиться грёзами о том, что вот, сейчас, они обязательно поймали бы его, ведь знали район как свои рога, но просто что-то не получалось.       — Сейчас точно не уйдёшь! — прорычал зелёный здоровяк, забегая за дом, за которым был тупик. Вот только преступника и след простыл.       — Мама всегда говорила, что из тебя такой себе предсказатель, — высказался второй демон, запыхавшийся и вспотевший. — Умаялся я. Как ты мог его упустить?       — Да исчез он! Из под носа – исчез! — заорал первый и зарылся пядью в короткие волосы, непонимающе озираясь по сторонам.

<'"'>

      — ... и от бабушки ушёл, и от дедушки ушёл, и от зайца ушёл, и от волка ушёл, и от медведя ушёл, и от тебя, лиса, тоже уйду! — хихикая, рассказывал Антон. — А вот продолжение сказки тебе знать не надо, мне оно не очень нравится.       — Мог бы выдумать, как всегда и делаешь, — цокнула, закатив глаза, невысокая девушка, сложив руки на груди, пряча улыбку.       — Но это же не моя сказка, не могу я к ней своих идей накидывать, — пояснил парень. — Зато она отлично описывает мои обычные будни. Ой, Оксанка, а за сегодня я сколько набегался!       Оксана улыбнулась и похлопала Антона по плечу. Сев рядом с ним за маленький столик, она с наслаждением втянула носом запах готовящейся пищи на костре. Как бы она ни любила истории этого парня, но есть хотелось зверски.       — Ты мне лучше скажи: когда есть будем? Ну скоро там? — ныла девушка. — Я у этого Гандзона кроме мух и не видела ничего. А я не ем их!       — Мухи? Что за стереотипы? Какие пауки сейчас едят мух? — фыркнул Антон. — Потерпи ещё с чуток, очарование грёз моих. Лучше специи передай.       — Льстец, — улыбнулась Оксана. — Что ты вообще готовишь? Странный запах.       — Картошечку с лучком.       — Лучком? Это что?       — Лук. Тот странный круглый корень, что вы за километр в сыром виде обходите из-за запаха. А в жареном виде он очень классный, честно, Окс, ну ты куда отсела?       Девушка зло уставилась на Антона.       — Я такое есть не буду.       Рассмеявшись, Антон лишь насыпал на подвешенную над огнём за крепкие железки сковороду каких-то трав, помешал и невзначай махнул рукой, чтоб немного дыма с запахом устремились к подруге, у которой тут же жалостливо заурчало в животе.       — Уговорил, — тихо прошептала Оксана. — Всё равно в твоих блюдах я пока ещё не разочаровывалась.       Говорить с Оксаной Антону нравилось. Она всегда выслушивала его дикие истории, вымышленные байки и бредни под рюмочкой вина. За редкостью встреч в последнее время, парень успевал соскучиться. А тех самых историй накапливалось с вагон и маленькую тележку. Другими словами – на пару дней минимум.       — А про лису рассказывал?       — У тебя половина сказок про лис, Тох. Ты хоть уточняй, про какую.       — Ну которая мальчика защищала?       — Ах, эта. Ты ведь мне её каждый раз рассказать пытаешься. И каждый раз – новые детали. Не надоело?       — Да как же! А ты только представь, что правда всё!       Антон уплетал еду за обе щеки, временами надолго останавливаясь, чтобы что-то рассказать, а Оксана порядочно слушала. Улыбалась, смеялась, даже если некоторые истории она слышала в пятый раз. Но парень вещал о них с такой энергией, с таким обаянием, что не могла устоять даже старая подруга.       Когда её схватил Гандзон, грязный волчара, возомнивший о себе невесть что, девушка только и могла думать о том, что кроме Шастуна ей никто не поможет. Потому что он всегда помогал, невесть откуда узнавая о её беде. А кого-то другого у Оксаны не было.       Подумать только – замотали в собственную паутину! А потом ещё и мухами накормить пытались! Не лучший способ добиться расположения девушки.       — Говоришь, в гарем тебя хотел назначить? — уточнил Антон, немного выговорившись. — Это он, конечно, совсем глупый.       — Мягко сказано, — хмыкнула Оксана. — Хорошо, что ты быстро пришёл. И как только узнаёшь, что мне помощь нужна?       — Связь у нас, — важно подняв палец вверх, сказал Антон. — Я давно тебе предлагал моим фамильяром стать, а ты всё отпираешься. Так бы вообще никто схватить без моего ведома не мог.       — Я так устала, Тош, что даже почти согласна. Хотя у других будут вопросы к тебе: не принято, чтоб у демонов фамильяры были. Ещё пронюхает кто, что ты человек. Как-то не хотелось бы тебя потерять.       — Им я и так не нравлюсь, тут уж не до приличий. А с этой маской, — Антон кивнул на лежащую на столе лисью маску с играющими на ней тенями от огня, — меня никто не раскусит. Ты не переживай. А ещё я кормить тебя буду.       Оксана ласково улыбнулась, ничуть не удивлённая вечным оптимизмом друга. Потрепала его непослушные волосы, с которых тут же посыпалось немного песка, щёлкнула по носу. Он столько раз вытаскивал её из передряг, загоняя тем самым самого себя в ещё большие приключения на свою пятую точку, что стать его фамильяром после такого казалось сущим пустяком.       — Завтра обязательно поговорим об этом, ладно? Туши огонь, ещё найдут ведь твоё священное тайное убежище, — с издёвкой посоветовала девушка. — Что-то ещё хотел?       — Да, спросить, — вдруг как-то серьёзно начал Шастун. — Ты кого-нибудь, кого Гандзон схватил, видела ещё?       — Нет. Должна была?       — Ты, конечно, одна из самых красивых девушек, с которыми я виделся, но, признай, не одна ты в нашей столице такая. С властью и ресурсами этого подонка – он не мог ограничиться одной лишь тобой. Должны быть ещё.       Оксана посмотрела другу в глаза, замечая в них знакомый огонь упорства и цели.       — Пойдёшь завтра снова?       — Пойду.       Антон сдержанно улыбнулся вновь, будто пытаясь показать, что всё будет в порядке. Да и не мог он иначе. Природа его такая. Человеческая.