Приведи его домой +19

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Звездные Войны

Основные персонажи:
Бен Соло (Кайло Рен), Рей
Пэйринг:
Бен Соло (Кайло Рен) / Рей, в эпизодах Люк, Лея, По
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Ангст, Флафф, Драма
Предупреждения:
Насилие, Нехронологическое повествование
Размер:
Мини, 15 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Бен и Рей живут на Ач-То вместе с учителем Люком. Рей постигает джедайскую науку и помогает Сопротивлению, Бен лечится от ран. Но не все у них так радужно, как кажется на первый взгляд...

Посвящение:
Команде Рейло :)

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
17 мая 2017, 07:42
      Солнце стояло высоко, и под ним ослепительно блестели волны, блестела рыба, которую они в четыре руки выбирали из сети. Гладкие продолговатые тела устилали дно лодки, как серебряные слитки.
      — Нагуляли жир, — отметил Бен.
      — Ага, — согласилась Рей. Вид большого количества еды всегда радовал ее. — Ну что, домой? Море жадных не любит.
      — Можно и домой... — Он посмотрел из-под руки на голубой зубчик острова у горизонта.

      Рей сидела на руле и наблюдала, как он складывает сеть и управляется с парусом. Он уже неплохо освоился, не путал снасти и орудовал механической рукой так же ловко, как настоящей. Голый по пояс, босой, небритый, длинные волосы стянуты в узел на макушке. «Абориген», — подумала Рей, хотя на Ач-То никогда не было коренного населения.
      — Чего ты улыбаешься? — Он повернулся к ней. — Кстати, чем у вас вчера кончилось с левитацией?
      — А представляешь — получилось. Раза с пятидесятого примерно. Вот говорят, что нельзя удержать в мыслях больше семи объектов. И так и есть. Но если преодолеть этот барьер, то можно сразу и десять, и двадцать, и сто. И сразу так — ух! — Рей энергично взмахнула рукой.
      — Как будто крылья за спиной вырастают... — подхватил Бен.
      — Да. — Рей вдруг смутилась, но опомнилась и продолжила: — Теперь есть надежда расчистить храм в какие-то разумные сроки.
      — Варварство все это, — вздохнул Бен.
      — Что?
      — Земля, которую мы вынимаем — это же культурный слой. Его, по-хорошему, надо через сито просеивать и под лупой изучать. Археологов бы сюда...
      — Да... Но что делать, время военное...
      Странно было говорить об этом здесь, под сияющим летним небом, под веселый плеск волн за бортом.
      — И что? Ты знаешь, что Великий храм Массасси раскапывали прямо во время Гражданской войны? Когда он был базой повстанцев?
      — Я даже не знаю, что такое Великий храм Массасси.
      — Дядя Люк не рассказывал? Ну-у... Учитель, называется...

      За разговором добрались до берега, и Рей оставила Бена швартоваться, а сама принесла из сарая большую корзину для рыбы. Бен посмотрел на нее, прищурился и скомандовал:
      — Давай-ка Силой.
      — Что? А, сейчас...
      — Тс-тс, не вместе с лодкой! — Он качнулся, но устоял на ногах и выскочил на причал.
      — Прости. — Рей прыснула и прикрыла рот ладонью.
      Она могла бы поднять в воздух лодку вместе со всем ее грузом, но сейчас нужно было поднять только груз. Который состоял из множества отдельных рыбин. Рей простерла руки перед собой и погрузилась в медитацию. Серебристая масса в лодке зашевелилась, приподнялась, несколько рыбин оторвались от нее, взмыли вверх и упали обратно. Рей фыркнула с досады.
      — Вчера получалось.
      — Ничего. Еще раз, — сказал Бен из-за ее спины.
      Его голос был мягким, спокойным, как шелест волн под настилом. Рей сделала несколько медленных вдохов и попробовала еще раз. Потом еще.
      Солнечные зайчики слепили глаза. Наглая чайка спланировала прямо на банку и пронзительно вскрикнула. Рей смахнула ее Силой, как муху, но в воздухе кружили еще несколько птиц и явно рассчитывали поживиться летающей рыбой.
      — Мне надо потренироваться на меньшем количестве... — Рей вытерла пот со лба, но вдруг остановилась на середине движения и снова протянула руки к лодке.
      На этот раз рыба поднялась со дна узкой блестящей струей, перетекла снизу вверх и тяжело шлепнулась в корзину. Несколько штук остались биться на досках.
      — Да! — Рей сжала кулаки, испустила победный клич и от избытка чувств бросилась обниматься с Беном. — Получилось!
      — Молодец! — Он легко оторвал ее от земли и подхватил на руки.
      Рей засмеялась и задрыгала ногами в воздухе.
      — Что ты делаешь?
      — Триумфальное возвращение!
      — Ты куда, поставь меня! А рыба?
      — Давай, ты понесешь рыбу, а я понесу тебя?
      — Иди ты, мне же надо сосредоточиться! Успокоиться!
      Вдруг она напряглась в его руках и посерьезнела:
      — Нас ищут.
      — Кто? — Он спустил ее на доски причала и повернулся к берегу.
      По каменным ступеням вдоль склона поднимались несколько человек: Люк, Лея, а с ней По Дэмерон и еще кто-то из ее свиты. Люк остановился и помахал ученикам. Лея сделала приглашающий жест. Потом они о чем-то посовещались между собой, и двое спутников Леи свернули на другую тропу и пропали из виду.

      Спустился вечер, и к стрекотанию ветряка добавилось пение насекомых. По теплой погоде ужинали во дворе, под навесом. Над столом плыл густой аромат ухи и горячих лепешек.
      — Какая благодать! Была б моя воля, поселилась бы здесь с вами... — Лея в своей генеральской форме сидела во главе стола и с видимым удовольствием налегала на еду. — Кто у вас так готовит, Рей?
      — Бен, — ответил Люк. Рей была так поглощена стараниями есть беззвучно, что не заметила вопроса.
      — Молодец какой!
      Бен, в чистой рубашке и «городских» брюках, по левую руку от матери, принял похвалу, глядя в тарелку.
      — У нас заканчивается соль.
      — Я привезла. Соль, крупу, сменные аккумуляторы. Кое-что из вещей тебе и Рей.
      — Спасибо, но не стоило. — Рей смущенно улыбнулась.
      — Стоило, вот увидишь. — Лея подмигнула ей и потянулась погладить сына по руке. — Не болит? Приятно видеть, что ты поправляешься.
      Бен повернулся и пристально посмотрел на мать:
      — Я давно поправился. Если ты не заметила.
      Лея пропустила его тон мимо ушей.
      — Я нашла мастера, так что завтра утром не исчезай никуда. Будем смотреть, что можно сделать.
      Ее рука скользнула в вверх и тронула воротничок рубашки. Вырез распирал массивный электронный ошейник вроде тех, что надевают на заключенных или рабов на хаттских плантациях.
      — Дай, угадаю — ничего?
      Лея нахмурилась:
      — Что такое?
      — Это я должен спросить: что такое? — Бен положил ложку на стол с чересчур громким стуком. — Зачем ты раз за разом приводишь ко мне каких-то хмырей, которые изображают бурную деятельность, хотя это... — он подцепил ошейник пальцем, — можно снять в любом кореллианском порту за двести кредитов в ангаре на коленке?
      — Много ты знаешь о том, что можно за двести кредитов в ангаре, — осадила его Лея. — Взломы рабских ошейников заканчиваются смертью в двадцати процентах случаев. Обычных, серийных. А это эксклюзивная работа. А специалистов по блокираторам Силы сейчас вообще не найдешь.
      — Вам же не надо делать и настраивать эти блокираторы, — процедил Бен сквозь зубы, — достаточно сломать.
      — И те, кто надевали на тебя ошейник, знали, что первым делом ты попытаешься их сломать, — веско заметил Люк. — Не надо считать Первый Орден дураками.
      — Хорошо. — Бен шумно выдохнул. — Я без Силы, но я все еще пилот. Я могу быть полезен.
      — Тебя ищут. Пока мы не будем уверены, что ошейник не посылает сигналы, тебе опасно появляться на базе.
      — Так давайте это проверим хотя бы! Вывезите меня куда-нибудь на большую землю, и если за мной в ближайшее время не явятся, значит, нет никакого сигнала, а если явятся, у меня найдется, чем их встретить.
      — Чем это, интересно, у тебя же нет Силы? Думал бы головой хоть иногда.
      — Я каждый день думаю. — Бен снова взял ложку и начал подбирать остатки в тарелке. — Например, о том, почему Дэмерон и этот... мастер... не сидят с нами за одним столом. Брезгуют? Противно смотреть в глаза трусу, который во время войны отсиживается в тылу? Или своему командиру, который его покрывает? Что с тобой стало, мама? Тебе самой не противно?
      Лея возмущенно открыла рот, но Люк успел вклиниться в разговор прежде нее:
      — Не кричи на мать. Она в свое время успела тебя похоронить и оплакать.
      — Рад за нее, но я живой! И я живу с мыслью, что папа в его годы погиб, выполняя диверсию, а я, молодой и здоровый, сижу тут, время от времени провожая тебя и Рей на боевые.
      — Бен... — Рей осторожно коснулась его плеча, но он дернулся и сбросил ее руку.
      — Ты был в плену, — с расстановкой проговорил Люк. — Ты не мог повлиять на то, что творилось в это время. Ты выдержал столько лет, потерпи еще пару месяцев, и вернешься в строй как джедай. Хотя для джедая твой образ мысли... а, ладно. — Он отломил еще хлеба и вернулся к еде.
      Бен посмотрел на него исподлобья.
      — Они отняли у меня Силу. Десять лет жизни. Отца и почти все воспоминания о нем... О вас... Можно, я хотя бы буду ненавидеть их за это? Раз уж падение на Темную сторону мне теперь не грозит? — Он снова подергал ошейник.
      — Хочешь в Сопротивление? — спросила Лея.
      — Представь себе.
      — Хорошо. Будь по-твоему.
      — Хорошо. В чем подвох?
      — Никакого подвоха. С этой секунды ты — боец Сопротивления. Что надо сказать?
      Бен выпрямил спину и пристально взглянул на мать.
      — Вас понял, генерал. Разрешите убыть в расположение части?
      — Отставить. Приказываю не покидать Ач-То вплоть до моих дальнейших указаний. Самовольное оставление поста будет считаться дезертирством.
      На секунду показалось, что Бен сейчас опрокинет стол вместе с едой и тарелками. Или сломает столешницу ударом кулака. Но он лишь отодвинул пустую тарелку и встал. Лавка глухо чиркнула по земле.
      — Есть, генерал. Разрешите идти?
      — Иди, проветрись.
      — Лея, на два слова... — Люк, наблюдавший эту сцену без одобрения, наклонился к сестре.
      — Я тоже пойду. — Рей подобрала свою и Бена посуду и сгрузила в таз с водой. — Спасибо, было очень вкусно. Посмотрю, как он там...

      Рей нашла его на мысе, куда они иногда ходили медитировать. Склоны острова здесь отвесно обрывались, и сверху открывался вид на бухту, корабли на стоянке, узкую ленту прибоя и необъятный горизонт, где умирала заря.
      Он стоял на краю и пинал камушки. За грохотом волн и свистом ветра он не сразу услышал, как она подошла.
      — Я не собираюсь прыгать, — сказал он.
      — Я ничего такого не думала, — смутилась Рей. — Но тебе плохо сейчас... я чувствую. Поговори со мной... или.... что мне сделать для тебя?
      Она боялась, что он попросит ее уйти, но он только снова молча уставился вдаль, с виду спокойный, но ноздри вздрагивали, кулаки сжимались и разжимались. Хотелось подойти, обнять его, погладить по непослушным черным волосам и стереть из его мыслей эту тьму, которая его мучает. Как он делал с ней, когда к ней среди ночи приходили видения Силы...
      — Говорят, это вина выжившего. — Он нагнулся и с размаху послал очередной камень в пропасть. — Так со всеми, кто терял друзей на войне, надо просто смириться и пережить. Но я даже не помню тех, кого потерял. Одноклассников из академии, друзей... Я правда дружил с Дэмероном?
      — Он рассказывал.
      — Ничего не помню. У меня такое чувство, что я вообще лишний в этом мире. Эта жизнь — не моя, на самом деле я не имею права ходить по этой земле, дышать воздухом, купаться в море... И все об этом знают, но молчат. И мама прячет меня здесь, то ли потому, что меня стыдно показывать людям, то ли...
      — Она тебя любит! Она просто... после смерти Хана ей очень страшно за тебя...
      — Знаю... Все меня любят, все обо мне заботятся, один я... — Он вздохнул. — Я разрываюсь на части... Что?
      — Что?
      — Ты вздрогнула.
      — Нет.
      Под его взглядом она непроизвольно отступила на шаг. Он поймал ее за руку и подошел вплотную.
      — Я разрываюсь на части и хочу избавиться от этого, — проговорил он медленно, заглядывая ей в глаза, — откуда это?
      — Не знаю.
      — Не ври.
      — Пусти.
      — Как погиб папа?
      — Что? К чему это сейчас?
      — Не ври мне. Как на самом деле погиб Хан Соло?
      Рей попыталась вырваться, но он крепко вцепился в ее запястье и заломил руку за спину.
      — А-а! Больно же, придурок!
      Она оттолкнула его Силой, он отступил назад, чтобы не потерять равновесие, и выпустил ее. Несколько секунд они стояли друг напротив друга, тяжело дыша.
      — Это была ты. Там, на балконе. Как это все... Почему?..
      — Это не то, что ты думаешь, — выпалила Рей. — Я все объясню.
      — Объясняй.
      — Тебя взяли в плен при Чандриле, — поспешно заговорила она. — Ты был тяжело ранен, и генерал решила, что лучше официально объявить тебя погибшим и через это дать тебе второй шанс... Тебя бы расстреляли как военного преступника Первого Ордена...
      — Стоп, я был на стороне Первого Ордена?
      — Да.
      Он на секунду остолбенел, потом почти заорал на нее:
      — Как? Рассказывай все — как это случилось? Когда?
      — Давно. — Рей невольно попятилась от него. — Спроси Люка, он единственный, кто знает точно. Бен, я не вру, это было десять лет назад, я жила на Джакку и знать не знала про это все!
      — Сколько?!
      — Примерно десять лет, я могу сейчас ошибиться, но...
      — Десять... — повторил он ошалело, — и вся эта история по плен и пытки...
      — Нам надо было объяснить твое отсутствие. Ты считался погибшим при уничтожении Академии...
      — … которую уничтожил я?
      — Да.
      Он отступил от нее и бесцельно зашагал по поляне, шатаясь, как пьяный.
      — Крифф, это многое объясняет... Я был Кайло Реном... — Он вновь развернулся к ней. — Что еще? Кого я еще убил — Чубакку? Дядю Лэндо? Лор Сан Текку?
      — Чубакка и Лэндо живы, — поспешила вставить Рей.
      — Зачистки Внутреннего Кольца, бомбежка Хосниана, штурм Куата... — Он перечислял, вперив в нее вопрошающий взгляд. — Что еще я забыл? И если все так, как ты говоришь, — почему я до сих пор жив?
      — Верховный лидер Сноук манипулировал тобой. Контролировал твой разум...
      — Что?!
      — Ошейник нужен для этого. Чтобы он не добрался до тебя через Силу. Честно, мы пытались обойтись...
      — Вы? Ты в этом участвовала?
      — Я... помогала учителю Люку стереть тебе память. И руку тебе отрубила я. В бою. Прости... — Рей бессильно развела руками. — У нас не было другого выхода. Когда ты был в госпитале, генерал приходила к тебе каждый день, пыталась поговорить, но ты отказывался. Вообще отказывался разговаривать. Все шло к тому, что ты пойдешь под трибунал и на расстрел... Генерал сказала, что не может потерять после мужа еще и сына...
      — После того, как я сам его убил?
      — Да. — Рей замялась. — Вообще-то это не я должна тебе рассказывать... Поговори с ней.
      Бен — или Кайло Рен? — смотрел на нее несколько секунд, которые показались Рей вечностью, потом запрокинул голову к небу и почти по-звериному взвыл.
      — На что вы вообще рассчитывали? Держать меня в этом всю жизнь? Периодически обновлять блокаду памяти?
      — О, Сила, нет конечно! Генерал просто хотела, чтобы ты пожил нормальной жизнью. Без голосов в голове, без груза вины и осуждения, окруженный любовью, а не ненавистью и страхом... Надеялась, что со временем ты поймешь...
      — … что она была права и сделала все, как мне лучше?!
      — Да нет же, Бен! Все не так, как ты...
      — Ну конечно! Окружить любовью... Она и тебя подослала ко мне?
      — Да почему сразу «подослала»...
      — Только не говори, что просто влюбилась в парня, который тебя пытал. «Научи меня, Бен», «поговори со мной, Бен», «я чувствую, то же, что и ты»... — грубо передразнил он.
      — Что-о?! — До нее медленно начал доходить смысл сказанного. — Я — влюбилась? Ах ты дрянь! Сволочь! Ах ты...
      Она бросилась на него с кулаками, но бить его было — все равно что скалу. Тогда она толкнула его Силой. Он отлетел на несколько метров и упал с возгласом, в котором было больше удивления, чем злости.
      Не дав ему опомниться, она снова приподняла его в воздух и бросила спиной о землю, подбежала и стала пинать ногами, повторяя: «Дрянь! Дрянь!» — в бока, в живот, в лицо... Как когда-то на Джакку били вора, просверлившего бак с водой; били толпой, пока все его тело не превратилось в бесформенный кусок мяса...
      Рей остановилась. Он лежал на боку и медленно шевелил локтями сквозь силовые путы. Голова была сплошным черным пятном, то ли от упавших на лицо волос, то ли от крови. И кругом была тьма. Ею пропитались кусты и трава, и море за обрывом, и небо с редкими крупными звездами...
      Она развернулась и сломя голову бросилась прочь от места своего преступления.

      Она бежала, пока легкие не охватил огонь, пока мышцы не растеряли точность и нога не влетела с размаху большим пальцем в камень. Рей растянулась во весь рост на тропе, злосчастный камень разлетелся на мелкие кусочки от удара Силой. Следом еще один и еще. Краем сознания она понимала, что впускает в себя то, что нельзя впускать, но не могла остановиться. Лучше уж бить камни, чем людей.
      Подумать только — подослали! Как только его грязный язык повернулся... Дрянь, маменькин сынок...
      Рей поднялась на ноги и отряхнулась. Штаны порвались на коленях, по ногам текла кровь, на белой майке остались черные пятна — ладони тоже были содраны, а она даже не заметила.
      Она же привязалась к нему как к родному... Она почти забыла, кем он был...
      Он доверял ей...
      «Рей, что происходит? — прозвучал в голове голос Люка. — Где ты, Бен с тобой?»
      Она застыла, соображая, что ответить. До нее вдруг дошло, что, пока она жалела себя, он лежал там на холодной земле, побитый. Этот образ и достался Люку.
      «Ох, что у вас там случилось? Я сейчас приду».
      «Я тоже», — заверила Рей и на ушибленных ногах заковыляла назад.

      За шумом волн вдруг прорезался другой звук, похожий. Рей не сразу поняла, что это, а когда поняла, ужаснулась. «Тысячелетний сокол» взлетал.
      «Рей, что случилось? Ты на борту?»
      «Нет! — Она почти закричала это вслух. — Это Бен. Я все погубила!»

***


      «... Кайло Рен мертв. Не затрагивая сейчас вопрос правдивости сообщения, задумайтесь, кому в высших кругах правящей элиты и командования Сопротивления выгодно, чтобы величайший военный преступник нашего времени никогда не предстал перед судом...»
      — Правящая элита Сопротивления... Какая чушь, — бросил Люк.
      По выключил голоприемник, и в кабине неприметного грузового шаттла стало почти темно. Снаружи хлестал ливень, пустынные холмы затянуло плотной дымкой, серое полотно реки покрылось рябью.
      — Дня не прошло, а стервятники в воздухе. Представьте, что будет, если им подбросят настоящую добычу? Это посерьезнее, чем мертвый Вейдер.
      — А что Вейдер? — спросила Рей у него из-за плеча.
      Люк ответил за него:
      — Давным-давно мою сестру пытались уничтожить... Вывести из игры, тогда все было без крови. И не придумали ничего лучше, чем теория заговора, основанная на ее родстве с Вейдером. Родство-то настоящее...
      — То, что мы делаем, — настоящий заговор, — покачал головой По. — Допустим, у вас получится... Вы придумали, как будете возвращать его в общество?
      Люк вздохнул.
      — Я не политик, я тут мало что могу. И у меня полный рот забот ближе и насущнее, чем то, как мы будем выглядеть в глазах Республики. Давайте сначала доживем до... Летят!
      «Тысячелетний сокол» вынырнул из-за завесы дождя, сел рядом на раскисший дерн и опустил трап. Чубакка и какой-то незнакомый вуки стали выгружать из трюма ящики. Должно быть, лекарства и киберпротезы для госпиталя, но может и оружие...
      — Надо помочь, — сказал Люк и вылез из пилотского кресла. Рей накинула плащ-палатку и последовала за ним.
      Когда весь груз оказался на земле, Люк и Рей Силой вынесли из шаттла медицинскую капсулу, накрытую маскировочным полотном, как солдатский гроб — знаменем, и закрепили в опустевшем трюме «Сокола». На шаттл Сопротивления погрузили ящики. Потом коротко — чтоб не мокнуть под дождем — попрощались. Чубакка и его товарищ перебрались к По, и тот увел шаттл с планеты первым. Рей и Люк остались на «Соколе» одни. Не считая того, кто был в капсуле.

      — Он будет жить с нами? — спросила Рей между прочим, когда они вышли в космос и задали курс.
      — Ач-То единственное место, где его можно надежно спрятать. — Люк покосился на нее. — Считай это джедайским уроком. У тебя выдался шанс узнать моего племянника таким, какой он есть на самом деле, у него — начать жизнь заново. Думаю, это будет поучительно.
      — А если он на самом деле такой? И никто его не заставлял, он сам выбрал Сноука, а не вас?
      — Это мы в любом случае скоро узнаем... — Он нажал рычаг гиперперехода, и звезды превратились в полосы. — Как насчет перекусить, падаван?
      — Сейчас! — Рей улыбнулась и вылезла из кресла.

      Она спустилась в трюм и вытащила из сумки с провизией пару армейских пайков. Капсула стояла рядом, среди мешков с крупой и белковым концентратом. Рей проверила монитор — жизненные показатели в норме. Постояла с минуту, потом осторожно откинула маскировочную сетку и заглянула внутрь сквозь стекло.
      И встретилась взглядом с тем, кто был внутри.
      Карие глаза широко распахнулись, а потом озарились надеждой, медицинские датчики запищали, отмечая ускорение сердечного ритма. Рей невольно отшатнулась, но отступать было поздно. В крышку капсулы изнутри глухо застучали. «Откройте, откройте» — она отчасти различила, отчасти прочитала по губам.
      Первой мыслью было позвать Люка, но Рей остановила себя. Пилоту не следует покидать кабину во время полета.
      Она собралась с духом, открыла замок и откинула тяжелую крышку.
      — Что вы стучите? — Она заранее напустила на себя начальственный тон. — Вы ранены, хотите, чтобы швы разошлись?
      Его правая рука с недавно приживленным протезом лежала вдоль тела, левая тянулась к ней в каком-то неопределенно-просительном жесте.
      — Нет... — выдохнул он. — Девушка... скажите, пожалуйста... Что произошло? Где я?
      — Меня зовут Рей, — проговорила она, вглядываясь в его реакцию. Никакой враждебности, ни малейшего проблеска узнавания. — Я падаван учителя Люка. Это «Тысячелетний сокол».
      — «Тысячелетний сокол»...
      Он обвел глазами потолок. Рей разглядывала исподтишка его бледное угловатое лицо в ореоле черных волос. В непривычно белой больничной пижаме, слабый и потерянный, это все же был тот самый человек, который допрашивал ее на «Старкиллере».
      Оглядевшись, он с облегчением уронил голову на подушку, но потом в глазах вновь зажглось беспокойство.
      — Что со мной случилось? Я ничего не помню.
      — Вы были ранены. Потеряли руку в бою. — Рей не хотелось напрямую врать, она не готовилась к этому. — Вам сделали операцию в полевом госпитале Сопротивления, опасности для жизни больше нет. Мы едем в тыл, там вы будете поправляться. Сейчас я сделаю вам укол... — Она потянулась к аптечному ящичку, вделанному в капсулу.
      — Нет! — выкрикнул он почти с яростью и схватил ее за руку — некрепко, Рей моментально вывернулась. — Девушка... Рей... Вы не понимаете. Я вообще ничего не помню — в каком бою? Какой сейчас год? Я был на войне? — Тревога в его глазах превратилась в настоящий страх. — Я не чувствую Силы!
      — Тише. — Она, не задумываясь, положила руку ему на грудь и мягко придавила к ложу. — Вы... очень много пережили. Главное сейчас, что вы живы, думайте об этом. Мы найдем способ вернуть вам Силу.
      На последних словах он немного успокоился.
      — Только не надо больше снотворных, я не хочу опять... я хочу быть в сознании.
      — Ладно, — согласилась Рей. — Только ведите себя хорошо.
      Он слабо кивнул, пересохшие губы расплылись в улыбке.
      — Хорошо... Рей... Куда вы? — Он заметил, что она взялась за крышку капсулы.
      — Мне надо наверх. Скажу Люку, что вы проснулись.
      — Не уходите. Посидите со мной.
      Да что такое. Как ребенок, который боится темноты. Ну нет, Рей даже в детстве никого ни о чем таком не просила.
      — Я второй пилот. — Она посмотрела на него сверху вниз. — Я не могу бросать пост надолго. — Потом прибавила: — Выйдем в гипер, и я принесу вам поесть.
      — Возвращайтесь, Рей, — попросил он с той же детско-доверчивой интонацией. — Не бросайте меня... одного...

***


      — … Кореллианский YT-1300... Старая модель, сейчас такие почти не летают...
      Рей держалась за спиной своего провожатого. После всех уговоров и торгов не хватало только потерять его в толкучке космопорта.
      — Тем легче будет его найти, ведь так?
      Диспетчер неопределенно пожал плечами. Они обогнули длинную очередь и вместе прошли к служебному входу.
      — Этот парень тебе, знать, много денег должен, а? — ухмыльнулся он, набирая код на панели, — или сбежал из-под венца?
      Рей мысленно досчитала до десяти.
      — Девушка, я только спрошу — можно? — Пожилая тви'лечка сделала попытку втиснуться в дверь следом за ними. — Грузовой на Кесселя, на сегодня...
      — Женщина! Это служебный вход, куда вы прете? — прикрикнул на нее диспетчер, — вон справочная, идите туда.
      Та ушла, что-то бормоча под нос про хамство. Рей поднялась в диспетчерскую. На нее оглядывались; она старалась держаться невозмутимо и никому не мешать. Прошли долгие двадцать минут, пока ее благодетель рылся в базе данных, а она рассеянно разглядывала космопорт через фонарь диспетчерской. Большинство кораблей были незнакомых моделей, почти не встречалось человеческих фигур... Она далеко забралась в своих поисках.
      — 492727ZED?
      Она опомнилась и закивала.
      — Есть такой, площадка E-125. Запрос на взлет на сегодня, так что поторопись.
      Рей сунула ему деньги и почти бегом бросилась на посадочное поле.

      Красные закатные лучи лизали взлетную площадку. Впереди темной массой на фоне неба вырисовывался «Тысячелетний Сокол». Трап был опущен, и грузчики затаскивали в брюхо корабля какие-то ящики с неотвратимо пустеющей гравитележки. Рей припустила к ним что было сил.
      — Простите, а где хозяин этого корабля? — крикнула она на ходу.
      Краснолицый инопланетянин (она даже не знала, что это за раса) повернулся к ней.
      — Я хозяин. Что надо?
      Не может быть.
      — Это «Тысячелетний Сокол»? Серийный номер сорок девять-двадцать семь-двадцать семь-зет-е-дэ? У меня очень важное дело!
      — Важное дело? — Он недоверчиво наклонил голову и встал между ней и трапом, загораживая проход.
      — Простите, вы давно его купили? Мне очень нужно встретиться с предыдущим хозяином.
      — Дамочка, вы вообще кто? — вмешался другой, который, видимо, знал язык получше. — С какой стати вы тут вопросы задаете?
      Остальные двое отвлеклись от своего занятия и стали полукольцом, ненавязчиво оттесняя ее от трапа и груза.
      У Рей не было терпения препираться с ними. Она обездвижила Силой всех четверых и вскинула руку к перепуганному лицу хозяина, врубаясь в толщу воспоминаний.
      — Когда ты его купил? У кого? Мне нужны все подробности!

      — Би-Би-12, курс на Нал-Хатту.
      Рей устраивалась в кабине своего крестокрыла. Руки слегка дрожали, застегивая ремни безопасности. Дроид запищал ей в ответ.
      — Нет, мы не возвращаемся на базу. Пока. Да, я помню про конец отпуска.
      Диспетчер разрешил взлет. Рей торопливо подняла машину в небо.
      — Да, я помню, что мы теперь не Сопротивление, а регулярная армия Союза Планетарных Республик. Нет, дроида не будут считать дезертиром. Угомонись, наконец, и давай прыгать в гипер. Да, прямо отсюда. Безопасно. На счет «три»...

***


      — Ты так кричишь...
      — Прости. Я тебя разбудила?
      — Ничего.
      В окно светили редкие звезды Ач-То, и Рей смутно различала вещи в хижине и массивную темную фигуру Бена совсем рядом.
      — Расскажешь, что тебе снилось?
      Внутренности окатило ледяной волной. Он догадался? Догадывается? Потом большая теплая рука нашла ее руку на одеяле, и страх чуть отпустил.
      — Н-нет... Я еще не готова...
      — Ладно. Но имей в виду — я здесь.
      Зловещий морок спадал, и теперь голос Бена звучал уютно, успокаивающе. Он подался корпусом вперед, и Рей ощутила сквозь одеяло вторжение в свою постель.
      — Что ты делаешь?
      — Беру тебя на ручки, — сказал он и действительно поднял ее с кровати вместе с одеялом. — Хочешь на ручки?
      — М-м, нет. — Она отцепила от себя простыню, которую он случайно прихватил.
      Это было так нелепо. Может, когда-то мама и укачивала ее на руках, но Рей ничего не помнила. Она росла без объятий и прикосновений и до сих пор не могла привыкнуть к такому выражению симпатии. Она объясняла Финну, По, другим товарищам на базе: на Джакку, если хватают за руки, значит хотят скрутить, утащить, избить или чего похуже — ей трудно теперь переучиться. Товарищи относились с пониманием. Иное дело Бен... Они общались каждый день, слишком помногу, чтобы соблюдать дистанцию...
      — Точно нет?
      Он был таким большим и сильным, что мог взять ее, здоровую взрослую девицу, на руки, как ребенка. Это было глупо, неуместно, чересчур... и от этого в груди что-то сладко обрывалось...
      — Точно. Положи меня.
      Незачем ему знать, что у нее нет никакого иммунитета против магии объятий.
      — Ладно, — согласился он.
      Рей взбила себе подушку и поправила одеяло. Бен взял с этажерки лампу и зажег.
      — Посидеть с тобой? Может, книжку почитать?
      — Давай.
      Оставаться одной в темноте все еще не хотелось.
      — Что тут у тебя есть... Справочник механика, навигационный атлас, это не интересно, это тоже... «Релятивистская электродинамика сплошных сред»? — Он повернулся к ней. — А почему не ква... я хотел сказать, ты правда это читаешь?
      — Нет... Я хотела, но поняла, что надо сначала просто электродинамику...
      — Э-э...
      — Что «э-э»? Я же нигде не училась в отличие от тебя. Инженеры надо мной насмехаются...
      Он смущенно пожал плечами:
      — Просто странный выбор для новичка. Хотя в чем-то ты права — под матан отлично спится.
      — Ой-й... нет...
      — Что?
      — Только не матан. Я один раз открыла... и все. — Рей выразительно закрыла лицо руками.
      Он склонил голову набок.
      — Ты что, пытаешься учить физику плазмы без математики?
      — Ну, там хотя бы слова знакомые.
      Он оживился и подсел к ней.
      — Э... это просто. Я могу тебе объяснить все про матан. Главное, что надо знать... — он воровато огляделся, — надеюсь, математиков поблизости нет... Это просто приложение к физике. Возьми учебник общей физики...

***


      Зачем она вспоминает это теперь?
      В отличие от учителя Люка или генерала Органы для Рей никогда не существовало Бена Соло. Его придумали, склеили из наименее опасных, наименее ядовитых фрагментов Кайло Рена... Было бы глупо поверить в свой собственный обман.
      «Возвращайся невредимой», — говорила на прощание генерал Органа...

      Вот и нужный район.
      Таксист несколько раз переспросил, точно ли ей сюда, а потом высадил рядом с трассой и отказался везти дальше. Нар-Шаддаа вообще не самое приятное место, но даже у выгребной ямы есть дно. Рей расплатилась и отпустила его.
      Клин бросовой земли между космопортом и промзоной — вот что это было. Над землей, насколько хватало глаз, тянулись грузовые мосты и трубопроводы. Внизу, у опор в беспорядке ютились неказистые постройки: малоэтажные дома, гаражи, сараи — целый лабиринт. Над головой мелькали огни спидерной магистрали. Вдали, точно гигантский каменный лес, высились окраины Вертикального города. Сам город отсюда можно было только опознать по зареву на полгоризонта. Пятно засветки поменьше и в стороне указывало на космопорт.
      Рей сошла с парковочной платформы на тропу на покрытом мусором склоне. Ее путь лежал вниз.

      Под Сокрытием Силы Рей прошла через трущобы. На ней были спортивные штаны, ботинки и куртка с капюшоном, походкой она старательно копировала мальчишек из подростковых банд. Все шло хорошо, она была почти на месте, но сердце билось все тревожней.
      У поворота в нужный двор был припаркован спидер, рядом лениво курили двое мужчин.
      — Пацанчик, ты чьих будешь? — окликнул ее один, высокий, бритоголовый.
      — Я местный. — Она посмотрела на них снизу вверх честными глазами. — Живу я здесь.
      — Он местный. Живет он здесь, — подтвердил второй и сплюнул в лужу.
      Им не было дела до Рей, но Рей они все равно не нравились. Их расслабленность была показной, то, как они встали на проходе... Крифф, да это засада!
      Рей прошла мимо них, стараясь держаться невозмутимо. Из двора было еще два выхода, но не факт, что они свободны. Скорее нет. Торчать на виду нельзя, надо что-то придумать...
      Лязгнула дверь подъезда.
      — Эй, ты куда пошел! — опомнился бандит у нее за спиной. Рей не обернулась, но прибавила шагу. Главное было впереди.
      Из подъезда вывалились двое бесалисков и между ними человек. Рей не видела, но угадала — его вели под дулом бластера. Ее опередили.
      При виде бегущей на них Рей бандиты удивились, на секунду растерялись, и один из них сделал ошибку: отнял ствол от бока своего пленника и направил на нее. Пленнику этого хватило: он вывернулся из захвата и двинул одного из своих противников кулаком в висок. Лазер распорол темноту над плечом Рей. Бандиты у подъезда занялись более насущным делом — Рей успела увидеть, как черноволосая голова впечатывается затылком в стену, из носа течет кровь.
      Почему он позволяет себя бить? Он настолько сильнее, он мог бы их прихлопнуть, как мух...
      Бандиты из подворотни выскочили за ней, доставая бластеры. Рей выхватила меч и с разворота отбила первый выстрел. Раздался крик: «Рены!», сдавленная ругань и топот ног. Кто стоял в засаде, бросились врассыпную. В домах загорелось несколько окон. Рей вновь отыскала взглядом бесалисков — в зеленоватом свете меча можно было рассмотреть их лица — изумленные, но еще не испуганные.
      — Бросай оружие! — крикнула она и, мало надеясь на угрозы, обездвижила противников Силой.
      Бандиты застыли на месте, потом раздался шорох и выстрел, полыхнули две короткие вспышки, и два грузных тела с остекленевшими глазами осели на землю. Тот, кто минуту назад был их жертвой, поднялся во весь рост и свободной рукой отряхнул с черной куртки бурую грязь.
      Потом поднял глаза на Рей.

      Он узнал ее — по голосу, наверное, — он не пытался навести на нее бластер. Рей погасила меч и шагнула вперед, пытаясь разглядеть выражение его лица или почувствовать что-нибудь в Силе.
      Наконец он проговорил:
      — Спасибо, — и вытер разбитое лицо рукавом.
      — Чего они хотели? — Рей окинула трупы растерянным взглядом.
      — Денег. — Он опустился на корточки и обшарил тела. — Они все хотят денег.
      Рей отвлеченно задумалась, принято ли здесь всегда грабить свою жертву независимо от причин убийства. Но он вытащил только коммуникаторы и стал что-то искать в их памяти. Потом включил запись, но повернул устройство голосканером не к себе, а к трупам.
      — Привет, Лютый, — заговорил он в микрофон. — Имею тебе сказать... в общем, чтоб я твоих шестерок у себя больше не видел. Захочешь поговорить — приходи сам. Если не зассышь, конечно. Всех благ.
      Он щелкнул выключателем и аккуратно положил комм мертвому бесалиску на грудь. Потом подобрал с земли небольшую кожаную сумочку и выпрямился.
      — Я думала, вы с Лютым партнеры, — блеснула осведомленностью Рей.
      — Я его кинул.
      — В тебе больше от Соло, чем кажется.
      Он хмыкнул. Это должно было прозвучать оскорблением, но его не задело. Он вообще был каким-то не таким, как она запомнила. Сколько времени прошло? Полтора года, а кажется — вечность.
      — У тебя есть спидер?
      — Нет, я приехала на такси.
      — Ясно, пошли.
      — Куда?
      — В ангар. Или будешь сидеть здесь над трупами?

      В ангаре он сбросил куртку, умылся из бочки с технической водой, промокнул разбитое лицо перекисью, кое-как оттер штаны мокрой тряпкой. Размотал заляпанный кровью шарф, и Рей увидела ошейник, перетянутый изолентой в нескольких местах.
      — Что ты будешь делать теперь? — Проклятье, зачем она столько раз представляла себе этот разговор, если теперь не может начать?
      — Отвезу тебя в космопорт. Или в гостиницу. Смотря, куда тебе надо.
      — Мне надо поговорить с тобой.
      Его спина на миг напряглась, потом отмерла, и он повернулся к ней лицом.
      — Ну? Говори.
      — Эм... — Она замялась, не зная, каким именем назвать его. — Я.... Мы... Мы очень нехорошо расстались в последний раз. Я плохо поступила... прости.
      Он кивнул.
      — Ничего, я сам был виноват. А теперь ты спасла меня. Мы в расчете.
      Повисла пауза, и он отвернулся что-то искать в ящике с инструментами.
      — У меня есть для тебя кое-что.
      — Что?
      — Посмотри. — Рей вынула из-под куртки меч Энакина Скайуокера и протянула вперед.
      Его глаза сверкнули, ноздри жадно расширились, но он не двинулся с места.
      — Бери, у меня есть свой, — подбодрила Рей, но, когда он протянул руку, быстро отдернула реликвию назад. — Возьми меня с собой.
      Он недобро прищурился.
      — Даже не спросишь куда? — и снова отвернулся греметь деталями. — Что, всегда мечтала связать жизнь с налетчиком?
      Рей покачала головой.
      — Ври кому хочешь, но только не мне. — Она хотела вложить в эти слова иронию, а получился какой-то пошлый надрыв. — Денег, на которые вы с Лютым обнесли Вернерию Хатт, хватит на три кореллианских транспортника... или один легкий крейсер. Но беспредела такие деньги не стоят. На карьере налетчика ты сам сейчас поставил жирный крест.
      — Может, я мечтаю не о карьере. А о тихой жизни где-нибудь во Внешнем кольце.
      — Ага, конечно, — поддакнула Рей, глядя, как он строительным ножом срезает изоленту с ошейника. Потом он достал треснутое зеркальце и положил на полочку перед собой. — Давай помогу.
      Он не стал пререкаться — быстро повернулся к ней и объяснил, что отвинтить и куда нажать. Оковы разошлись, и Рей увидела, как его лицо заливает волна чистого блаженства, которое немедленно передалось и ей.
      — Вот так. — Она отбросила ненавистный кусок пластика и легонько погладила пальцами шею, корни волос на затылке... Это вышло само... — Вот так...
      Он открыл глаза и вновь отвердел:
      — В машину! У нас мало времени!

      — У нас? — переспросила она, садясь.
      Он шумно выдохнул сквозь зубы:
      — Видишь это? — и бросил ей на колени сумочку — довольно тяжелую, как оказалось. — Открой, не бойся.
      Спидер взмыл над трущобами. Рей успела заметить краем глаза, что во дворе стоят полицейские спидеры. Так быстро приехала полиция? Ах да, это своих не принято сдавать, а демона со световым мечом сдадут за милую душу.
      Она расстегнула замок и застыла на миг — сумочка была битком набита кайбер-кристаллами, Рей никогда не видела так много сразу.
      — Меч можешь оставить себе, — услышала она. — У тебя на него больше прав.... чем у кого-либо.
      На экране засветился сигнал: «Воздушный патруль: остановитесь и подготовьте документы».
      Полиция все-таки пустилась за подозрительным спидером. Просто проверить документы для очистки совести, но какие у них документы...
      Рей вдавило в кресло ускорением, потом бросило в невесомость — спидер прижимался к рельефу. В них начали стрелять. Острое предчувствие чего-то непоправимого накатило из Силы, она не успела даже вскрикнуть, как за их спиной полицейская машина впечаталась в ферму. До Рей долетел только грохот взрыва.
      Кайло выбрал место, где начиналось движение поплотнее и бросил спидер вверх, чтоб смешаться с потоком.
      — Тебя что, выгнали из Сопротивления?
      Вокруг него пульсировала тьма. Сейчас бесформенная и пассивная, но от нее было тяжело дышать, казалось, еще немного — она перельется через фонарь и затопит весь город.
      — Из армии, — машинально поправила Рей. — Нет, конечно, что за глупости!
      — Тебя послали сюда?
      — Я сама прилетела.
      — Зачем?
      — За тобой.
      — Тебя послала...
      — Говорю же, нет! Никто меня не посылал, я сама.
      Он чуть скосил глаза в ее сторону.
      — Мы плохо расстались, — повторила Рей. — Я не хотела, чтобы все закончилось так... — Ее голос пресекся. Все заканчивалось на глазах, теперь уже навсегда, и так она тоже не хотела. — Да крифф, мы же были друзьями, хоть и недолго... Я не могла просто пойти и жить, и не думать, как ты там — без денег, без документов, без Силы...
      — Понятно, — тихо сказал он.
      У него были и деньги, и Сила.
      — Послушай, — заговорил Кайло, глядя перед собой, — Я, вроде как, обязан тебе жизнью. Даже не один раз. Я не настолько урод, чтобы втягивать тебя в неприятности просто за компанию... а, крифф, уже втянул... — Он ударил ладонью по штурвалу, не сильно, но зло. — Если тебе некуда идти, я куплю тебе...
      — Я помогу тебе убить Сноука, — перебила она.
      — Что?
      — Что слышал. Убить Сноука. Ты же этого хочешь. Ты снял ошейник — тебя засекут. Скоро на Нар-Шаддаа будут рыцари Рен...
      — … и на твоем месте я бы не попадался им на глаза.
      — … но если бы ты просто хотел прыгнуть в объятия Первого Ордена, ты бы сделал это давным-давно. Зачем терпеть пытку бессилием? Как бы ты ни был зол на нас, ты понимал: то, что я сказала, может быть правдой. Теперь ты знаешь, что это правда.
      — Ты понятия не имеешь, о чем рассуждаешь! — рявкнул он. — Как приземлимся, посажу тебя на рейс до Внешнего кольца, и кончен разговор.
      — Не посадишь. Союзник стоит слишком дорого, чтобы отказываться из чистого упрямства. Ведь это именно то, что он от тебя... А, ладно. — Она осеклась и замолчала.
      Впереди расступались дома и показались причальные мачты космопорта.
      — Знаешь, ты еще можешь вернуться. — заговорила она вновь, совсем тихо. — Как Бен Соло или даже как Кайло Рен... Сейчас реально не то время, чтобы воротить нос от союзника. Генерал Органа что-нибудь придумает...
      — Дай угадаю, — перебил он. — Она придумает, что я раскаялся... а нет, лучше, что ей удалось промыть мне мозги, и теперь я светлый. Сенат — или кто там сейчас? — поломается для порядка и под кучу кабальных обязательств с ее стороны возьмет меня на баланс. А потом отправит на миссию, где мне придется героически сдохнуть или применить Темную сторону. А потом еще раз. И еще. А в промежутках мне придется жить в ошейнике в охраняемой зоне. А когда в войне наступит перелом...
      — Я могу пойти с тобой, — перебила Рей.
      — Что?
      — Если не веришь в Республику, я пойду с тобой. У тебя же есть план — я помогу тебе его исполнить. Уничтожить тех, кто отнял у тебя отца, друзей, десять лет жизни, кого ты ненавидишь больше всего на свете. Потому что я их тоже ненавижу. У меня свои счеты к Первому Ордену. — Она бездумно уставилась в сторону, на мелькание огней за бортом. — Я знаю, что такое, когда весь мир — враги, когда никто не поможет, не подставит плечо, когда все бросили. Я не брошу тебя.
      Спидер вылетел из магистрального потока и начал сбрасывать скорость.
      — Как ты себе это представляешь?
      — Скажешь, что соблазнил меня. Ты же хотел меня в ученицы, ну вот.
      Он недобро хмыкнул.
      — Поможешь мне?
      — Помогу.
      — Всем, чем сможешь?
      — Всем, чем... — Она осеклась и покосилась на него.
      — Глупая, упрямая девчонка... — Он смотрел не на нее, а перед собой. — Ты же даже не представляешь, о чем говоришь. Первое, что от тебя потребуют — вырезать республиканскую базу, чтобы доказать лояльность. И молись, чтобы это была база, а не детская больница. Потом тебя приведут к Сноуку...
      — Ты собирался это делать? — переспросила Рей.
      — Вести тебя к Сноуку?
      — Нет, другое. Про базу...
      — Я делал это много раз! — Он повернулся к ней, да так, что спидер качнуло в воздухе, и Рей вцепилась в кресло.
      — Смотри по курсу!
      — Смотрю.
      Они подлетали к парковочным местам, поток транспорта здесь был медленнее, но гуще. Кайло отвлекся на общение с диспетчерским ИИ, Рей не стала ему мешать.
      Потом спидер коснулся дюрасталевой тверди.
      — На выход, — скомандовал Кайло, подхватил сумку с кайбер-кристаллами и распахнул двери. Рей вылезла вслед за ним под пронизывающий ветер.
      — Тебе туда. — Он показал на здание терминала, уходящее под низкие облака. Желтые цепи фонарей меркли в подступающих сумерках.
      — А тебе?
      Он обошел капот, перебирая в руках деньги.
      — Вот, возьми. Садись на триеллуский пассажирский рейс — ты успеваешь. Если нет, любой во внешнее кольцо. Ни в коем случае не возвращайся к спидеру. Но лучше — уезжай прямо сейчас. — Он помолчал и на миг стал похож на себя прежнего, каким он был на Ач-То. — Это моя война, и я закончу ее один. Возвращайся к тем, кому ты действительно нужна. Ты и так надолго их бросила.
      — Обними меня.
      — Что?
      — Мы уже не увидимся, — выдавила она полушепотом. — Обними меня на прощание.
      И, не дожидаясь ответа, сама повисла у него на шее.

      Кайло неловко обхватил ее спину в поношенной спортивной куртке. Капюшон сполз с головы и ноздри защекотал запах ее волос. Ее узкие ребра неровно вздрагивали под руками. Она вцепилась в него, словно хотела свалить с ног или задушить, потом постепенно эта отчаянная хватка ослабла, а он так и продолжал стоять, как завороженный. Он не разжал рук и все отчетливей чувствовал, что и не может.

      Он не может ее отпустить.
Примечания:
Написано по мотивам заявки анона, который хотел Кайло и Рей как реинкарнацию Ревана и Бастилы. Реинкарнацию я писать не стала, а вот повторить сюжет про "насильственный редемпшен" показалось интересным.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.