Часть 1
3 мая 2017 г., 15:55
Привет. Сегодня обычный день. День, когда я умру. Антон, я тебя люблю, но мне невыносимо больно смотреть, как наши судьбы связаны, но ты не принимаешь этого. Антон, я люблю тебя, но мне невыносимо чувствовать боль, когда у тебя с кем-то секс. Ты знаешь об этом и как будто специально причиняешь мне боль почти каждый день. В университете, на парах, в столовой, в коридорах я тихо наблюдаю за тобой, смотрю как шестиклассник влюбленными глазами, а ты делаешь вид, что не замечаешь.
Антон, я думал ты станешь моим спасением, но ты оказался лишь огромным камнем, который тянет меня на дно, не давая шанса вздохнуть, вынырнуть на мгновение и снова опуститься под воду. С каждым днем я видел на своем теле все больше синяков, кровоподтеков, царапин, но я ни с кем не дрался, все это ты, именно ты, Антон, со своим безразличием. Я прекрасно понимаю, что мы неправильные, что ты мне нужен как воздух, а я тебе как ржавый гвоздь в коряге у болота.
Я никогда не мог, боялся причинить тебе боль, но ты никогда. Ночами, ко мне не приходил сон, я задыхался от боли, чувствуя, что завтра проснусь и мое тело опять будет искалечено. Я подходил к тебе, рассказывал о своих чувствах, а ты смотрел на меня и молчал, а потом тихо уходил, даже не заботясь о том, чтобы что-то ответить. Я ненавидел это, но я так тебя любил, люблю. Я писал тебе письма, просил, умолял тебя, Антон, перестать трахаться и сосаться с кучей телок. Писал о том, что ты не хотел даже думать. Мои попытки достучаться пропадали в темноте космоса, в его черных дырах. Я кричал, а ты не слышал. Я показывал, а ты не видел.
Я мог поступать с тобой точно также, у тебя бы тоже по ночам все тело чувствовало удары, хотя тебя никто не бил. Ты бы чувствовал боль от того, как долго заживают ушибы. Возможно, ты бы понимал хоть немного, что чувствую я уже больше года. Но я не мог, не мог сделать это, не мог заставлять тебя чувствовать боль. Я слишком люблю тебя.
Сначала я терпел, душа разрывалась на миллионы частиц, но я терпел, но терпение же не бесконечно, верно? Одним вечером в моей руке оказалось лезвие бритвы, и моя рука постепенно стала чужой мне. Она была вся в шрамах, коростах, кровоподтеках, синяках. На ней было много всего и это напоминало мне о тебе. Смешно, что такая ужасная картина ассоциируется с тобой? Таким прекрасным и страшным одновременно. Именно страшным, потому что я боялся тебя, когда ты подцеплял очередную телочку, я чувствовал это, я боялся этой боли вновь, но ты не заставлял себя ждать, ты всегда доставлял мне в регулярном порядке порции боли.
Антон, я мечтал о твоих губах, мне нравилась их форма, цвет, размер, они идеальны, мне хотелось их целовать вечность, но я так ни разу и не прикоснулся к ним. Я мечтал лежать на крыше, на твоей груди, укутанными в одеяла, и смотреть на небо, в твое зеленое небо. Я мечтал в такие моменты слушать твой стук сердца и чувствовать размеренное дыхание. Чувствовать, как твоя рука бы нежно гладила мои волосы или обвивала талию. Антон, я люблю тебя.
Наверно, ты сейчас читаешь это и думаешь, зачем я тебе это пишу, ведь все уже давно ясно: я безвозвратно утонул, а ты лежишь на песке и смотришь на это? Все довольно просто, я в этот момент нахожусь либо в ванной с водой, либо на крыше новой многоэтажки, я смотрю в небо и думаю, что слабак. Я пишу тебе это, чтобы ты не винил себя, ты не виноват, что не любишь меня, ты не виноват, что я влюблен, ты не виноват, что я неприятен тебе. Просто, когда на следующий день узнаешь о моей смерти, не думай, что виноват. Я пошел на это сам. Это мое решение. Да, глупо напоминать обо всем, а потом говорить, чтобы ты себя не винил, но, правда, тут нет твоей вины. И даже если вдруг ты прочитаешь письмо раньше времени не смей искать меня. Я устал жить в муках. Я хочу полететь в небеса и больше не вернуться, не видеть это все вокруг, не видеть этот жестокий мир. Хочу в небо.
Антон, я счастлив, что чувствовал любовь, любил по-настоящему, не взаимно, но всем своим сердцем. Я люблю тебя. Не вини себя. Прощай. Я больше никогда не потревожу тебя.
С огромной любовью. Арсений.
Примечания:
может я и напишу продолжение, если на меня опять нападет грустьбольпечаль
