Нас ничто не сблизит...

POV Фрэнк.

— «Уже две недели у меня это смс с информацией, которое я не могу открыть.» Я пытался, однажды я даже зашел во входящие, но моя совесть — которая, на удивление, у меня все-таки имеется — не позволила открыть текст. Честно говоря, не понимаю, что меня останавливает. С одной стороны я хочу, наконец, узнать, что он за тип и чего ждать от общения с ним, но с другой стороны — это предательство. Мы столько вместе прошли, он несколько раз плакал и срывался на меня, я видел его таким, каким не видел здесь никто. Майки не в счет, он все же находится рядом с ним всю жизнь. Эти две недели были для меня настоящим адом. Если прошлые дни я просто хотел переложить свою ответственность на кого-нибудь другого, то сейчас думаю лишь о том, чтобы убить этого долбоеба. Серьезно… он похож на женщину, с которой я состою в браке уже продолжительное количество времени. Мне не впервой сравнивать его с другим полом, потому что с каждым днем сомнения по поводу того, что он парень, только растут. Должен признаться, что я обдумывал его нечастые признания в своей ориентации. Нужно ли считать это правдой? У него ведь в такие моменты постоянно сносит крышу, и он может говорить так, чтобы избавиться от меня. На самом деле я надеюсь, что это так, потому что не хочется осознавать, что ты дал слабину из-за какого-то гея. Отвлечемся от моих странных мыслей. Вернемся к двум неделям нашего совместного времяпрепровождения. Несколько дней он плакал и кричал на меня из-за каких-то мелочей. Помнится, он разрыдался, потому что я немного помял лист, который он собирался выкинуть. Еще как-то раз он кричал, что зол на своего брата и друзей, которые оставили его с неформальным гномом. Еще несколько раз Джерард пугливо жался в углу и нес один и тот же бред о том, чтобы его никто не трогал. Я не знаю, что с ним происходило, он ведь сам лез ко мне, а как только дело доходило для раздевания, начиналась истерика. Я винил себя, пытался вообще ничего не предпринимать и игнорировать его шуточки, но у меня либо плохо получалось, либо не получалось и вовсе. Это было только начало. Второй этап этого сумасшествия стал полный отказ от лечения. Тогда он меня очень разозлил. Я сорвался и накричал на него, но он уже не плакал, а оскорблял меня в ответ, делая акцент на моем прошлом, что бесило еще больше. Из-за этого придурка я летал со второго этажа, после чего ребята из нашей группы (не могу назвать их друзьями) разлучили нас на два дня, за это время лучше мне не стало, но больше они не могли вытерпеть его поведение. Потом я еще около часа доставал парней своей оправдавшейся уверенностью в их неумении контактировать с эмоциональным Пойзоном. Мне пришлось прекратить давать ему лекарства, так как он кидал их в меня и смеялся, называя кретином. Дальше мне было легче в моральном плане, но тяжелее в физическом. Из-за отказа от анальгетиков он слег с жуткой болью во всем теле. Я не мог сдержать своей радости и постоянно говорил, что он сам виноват, хоть это и было глупо, ведь парень не отвечает за свои действия. Эта радость исчезла так же быстро, как и появилась, спустя несколько дней меня ужасно вымотало. Джерард постоянно стонал или вскрикивал от боли. Мне не удавалось отойти от его кровати, хотя, наверное, я больше сам не хотел, чем не мог. Джерард стал для меня близким человеком, и я не мог оставить его одного в таком ужасном состоянии. В последние дни он стал более-менее приходить в норму, для окружающих вернулся Пати Пойзон, хоть и хватало его ненадолго, а со мной оставался все тот же Джерард, который часто плачет и злится. Кстати, я пытался его накормить, но идея была паршивой. Утром мне удалось засунуть в него какой-то батончик со злаками, после чего его скрутило и начало тошнить. Продолжалась эта неприятная процедура около часа, в ходе которой он вечно обвинял меня в своем состоянии. Я закрыл дверь, потому что в мои планы, как и в планы этой бестии, не входило показывать эту картину. Внешне он сильно изменился. Некогда красные волосы стали теперь родного цвета, воспоминанием о том, что они когда-то были, являлись бледно-красные пряди на концах. Сейчас же можно увидеть его настоящий цвет, и он не зеленый или синий, как я предполагал — мне казалось, что у такого, как он, все должно быть не как у людей — его настоящий цвет был русым. Обычный шатен, каких в нашем мире больше половины. Волосы отросли до плеч, а челка, которая и так закрывала половину лица, сейчас достигает губ. Его глаза, которым я дал еще одно определение цвета — болотного, стали пустыми и холодными. Если раньше я видел в них огонек какой-то детской радости и надежды, то сейчас они не выражали ничего. Абсолютное отсутствие эмоций. Это было пугающе, мне не хватало его взглядов, иногда веселых, иногда насмешливых, любых, где он показывал чувства. Парень сильно похудел. Это выглядело ужасно и жалостливо одновременно. Белая тонкая кожа обтягивала хрупкое тело. Когда на нем не было постоянных мешковатых кофт и рубашек, я мог пересчитать все его позвонки и ребра, даже не прикасаясь к его телу. Он походил на фарфоровую куклу, которую не взял бы ни один здравомыслящий человек. Мастер бы спрятал ее на дальней полке, скрывая от внешнего мира, дабы не позволять никому лицезреть столь жалкое творение.

***

POV Автор.

— Давай, Айеро, вали отсюда! — выталкивая гитариста за дверь, кричал блондин. — Брайар, я не могу уйти. Забыл, как Пойзон пытался вас убить? — Чтобы раньше, чем через час, не приходил! — выкрикнул ударник, захлопнув дверь. Брюнет устало вздохнул и решил пойти на крышу. На улице было холодно. Вполне нормальная погода для Джерси. Сев на край, парень затянулся. — «Черт, почему я так переживаю за Уэя? Если за кого-то и переживать, то только за парней, они ведь могут сделать что-то не то и по полной вкусить гнев и ярость этой бестии.» Затягиваясь третьей сигаретой, Фрэнк решил вернуться в комнату и выгнать гостей. Около входа на лестницу его схватила блондинка и затащила в душевую, закрывая дверь. Парень вопросительно и раздраженно одновременно уставился на нее. — Ну, Нестор, что надо? — безразлично спросил он. — Фрэнки, что с тобой случилось? — девушка начала подходить к собеседнику, а тот в свою очередь, сев на подоконник, не сменил вопросительного взгляда, — Ты выглядишь устало и измученно. — «Нестор, что ты, блять, несешь?» — Какое тебе дело до моего внешнего вида? — устало выдохнул парень, закрывая лицо рукой. — Я переживаю, — блондинка положила руки на талию парня. — С чего вдруг? — усмехнулся он, убирая руку и смотря девушке в глаза. — Я люблю тебя, Фрэнк, — она опустила голову, — Знаешь, Пойзон не сможет доставить тебе тех ощущений, что доставлю я. — Господи, Нестор, — брюнет рассмеялся, — Тоже думаешь, что я трахаюсь с этим красноволосым придурком? — Это не так? — с надеждой спросила блондинка. — Конечно нет! — выкрикнул парень, продолжая улыбаться, — Я ненавижу педиков, они омерзительны! Не понимаю, как собственноручно можно давать трахать себя в зад, — с брезгливостью сказал он. — «О да, сейчас во мне как раз таки проснулся мой непонятно куда исчезнувший гомофоб. Хотел ли я этого? Последнее время очень. Не хочу слабеть и решаться своего статуса из-за какого-то паренька, который подсел на наркотики из-за своих, якобы, „проблем“.» — Тогда почему у вас такое странное отношение? Почему вы обнимаетесь, держитесь за руки, разговариваете, как старые друзья? — не сдавалась девушка. — Потому что это мой план, — злобно улыбнулся парень. — «Вернулся Фан Гоул? Уже можно хлопать в ладоши и объявлять пир по его возвращению? Может, я слишком тороплюсь? Схренали я осознанно помогал этому парню-девушке, а сейчас строю непонятно кого перед этой шлюхой, которая к тому же находится в близком окружении Баллато?» — Я хочу тебя, — сексуально прошептала блондинка на ухо парню и прикусила мочку. — Нет, Джамия, — серьезно сказал брюнет, — я не хочу, чтобы кто-то знал, что мы встречаемся. — Мы никому не скажем. Клянусь, — парень слабо кивнул и был заключен в страстный поцелуй. — «Почему у меня создается впечатление, что меня сейчас стошнит?» — Не целуй меня, — брезгливо бросил Айеро. — Хорошо, — расстроенно сказала девушка и стянула с парня толстовку. Брюнет задрал ее блузку вверх и, быстро избавившись от лифчика, укусил за бусинку соска. Протяжный стон вызвал еще больше желания. Он слез с подоконника и усадил на него блондинку. Стянув с нее оставшуюся одежду, парень одной рукой мял ее грудь, а второй облокотился на окно. Брюнет кусал ее за шею и засасывал кожу, оставляя бурые отметины. Напарница трясущимися от возбуждения руками спустила с парня джинсы, затем положила их на шею. Парень раздвинул ее ноги и резко вошел, после чего последовал громкий и протяжный стон. Впутываясь рукой в волосы напарницы, он сжал их у корней и оттянул назад. Та выкрикивала что-то неразборчивое и двигалась в такт парню. Откинув всю нежность как можно дальше, брюнет резко и грубо вошел в подругу и так же резко вышел, повторяя процедуру. Девушка царапала спину и плечи возлюбленного, кусая и целуя в грудь и шею. Еще несколько таких же грубых толчков и парень кончил, следом за ним и девушка, вторая громко вскрикнула его имя, а напарник томно простонал. Выйдя и быстро одевшись, Фрэнк посмотрел на блондинку. — Запомни, Нестор, если об этом хоть кто-то узнает, то ты пожалеешь. — К-конечно, любимый, — задыхаясь, ответила девушка.

***

Три парня сидели на кровати и смотрели на своего друга, который как идиот кричал что-то на непонятном никому языке. — Andrete tutti all’inferno per quello che non ha fatto nulla! * — указывая на присутствующих в комнате рукой, кричал Джерард, — Non posso più stare in vostra compagnia! ** — резко встав, закончил он. Друзья быстро вскочили с кровати. Майк схватил брата за руку, не давая уйти. — Куда ты направился? — Questo non è il tuo caso, fratellino, *** — ухмыляясь, произнес хозяин комнаты. — На каком ты говоришь вообще?! — недовольно воскликнул ударник. — Это итальянский, — уверенно сказал Майк. — Какой?! Откуда он вообще его знает? — Ему нравился этот язык, поэтому и выучил. — Прекрасно! Мы уже полтора часа не можем разобрать его монолога, — с досадой произнес Торо. — Все, отвалите, мне надо идти! — заявил солист и вылетел из комнаты, направляясь на улицу. Дойти ему не дали, в общем коридоре — общим он назывался, потому что там гуляла большая часть учреждения — его остановили близнецы и прижали к стене. — Короче так, Пойзон, ты слишком долго над всеми издевался, нам это порядком поднадоело, — начал Нейтан. — Да! — поддержал брата Саймон, — Думаешь, что став педиком, тебя будут так же уважать? Ничего подобного! — Да даже не в этом дело! — заявил другой брат, — Ты стал слабым! У нас не может быть лидера, который ревет по ночам в подушку. — С чего это вы, блять, решили, что я стал слабым?! — разъяренно выпалил лидер. — Потому что ты и Айеро… — Что я и Айеро?! Вам, сука, какое дело до моего окружения?! Вы, конченные дауны, не подумали, что я делаю это специально?! В конце концов, Айеро занимает второе место по популярности здесь! — братья сделали несколько шагов назад от лидера. — Просто мы подумали, чт… — Что вы там, кретины, подумали?! — выкрикнул парень. В двух шагах от банды стоял Сэм, именно он и подтолкнул близнецов на этот разговор, думая, что Пойзон сдастся и отступится от своего места, но парень сильно ошибался. Джерард был невероятно зол, он оглядел коридор и подошел к Сэму, так как тот был ближе всех. Повинуясь агрессии и ненависти ко всему живому, парень ударил стоящего напротив человека в нос, пока тот схватился за него и пытался нанести ответное действие, солист нанес удар в область печени и селезенки, брюнет упал на колени и получил еще один удар в солнечное сплетение. Дальше подросток бил куда придется. Он был настолько зол, что не заметил, как вокруг него появились его близкие знакомые и начали что-то кричать. Фрэнк, который подошел позже всех, понял, что кричать бесполезно, ведь Джерард ничего не слышал вокруг себя, поэтому незаметно подойдя к соседу, схватил его за руку и завел за спину, вызывая небольшую боль. Второй пытался выкрутиться и подвинуть Айеро, но тот знал приемы лучше него, поэтому остался невредимым. Толпа, собравшаяся вокруг места драки, таращилась во все глаза на двух самых популярных парней приюта. Такое внимание невероятно бесило Фрэнка, поэтому он яростно крикнул, чтобы все катились на хуй, и повел солиста в общую комнату. Закрыв дверь на замок, он отпустил разбушевавшегося подростка и выжидающе смотрел на него. — Ну и что это было? — Я отказываюсь с тобой разговаривать. — Почему?! — Потому что мне противно твое общество! — разъяренно выкрикнул красноволосый. — «Только не опять… Избавь меня от этих мучений, Уэй!» — Господи, за что? — тихо спросил Фрэнк, поднимая голову к потолку. — Просто. Оставь. Меня. Одного, — разделяя каждое слово, серьезно проговорил солист. — Джерард, ты уже задолбал меня! Иногда ты бываешь просто невыносим! Хотя, о чем это я?! Ты же постоянно ведешь себя, как последний придурок! Ты… сука… Я ненавижу тебя! — выкрикнул гитарист. — Думаешь, я к тебе особой любовью пылаю?! — съязвил собеседник. — Зато я не веду себя, как истеричка и малолетняя девственница! Зае… — брюнет не договорил, так как собеседник резко ударил его по почкам. Несильно согнувшись, гитарист поднял взгляд на друга. Тот выглядел злым, если раньше это было скорее раздражение, то сейчас самая настоящая злоба. Тяжело дыша, Джерард сел на кровать и прикрыл глаза. — «Я чем-то его задел или это из-за ломки? Черт… какой раз я уже задаю себе этот вопрос? Видимо, он будет преследовать меня до восстановления этого мудака, которого я хочу прибить.» Постояв так еще с минуту, брюнет сел на кровать к парню, который теперь безэмоционально разглядывал стену. — Фрэнк. — Что? — гитарист ожидал очередного приступа, ведь красноволосый еще ни разу после их начавшейся дружбы не называл его нормальным именем. — Прости, — тихо сказал он. — Все нормально, Джер. — «Ну, кроме того, что я обдумываю твою смерть.» — Ладно, — ровным тоном кинул солист. — С тобой все хорошо? — настороженно поинтересовался друг. — Наверное. — Наверное? — Я не знаю. — Что ты чувствуешь? — Эм… ничего? — спросил парень и кинул взгляд на рядом сидящего. — Как-то это странно. — Наверное. — «Он теперь так на все вопросы будет отвечать? Что-то здесь явно не так… может, это апатия? Странно, что она не наступила раньше.» — Может позвать ребят? — Как хочешь. — Ты не будешь против? — Мне все равно. — Джерард? — щуря глаза, позвал солиста парень. — Что? — Может… эм… — гитарист задумчиво оглядел комнату и вернул взгляд на соседа, — Порисуем? — Рисуй. — И ты не будешь против? — Мне все равно. — Я возьму твои краски? — Бери. — «Ну, теперь я уверен, что это апатия. Уэй бы уже убил меня только за предложение порисовать.» — Как насчет перекрасить тебе волосы? — Крась. — В какой-нибудь ярко-розовый. — Давай. — Черт, — брюнет задумался о том, как вывести друга из этого состояния, — Я люблю тебя. — Правда? — подросток кинул взгляд на гитариста, а затем переместил на свои руки, — Круто. Поняв, что в ближайшее время сосед не настроен разговаривать, парень сел на свою кровать и задумчиво стал сверлить изголовье кровати взглядом.

***

— Ребята, у меня для вас радостная новость! — воскликнула мисс Мартин, заходя в комнату вместе с Майклом. — Ну и? — кинул Фрэнк, смотря на басиста. — Ваша комната полностью восстановлена! Сегодня же можете туда заселяться. — Круто, — безэмоционально ответил брюнет. — Мисс Мартин, можно… эм… я бы хотел… я и Алисия… мы… может… — и еще несколько минут бессвязного лепета. Айеро это уже надоело, поэтому он решил сказать сам, так как переезжать он тоже был не намерен. — Мисс Мартин, Майки хочет сказать, что никуда не переедет. — Но почему? — не понимала женщина. — Потому что они с Симмонс часто трахаются в своей комнате, а если их расселить, то придется выгонять кого-нибудь из соседей. — Мистер Айеро, что вы… — И я, кстати, тоже никуда не потащусь. Мы, конечно, с этим апатичным пидором не трахаемся, но общаемся более-менее нормально. — Мистер Айеро! — Ну что? — устало отозвался гитарист. — Вы сейчас же соберете вещи и вернетесь в свою комнату! — Многоуважаемая мисс Мартин, идите-ка Вы на хер с этой комнаты, я никуда не буду возвращаться. — Да как Вы смеете?! — Ну, вот так, — покружившись ответил парень. Мартин испепеляюще на него посмотрела, но догадавшись, что этого фрика из комнаты никуда не сдвинешь, ушла прочь. — Спасибо! — поблагодарил друга Майкл. — Не за что. А теперь, Майки, вали и ты с этой комнаты. Блондин кивнул и удалился.

***

Пятеро человек сидят на подоконнике и переговариваются. Девушка стоит напротив одного из них, сомневаясь в правдивости сказанных только что слов. — Айеро, скажи правду. — Это и есть правда, — заверил брюнетку гитарист. — Да ты хоть понимаешь, что за бред несешь? — Я всего лишь сказал, что собираюсь делать уроки. — Вот именно! Ты даже школьного материала не знаешь, — сказала девушка, проводя рукой по лицу, — Скажи честно, почему ты не хочешь идти? — Потому что я не пойду без нашей очаровательной Дивы! — выпалил гитарист. — «Что за идиотизм? Айеро, ты дебил, он ведь и согласиться может.» — Ну, хорошо, — Алисия посмотрела на солиста, что сидел в углу, — Пойзон, как насчет сходить ко мне на вечеринку? — Окей, — безразлично бросил он. — Чувак, ты серьезно? — недоверчиво спросил ударник, — Там ведь будем только мы. — Мне все равно. — Что ты сделал с моим братом? — настороженно спросил Майкл, внимательно оглядывая принявшего предложение. — Ничего он со мной не делал, Майкл, — устало выдохнув, солист посмотрел на родственника, — Просто в последнее время как-то на все наплевать. — Вот и чудненько! — радостно воскликнула брюнетка, хлопнув в ладоши. Фрэнк, смирившись с мыслью, что ему никуда не деться, решил предложить куда-нибудь сходить. — Ребят, как насчет прогуляться? — Прости, Фрэнки, но мы не можем, — извиняющемся тоном сказала девушка. — Боже, Симмонс, — гитарист одарил собеседницу укоризненным взглядом, — Что за «Фрэнки»? — А что такого? Почему Пойзон может, а другие нет? — возмущенно отозвалась та. — Пойзона хрен заткнешь, — усмехнулся брюнет. — Остановлю ваш спор, — прервал разногласия друзей Майкл, — Лис, нам нужно готовиться. — Точно! Пока всем, — улыбнувшись, сказала девушка и удалилась с Майклом.

***

— И после этой вечеринки она ушла, вот стерва! — эмоционально закончил свой монолог Брайар. — А чего ты ожидал, Боб? — усмехнулся кучерявый парень. — Что она хотя бы на вечер со мной останется! — Зачем? Там же было полно девушек. — Мне нужна была именно Нилсон, она… — Стой, я кое-что заметил, — останавливаясь, перебил собеседник. — Что перебил меня? — усмехнулся ударник. — Да нет же. Где Айеро и Пойзон? — Ты слепой что ли? Вот он… — начал блондин, но замолчал, понимая, что рядом никого нет. — Нас же Майкос убьет, если мы потеряем его брата! — Майкос? Нас? — улыбнулся парень. — Может и не убьет…, но вдруг Айеро с ним что-то сделает? — Рэй, объяснишь? — выжидающе посмотрел на друга блондин. — Тот случай в клубе… с девушкой. Они ведь явно были знакомы! — И что? — У нее же был пистолет! И Фрэнк потом вырубил ее! — Торо, это не наше дело, — парень положил руку на плечо друга, — С Пойзоном все в порядке. — А если не все?! — Ну так позвони Фрэнку, в чем проблема? — У меня нет его номера… как и у всех остальных, — подозрительно закончил кучерявый. — Тогда Пати. Торо кивнул и быстро набрал номер пропавшего друга, готовясь к худшему. Через несколько гудков ему ответил Фрэнк. — Да. — Где Джерард?! — Рядом, но он сказал, что выкинет телефон, если тот не перестанет трезвонить. — Где вы?! — Торо, ты пьяный что ли? — Это я пьяный?! Вы пропали неизвестно куда! — Вперед посмотри, придурок, — кинул собеседник, сбросив вызов. Блондин посмотрел на ударника, а затем перевел взгляд на начало улицы, где стояли два парня и показывали непристойные жесты. Выругавшись, он направился к ним. Блондин последовал его примеру. Дойдя до смеющегося брюнета и невредимого друга, басист начал прожигать их взглядом. — Рэй, как ты смог нас потерять? — смеясь, спросил Айеро. — Идиоты! Вы напугали нас! — гневно сказал кучерявый, повышая голос. — Говори за себя, — насмешливо отозвался Брайар. — Что с нами могло случиться? — устало выдохнул солист. — Все, что угодно! Вы же два ходячих придурка, которым на месте спокойно не сидится! — Торо, избавь меня от своих нотаций, мне хватает брата. — Чем займемся-то? — отсмеявшись, спросил Айеро. — Может сходим в клуб? — Я устал от них, — выдал Пойзон, чем поверг всех в шок, — Может лучше в кафе? Там тише. — Ну ладно. Парни направились в кафе. Заняв последний столик у окна, между ними повисла тишина, которую никто не хотел нарушать. Торо подозрительно оглядывал новоиспеченного друга. Пойзон смотрел в окно, думая о чем-то своем. Остальные оглядывали кафе в поисках симпатичных официанток. — Может хватит так на меня пялиться? — разворачиваясь к кучерявому знакомому, сказал брюнет. — Скажи мне… — Не скажу, — усмехнувшись, перебил парень. — Поиграем? — предложил Боб. — Ну давай, Бобец, изложи свою идею для игры, — повернулся к ударнику солист, окидывая незаинтересованным взглядом. — Твоя любимая игра! Правда или действие, Пойзон? — сощурил глаза ударник, улыбаясь. — Правда. — Что происходит с тобой в последнее время? — Сам не знаю, — парень вернул свой взор на происходящее за окном. — Фрэнк, — хитро улыбнувшись, начал Рэй, — Правда или действие? — Правда, — пожал плечами Айеро. — Там в клубе… что было? — Я часто бываю в клубах, — усмехнулся брюнет. — В тот раз, когда тебе угрожала девушка. — Ты про Анну? — удивился парень. — Я не знаю, как ее зовут. — Такая с синими волосами? — кучерявый кивнул, — Да, это Анна. И что ты хочешь узнать? — Почему она была с пистолетом?! — вскрикнул собеседник, обращая на себя внимание. — «Мое мастерство во лжи, не подведи меня. Все должно звучать правдоподобно.» — Я раньше продавал наркотики. Ничего серьезного, легкие наркотики наподобие травки. Их лидер — Анна. Я сорвал ей поставку, когда ушел с этой работы, теперь она ненавидит меня, — спокойно выдал парень. — Каким образом ты сорвал ей поставку? — вмешался солист, который выглядел озадаченно. — Не знаю, но она обвинила в этом меня. — И ты так спокойно об этом говоришь? — Торо, это простая трава. Этим все подростки балуются. — Согласен, я тоже раньше курил, — кивнул головой Брайар. — Но… черт. Но это же не так серьезно, почему она хотела тебя убить? — «Боже, Торо, да заткнись ты уже!» — Она не хотела меня убивать, просто припугнуть. На этом все! Правда или действие, Боб? — Действие. — Хм, — брюнет хищно улыбнулся, — Когда вернемся и встретим Майки, ты должен будешь предложить ему встречаться. — Что? — удивился ударник. — Ты слышал. И это должно быть красиво, потакай ему, делай, как влюбленный парень, а потом предложи встречаться, посмотрим, что он скажет. — Айеро, втягиваешь других в свои гейские увлечения, — пробубнил Боб, подзывая официантку.

***

Направляясь к своей комнате после прибытия в приют, парни встретили Майкла и Алисию. Брюнет ухмыльнулся и шепнул Бобу о начале. Брайар нервно выдохнул, придавая себе уверенный вид и подошел к Майклу. Облокотившись о стену рукой, положил вторую на талию парня, чем вызвал у второго недоумение. — Майкос, — обворожительно улыбаясь, начал Боб, — давно хотел сказать, что ты мне нравишься. — Ч-что? Поспорил с кем-то? — предположил басист. — Нет. Я люблю тебя уже два года. Раньше скрывал, но потом увидел отношения Пати и Фрэ, поэтому не вижу больше в этом смысла. Как насчет встречаться со мной? — Брайар, ты пьяный? — нервно усмехнулся собеседник. — Да или нет, Майк? — НЕТ! — крикнул тот, — Я люблю Алисию, чувак! — Ты… ты разбил мое сердце! — отстраняясь, воскликнул ударник, делая вид, что плачет. — Ну, чувак, — блондин положил руку на плечо друга, — Это все пройдет. Да, — кивнул друг в подтверждение собственным словам. Через несколько минут попыток успокоить ударника, Фрэнк громко засмеялся. Боб тут же подхватил его смех, для всех остальных они стали полными идиотами. — Прости, Майк, этот придурок заставил меня! — сквозь смех сказал Боб. — Да, чувак, прости, просто не удержался, — выдавил из себя брюнет. Майкл взял свою девушку за руку, которая тоже начала смеяться с этой нелепой ситуации, и повел за собой в комнату, бросив напоследок «придурки». Через час хождений по зданию, было решено разойтись по комнатам. Боб пошел к Рэю, оставаясь незамеченным. Фрэнк зашел с Джерардом и вручил ему небольшую горку таблеток, которую тот должен принять. — Джер, тебе придется поесть, — сел рядом с другом Фрэнк. — Ты уже пытался. — Да, но в этот раз… я придумаю что-то другое. — Интересно знать, что? — Можно… начать с напитков. Да! Каких-нибудь здоровых напитков! — Мне все равно, — солист лег на кровать и закрыл глаза. — Спокойной ночи, Джер. — Ага. Эта ночь будет для Фрэнка бессонной, так как он будет обдумывать ближайшую закрытую вечеринку и способ питания Джерарда.