Трое в пикапе не считая собаки

Солнце поднималось над землей. Первые холодные лучи медленно ползли по полям и лесам. Мир медленно просыпался ото сна. Первые птицы начинали запевать свои песни, животные выползали из своих нор, а ночные существа отправлялись в свой темный уголок. Трава блестела, словно кто-то просыпал множество алмазов. Природа медленно просыпалась. Впереди ждал новый день. Наш пикап несся по дороге. Вокруг не было ни души. Лишь леса, поля и реки. В этом пути нас всего лишь трое, если не считать Макса. Лишь трое верных друзей, сбежавших от правил, запретов и норм, установленных обществом. Лишь Алекс, что дрых сейчас на заднем сидении. Никс, что сидел на пассажирском и читал какую-то новую фантастическую книгу, спертую из ближайшего отеля. И я, Мэтт. Ну и, конечно, Макс, сейчас мирно посапывающий возле Алекса. Макс — золотой ретривер. Любимая собака Никса, с которой он не мог расстаться. Да мы и не были против, с ним даже интереснее. У нас не было определенного маршрута. Лишь точка отправки. Мы не знали, куда едем и зачем. Многие назовут это безрассудством, но нам нравится. Мы не знали, куда хотим приехать, и поэтому проколесили почти по всей стране на нашем стареньком пикапе. С собой у нас были только немногочисленные вещи, палатки, канистры с бензином и немного денег. Когда тепло, мы предпочитаем раскладывать палатки и спать под открытым небом. А зимой спим либо в машине, либо в отеле. Нам нравится такая жизнь. Алекс — наш негласный лидер. Это именно он ввалился в мой гараж пьяным в стельку и предложил отправиться в незабываемое путешествие. Не подумайте ничего дурного, он пьет редко и в малых количествах. Но иногда такое случается. Ну не умеет парень пить. В общем, предложив эту идею, он вырубился у меня на диване в гараже и проспал до утра. Но свою идею эта зараза не забыла. И, схватив меня за руку, потащила в дом Никса. Когда мы согласились на эту бредовую идею, именно он вручил мне дорожную карту и ключи от моего пикапа. Никс — это наш мозг. Только с его знанием нескольких языков мы смогли нормально путешествовать. Никс самым последним согласился на эту авантюру, обосновывая тем, что без него мы пропадем. Но не думайте, что он какой-то заучка. Нет, он прикольный пацан. Умеет веселиться и пить, в отличие от некоторых. Порой, он вспылит на ровном месте, но быстро успокаивается. Они с Алексом любят поспорить и даже ненадолго поссориться. И всегда мирю их я. Именно с легкой руки Никса в нашем авто всегда хорошая музыка. А я просто Мэтт. Единственный в нашей компании нормальный водитель. То есть, я единственный, кто нормально водит. Алексу я свою, да и чужую, машину не доверю. Разобьет. А Никс всю жизнь водил только байк старшего брата. Я сразу же согласился на эту идею. Уж больно сильно хотел сбежать из-под опеки родителей. Вся наша гоп-компания — немного балбесы и идиоты. Но я немного больше всех. Из раздумий меня вывел тихий голос Никса: — Над чем ты так задумался? — спросил он, не отрываясь от книги. Всегда поражался этому человеку. Может думать и читать одновременно. Нет, я так тоже могу, но действие сцены перестаю понимать. А Никс и разговаривать, и думать, и читать, да еще и сюжет может рассказать. В общем, гений. — Да так, вспоминал о том, как все начиналось, — ответил я с улыбкой и так же, как Никс, не отрываясь от дороги. — Ты про наше путешествие на этом пикапе? — опять спросил парень, хотя и знал ответ. — Нет, он про большой взрыв, что сотворил Вселенную и дал жизнь всему на земле, вспоминал, — послышался хриплый и немного осипший голос Алекса. Да, вчерашняя гулянка дает о себе знать. Это каким идиотом надо быть, чтобы с байкерами на спор пить? Правильно, надо быть Алексом. — Ух ты, а ты, оказывается, что-то знаешь? Удивил, — сарказм. Это в стиле Никса. — Что это значит? Хочешь сказать, что я глупый и ничего не знаю? — спросил Алекс, ища что-то под сидением. — Заметь, не я это сказал, — улыбнулся Никс и вернулся к чтению книги. — Заткнись, заучка. — Сам заткнись, качок. — На хуй пошел, принцесса. — Только после тебя, конь. — Дамы вперед. А вот это Алекс зря сказал. Дело в том, что у Никса прослеживаются женские черты. Длинные светлые волосы, большие голубые глаза, спрятанные за оправой модных очков, светлая кожа и стройное телосложение. — Че вякнул? Жить надоело?! — крикнул Никс, захлопывая книгу с такой силой, что Макс жалобно заскулил, смотря на хозяина. — Сам напросился, — Алекс лишь пожал плечами и вернулся к поискам. И через секунду с победным криком достал бутылку воды. — Что? Сушняк у меня, после вчерашнего, — ответил он на мой вопросительный взгляд в зеркале заднего вида. — Пить надо уметь, это во-первых. А во-вторых, не в таких количествах, — усмехнулся Никс, вновь возвращаясь к чтению. На этом их перепалка закончилась. — Быстро однако, — заметил я через несколько минут и свернул на обочину. — Что — быстро? — не понял Алекс, открывший дверь пикапа. — Ваша перепалка закончилась, — спокойно ответил я и пожал плечами.— Обычно они длятся дольше. — Не в этот раз, друг мой, не в этот раз, — улыбнулся Никс. Он уже насовсем закрыл книгу и убрал ее в бардачок. — У меня слишком хорошее настроение. С этими словами он вышел из машины. Следом за ним вышел и я, чтобы немного размять ноги. Самым последним, немного шатаясь, вылез Алекс вместе с Максом. — Бля, башка болит. Зачем мы тут остановились? —  Ал почесал за ухом у пса. — Чтобы немного размять ноги. Это ты всю ночь дрых на заднем сидении, а Мэтт сидел за рулем, — ответил Никс, подзывая к себе Макса. — Да ладно, не психуй. Я просто спросил. Я прервал друзей, предложив: — Ребят, как вам идея проехать чуть дальше к лесу и разбить там лагерь? — Я за, Ал тоже. Так что айда. Никс положил руку мне на плечо. Алекс тут же обиженно посмотрел на нас и сложил на груди руки: — А меня никто спрашивать не собирается? — Нет, — хором ответили мы. Спустя минуту наш смех раздался по округе. Вторя ему, лаял Макс, бегая от Никса ко мне, а от меня — к Алексу. Вот так и проходит наше путешествие. В перепалках, ссорах, лагерях под открытым небом, выпивке, веселом лае Макса… И вечном кантри и рок-н-роле, доносящихся из колонок моего старого пикапа и веселом смехе трех товарищей, сбежавших от городской суеты навстречу путешествиям.