Путешествующая по мирам

Я проснулась от того, что Томас тряс меня тихонько за плечо. Я сразу поняла, что пора вставать и собираться. Пришлось все делать в быстром темпе, ведь, как сказал Минхо, мы побежим сначала к гриверу, а потом как пойдет. Что такое стать бегуном? Ну, это когда ты идешь прямиком в лабиринт, все смотрят на тебя, разглядывают экипировку бегуна на тебе, обсуждают происходящее, отрываясь от работы. Это когда ты осознаешь, что через несколько минут будешь бежать несколько километров без отдыха. Это когда на тебя возлагается большая ответственность, когда на тебя надеются люди.Чувствовала себя новенькой в школе: всем интересно, кто же ты на самом деле. Уже подходя к лабиринту, я случайно обратила внимание на стену с именами. Она была чуть дальше от ворот, но я увидела, что мое имя было вычеркнуто. Я направилась туда, чтобы убедиться, что мне не показалось. И, действительно, мое имя было перечеркнуло несколькими кривыми линиями. - Это сделал Ньют, вчера ночью, после того, как вы убежали к нам на помощь, - сказал Минхо, подходя ко мне. Томас плелся следом за ним, дожевывая свой завтрак. Я не стала отвечать Минхо, я просто смотрела на свое зачеркнутое имя на стене и злилась. Злилась на то, что Ньют не верил в меня. Ни капли. Он сразу вычеркнул меня из глэйдеров, сразу полез в мои вещи, видимо, чтобы выкинуть ненужное. Он так быстро похоронил меня в лабиринте. Разве человек, который любит, будет сразу же терять надежду? Разве человек, который любит, перестает верить сразу же? От этого противного мне факта, я окончательно проснулась, а гнев поддал мне сил и уверенности. - Нечего тут стоять, нас ждет работа, - сказала я, побежав рысцой в лабиринт. Парни, не долго думая, последовали за мной.        Даже днем лабиринт пугал меня своими размерами. С детства у меня осталась мегалофобия* и представьте теперь мои чувства. Гиганты-стены, которые были повсюду, дали задатки еще и для клаустрофобии, но я умела подавляла эти малозначимые страхи. Я концентрировалась на дороге, на периодических разговорах с парнями и на мыслях о гривере. Ведь вблизи я его не видела, а тогда в темноте я заметила только его кишки на мне. Я не разглядела его, как следует. Оказывается мертвый гривер был достаточно далеко. Мы бежали добрый час до него и обратно столько же . Только на обратном пути у нас уже имелось его металлическое сердце.. Или что это было? Да какое значение это тогда имело, главное, что эта штука явно являлась чем-то важным. Огромное количество проводков, которые из нее выходили, видимо, контролировали все движения гривера. А еще надпись на ней: "П.О.Р.О.К.". Она заинтересовала Минхо и Томаса больше всего. Я видела, какой был довольным Минхо, когда мы бежали обратно в Глэйд. Пару раз я замечала, как он пытался подавить улыбку. Но у него это выходило не всегда. Я не стала говорить ему ничего про это, пусть радуется, что у них все же есть какие-то шансы. Возвратившись в Глэйд, нас встретил Чак. В глазах у парнишки сияли огоньки озорства и веселья. - Новенькая очнулась! Такое творит!, - сказал мальчишка, когда мы остановились рядом с ним. Тут мы услышали крики и брань Терезы, которая пулялась в парней едой из смотровой башни. Вчетвером мы побежали прямиком туда. Да, эта ситуация смешила меня так же, как и остальных глэйдеров. Но Терезе, явно было не смешно, как и всем новоприбывшим. Поэтому смеяться долго - будет просто неправильно с моей стороны. Но я и не собиралась. Меня волновали вещи связанные с лабиринтом, а не с одной из главных героинь. Подбегая к лабиринту, многие глэйдеры заметили нас и стали кричать нам о том, какая прикольная эта новенькая. - Хэй, Ана, - крикнул мне Фрай из толпы, - у тебя буйная подружка! - Она мне не подружка, - сказала я, подбегая к повару. Я стояла в толпе парней рядом с Фрайем и наблюдала за тем, как Томас поднимается к Терезе наверх и успокаивает ее. - Все в порядке, мы чуть позже спустимся, - крикнул Томас с башни через несколько минут. Тогда все сразу стали неохотно расходиться по своим делам. Я же не спешила никуда, ведь знала, что без Томаса мы не продолжим изучение лабиринта. Фрай, Джей и еще парочку парней, которое стояли рядом, сказали мне короткое: "Увидимся!" и тоже разошлись. Проводив взглядом парней, я случайно заметила, что вместе со мной, возле смотровой стоит Ньют. Сложив руки на груди, он стоял чуть дальше от меня. Мы были одни на пустыре возле башни, не считая Томаса и Терезы, которые тоже выясняли отношения наверху. - Я тут думал, - начал Ньют, подходя ближе, - что все это было неправильно вчера. - В каком смысле? - спросила я, тоже делая шаг к нему навстречу. - В таком, что ты просто рассказала свою историю, но я даже не поинтересовался, какого тебе. Я имею в виду, ты должна теперь поделиться со мной своими эмоциями, как раньше. Ведь я пойму, зная историю. - Так, ты не злишься на меня? За все это? - Если ты говоришь, что начнется что-то ужасное, то какой смысл быть в обиде? Я считаю, что наоборот надо быть вместе. - сказал блондин улыбаясь мне. Я не выдержала и кинулась к нему в объятья. Мне не хватало близости с кем-то. Особенно после ночи в яме. И он был прав, надо просто поговорить. Обсудить все, что произошло. Ньют знал, что он может и хочет понять все мои поступки. И я даже забыла о зачеркнутом имени на стене. Ведь правда, злиться сейчас бесполезно, надо быть вместе с дорогими людьми. Парень обнял меня в ответ и так мы простояли несколько минут не решаясь прервать этот момент. Но Ньют отпрянул от меня со словами: - Нужно идти работать. - Я понимаю, иди, - сказала я отступая. И Ньют ушел. Я смотрела ему вслед, наблюдая, как он с улыбкой оборачивается ко мне на всем пути. Это была маленькая победа в большой войне, которую я вела с реальностью. Вспомнив о Томасе и Терезе наверху, я также вспомнила и про Минхо. И поняла, что нужно многое с ним обсудить. Даже до прихода Томаса, нам нужно было сделать хоть что-то. Поэтому я отправилась на базу бегунов, где и нашла Минхо, разглядывающего сердце гривера. Томаса не пришлось ждать долго. Он пришел через минут двадцать после меня. Обсудив устройство лабиринта, мы решили пойти в седьмую секцию из которой, предположительно, пришел гривер. Но перед этим, я хотела завершить то, что начала еще с Ньютом.       Ник сидел и читал какую-то книжонку на своем гамаке, когда я пришла в общую спальню. Я села на соседний свободный гамак и стала ожидать, когда парень обратит на меня внимание. Естественно, он заметил меня еще когда я только подходила, но как же Ник может обойтись без показухи. Демонстративно положив книгу рядом с собой, он посмотрел мне прямо в глаза и спросил банальное: - Что? - Все еще злишься? - спросила я. - Да, - уже сдерживая улыбку ответил парень. Тогда я поняла, что обида осталась во вчерашнем дне. Тогда я поняла, что я снова вернула всех близких людей. - Да? - спросила я с усмешкой, - Жаль, а ведь я хотела тебя предупредить. Ну, тогда как хочешь, - сказала я, поднимаясь со своего места. - Ээээй, нет, стой, - сказал Ник, поднимаясь и хватая меня за руку, - Рассказывай, что происходит. - Сегодня мы уходим. Готовься сражаться за свою жизнь, - сказала я. Он знал, что я говорю абсолютно серьезно, поэтому коротко кивнул и начал заниматься подготовкой. Я ушла, будучи спокойной за то, что все снова как надо.        Мы бежали еще больше, делали небольшие перерывы для того, чтобы отдышаться и поесть, и потом бежали дальше. Даже со своей двухмесячной подготовкой, я быстро устала. Поэтому большинство остановок происходило по моей вине. Но наконец мы добежали до лезвий. Они стояли неподвижно, но даже в таком состоянии они были ужасающие. Внезапно сердце гривера в руках у Томаса негромко запищало. - Какого хрена, - спросил Минхо, подходя к Томасу. - Без понятия, - ответил тот, - это произошло само... Постой, - Томас стал ходить в зад и в перед, заставляя металлическое устройство пищать в его руках невыносимо нудно и противно. - Что ты творишь? - спросила я. - Это указывает нам путь, - сказал Том, не отрываясь от сердца. - За мной. Проследовав за Томасом, мы обнаружили логово гриверов. Точнее это была глубокая пропасть. Там было темно и, видимо, глубоко. Когда мы подошли ближе к краю, металлическая штуковина в руках Томаса запищала как бешеная. - Кажется, - начал Том, - нужно будет прыгать. - Туда? Ты совсем спятил? - закричал на него Минхо. - Иначе мы никогда ничего не узнаем. - Он прав, - поддержала я Томаса, на что получила одобрение с его стороны и злой взгляд от Минхо. - Это опасно, ты же это понимаешь, - сказал Минхо Томасу, когда тот готовился перед прыжком. Я же стояла в стороне и наблюдала за происходящим. Тогда мне уже было скучно и немного страшно. Я смотрела на лезвия, и думала, как мне выжить, когда они начнут движение. Именно от этого мне было страшно. А ожидание заставляло меня нервничать. Но я старалась не трястись и не показывать парням свой реальный настрой. Томас был готов и я подошла к нему для того, чтобы сказать последние слова, возможно на прощание. - Томас, - начала я, - ты герой, помни это. Для меня ты всегда будешь героем, я вдохновляюсь тобой. Поэтому пожалуйста, выживи там любой ценой. - Эй, все будет в порядке, я обещаю.        Дело было сделано, Томас был в яме, но что-то пошло не так. Все вдруг стало двигаться и меняться, лабиринт стал меняться вокруг нас. Наконец, то, что я ждала, случилось. Лезвия. Они так быстро стали меняться, что чуть не задевали меня за пятки. Я бежала на последнем дыхании и видела, что парни тоже. Я нагнала их только в самом конце, убежав от лезвий и уворачиваясь от надвигающихся стен. Было больно дышать, легкие изнутри резали ножами, сердце билось так, как оно никогда в моей жизни не билось, на веси сильно давило. Удачно забежав в один из поворотов, мы убежали от изменяющейся зоны, оставшись в живых. Не верится, удача не обходит меня стороной. Сначала ночь в лабиринте, теперь лезвия и изменяющийся лабиринт. Видимо книга решила сделать меня своей частью, я очень рассчитывала на это.        Прибежав в лабиринт, нас встретили некоторые парни, которые стали стразу же расспрашивать нас обо всем. Новость о том, что из лабиринта есть выход, безумно обрадовала рядом стоящих. Всех, кроме Галли. - И что ты предлагаешь? - спросил он у Томаса. - Бежать! Сегодня! - ответил Томас с явным энтузиазмом. - Ты не понимаешь о чем говоришь! - вскричал Галли, - мы погибнем там, это настоящая глупость! - Надо уже что-то сделать, Галли, хватит сидеть на месте. Ребят, отправляйтесь собирать вещи, берите все самое нужное, - Том уже хотел уходить из толпы, когда Галли подошел к нему чуть ли не в плотную и сказал: - Да кем ты себя возомнил, а, салага? Ты здесь всего три дня, я здесь три года! И лучше тебя знаю, что из лабиринта не выйти! Да, я знаю, что из него нет выхода, все знали, просто боялись признавать! - Теперь есть, - тихо, но во время сказала я. Все сразу же посмотрели на меня. Галли был в ярости просто от того, что я находилась рядом. Его злобный взгляд был наполнен огня и ненависти. Но меня это ни капли не смутило и я решила уверить хотя бы эту группу людей в том, что у них есть шанс на спасение. - Ребят, я была там. Да, это все будет опасно, да, будут жертвы и да, не факт, что там выход. Но, послушайте, Галли три года просидел в Глэйде, протирая штаны, а Томас за три дня дал вам то, что вы так давно хотели. Подумайте над тем, готовы ли вы пожертвовать всем, ради того, чтобы наконец выйти отсюда? - Эй, Томас, - сказал женский голос позади меня. Я обернулась и увидела рядом запыхавшуюся Терезу, - там Алби, он очнулся. Меня не было тогда у Алби, когда Тереза и Томас ввели ему укол, но потом я вместе со всеми пошла в лазарет, чтобы увидеть его. Когда мы зашли, я увидела рядом с Алби Ньюта. Он стоял на коленях рядом с бегуном и что-то тихо говорил ему. Я слышала, как тяжело дышал и всхлипывал Алби. - Ньют, - окликнул Минхо блондина. Тот привстал с колен и медленно подошел у нам. Видимо его нога давала порой о себе знать. - Как он? - продолжил Минхо. - Держится. Он говорит, что вспомнил тебя, Томас, - после этой фразы, Ньют посмотрел на меня. Я пожала плечами, будто не знаю, что происходит. Тот кивнул и подошел ко мне, пропуская Томаса подойти ближе к Алби. - Эй, Алби, это Томас, - сказал парень, подходя ближе, - Говорят, ты вспомнил меня? - Да, - тихо ответил бегун. - Х-хорошо... Что ты вспомнил? - Тебя по ту сторону. Ты был их любимчиком. Ты был среди них. Ты был один из них... - Тут Алби перестал говорить и лишь стал тяжело дышать. Слезы крупными каплями скатывались по его щекам, когда он поднял голову и посмотрел прямо в глаза Томасу. - Как ты мог так с нами поступить?        Но Томас не успел ничего ответить. В лазарет влетели двое парней. - Ворота! Не закрываются! Скорее! - кричали парни, перебивая друг друга. Тогда я готова была расплакаться прямо там вместе с Алби. Мне было так страшно снова увидеть этих чудовищ. Новость напугала абсолютно всех в хижине, даже Алби перестал громко вздыхать. Ньют посмотрел на меня: его глаза были полны ужаса, губы немного подрагивали от страха, брови были сдвинуты домиком. Он взял меня за руку и потащил за собой наружу. Я видала, как все бежали к главным воротам. Он должны были закрыться уже несколько минут назад. Я знала, что начинается паника и что действовать надо быстро. Я развернулась к ребятам. Среди них были люди, которые были авторитетны в Глэйде, поэтому я очень сильно рассчитывала на их помощь и активность. - Надо уходить из Глэйда, сейчас же! Томас прав, пока действовать. Нужно собирать народ и уходить! - Да, - поддержал Том, - у нас мало времени, может случиться что угодно. Уговаривать остальных долго не пришлось. Все понимали, что идет что-то страшное, что нужно спасать свои жизни любыми путями. Многие из нашей группы разбежались по Глэйду, собирая народ. Я, Минхо, Томас, Тереза и Ньют побежали к главным воротам. Там уже был Галли, он контролировал постройку укреплений у ворот. Нигде я не могла найти Ника. Я пробежала глазами весь Глэйд, но нигде не увидела его. Мне снова было страшно за его жизнь, мне снова было страшно потерять его. - Галли, - сказал Ньют, подходя к парню, - освобождай людей. надо собираться, мы уходим. - Что? И ты туда же? Я никуда не уйду из Глэйда, Ньют, и мои парни тоже. - Это не тебе решать, - ответил Ньют. - Они уже все сами решили, я никого не заставлял. Хотите - проваливайте, мы тут сами справимся. Мы поняли, что спорить с ним уже бесполезно. Тогда было важно сохранить остальное, спасти остальных, а не уговаривать кучку упрямцев. Мы все направились к базе бегунов, сопоставлять номера, чтобы попробовать выявить код, для выхода из лабиринта. Я знала, что моя помощь будет очень полезна, но я не могла смирится мыслью о том, что Ника нет нигде поблизости. - Ньют, - сказала я, поравнявшись с блондином, - ты видел Ника? - Эм, да, но давно. Надо найти его. - Да, я займусь этим, - сказала я, поворачивая в другом направлении. - Нет, - сказал Ньют, хватая меня за руку, - сейчас что-то начнется, я не хочу чтобы ты далеко уходила. - Все будет в порядке. Я присоединюсь к вам через пару минут, - заверила я блондина, но сама не была уверена, что вернуть очень быстро. - Если что, беги и спасайся любой ценой, - он отпустил мою руку и поспешил догонять других. Я направилась к своему месту под деревом. Там я думала найти Ника, но ошиблась. Там было пусто. Я поспешила вернуться, чтобы проверить его в Хомстеде или еще где-нибудь, но мне помешали. Я уже почти вышла из леса, как услышала крики парней, совсем близко. Они кричали в предсмертной агонии, их крики прерывались бульканьем крови, многие кричали просто от страха. Но многие кричали лишь слово: "Гриверы". Я поняла, что не успеваю ничего сделать, даже спрятаться. Ведь они были рядом, я слышала, как парочку из этих монстров убили нескольких совсем недалеко от моего места. И снова мой кошмар стал реальностью. Крики людей сводили с ума, дрожь проходила по всему телу и от страха начался озноб. Моей первой мыслью было: найти оружие и защищаться как только могу. Столько целей сразу возникло в моей голове: найти Ника, быть с Ньютом, защитить глэйдеров, убить как можно больше этих тварей, выжить при всем при этом. Ближайшей доступной целью были оружие и остальные глэйдеры. И действовать надо было быстро, нужно было бежать и не останавливаться. Выйдя из своего укрытия, я заметила несколько гриверов впереди, которые направлялись в другом направлении от меня, я собралась с духом и побежала через кусты к базе бегунов.