Все когда-то бывает в первый раз

Конечно, плохо так говорить и даже думать так плохо, но я ничего не могла с собой поделать - моя мать меня раздражала. Именно уже раздражала, потому что начала меня раздражать она еще несколько часов назад, когда завела меня и Аннабет в комнату, где обычно наводила красоту. Здесь нужно сделать небольшую паузу и объяснить одну вещь. Обычная девушка наводит марафет или в спальне, или в ванной. Ну, на худой конец, в коридоре, где, возможно, расположено более удобное зеркало. Но это явно не относилось к моей маме. Если твоя мама - Богиня любви, то разумеется в её распоряжении находится личный салон красоты и гардеробная, которой позавидует сама Королева Англии. Вначале мне было непонятно, зачем Афродите наряды в материальном виде, ведь ей достаточно просто подумать о желаемом наряде и, вуаля, она уже в нем. Но оказалось, что Богам ничто человеческое не чуждо. Так и моей матери просто приятно заниматься выбором нарядов. Поэтому сейчас мы с дочерью Афины имели честь лицезреть тысячи платьев и костюмов разных эпох. Спросите, что мы с Аннабет делаем на Олимпе, да ещё в апартаментах моей матери? Была бы моя воля, я бы и шагу сюда не ступила, но Афродите приспичило организовать мою свадьбу. По крайней мере ту часть, которая касалась моего внешнего вида. В данный момент Богиня любви рассуждала во что должны быть одеты гости. Она собиралась переодеть гостей прямо на свадьбе. - Мама, думаю гости сами решат, что им надеть. Я не хочу чтобы нашу с Джейсоном свадьбу вспоминали, как мероприятие с непонятными переодеваниями. На мою реплику Афродита обиженно надула губы и произнесла: - Ты режешь меня без ножа, Пайпер. Но в одном я тебе не уступлю - платье для свидетельницы я выберу сама. После этих слов она подмигнула Аннабет, чем вызвала недовольный взгляд у дочери Афины. - И не нужно смотреть на меня, как на врага, дорогая Аннабет. Ты же мне не дала устроить вашу с Перси свадьбу, так что теперь я просто обязана восполнить утраченное. Сказав это, Афродита начала предлагать варианты платьев для Аннабет. Я же в это время кинула взгляд на кольцо, красовавшееся на моем безымянном пальце: тоненький ободок белого золота с крупным бриллиантом небесно голубого цвета посередине. Если же кольцо снять, то на внутренней стороне можно прочитать следующие слова: "Моей единственной". Я окунулась в воспоминания недельной давности. Джейсон очень красиво за мной ухаживал, не забывая периодически устраивать романтические ужины. Где мы только не ужинали: и на берегу залива, и на крыше небоскреба. Но в этот раз он превзошел самого себя. Мы договорились встретиться в гостиной. Здесь нужно отметить, что жили мы на Манхэттене, в том же небоскребе, где раньше жил Перси. Более того, наша квартира была напротив квартиры Джексона. Дело в том, что Зевс сделал сыну подарок на семнадцатилетие - квартиру. И, разумеется, он не мог подарить что-то хуже, чем у сына Посейдона. Впрочем, нам это было только на руку. Но сейчас разговор не об этом. Около семи часов вечера мы встретились с Джейсоном в гостиной. Вы ведь знаете, что я не любитель наряжаться, но романтические ужины - это совсем другое дело. Сегодня я надела "маленькое черное платье", не забыв разбавить мрачные тона ниточкой жемчуга, которую мне подарил Грейс на день рождения. И как же я угадала с нарядом, потому что едва я взяла под руку своего парня, на котором, к слову, безукоризненно сидел костюм из ткани стального оттенка, мы оказались на берегу Сены. Где ещё, как не в Париже, родине Эдит Пиаф, быть в чёрном платье. - Ужин в Париже?! Я тебе уже говорила, Спарки, что ты удивителен? На мой вопрос Джейсон довольно рассмеялся и, ничего не говоря, провел меня к причалу, что несколько удивило меня, ведь сын Юпитера предпочитал воде воздух. Тем не менее, через несколько минут мы оказались в плавучем ресторане, где кроме нас и пары официантов больше не было ни души. На палубе был накрыт столик на двоих. Вроде ничего необычного: свечи, вино, великолепный ужин, заходящее солнце. Вот только находились мы в городе всех влюблённых и, повернув голову направо, я могла видеть Эйфелеву башню, которая становилась все ближе по мере того, как наш плавучий ресторан подходил к ней. Отужинав, мы с Джейсоном расположились у парапета, наблюдая за проплывавшими мимо нас видами Парижа и целуясь. - Спасибо тебе за этот необычный вечер, - сказала я, когда закончился наш особенно долгий поцелуй. Грейс как-то смущенно улыбнулся и произнес: - Можно попросить тебя об одолжении? - Конечно. - В этот необычный вечер надень для меня кое-что необычное. - Мммм, и что же? - игриво спросила я, думая о каком-то мега сексуальном нижнем белье или о чем-то в этом роде. - Вот это. Я опустила глаза на предмет, который Грейс держал большим и указательным пальцем. Это было кольцо. Оно было простым, но в тоже время невероятно красивым. - Джейсон.... - я глубоко вздохнула. Наверное, впервые в жизни я потеряла дар речи. Я, человек, владеющий даром убеждения, не могла вымолвить ни слова. А тем временем Джейсон, заметно нервничая, произнёс: - Знаю, сыновья громовержца не могут похвастаться верностью и однолюбием, но здесь, на этом месте я клянусь тебе рекой Стикс, что ты в моей жизни единственная возлюбленная до окончания моих дней. Вдалеке прозвучал гром. Клятва была принята. Я все ещё молчала. Конечно, я знала, что мой парень не такой, как Геракл, но, что скрывать, я иногда думала о словах Ахелоя: "Ещё одна бедняжка, одураченная песнями сына Зевса". И, видимо, мой парень понимал, что слова речного Бога задели меня. Но даже несмотря на некоторые сомнения, я любила Джейсона Грейса, поэтому уже знала, что отвечу, когда он опустился передо мной на одно колено и произнёс слова, которые хочет услышать каждая девушка: - Выходи за меня. Это не было вопросом, это было просьбой. Этими тремя словами он просил поверить ему и сплести свою жизнь с его в одну тугую верёвку. И я готова была это сделать. Мягко улыбнувшись, я вытянула вперёд левую руку, и Джейсон надел кольцо. - И все же, Пайпер, я настаиваю на длинном белом платье, - голос Афродиты вырывает меня из воспоминаний. - Мама, я уже сказала, что моё свадебное платье будет коротким и песочного цвета. - Хм. Ну, с цветом я ещё готова согласиться. Все же белый цвет символизирует невинность, а к вам с Джейсоном это не относится. Я начала краснеть. - И нечего смущаться, моя дорогая Пайпер. Я теперь частенько напоминаю Зевсу, что именно моя дочь уложила на лопатки его сына. Я со стоном наклонила голову и закрыла лицо руками. И надо же было однажды четверым Богам, среди которых были и Зевс с Афродитой, вызвать нас на Олимп именно в тот момент, когда Грейс от удовольствия стонал подо мной. Я услышала, как фыркнула Аннабет. Да, тот поиск был морально тяжёлым для нас обеих. Мало того, что мы узнали о том, что наши парни практически изменили нам, так ещё пришлось изобразить лесбиянок, чтобы прикрыть их задницы. В общем, это долгая история. - Но с длиной я никак не могу согласиться, - продолжала Богиня любви, игнорируя мой возглас. - Мамочка, - устало произнесла я, - это все же моя свадьба. Поэтому давай я сама буду решать, какое платье надену. - Нет! Вы обе, - Афродита театральное закатила глаза и показала на нас с Аннабет пальчиком, - просто невозможны! Ваши пары самые замечательные и самые мои любимые, а я осталась в стороне в выборе платья. Хотя, должна признаться, Аннабет, твоё платье цвета морской волны было бесподобным. Сказав это, Афродита хитро улыбнулась, и спросила: - Ну, хотя бы девичник я могу устроить? О-о-о, а вот уже интересно. - Да, мама, - искренне ответила я, - мы тебе будем очень признательны. Если бы я тогда знала, что моя мать устроит. *** Хм. Обычно это мальчишники запоминаются своей бесбашенностью, связанной с реками алкоголя и стриптизершами. Но, если твоя мама Богиня любви, то... В общем, все начиналось довольно прилично. Наша компания, состоящая из Аннабет, Калипсо, Хейзел, Рейны, ещё нескольких моих сестер из Лагеря полукровок и собственно меня, зашла на борт прогулочной яхты. Мы выпили, закусили, снова выпили. Мы развлекались, шутили и по мере того, как я открывала подарки подружек, шутки становились все более пошлыми. И, если Хейзел подарила мне практически безобидный комплект нижнего белья, то Аннабет преподнесла подарок, купленный в секс-шопе, что заставило девчонок отвесить несколько шуток в отношении супружеской жизни четы Джексон. Веселье началось, когда нами было уничтожено большинство спиртных напитков, стоящих на столе. Началась пенная вечеринка. Представляю, какое зрелище можно было наблюдать с берега. С дюжину красавиц в купальниках отжигает в пене. Но оказалось, что это было только начало. Кто же знал, что у моей мамы есть знакомые стриптизеры. Эти накаченные красавцы появились внезапно, как будто из-под земли, а точнее из воды, ведь мы были на яхте. Я плохо помню, что было дальше. Честное слово. Но глаза Грейса, когда он увидел меня в пене, танцующую в объятиях одного из этих красавчиков, я не забуду никогда. Всё было, как в плохом фильме. Яхта ударилась о причал, музыка стихла, и нашим глазам предстали четыре парня, которые со сложенными на груди руками стальными взглядами прожигали открывшуюся им картину. Оказалось, что парни решили отомстить нам за мальчишник Перси (мы тогда с девчонками подглядели за ними через Ириду), и сделали тоже самое. Разумеется, то, что они увидели, им не понравилось. Поэтому Перси незамедлительно причалил нашу яхту к берегу. Я не видела, как на моих подруг смотрели Фрэнк, Перси и Лео. Меня интересовал только Спарки, и я впервые в жизни испугалась его. В его глазах я увидела столько гнева, что в этот момент я со всей ясностью осознала, что через неделю выхожу замуж за сына Юпитера. Глаза моего жениха метали молнии, которым позавидовала бы даже Аннабет. Я моментально протрезвела. - Спарки, - начала я, но он остановил меня взмахом руки, после чего накинул на мои плечи свою джинсовую куртку и взмыл со мной в небо. Кинув осторожный взгляд вниз, я увидела, что стриптизеры трусливо сбежали. Я не буду описывать вам, что устроил мне Джейсон дома, но будьте уверены его гнев был достоин сына Юпитера. С тех пор я зареклась участвовать в вечеринках, устроенных моей матерью. *** - Пайпер, успокойся, - говорила мне Аннабет, заканчивая заплетать мои волосы в колосок. - Всё пройдёт замечательно. Это ведь один из самых счастливых дней в твоей жизни. Спустя месяц, ты уже будешь грустить, что все закончилось. Я сама не понимала, почему так нервничаю. Я выхожу замуж за любимого парня, чего тут волноваться? А вдруг наши отношения изменятся после свадьбы? Ведь не зря говорят, что одно дело жить с парнем и совсем другое - жить с мужем. Немного поколебавшись, я задаю этот вопрос Аннабет. Все же, она уже год замужем. Подруга рассмеялась и ответила: - Разница только в названии. Если любишь, в отношениях ничего не меняется. И вообще, Пайп, это ты должна разбираться в любви, а не я. Я улыбнулась. Действительно. Я дочь Богини любви, а волнуюсь перед свадьбой, как обычная девчонка. А чем я собственно отличаюсь от обычной девчонки? Разве я не могу сомневаться в своём выборе? Разве я не могу переживать за нашу совместную жизнь. Но Аннабет права, если любишь, статус отношений не важен. - Пайпер, прекращай загоняться, лучше взгляни на себя. Ты - красавица. Я поднялась со стула и повернулась к зеркалу. Было бы удивительно, если бы в домике Афродиты не было зеркала во весь рост. На меня смотрело отражение красивой молодой женщины. В колосок из каштановых волос умело вплетена ниточка жемчуга песочного цвета, а в ушах серьги с точно такими же жемчужинами. Только Посейдону известно, где их Перси нашел. Я опустила глаза ниже. Платье село на меня идеально. Его сшила Калипсо по моему эскизу. Оно было лёгким, из полупрозрачной воздушной ткани. Платье струилось по телу волнами песочного цвета, заканчиваясь на середине бедра. На ногах же были босоножки, поднимающиеся ремешками до колен. - О-о-о, доченька! Ты потрясающе выглядишь! - воскликнула Афродита, заходя в комнату. - Я даже готова признать, что у тебя хороший вкус, несмотря на некоторую небрежность в обычном твоём облике. - Спасибо, мама, - вполне искренне ответила я. Афродита нежно посмотрела на меня, поцеловала в макушку и была такова. Конечно, в этот день хотелось бы услышать от мамы какие-то напутственные слова, но от матери-богини вы вряд ли их дождетесь. Но мне было достаточно и её поцелуя, а также того, что она появилась в день моей свадьбы. Несмотря на всю её манерность, она была моей мамой, и я по-своему любила её, так, как и она меня. Внезапно раздался стук в дверь. - Войдите, - ответила я. - Пайпер, с тобой кое-кто хочет поговорить, сказал Хирон, протягивая мне ноутбук. Моё сердце учащегося забилось, и я с волнением взяла в руки ноутбук. - Здравствуй, моя девочка! Боги! Какая же ты красивая! - Папа! - с трудом сдерживая подступающие слезы счастья, воскликнула я. - Пайпер, солнышко, я очень жалею, что не смог приехать и надеюсь, что вы с мужем навестите меня в Венеции. Мой отец сейчас был в Италии, на съёмках какого-то фильма. Очередная романтическая история. - Мы постараемся, пап. Я была безумно рада поговорить с отцом. Мы не виделись около четырёх месяцев. Я готова была пустить слезу, когда папа сказал: - Эй, Пайпер Маклин, не смей плакать. И хотя сегодня ты станешь Грейс, по своей сути ты навсегда останешься Маклин, а мы не плачем. - Хорошо, пап, - я улыбнулась. - Я желаю тебе счастья. Джейсон классный парень, он обещал мне сделать тебя счастливой, и я ему верю. Я улыбнулась. Да, Джейсон очень легко смог понравиться моему отцу. - Прости, но мне нужно идти. Я люблю тебя, дочка. - И я люблю тебя, папа. Пока. Ещё хотя бы десять секунд разговора, и я бы разревелась. Поэтому я быстро отключилась и закрыла ноутбук. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что Аннабет и Хирон тактично оставили меня одну, но уже через минуту кентавр вернулся. - Пайпер, пора. Я глубоко вздохнула и внезапно поняла, что все правильно. Разговор с отцом расставил все чувства на нужных полочках, уничтожив все сомнения. И пусть разговаривали мы недолго, папа сказал самые главные слова: "Джейсон классный парень". И мне было этого достаточно, чтобы не оглядываясь назад пройти к алтарю, где меня уже ждал мой жених в белоснежной рубашке и брюках в цвет моего платья. Едва увидев меня, он расплылся в широкой улыбке, которую нечасто дарил кому-то ещё. Только я знала, каким может быть Джейсон Грейс, когда мы остаемся вдвоём. И смотря в его голубые, как небо глаза, полные любви, я поняла, что это навсегда. Все, что происходит сегодня со мной - это в первый и последний раз. От автора. Вот и завершила я эту маленькую работу. Спасибо всем, кто поддерживал меня. Я искренне надеюсь, что смогла прочувствовать эту пару, но мне все же ближе Персабет и вскоре я начну новую работу по ним, а пока у меня небольшой отдых. Спасибо Вам!