Сила демократии

Дубовая дверь распахнулась, чуть не слетев с петель, и в кабинет влетел рыжий парень, с размаху опустив руки на стол. Артур, мирно сидящий за столом, вздрогнул и поднял взгляд от документов. На него в упор надменно смотрели два бирюзовых глаза, обладатель которых продолжал облокачиваться ладонями на столешницу, нависая над Англией. — Твоя охрана опять меня не пускала, а секретарь врал, что тебя здесь нет. Ты, что же, боишься меня? — сквозь зубы процедил Скотт. Но лицо англичанина осталось спокойным и немного усталым. Он жестом пригласил гостя сесть в одно из кожаных кресел и, подождав когда Шотландия усядется, заговорил: — Очень глупо с твоей стороны думать, что я тебя боюсь. Я отдал распоряжение, чтобы ко мне не пускали — у меня слишком много неотложных дел чтобы слушать очередные безумные мысли... Его грубо прервали: — Безумные? Ну да! Я и забыл, что ты уже записал меня в сумасшедшие и давно не считаешься с моим мнением! Так зачем я тогда тебе? Дай моим землям полную автономию и я стану отдельной страной. Независимой от тебя. — Я этого не сделаю, ты же знаешь... — Тогда перенеси столицу в Эдинбург. Меня откровенно заебало такое отношение. Даже если на саммитах и съездах Королевство представляешь ты, это не дает тебе право пренебрегать нами! Я, конечно, смогу и сам справиться, а Ирландия или Уэльс? О них ты не подумал? — шотландец выжидающе посмотрел на брата. — Да знаю я, знаю! Не надо меня учить! — огрызнулся Киркленд и, уронив голову на руки, простонал: — О Святые угодники, что же это такое? Сначала Америка, теперь этот... Шотландия непонимающе посмотрел на Артура. От удивления он даже забыл надеть маску презрения и сарказма: — А причем тут Америка? Англия не ответил. Лишь открыл верхний ящик стола и, достав оттуда письмо, протянул Скотту. Голову он так и не поднял. Шотландец быстро пробежался глазами по строчкам. "Артур! Как я уже тебе говорил(еще в тот раз), я не могу присоединиться к тебе. Но опять же предлагаю — ты можешь стать моим 51 штатом. На прошлые письма ты так и не ответил, поэтому я написал еще раз. Ответь хоть на это! Жду! P.S. И да, если присоединишься ко мне и примешь демократию, твоя страна(уже штат) достигнет вершины развития, и все будут счастливы! Альфред Ф. Джонс" Скотт вскочил с кресла, гневно сверкая глазами. Англия, который наблюдал за реакцией брата, невольно отпрянул. — У меня только один вопрос, — нарочито спокойно спросил рыжий, — в состав нового штата будет входить только Англия? — Нет, все Королевство. — Что?! Этот наглый урод хочет заграбастать все Королевство? Он в своем уме?! Да хуй он получит, а не Великобританию! Он хочет, чтобы мы отказались от королевы и своей многовековой истории? Да черта с два! Демократ ебаный... — на этом запал праведного гнева у шотландца иссяк, и он устало опустился в кресло. Вынув сигарету и закурив, он глубоко затянулся и тихо уточнил: — Значит, на письма ты не отвечал? Англия кивнул и устало прикрыл рукой глаза. — Тогда делаем вот что, — Скотт выпустил в потолок тонкую струйку дыма, — я к тебе зайду через неделю, обсудим план действий. Я пока подумаю, а ты ничего не предпринимай. — Да знаю я... — отмахнулся Киркленд. — Я знаю, что ты знаешь! Но легче мне от этого знания не становится! Все, бывай! — с этими словами он встал с кресла и покинул кабинет Англии. Осенний ветерок гонял по асфальту сорванные листья и собирал новые тучи. Вечер вступал в свои права, и пасмурное небо становилось еще темнее. На улице было сыро, повсюду блестели мутные зеркала луж — следствие недавней грозы. В небольшом приземистом доме на кухне горел свет. Артур посмотрел на календарь: "Сегодня Скотт должен прийти". Англичанин поднялся и поставил чайник. Приоткрыв окно и вдохнув насыщенный озоном воздух, он облокотился на подоконник и задремал. Из сонливого состояния его вывел пронзительный звонок в дверь. Англия вздрогнул и поспешил открывать. Та отворилась с протяжным скрипом, демонстрируя стоящего на пороге гостя. — Ну здравствуй, Англия, давно не виделись! Скотт успел добраться до дома Киркленда как раз до начала грозы. Едва он ступил на крыльцо, как разверзлись хляби небесные и излили свой гнев на несчастных прохожих. Шотландия облегченно выдохнул — принимать душ он сегодня не собирался. Подойдя к двери, он поднял руку, чтобы позвонить. Но внезапно дверь сама гостеприимно приоткрылась, и шотландец легко проскользнул в дом. "Странно. Артур никогда не забывает закрывать двери" — покачал головой Шотландия. Тут он обратил внимание на шорохи в одной из дальних комнат. Кошкой пробравшись к ней, он тихо приоткрыл дверь. Его глаза на мгновение стали больше блюдец из его любимого сервиза. — Да что ты делаешь, черт возьми? — Артур яростно вырывался и тяжело дышал, крепко прижатый к креслу. — А что, неужели непонятно? — Альфреду удалось расстегнуть все пуговицы на рубашке, второй рукой удерживая Англию и попутно целуя в шею. — Я против! Слезь немедленно! — Ну нет, я покажу тебе всю силу демократии! Тут он почувствовал, как чьи-то цепкие руки потянули его за шиворот и со всей силы дернули, сбрасывая с Артура на пол. Перед ним стоял высокий рыжий парень и злобно сверкал ярко-бирюзовыми глазами. — Так значит, это ты — демократичный ублюдок, занимающийся мозгоебством? Хотя, похоже не только им... — губы изогнулись в усмешке. Америка нахмурился: — Да как ты смеешь? Я герой!... -... Любовник, судя по всему. Причем, неудачный. Для Джонса это стало последней каплей. Вскочив, он попытался применить банальный прием традиционного мордобоя — кулаком в челюсть. Но Скотт перехватил руку американца и заехал тому ногой в живот. Потом пинками стал выгонять согнувшегося вдвое Альфреда из комнаты. Вскоре они скрылись в коридоре. Послышался шум борьбы, сдавленные крики, трехэтажный мат, что-то разбилось, хлопнула дверь, и все стихло. Раздались шаги, и в комнату вошел Скотт, слизывая с ранки на запястье выступившую кровь. — Артур, я там тебе вазу разбил, когда эту сволочь выпроваживал. Прости. Англия лишь слабо улыбнулся, пытаясь прийти в себя. Но дыхание никак не хотело восстанавливаться, а сердце продолжало попытки выскочить из груди. Шотландия обеспокоено посмотрел на брата: — Ты как? — Да...нормально...скоро пройдет... — с трудом выговорил Киркленд. Шотландец молча проверил пульс Англии и нахмурился: — Чай пили? Тот кивнул. Скотт вышел из комнаты и через мгновение вернулся с чашкой англичанина — из тонкого фарфора с фиалками на боку. Вымыть посуду Артур не успел. Шотландец подошел к торшеру — единственному освещению в комнате и внимательно осмотрел дно чашки. Яркий свет лампы выхватил пару маленьких белых крупинок, сливавшихся с белоснежным дном чашки. — Так и знал! — Что...знал? — Англия непонимающе посмотрел на брата. — Афродизиак. Причем доза просто лошадиная! Теперь Артур сделал глаза блюдцами: — Что за... Шутишь?.. — Я похож на клоуна? Посмотри на себя и скажи — я шучу? Киркленд лишь устало откинулся на спинку кресла и прошептал: — Черт...не хочу... — мутный взгляд зеленых глаз устремился на брата. Покачиваясь, словно изрядно пьяный, англичанин кое-как встал на ноги и сделал пару нетвердых шагов в сторону Шотландии. Но на большее его не хватило и, запнувшись о ковер, он полетел на пол. Скотт поставил чашку на журнальный столик и успел поймать Артура. — Ты чего? Мозгов, что ли нет? Ты же еле на ногах стоишь! — Скотт...— еле слышно прошептал Киркленд. — Помоги мне...пожалуйста. Я...не могу больше, — за словами последовал глубокий поцелуй. Продолжался он не долго — шотландец тут же прервал его и покачал головой: — Да ты сейчас просто не соображаешь. Уверен, будь ты в трезвом уме — ты бы так не делал. — Ну и что? — немного капризно ответил Англия. — Какая разница? Мне все равно. Он начал расстегивать рубашку Шотландии. — Ну что ж, это твое решение. Потом ничего мне не говори, — Скотт повалил Артура на ковер и навис сверху, вовлекая в глубокий и страстный поцелуй. Тот с жаром ответил, стаскивая с брата рубашку. Шотландец довольно быстро избавил англичанина от одежды и провел рукой по внутренней стороне бедра Киркленда. Артур вздрогнул и выгнулся. — Ой, какие мы нежные! — хрипло засмеялся Шотландия, возбудившись от этого зрелища и державшись из последних сил. — Закройся! — сорвавшимся голосом огрызнулся блондин и подался навстречу Шотландии. Тот усмехнулся и сжал пальцами бисеринку соска. С губ Англии слетел сдавленный стон. Улыбка рыжего стала шире. Он обвел языком ушную раковину Киркленда и стал поцелуями проводить дорожку к ключице. Стоны стали громче и требовательнее, англичанина трясло. Но Шотландия не торопился, продлевая сладкую пытку. — Скотт....сделай уже....это! — Артур просто задохнулся. Рыжий кивнул и слегка провел подушечками пальцев по губам любовника. Англичанин приоткрыл рот и стал жадно облизывать пальцы шотландца. Вскоре тот прервал это занятие, убрав пальцы. Заведя руку под таз Артура, он чуть надавил на узкое колечко мышц, проникая внутрь. Англия охнул, закусив губу. Пальцы скользнули дальше, задевая простату. Блондин застонал и подался вперед, самостоятельно насаживаясь. — Да ты редкостный эгоист! — Скотт вытащил пальцы, глубоко поцеловав Англию. Не разрывая поцелуй, он плавно вошел в англичанина. Тот дернулся, но Шотландия крепко прижал его бедра к полу и начал двигаться, заранее усмотрев правильный угол наклона. Постепенно наращивая темп, он не смог сдержать протяжного стона. Внутри горел огонь, по телу словно пробегал электрический ток, а дрожавшее под ним тело Артура только усиливало желание. Вдруг Англия выгнулся, громко вскрикнув, и резко кончил. Тело пронзила судорога, передавшаяся Скотту. Шотландец продержался еще несколько секунд и последовал за блондином. Рухнув на Артура, он перевалился на бок, тяжело дыша. Киркленд тоже пытался выровнять дыхание. Потом повернулся к рыжему и слабо поцеловал его. Шотландия ответил, прижав парня к себе. — Скотт... Спасибо... — изумрудные глаза медленно закрылись, и англичанин погрузился в сон. Шотландец, улыбнувшись, встал с ковра и, взяв Артура на руки, направился в спальню. Сквозь плотно задернутые шторы пробрался озорной солнечный лучик и нагло ткнулся в лицо светловолосого парня. Тот поморщился и с трудом открыл глаза. Обведя взглядом свою спальню, залитую неровным теплым солнечным светом, он услышал шорох рядом с собой и повернул голову на звук. Рядом с ним тихонько сопел Скотт, завернувшись в легкое одеяло и бесцеремонным образом стащив его часть с Англии. Артур наморщил лоб, силясь вспомнить вчерашние события. Память услужливо подкинула пару фрагментов высокого рейтинга. Англичанин вскочил и, наплевав на острую боль в заднице, начал со всей дури трясти спящего шотландца: — Скотт! А ну просыпайся! Слышишь меня? Скотт, мать твою! Бирюзовые глаза приоткрылись с явной неохотой: — Ммм... Чего тебе? — Дурак! Что вчера было?! — Артур все еще надеялся, что образы, всплывшие в его памяти — всего лишь сон или, в крайнем случае, галлюцинации. — Ну... — Скотт мило улыбнулся и, прижав Англию к себе, прошептал тому на ухо: — Я показывал тебе "всю силу демократии". В гостиной на столе стояла белоснежная чашка из тонкого фарфора. На ее боку умелой рукой  художника были нарисованы три яркие фиалки.