Parallel Universes

      Утро Хенрика началось с будильника, что немного удивило парня, ведь он был уверен, что выключал его. Хотя он мог только подумать об этом, забыв воплотить это в реальность. В любом случае, на съемки ему сегодня не нужно, а в ресторане у него сегодня выходной. Можно спокойно расслабиться, провести время с девушкой, потусить с друзьями или посвятить день лежанию в теплой постельке высыпаясь, а после включить какой-нибудь фильм или сериал. Идеальный день.       Он слепо тянется на звук, телефон оказался на полу, вырубает будильник, приоткрыв лишь один глаз, и прячет телефон под подушку. Хенрик уже начал возвращаться в страну сновидений, когда уловил движение рядом, но он не придал этому значения, решив, что это ему кажется из-за нахождения на грани сна. Через некоторое время, когда Холм все же засыпает, снова надрывается будильник, но уже с другой стороны кровати. Хенрик просыпается, но не открывает глаза, прислушиваясь к окружающей среде и нащупывая рукой свой телефон под подушкой. Это точно не его телефон. Тогда чей? Он засыпал один, это не могла быть Леа, а больше ему не с кем просыпаться. Он снова улавливает движение за спиной и приоткрывает глаза. И понимает, что он даже не в своей комнате. Ему открылся вид на незнакомую бежевую стену со светлым шкафом в углу и, в общем-то, это все, что было в радиусе его зрения.       Тело за спиной снова завозилось, и противная трель будильника наконец прекращается. Холму было страшно поворачиваться. Он явно находился не у себя дома и даже не дома у Леи. Он не мог изменить девушке и проснуться в чужой постели. Не то чтобы он любил Лею, она ему нравилась, да, но он ее не любил, и он никогда бы не стал изменять человеку, с которым он состоит в отношениях. Ему было легче признаться в симпатии к другому человеку, чем изменить. Хенрик совершенно не понимал, что происходит, возможно, он еще спит? Вставать и проверять не хотелось. И тело за спиной снова затихло. Хенке лежал некоторое время, пялясь в бежевую стену, прежде чем решил повернуться. Повернувшись, он натыкается на обнаженную спину и на затылок с взлохмаченными короткими волосами. Это парень, класс. Что делать дальше? Встать и уйти? Или разбудить незнакомца и потребовать объяснений? Что нужно делать в ситуации, когда ты засыпал дома в одиночестве, а просыпаешься в чужой квартире рядом с неизвестным парнем? Где инструкция, алло? Холм продолжает пялиться на спину, отмечая одну делать - он голый, от слов совсем. Совсем голый. Полностью обнаженный. Просто в костюме Адама лежит. Хенрика начала одолевать паника. А сосед все не просыпался, не смотря на уже два прозвеневших будильника. И тут снова чужой телефон громко завыл. Третий будильник? Хотя Хенрик сам ставит себе по пять будильников, чтобы точно не проспать, а когда дело особо важное еще и маму просит названивать каждые пять минут, чтоб уж наверняка.       Тело протянуло руку куда-то вниз, и под раздраженный неразборчивый бубнеж будильник заткнулся. А судя по напрягшимся мышцам спины: тело наконец-то соизволило проснуться. Хенрик лежал в ожидании, вдруг стало интересно увидеть лицо человека, с которым Холм провел эту ночь. Он все еще считал это странным, но любопытство никто не отменял. Сосед не двигался и Хенке уже было подумал, что он снова отрубился, но тот вдруг резко садится и приподнимает одеяло, заглядывая под него, видимо проверяя наличие хоть какого-то куска ткани на теле, но ничего не увидев, шепчет "черт" и, закрыв лицо руками, опускается обратно на подушку. Но Хенрик заметил лицо и озадачился еще больше. Он все больше сомневался в реальности происходящего. Как он мог проснуться без одежды вместе с Тарьей, который так же был обнаженным и совершенно не помнящим, что произошло и как они тут оказались? Ибо это и не комната Тарьей, Хенрик был у него, он знает, как выглядит его комната, и эта спальня с бежевыми стенами точно не его. Как такое возможно?       Тарьей приглушенно стонет и убирает руки от лица, открывая глаза и пялясь в такой же незнакомый потолок, боясь взглянуть на лежащего человека рядом. Что. Черт возьми. Произошло? Тарьей чувствовал тянущую боль во всех мышцах, а наличие таковой в одном причинном месте увеличивало желание выпрыгнуть в окно. Где он? Что он? Почему? Какого черта, собственно? И кто с ним? Он засыпал дома, просидев кучу времени за гребанной домашкой, накопившейся за время съемок и выступлений со спектаклем. Может, он все еще спит? А во сне можно чувствовать физическую боль?       - Что произошло? - хрипло спрашивает Хенрик, не дождавшись никаких действий со стороны Тарьей. Парень дергается, услышав знакомый голос и поворачивается, широко распахивая глаза в удивлении.       - Хенрик? Что ты тут делаешь? - с различимой паникой в голосе спрашивает Сандвик, сильнее закутываясь в одеяло, которое, к слову, было общим.       - Хотел бы я тоже знать ответ. Я даже не понимаю, где мы, - излишне спокойно отвечает Хенрик, апатично разглядывая желтые занавески на окнах и белое постельное белье, как будто ничего странного не произошло и всё на своих местах.       - Почему я без одежды? - возмущенно спрашивает Тарьей, пялясь на Хенрика в ожидании ответа.       - Тарьей, я понятия не имею. К слову, я тоже без одежды и мне пиздецки интересно, почему.       - Хенрик, что происходит? - истерично восклицает Сандвик.       - Блять, Тарьей, я не знаю. Я засыпал у себя дома и один, в одежде. Я, блять, не знаю, какого черта здесь происходит. Я надеялся, хоть ты знаешь, что было, - ответил Хенрик, садясь на кровати.       - Что тогда нам делать?       - Для начала, думаю, нужно одеться, а потом осмотреться и понять, где мы. Может тут ещё кто есть, - предложил Хенрик, отыскивая хоть какую-нибудь одежду, и ничего не замечает, кроме валяющегося полотенца на полу у двери. И где вся одежда?       - Я и одежды нашей не вижу. Придется позаимствовать у хозяев, кто бы это ни был, - оповещает Хенрик, вставая, совершенно не стесняясь своей наготы перед находившимся рядом парнем, который только молча отводит взгляд.       - Захвати и мне что-нибудь, - просит Тарьей, разглядывая небольшую комнату, где кроме кровати и шкафа ничего не было. Хенрик угукнул и открыл шкаф, принимаясь рассматривать полки с одеждой. На каких-то полках вещи лежали аккуратно, на других были скомканными и перемешаны между собой. Хенрик достал с нижней полки двое боксеров и две пары носков, тут же надевая вещи и бросая вторую пару назад Тарьей. Тот тоже сразу одевается и встает, подходя к Хенрику.       - Вещи мужские - это радует, - усмехается Хенрик, вытягивая из кучи светлые джинсы и белую футболку, которые подходили ему по размеру. - Прошу, выбирай, - произнес Хенрик, отходя в сторону, чтобы одеться.       Сандвика же больше привлекли аккуратные полки. Он достал темные джинсы и такую же белую футболку, как у Холма, натягивая вещи на себя, удивляясь размеру вещей - они были как раз. Одевшись, он закрывает дверцы и поворачивается, видя стоящего на кровати на коленях Хенрика, разглядывающего что-то на стене. С расстояния, на котором находился Тарьей, было не очень понятно, что Холм там рассматривает. Поэтому он подходит ближе и хмурится, увидев, что рассматривает Хенрик. Это были фотографии. Целая куча полароидных и несколько распечатанных на обычной бумаге, так же висело несколько рисунков. А фотографии были с ними. На подобие тех, что они делали для Инстаграма Исака, в рамках сериала. Тут есть фото, где Хенрик целует Сандвика в щеку, есть фото, где Тарьей прижимает довольного и широко улыбающегося Хенке к своей груди, на других: сплетенные руки на фоне окна, обнаженный торс с рукой на шее, фото объятий, спящий Тарьей, Хенрик с Давидом, одно групповое фото с парнями со съемок, фото Тарьей с Марлоном, несколько размазанных, фото школы и несколько снимков заката и рассвета.       - Пиздец, - вынес вердикт ошарашенный Хенрик, получая молчаливый кивок от шокированного Тарьей. Это чертовски пугало. Тут много снимков, которых они даже не делали. И полароидные карточки не могут быть фотошопом. Это еще больше запутало парней. Ситуация полностью выносила мозг. Если до этого еще что-то можно было придумать, то эти фотографии просто опустошили головы от всех мыслей.       - Может мы попали в будущее? - серьезно спросил Хенрик, переводя взгляд на еще больше нахмурившегося Сандвика.       - Чего? Это же полный бред, - возмущается Тарьей, возвращая внимание к фотографиям на стене.       - Что именно? Наши отношения или возможность попасть в будущее? - ухмыльнулся парень, садясь на кровать.       - И то и другое - полнейший бред, - фыркает Тарьей, вставая с кровати и направляясь к двери.       - Эй, почему? - обиженно протягивает Хенрик, покидая комнату вслед за парнем. Выйдя из комнаты, они попали в другую: видимо, гостиную. Тут стоит диван, явно не новый, но в приличном состоянии. Напротив на небольшом столике стоит тонкий телевизор, а на полу валяется плейстейшен с двумя точпадами и несколькими дисками рядом. Перед диваном стоит небольшой столик с кучей тетрадей и учебников. Также у стены стоит кресло с несколькими подушками и сложенным бежевым пледом. Обе комнаты казались уютными, хоть и совершенно незнакомыми.       - Я ничего не понимаю, - потерянно прошептал Тарьей, направляясь изучать квартиру дальше. Хенрик последовал за ним. Дальше через небольшой коридор они попали на светлую кухню, следом они направились изучать ванную. Там на полу обнаружились вещи. Если судить по увиденному, то они принимали душ вместе, после направились в спальню, пытаясь, возможно, вытереться полотенцем, бросая его на пороге, и добираются до кровати. Замечательно.       - Я ничего не понимаю, - снова затравленно повторяет Тарьей, пялясь на кучу вещей на полу.       - Эй, мы со всем разберемся. Может это очередная несмешная шутка парней, - предположил Хенрик, не зная, как успокоить друга, у которого уже начиналась паника.       - Нифига. Они до такого не додумаются.       - Марлон мог бы, - пожал плечами Хенрик, уже готовя длинный монолог о необычном складе ума вышеупомянутого парня, но Тарьей срывается с места и куда-то убегает. Хенрик еще стоит несколько секунд с поднятыми бровями и идет следом.       - Телефон, - кричит парень из спальни. Хенрик возвращается и видит поднимающего с пола телефон Сандвика. Тот садится на кровать, нервно тыкая в экран. Тарьей сразу открывает журнал вызовов, он хотел позвонить Марлону, с которым разговаривал только вчера, но замирает в очередной раз с нечитаемым выражением лица.       - Что там? - обеспокоенно спрашивает Хенрик, подходя ближе.       - Это не мой телефон, - хрипло отвечает парень, нажимая на экран.       - В смысле не твой? А чей тогда? - спрашивает, нахмурившись Хенрик, отвлекаясь на мелодию звонка своего телефона, и забирается на кровать, дабы достать его.       - Это телефон Исака, - отвечает Тарьей, отчего Хенрик замирает и начинает смеяться, вернувшись к вызволенною телефона из плена подушки.       - Очень смешно, - фыркает Хенрик, доставая телефон и видя имя звонящего "Исак<3". - Что за прикол?       - И я об этом же. Здесь вообще нет моих контактов. Здесь есть Вильде, Крис, Магнус, Юнас, Эвен, Сана, Сара, Ингрид, еще куча каких-то имен. У меня даже контактов стольких нет, - испуганно протараторил Тарьей.       - Че за ебаный квест? Задницу надеру, когда имя шутника узнаю, - прорычал Хенрик, открывая контакты на своем телефоне. У него, наоборот, контактов поубавилось. Их совсем мало. Только Исак, мама, папа, Сана и Соня. Всё. Всего пять контактов.       - А у меня вообще всего пять контактов. Пиздец.       - Пять? Какие?       - Мама, папа, Сана, Исак и Соня. Вообще не смешно.       - Мне с самого пробуждения было не до смеха. У меня голова скоро взорвется от непонимания. Что происходит? - схватился за голову парень, нервно покачиваясь. Хенрик в это время решил исследовать свой телефон полностью. На нем не было никаких приложений, кроме какого-то редактора фотографий и приложения для музыки. Зайдя в галерею, Хенрик увидел множество фоток Тарьей или...Исака? Фотографии неба, зданий, людей, совместные селфи с Тарьей/Исаком. Неужели это правда телефон Эвена? Эвена, героя сериала, которого играет Хенрик? Которого, как бы не существует... Хенрик открыл сообщения с Исаком, прочитав последние:       Эвен (18:58): Исси, ты где застрял? Уже поздно.       Исак (18:58): Уже в пути Дома все расскажу.       Эвен (18:59): Ок, жду       Эвен (19:01): Я соскучился<3       Исак (19:02): Я тоже<3 Скоро буду       Это точно телефон Эвена, а телефон Тарьей точно принадлежит Исаку. Пиздец. Это полный пиздец. Полнейший. Хенрика начала захлестывать паника, глаза неприятно щипало. Хотелось что-нибудь разбить. Или уснуть. Уснуть и проснуться у себя дома.       Напряженную тишину разрушил оживший телефон Исака/Тарьей. Тот вздрогнул и показал имя звонившего Хенрику. "Юнас".       - Ответь, - кивнул Хенрик, приближаясь к Тарьей.       - Да? - принял вызов Сандвик, смотря на Холма испуганным взглядом.       - Исак, где тебя носит? Урок уже начался. Я понимаю, у тебя там семейная жизнь в разгаре, но ты и так практически просрал свои десять процентов, - возмущенно, но тихо проговорила трубка голосом Марлона/Юнаса.       - Юнас? - проигнорировал тираду звонившего Тарьей.       - Ты обкурился с утра пораньше? Юнас, конечно, кто же еще, - ответил Юнас.       - Нет, я не обкурился, просто только что проснулся, - нашелся Тарьей.       - Собирайся тогда быстро. И парня своего прихвати. С ним же все в порядке? - взволнованно интересуются на том конце. Тарьей автоматически окидывает сидящего рядом парня внимательным взглядом.       - Да вроде нормально, - неуверенно отвечает Тарьей.       - Вроде нормально? - переспросил Васкес. - Вы поругались?       - Эм, нет.       - А с тобой-то всё хорошо?       - Да, всё в порядке.       - Вот даже по голосу ты какой-то странный. Уверен, что у вас всё в порядке?       - Да, но я... мы, наверно, сегодня не пойдем в школу.       - Исак, десять процентов.       - Я помню, но сегодня мы не сможем.       - Зажил мой друг половой жизнью, и больше его никто не видел, - выдохнул парень, коротко рассмеявшись. - Ладно, но я тебя предупреждал.       - Ок, просранные десять процентов полностью на моей совести.       - Именно. Ладно, я отчаливаю. Привет Эвену.       - Ага, - буркнул Тарьей уже после отключившегося собеседника. В голове вертится только одно слово - "пиздец". Как это вообще могло произойти? Это сон? Затянувшаяся шутка? Или реальность? Реальность, где они попали в мир сериала,в котором они играют? Это же бред сумасшедшего какой-то.       - Хенрик, что нам делать? Это же не может быть правдой. Мы же не в гребанном Скаме? - слезливо протягивает Тарьей, чувствуя, как глаза увлажняются. Было на самом деле страшно.       - Эй, Ти, только не плачь, окей? - пододвигается ближе к парню Хенрик и закидывает руку на плечи подростка, прижимая его к себе, - Во всяком случае, если мы во вселенной сериала, то мы хоть что-то знаем о происходящем здесь.       - Но это же бред, - всхлипывает Тарьей.       - Я не отрицаю этого, но как еще можно объяснить происходящее? Эти фотографии, больше половины которых мы даже не делали? А телефоны с чужими контактами? И Юнас.       - Вот последнему я доверяю меньше всего. Может это правда проделки Марлона.       - Нет, не думаю. Это слишком сложно для выполнения. Он бы ограничился простым звонком.       - Тогда я совсем не понимаю, - обреченно прошептал Тарьей, прижимаясь к Хенрику, утыкаясь ему куда-то в шею. Тарьей был рад, что хотя бы не один застрял в этом дерьме. Ситуация давно вышла за рамки простой странности. Происходящее было ненормальным. Полнейшее сумасшествие. Хенрик задумчиво гладил спину расклеившегося парня, пытаясь прийти хоть к какому-то логическому объяснению происходящего. Они просидели так довольно долго. Тарьей немного успокоился, а Хенрик так и не смог ничего понять.       - Каков план действий? - спросил Сандвик, отстраняясь немного от друга.       - Я бы позавтракал, от всех этих волнений ужасно хочется есть.       - Тебе лишь бы пожрать, - недовольно бурчит Тарьей и окончательно отстраняется от Хенрика, поднимаясь с постели.       - Это потребность организма, я не виноват, - возмущается Холм, направляясь вслед за подростком на кухню. Тарьей скептически поднял бровь и открыл холодильник, понимая, что и он сам не отказался бы от перекуса. Холодильник был наполнен лишь на половину, но наличие еды радовало.       - Поищи сковороду, - попросил Тарьей, доставая несколько яиц. Хенрик загремел, открывая все ящики, изучая и запоминая, где что лежит. Через минуту достал сковороду и масло, а так же ему удалось найти хлеб. Тарьей принялся за готовку яичницы, в то время как Хенрик поставил чайник и продолжил осматривать кухню.       - А у них миленькая квартирка, уютная, - поделился наблюдениями Хенрик.       - С этим согласен, - ответил Тарьей, кивнув.       Через некоторое время парни завтракали в тишине. Каждый всё пытался понять, что произошло и что же им делать.       - Думаю, нам снова придется играть свои роли, - задумчиво протянул Холм. - Сегодня осмотримся, что вообще и как. Нужно будет поговорить еще с кем-то помимо Юнаса и, если это правда окажется вселенная Скам, то нам придется играть. Будем плыть по течению.       - Так себе перспектива, - вздохнул Тарьей.       - Я пока больше ничего придумать не могу.       - Да, я тоже.

***

      Исак просыпается от будильника. Нехотя выключает его, не открывая глаз, и сильнее закутывается в одеяло. Ему не хотелось никуда идти. Хотелось полежать с Эвеном и ничего не делать. Но в школу всё же надо. Его десять гребанных процентов почти иссякли и ему нельзя пропускать занятия просто так. У него всегда должно быть в запасе несколько деньков, которые он мог бы пропустить с чистой совестью, чтобы побыть с Эвеном во время обострения его болезни. А впереди у них два выходных, нужно лишь пережить сегодня и завтра, и можно будет забыть обо всем на два дня.       Исак слышит какие-то звуки за пределами комнаты и улыбается. У Эвена всегда стоит будильник на некоторое время раньше, чем у Исака, потому что ему всегда хочется приготовить для Исака завтрак. Исак находил это до ужаса милым. Его парень был чертовски очаровательным. Исак жмурится, зарываясь в подушку, и зевает. Он не выспался, но ни о чем не жалеет. У них с Эвеном была очередная ночь, наполненная любовью. Что странно: Исак совершенно не ощущает никакого дискомфорта после ночи. Он откидывает одеяло и потягивается. Пора вставать. Парень открывает глаза и коротко вскрикивает, замирая. Это не то место, в котором он засыпал, совсем не то. В комнате было темно из-за зашторенного темными плотными занавесками окна. Кровать была односпальной и стояла у стены, рядом тумбочка со светильником и несколькими папками. У стены напротив находился книжный шкаф, полностью заполненный книгами. У другой стены стоял письменный стол, с аккуратными стопками учебников и разбросанными по столешнице тетрадями. Исак испуганно рассматривает помещение, пугаясь каждой незнакомой детали, а незнакомым тут было всё. Над столом висела среднего размера карта мира, еще несколько листов с какими-то надписями, похожими на расписание. Рядом со столом стоял шкаф. Исак встает, продолжая хмуро осматриваться. Комната похожа на комнату подростка, кем Исак по-прежнему являлся, но это была не его комната. Даже комната в мамином доме была не такой. Он подошел к столу, осматривая содержимое, как в дверь постучались.       - Тарьей, ты встал? Завтрак готов, поторопись, - громко проговорил женский голос за дверью. Тарьей? Исак нахмурился, взял в руки первую попавшуюся тетрадь, открыл её и увидел подпись в углу "Тарьей Сандвик Му". Окей, Исак находится в комнате этого парня. Что дальше.       - Тарьей, ты же проснулся? - напомнила о себе женщина за дверью. Видимо, Исаку нужно на это ответить, ибо кроме него в комнате больше никого не было.       - Да, я уже встал, - сказал Исак, подходя к окну, оттягивая шторку, отмечая незнакомый пейзаж.       - Хорошо, поторопись, пора в школу, - напомнила женщина, и послышались отдаляющиеся шаги. Видимо, это мама Тарьей, а Тарьей - это... Исак? Исак закусил губу, возвращая тетрадь на стол, и подошел к шкафу с одеждой, открывая его. Тарьей не обидится, если Исак позаимствует его одежду. В трусах он не мог выйти отсюда и разобраться со странной ситуацией. Исак вызволяет первые попавшиеся черные джинсы скинни, и взгляд цепляется за черную выглаженную рубашку, аккуратно висевшую на вешалке. Он быстро одевается, попутно все еще изучая комнату. Взгляд падает на телефон и, застегнув последнюю пуговицу на рубашке, парень берет его в руки. Интересно, как выглядит этот Тарьей. Вальтерсен садится на кровать и включает телефон. Взгляд сразу останавливается на иконке фейсбука и Исак на нее нажимает, открывая приложение. Тарьей выглядит в точности как Исак. Вальтерсен хмурится, просматривая его страницу, читая посты о спектакле. Этот парень играет в театре? Очень интересно, только причем тут Исак. Исак читал комментарии, когда в дверь снова постучали.       - Тарьей, ты же сказал, что встал, - голос за стеной теперь был возмущенным. Исак заблокировал телефон и убрал его в карман, вставая. Даже находясь не понятно где, ему придется переться в школу. Вот она - несправедливость. Но может он увидит там Эвена? Хотя он уже в этом очень сомневается. Где вообще сейчас находится Эвен? Лишь бы с ним все было в порядке.       Исак подходит к двери и открывает ее, видя перед собой женщину лет тридцати пяти, в строгом костюме и с чашкой кофе в руке.       - Тарьей, если ты не поторопишься, то будешь добираться самостоятельно, - нахмурившись, предупредила женщина. Исак бы и с радостью, если бы знал куда и откуда.       - Где ванна? - спокойно спрашивает Исак.       - Не смешно, - покачала головой женщина и удалилась. Исаку тоже не смешно находиться в этом месте. Он пожимает плечами и идет прямо по коридору, заглядывая в каждую дверь. Ванную он нашел быстро. Только появилась другая проблема: чем ему чистить зубы? Это же не его дом. А женщина воспринимает его как Тарьей, то есть своего сына, а она сейчас явно не в духе. Исак открывает ящики и находит новую упакованную зубную щетку. Класс. Распаковав ее, он кидает взгляд в зеркало и видит себя. Или в отражении Тарьей? Они же одинаковые. А ситуация похожа на те дурацкие фильмы с переселением душ. Исак воспринимает всё как сон, поэтому не особо паникует. Паника в любом случае не поможет ничего понять.       Парень быстро умывается, чистит зубы, расчесывает пальцами волосы и покидает ванную, идя на поиски кухни, которую находит так же быстро. Там, облокотившись о подоконник, стояла всё та же женщина, что-то разглядывая в телефоне. Она замечает тихо зашедшего подростка и убирает телефон.       - Ти, с тобой все хорошо? - возмущенный тон меняет на обеспокоенный, женщина подходит ближе и ласково проводит ладонью по волосам Исака.       - Да. И я готов. Мы можем ехать, - отвечает Исак.       - Ты даже не позавтракал!       - На месте поем.       - Хорошо. Иди за рюкзаком и надень что-нибудь сверху, там прохладно.       Исак кивнул и вернулся в изначальную комнату, окидывая ее взглядом, ища рюкзак. Вот так ситуация. Исак выпустил весь воздух из легких, чувствуя легкую дрожь. Паника от происходящего все же проступала. Исак встряхнулся всем телом, подобрал рюкзак с пола возле двери и достал из шкафа какую-то совершенно не подходящую под его одежду толстовку. День обещает быть веселым. И жутко странным.

***

      Эвен проснулся сам и как-то резко, будто его выкинули из сновидения. Он потянулся, не открывая глаз, и повернулся на другую сторону кровати, желая прижаться к любимому телу, но наткнулся на пустоту. Он прислушивается к звукам в квартире и слышит лишь тишину. Эвен резко встает, оглядывается и распахивает глаза в ужасе. Это не их с Исаком комната. Это совершенно чужая и незнакомая комната. Эвен хмурится, пытаясь понять произошедшее. Он был в порядке. Он точно был в порядке. Или же нет? Что если это результат внезапно случившейся мании? Что если он как в отеле, ушел куда-то после ночи с Исаком? Быть такого не может. Исак бы его никуда не отпустил. А что если он сделал ему больно? Черт. Как это произошло? И где он? Эвен стонет, растирая лицо руками. Нужно позвонить Исаку - подрывается Эвен, пытаясь отыскать свой телефон, который обнаруживается рядом на кровати. Он снимает блокировку и видит незнакомую заставку какой-то симпатичной девушки. Кажется, это и не телефон Эвена. Пролистав контакты, он окончательно в этом убеждается. Слишком много номеров и ни одного знакомого имени. Эвен решает проверить весь телефон, чтобы понять кому он принадлежит. Первым делом он заходит в галерею и вскидывает брови. Там были его фотографии. Помимо Эвена встречаются фото той девушки с заставки, их совместные фото, фото каких-то незнакомых людей, какие-то вечеринки, природа, здания. Очень много фотографий. Но Эвен совершенно ничего не помнит. Почему на этих фотографиях он сам? Он не делал таких фото. Эвена начало немного трясти. У него были проблемы с психикой, точнее с мозгом, но не до такой же степени. Это не может быть правдой. Почему нет Исака? Почему его нигде нет? Почему его нет в этой квартире, почему его нет в контактах телефона и почему нет ни одной его фотографии? Эвен откидывает телефон на постель, хватаясь за голову. У него же не могла так резко и окончательно съехать крыша. Не могла ведь?       Эвен встает, отмечая наличие нижнего белья и футболки, на которые из-за паники не обратил внимание. Он оглядывает комнату. Она небольшая по размеру, чуть больше их с Исаком, есть дверь на балкон. Напротив кровати стоит комод, захламленный одеждой. С другой стороны стоял письменный стол с ноутбуком, так же заваленный бумагами, папками и книгами. Эвен выходит из комнаты, попадает в темный коридор, видит исходящий свет из открытого дверного проема в конце и идет туда. Это оказывается небольшая кухня. Эвен окидывает ее беглым взглядом и возвращается к другой двери, за которой обнаруживается большая, просторная и светлая гостиная с широким диваном, парой кресел, журнальным столиком и плазмой на стене. И никаких знакомых деталей. Полный ноль.       Вдруг Эвен слышит трель телефона и возвращает в спальню, надеясь, что звонит Исак. Но звонит "Мама". Хорошо, это тоже неплохо. Хотя он был не уверен, что звонит именно его мама.       - Алло, - отвечает Эвен.       - Сынок, я тебя не разбудила? - спрашивает трубка незнакомым женским голосом. Это всё-таки не его мама.       - Нет.       - Хорошо, сынок, у меня к тебе просьба. Я понимаю, что у тебя выходной, но Сандра плохо себя чувствует и собирается в больницу, мог бы ты ее подменить? Я дам тебе потом еще один дополнительный выходной, - взволновано проговорила незнакомая Эвену женщина.       - Эм, я не знаю, - Эвен не знал, что сказать. Почему он должен кого-то подменять? И где? И кто, вообще, звонит?       - Хенрик, пожалуйста, - Хенрик? Какой, к черту, Хенрик? Может она ошиблась номером? Но он был записан.       - Хенрик? - вырывается у Эвена.       - Тебя так зовут, да, я дала тебе такое имя. Раньше ты не жаловался, - отшутилась женщина, но тут же продолжила серьезным тоном. - С тобой все в порядке?       - Не уверен, - честно и тихо отвечает Эвен. Сейчас он точно не в порядке. Он, кажется, сошел с ума.       - Что случилось? - взволнованно отозвалась собеседница.       - Эм, я на самом деле не знаю, просто чувствую себя немного странно.       - Так, ладно, оставайся дома, поспи и перекуси, не ходи голодный, ясно? Я тебе позвоню чуть позже. Если что пошлю Матиаса за лекарствами, он их тебе принесет, а пока спи, - дала наставления, видимо, мама какого-то Хенрика.       - Хорошо, - соглашается Эвен, не имея никакого понятия, как вообще на это реагировать.       - Все, отключаюсь, отдыхай.        Эвен убрал руку с телефоном от уха, непонимающе на него смотря, будто именно он был виновником всего этого. Эвен тяжело вздохнул и протяжно застонал. Он ничего не понимает. И где Исак? Где, черт возьми, Исак? Эвен решает ему позвонить, он же знает номер Вальтерсена наизусть. Но трубка голосом оператора сообщает, что такого номера не существует. Этого не может быть. Он точно написал номер правильно. Очень страшно. Эвен в замешательстве. Он захлебывался в тревоге и страхе. Как он оказался в этой квартире? Почему его называли Хенриком? Кто такой Хенрик?       Эвен вновь возвращается к телефону, решив проверить приложения соц.сетей, которые на этом телефоне были, в отличие от его собственного. Он нажимает на значок Инстаграма и открывает страницу профиля обладателя этого айфона. И... видит себя? Или Хенрика? Почему они выглядят как две капли воды? У Хенрика семьсот тысяч подписчиков. Очень много. Кто же он? Эвен пролистывает фотографии, снова видит девушку с заставки, ее зовут Леа и она похожа на сестру этого Хенрика. Возможно, это его девушка или подруга. Плевать. Не это сейчас важно. Он листает дальше, видит несколько фото себя (Хенрика??) в цветах, череда непонятных публикаций, Хенрик за руку с Леей и фото с Исаком. Под фото написано про какую-то победу и поддержку фанатов. Может это не Исак? Этот же парень не Эвен, а Хенрик. Может и это не его Исак? Как же бредово это все звучит. Следующая публикация была с рисунком. Его и Исака. Или же Хенрика и парня-близнеца Исака. Дальше было еще фото с Исаком(?) со словами о голосовании и снова о фанатах. Это всё просто взрывало мозг. Далее следовало еще много фотографий Леи, видимо она немало значит для Хенрика. Хотя сложно судить лишь по публикациям в Инстаграме. Продолжая изучать профиль, Эвен останавливается на фото Вильде, которая почему-то была записана как Ульрикке. Эвен видит следующую фото с Исаком и просто откидывает телефон в сторону. Почему все так странно? Он не Эвен. Вильде не Вильде. Кто же тогда Исак? Что здесь происходит? И где это - здесь? Все не знакомое и другое. Чужое.       Эвен сидит некоторое время без движений, переваривая полученную информацию в несвязную кашу. Паника не отпускала, а наплывала только сильней с каждой минутой. Он был один, неизвестно где и ему было страшно, как никогда до этого.