Страницы Моей Жизни

Pov Аня. Обрадовавшись такому подарку, я решила разобраться с двумя блондинками раз и навсегда. Я подошла к шкафу и достала оттуда одежду, которую называю «Бандитский Прикид». Сейчас объясню состав этого наряда: Брюки (можно любые, но лучше чёрные), футболка или борцовка, какие-нибудь небольшие украшения в виде часов, колец или браслетов и чёрная кожанная куртка-косуха. Я переоделась в чёрные джинсы, белую борцовку, поверх неё, надела свою любимую чёрную кожанную курку-косуху. Волосы я собрала оставила распущенными, прикрыв лишь голову чёрной шапкой, как у Смолина. Я посмотрела на себя в зеркало и, взяв свои духи с запахом клубники, брызнула их на себя. — Ну, вот и всё, — я вышла из комнаты. Гарик и Вова сидели в гостиной и смотрели телик. Я вошла туда и сказала. — Парни, я в ГИТИС, — увидев меня в таком прикиде, Гарик не смог оторвать от меня глаз. — Малая, ты неотразима, — кое-как проговорил он. — Спасибо, — поблагодарила я ребят. — Всё, я испарилась. Да, сегодня я решила показаться в ГИТИСе. Выйдя из подъезда, я почувствовала холод. Не зря я куртку надела. Сев в свою машину, я поехала на занятия. В ГИТИСе. Работа в театральном институте кипела. Лекции, нотации заместителя ректора и всё такое, что ужасно бесит. — Эй, Соколова, — услышала я голос, который заставляет меня скривиться. Повернувшись на источник этого голоса, я увидела Алину и её свиту. — Чего тебе, Радеевич? — спросила я, скрестив руки на груди. — Что-то ты какая-то вялая. Проблемы с парнем, да? — с издёвкой спросила Алина. — Тебя это не касается, — я поправила рюкзак и направилась дальше. — Ань, привет! — в один голос крикнули Алиса и Тимофей. — Привет, братва! — кинулась я на них с обнимашками. — Подожди, — остановил меня Кот. — Твоя одежда, — я осмотрела себя. — Ты в ней очень похожа на Смолина, — улыбнулся Тимофей. — Спасибо, Тимох. А теперь, на занятия, — сказала я. — Соколова, ну ты и зануда, — выпалил Кот, но потом, офигел от своих слов. — А в зубы за свои слова? — я сжала руку в кулак и поднесла его к лицу Тимофея. — Я понял, — сглотнул мой друг. Всё-таки, мы пошли на занятия. Прослушав лекцию по Социологии, все студенты направились во двор института. Каждые разговаривали о своём: заучки — об предстоящих экзаменах, «главные красотки» — о клубах и шмотках, сптленицы разводили всякие сплетни. Костякова и Кот убежали в столовую, а я осталась сидеть в турецкой позе на бюрдюре, с головой уйдя в чтение книги. Pov Павел. Я приехал в ГИТИС для того, чтобы найти Соколову и поговорить с ней. А Леной и её дочкой я позже разберусь. Дождавшись окончания лекции у студентов, я стал глазами искать Аню. Как бы я ни старался, все мои попытки оказались тщетны. Я вышел во двор института и продолжил свои поиски там. Среди студенток искал Соколову, но не смог. И когда, уже отчаяние искать своего Ангела подступило к сердцу, я заметил какую-то девушку, которая сидела и читала книгу. Не знаю, каким образом, но я почувствовал, что она мне знакома. Я сразу же направился к ней. Подойдя к девушке, я осмотрел её. Слишком она занята чтением книги. — Юная леди, вы долго собираетесь здесь сидеть? — после чего, я услышал знакомый голос. — Как же я давно не слышала этого обращения, — девушка подняла на меня глаза, и я узнал в ней Соколову. — Соколова? — я не мог поверить в то, что увидел. — Да нет, Дух Святой, — отшутилась Аня. — Что нужно? — Я поговорить с тобой хочу, — заявил я. Соколова убрала книгу в рюкзак, закинула его себе на плечи, поднялась с места и сказала. — Не вижу смысла, — холодно ответила Аня. — Я тебе вчера всё сказала. И только она хотела уйти, я схватил её за запястье не сильно, но и не слабо. — Не так быстро, — прошипел я. Мы стали прожигать друг друга взглядом. — И что ты хотел мне сказать? — начала Аня. — Неужели, решил вернуть моё доверие? — Я узнал, кто осмелился отправить тебе те фотографии. — Хм, уже интересно, — усмехнулась Соколова. — И кто же? — Елена Радеевич и её дочь. Сегодня они получат по заслугам, — я смотрел на Соколову и понимал, что без неё моя жизнь была однообразной и тусклой. — Почему-то я не удивлена, что они хотят меня устранить, — с маской холоднокровия на лице произнесла Аня, пытаясь вырваться. — Сними свою маску холоднокровия, — это был скорее приказ, а не просьба. — А что будет, если не сниму? — ну, что ж, ты сама напросилась. Я прижал тёмно-русую красавицу к себе и, посмотрев ей в глаза, коснулся губами её губ. Я уже давно не чувствовал того аромата, который сводит меня с ума. Оторвавшись от губ Соколовой, я ещё раз посмотрел на неё. — Конечно, я об этом пожалею, но сегодня оно того стоило, — я отпустил её и стал удаляться от Ангела. — Не знаю, простишь ли ты меня. Pov Аня. «Соколова, ты будешь идиоткой, если упустишь его. Я тебе отвечаю», — будто ударом, я вспомнила слова Алисы. Я же сама ему говорила, что не хочу его потерять. — Стой, — остановила я актёра. Он остановился и повернулся ко мне лицом. Я подбежала к нему и посмотрела на него. Увидев его взгляд, я дала себе слабину. Обняв Пашу, я начала плакать. — Успокойся, — он начал успокаивать меня. Слёзы текли по моим щекам от стыда. — Прости меня, — со всхлипами сказала я. — И ты меня, — я почувствовала, как Павел сильнее сжал мою талию. — И ты прости меня, мой Ангел. Pov Автор. За Аней и Павлом, всё это время, наблюдала Алина. Увидев, что они помирились, девушка взяла мобильный телефон и сфотографировала наших героев. Затем, набрав знакомые цифры, девушка позвонила своей матери, Елене. — Да, — ответил знакомый для девушки голос. — Мам, наш план провалился. Они помирились, — сказала Алина, всё ещё наблюдая за Аней и Павлом. — Похоже, что придётся пойти на крайние меры, — проговорила Елена. — Я сфотографировала их, — пыталась заинтересовать свою мать Алина. — Пришли мне это фото. Я хочу устроить им большие проблемы, — одобрила женщина поступок своей дочери. — Ты же приедешь в ГИТИС? — Конечно, скоро буду, — и женщина отключилась. Спустя какое-то время, Елена приехала в ГИТИС. Найдя свою дочь, Елена встретила её и завела разговор. — Значит, ты говоришь, что эти двое помирились, — женщина явно не ожидала такого поворота событий. — Что же делать, мам? Показать это фото ректору, — сыпала вопросами Алина Елену. — Ни в коем случае, — запротестовала Радеевич. — Мы сами разберёмся. Наши герои не догадываются, что им уготовили эти дамы на этот раз. Обычно, молодёжь в таком случае говорит: «Хьюстон, у нас проблемы!»