Сделайте меня счастливой

      Две адские недели проходили так долго, что я хотела орать от безысходности.       Во-первых, у парней начался такой плотный рабочий график, что дома они бывали только ночью и то часов по пять.       Во-вторых, Маргарита и ее компания начали издеваться надо мной, пользуясь моим помятым состоянием и расстроенными чувствами.       Ссора с Никитой не добавляла никакой радости, это в-третьих. Парень просто-напросто отказывался говорить со мной. Дома он запирался в своей комнате, если я находилась в гостиной или на кухне, из своей комнаты, если дверь была приоткрыта, я слышала как он по-прежнему общался и шутил с парнями, из чего сделала вывод, что он тупо избегает меня, и решила облегчить ему эту участь, скрываясь в спальне и рисуя с утра до вечера.       За первые пару дней я нарисовала три портрета: Толин, Влада и отца. С Никитиным я возилась дня четыре, потому что чувствовала себя виноватой в нашей ссоре, которую и ссорой-то назвать было сложно. Я хотела, чтобы все получилось просто идеально, а потому просто изводила себя, рисуя днем и вечером, спала я по три часа, после чего жутко уставшая шла в школу, где становилась объектом насмешек Марго.       Майкл вдруг пропал куда-то. На следующий день после ужасных дня меня событий я проснулась и не обнаружила его рядом. Сколько бы я не звала и не просила его вернуться, он не возвращался и не появлялся. Окончательно разбитая, я продолжала свое существование, работая над картинами.       Эта пятница была последней перед каникулами, поэтому я весь день смотрела на часы, считая минуты до конца последнего урока, чтобы поскорее свалить домой и забыть об учебе хотя бы на время.       Стоя в полном одиночестве у окна на третьем этаже, я наблюдала за школьниками, ходившими туда-сюда от кабинета к кабинету. В конце коридора я заметила компанию Никиты, состоящую из его самого, его друга-блондинчика Святослава, двух красоток-моделей Ани и Стаси и еще одного пацана, имя которого я так и не запомнила. Эта компания сводила с ума всю школу, надоедала учителям, хотя со стороны они оказались очень даже безобидными ребятами, любящими пошутить друг над другом. Да я даже ни разу не видела, как они разговаривали с кем-то из школьников!       Задумавшись, я не сразу заметила, что Киоссе буравит меня серьезным взглядом, а его друг-напарник машет у него перед лицом, чтобы тот наконец обратил на него свое внимание.       Я обворожительно улыбнулась другу, на что тот предпочел отвести взгляд и продолжить слушать рассказ своего товарища. Закатив глаза, я перевела взгляд чуть левее и наткнулась на вторую компанию, состоящую из Марго и ее свиты. Собственно, кроме этих вечно соперничающих команд (соперничали только восьмиклашки, выпускники даже не в курсе всего этого были), больше никто в компании не собирался, в основном это были группки по два-три человека.       Марго, заметив мой изучающий взгляд, гадко усмехнулась и королевской походкой направилась ко мне, я же только скрестила руки на груди и краем глаза заметила, что Ник снова перевел на меня взгляд.       — Что, подбиваешь клинья к Киоссе?       — Что ты несешь? — Я устало посмотрела на одноклассницу.       — А чего ты на него пялишься всю перемену? Смотреть больше не на кого?! — Повысила голос она. Мне показалось, что весь этаж замолчал, наблюдая за нашей перепалкой.       — С чего ты взяла, что я смотрю именно на него? — Я, в свою очередь, не осталась в долгу и тоже повысила тембр. — Может я на Степанова смотрела?       Блондин, услышав свою фамилию, прозвучавшую в нашей беседе, наконец прекратил бормотать что-то и теперь тоже смотрел на нас.       Не знаю, что услышала эта недоразвитая, но она как бестия набросилась на меня, повалив на пол и начала махать своими кулаками, целясь мне в нос. Я среагировала мгновенно, надавав ей по лицу и, кажется, я сломала ей нос.       На крики о помощи, которые испускали ее подруженции, тут же прибежали учителя, которые растащили нас по разным углам. Ну, оттащили Марго, я же просто поднялась на ноги и продолжила слушать бред, который несла эта чокнутая.       Таким образом я попала к директору, куда привели и ненормальную Цветкову, после небольшого осмотра дежурившей в гимназии медсестры. Потом туда же приехала ее мать, а позже — Артем. Больше всего я боялась поднять глаза на отца. Я чувствовала себя виноватой в том, что расквасила нос этой непутевой и подвергла его репутацию краху.       Мамой Маргариты оказалась миловидная блондинка с зелеными глазами, которая, увидев дочь в таком состоянии, посмотрела на меня, сидящую на диване, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди.       Собственно дальше, как только приехал мой отец, директор попросила нас объяснить всю ситуацию. Эта курица начала орать про такую-сякую меня, что пыталась у нее увести парня, который даже имени ее не знает. Узнав имя этого парня, брови директора взлетели вверх, а Артем закашлялся, но, посмотрев на него, я поняла, что он всего лишь скрывает смех.       К слову, сильно я ее разукрасила: ее аккуратный носик теперь был похож на помятую сливу, на руках синяки, а на щеке красовались царапины от моих аккуратных ноготков. Увидев ее, Артем присвистнул, а потом сурово посмотрел на меня, от чего я захотела рассмеяться — ну не получается у него делать суровый вид!       Директор, поговорив с второй стороной в моем лице, попросила нас, девочек, выйти из кабинета, оставшись с нашими родителями наедине. Идя к двери я ожидала распахнуть ее и увидеть толпу учеников, галдящих в догадках. Однако, всего этого я не увидела. Увидела лишь Никиту и Свята, тихо переговаривающихся у стены, а так же подруг Маргариты.       Заметив близняшек, Цветкова в слезах бросила к ним, на весь коридор вопя о несправедливости и неразделенной любви. Я лишь посмеялась с нее и направилась в женский туалет, чтобы посмотреть, наконец, на свое лицо, что так напугало моего родителя.       И не зря: шишка на лбу, синяк на щеке, разбитый нос, бровь и губа. Когда успела? Смыв кровь, я достала из сумки платок и вытерла влажность с лица. Вздохнув, я выбросила розовую тряпочку в мусорку и вышла из помещения, услышав голоса Темы и Ника.       Парни обсуждали предстоящую поездку на дачу к Толе, что удивило меня. Что, никаких выяснений обстоятельств? Подойдя к ним, я криво улыбнулась и позволила отцу докоснуться до моих болячек.       — Что, на втором месяце сдалась? — Усмехнулся он, осматривая мое лицо.       — Она первая набросилась, — буркнула я в ответ, а, заметив Маргариту за спиной парней, смотрящих на меня, злобно стрельнула в нее глазами, на что та лишь прищурилась и, взмахнув темными волосами, удалилась восвояси.       Степанов усмехнулся где-то сбоку, а Артем убрал руки от моего лица.       — Надо было ей зуб выбить, — хмыкнула я, развернувшись и направившись к лестнице. Парни пошли следом.       — Думаю, это было бы лишним, — проговорил папа, усмехнувшись. — Ее мать и так чуть в обморок не упала, узнав о заключении врачей.       — Надеюсь, у нее еще и сотрясение обнаружили, — злобно прокомментировала я, направившись в раздевалку.       — Главное, чтобы у тебя его не было! — Услышала я сзади, поняв, что голос принадлежал Святу.       Парни, уже одетые, ждали меня на выходе из школы, однако разговаривать я ни с одним из них не хотела. Пройдя мимо, я накинула капюшон на голову и стала глазами искать машину, пока не услышала голоса слева, которые звали меня. Оказывается, наш джип стоял у самых ворот, а не на парковке, как обычно.       Хмыкнув я пошла к ним и залезла на заднее сиденье, после чего закрыла дверь.       — И что мне с тобой делать? — Артем повернулся ко мне и посмотрел в уставшие глаза.       — Простить и накормить, — пожала плечами я, заставив его засмеяться.       Дождавшись Киоссе, прощающегося с другом, мы выехали со двора и направились домой, где меня ждали расспросы от Толика и Влада, которые, увидев меня, сначала офигели, потом рассмеялись, а потом посочувствовали Марго.       Сообщение, пришедшее на телефон, отвлекло меня от собирания вещей на каникулы, которые мы планировали провести за городом. Открыв вкладку, я очень удивилась, увидев сообщение от Степанова.       «Ну что, нет сотрясения?)» — Интересовался у меня парень.       «Не знаю, что меня больше удивляет: твое сообщение или беспокойство о моем здоровье», — моментально напечатала я, а потом добавила: «Нет, определенно, два в одном».       Свят лишь прислал смеющийся смайлик, а потом прикрепил к сообщению две фотографии, увидев которые, я поняла, что моя челюсть поцеловалась с полом.       На них была изображена Марго, показывающая последствия нашего с ней побоища, а потом мне пришла ссылка на ее Инстаграм. В последнем видео, залитом десять минут назад, она рассказывала, при каких обстоятельствах она получила перелом носа и легкое сотрясение мозга. Конечно, факты были перевраны десять тысяч раз, что разозлило меня, но я попыталась держать себя в руках, чтобы вновь не разбить что-нибудь.       На кухню я пришла через двадцать минут, почти полностью скрыв последствия инцидента с помощью косметики.       — Вот, для чего придумана косметика! — Прокомментировал мой внешний вид Толик.       Я лишь усмехнулась и рассказала парням о видео, а потом и вовсе показала его, закипая от гнева.       Они лишь молча выслушали «бедную Риту», потом посочувствовали ей и предложили мне выбросить нахалку из головы и продолжать жить полной жизнью.       «Ага, как же, легко говорить» — подумала я.       Через два часа мы вылезали из Толиного джипа и направлялись ко входу в огромный дом, расположенный в каком-то дачном поселке, окруженном точно такими же домами.       Забежав на второй этаж, я выбрала себе комнату, переоделась в более теплые вещи, потому что вечером становилось прохладно, и спустилась вниз, где парни готовили ужин, ставили мангал и разводили огонь.       Как оказалось позже, к нам в гости пожаловала также и Виа Гра, которая принялась помогать мне с салатами, парни же ушли на улицу, чтобы приготовить мясо.       Девочки весело шутили, нарезая овощи, а я смеялась над их шутками. Когда с закусками было покончено, Настя стала готовить гарнир к мясу, Эрика с Мишей пошли накрывать стол, ну, а я, от нечего делать, вышла на улицу, чтобы исследовать территорию.       Двор оказался очень большим. На нем разместился бассейн, веранда, а потом я еще нашла беседку, в которой были свалены подушки. Здесь я и осталась. Разлеглась на лавочке, растянувшись на подушках, и стала слушать смех друзей и пение птичек.       Тут меня обнаружил Никита. Заметив его, я лишь лениво повернула голову, посмотрела на друга, а потом снова вернулась в исходное положение и закрыла глаза.       — Все еще дуешься на меня? — Поинтересовалась я, не открывая глаз.       Немного подумав, он опустился на соседнюю лавочку, но отвечать не спешил.       — Думаю, да, — наконец заключил он, совсем не удивив меня.       — Ну и ладно, — протянула я, вытягивая руки над головой.       Он чуть не задохнулся от удивления и возмущения.       — И все? Это все, что ты хочешь сказать мне?       — А ты ожидал чего-то иного? — Удивленно протянула я, повернул голову и открыв один глаз.       Он замялся и не ответил.       — Сначала пойми, из-за чего ты игнорируешь меня две недели, а потом возмущайся, -проворчала я, вставая с насиженного места.       Я вышла из беседки и направилась к дому, усмехнувшись, услышав короткое «Я был не прав».