«Соломонова печать» или «Бафомет» - пиктограмма от самого Люцифера.

Его губы спускались все ниже и ниже по еще девственному телу. Приоткрытые губы так и манили погрешить, сладостные стоны сбивали с толку… Когда метка проявилась, все должно было пойти по плану монахов, но Тэ вовремя вырвал свои руки и дотронулся до метки истинного. В зале прошел слабый ветерок. Синее небо над головой, которое становилось все чернее с каждой секундой, нагнетало страх, хотя где-то вдали виднелось потухшее солнце. Блики солнца словно затянуло воронкой, уходящей куда-то вдаль.  Да, вы не ослышались, Тэ будто переместился, он находился вакууме воздуха, хотя все также сидел на этом злосчастном столе, но уже посреди неба. — Прекрати эту хрень и спаси меня уже! — кричит Тэ-Тэ, и вмиг все встает на круги своя, но вот только время, оно замерло. Перед Тэхёном опускается нечто вовсе не похожее на его Гука: черные крылья, рога, все тело в черной саже и татуировках. Причем тату на его теле необычные, они светятся. Древние знаки, руны. Глаза желтого цвета, улыбка белозубая, ехидная. Тэ выбирается из узлов и не знает, что сказать. — Боишься? — рычит дьявол. — Нет, — нервно отвечает Тэ. Существо начинает смеяться и все лампы лопаются, разлетаясь осколками вокруг Тэхёна. — Как тебе моя реальная форма? Я вижу, что тебе понравилось, — продолжает ехидничать тот. Тэ понимает, что его берут на слабо. Гук проходится своей рукой по голым ногам, царапая их когтями. Вдвое больше чем у людей, длинными и неопрятными, черными, как у кошек. Тэхён хватает рядом лежащую рубашку и прикрывает нижнюю часть тела. Дьявол подходит впритык. Его торс оголенный, хоть черная сажа на теле и загораживает весь обзор, но кубики пресса можно рассмотреть. — Ты еще привлекательнее чем был, — хмыкает Тэ и зацепив свои ноги в замок за бедрами второго, тянет того на себя. — Что ты делаешь? — парирует дьявол. — Убить тебя хочу, ты невыносим, — пыхтит омега. Тэхён обвивает шею Гука своими руками и делает вид, что хочет того задушить. — Я все слышал. Что, переспать со мной решил? — злится омега. Гук держится из-за всех сил, но из груди рвется смех. — Ты подслушивал, но не до конца, верно? — Я понял все, после слов моей старухи. Гуки-и, я так скучал. — лепечет Тэ и обнимает своего альфу. — Давай потом поластимся, нам нужно уходить, — быстро говорит дьявол, но в ответ его лишь целуют. Нежно, робко, аккуратно. Облик самого Чонгука начинает затмевать дьявола: смуглая кожа, черные глаза и крепкие руки, а еще такие желанные алые губы. — Ты меня не боишься? — офигевает альфа. — Я люблю тебя, как я могу тебя бояться, я приму любую твою форму, — говорит Тэ и ложится на стол. — Конечно, я представлял, что мой первый раз будет не в таком месте, а под пальмой, к примеру, на необитаемом острове каком-нибудь, но так уж и быть… — Ты точно не против, мы же еще толком не узнали друг друга? Тэ впадает в шок и пихает альфу. — Ты обалдел, мы знакомы с того самого дня, мы даже целовались и ты мой истинный, что, блин, тебе еще нужно? Сам ведь хотел меня! Или я не прав? А, наверное, ты хотел того придурка, Чимина, он даже Юнги не нравится… Гук улыбается и аккуратно целует омегу в шею, а после шепчет Тэ на ушко всякие пошлости. — Я люблю тебя, мой сладкий мальчик, — в промежутке признается альфа. Тэ-Тэ краснеет, но кивает, давая согласие на дальнейшие действия. — Когда ты последний раз пил эти проклятые блокаторы? — интересуется альфа и кусает второго за ключицу. — Откуда ты знаешь… Ты чувствуешь мой запах? Боже, сегодня я совсем про них забыл. — Да, твой запах слаще любой сладости на планете. — Извращенец… А я вот твой запах не улавливаю, он очень тонкий. — А ты закрой глаза, сконцентрируйся… Тэхён закрывает глаза, он чувствует, это превосходно. Такой тонкий. В нем есть все: сладкие ноты ванили, легкий кофейный аромат, долька апельсина и даже заморские пряности… — Я хочу тебя, — говорит омега и меняется с альфой местами. Теперь Чон снизу, а Тэ седлает его крепкие бедра. Гуку явно эта поза не понравилась. Альфа ухмыльнулся. — Я слышал, что сейчас очень популярна поза 69. Смешок, рывок и Тэ лежит на Гуке, а перед его глазами большой, оплетенный паутинкой вен, член альфы. — Извращуга! — кричит омега и пытается встать, но у него ничего не выходит. — Если не хочешь брать в рот, то просто лежи, а я пока займусь твоим отверстием, — рычит Гук и раздвигает ягодицы второго. Дырочка Тэ уже не такая и сухая. Видимо, течка дает о себе знать: набухшая, красненькая и слоями выпускает из себя природную смазку. — Это так грязно. У меня же течка, ах. Язык Гука на пробу лижет уязвимое место, целует и снова скользит по контурам, дразнит, но внутрь не заходит. Тэ плюет на все и обхватывают член своего альфы кольцом из пальцев. Бурный стон из уст второго, и Гук уже сжимает волосы Тэхёна. Тэ улыбается, ему нравится такая реакция его альфы. Тэхён аккуратно слюнявит член и наращивает темп движений. Гук находится в эйфории, но после берется за дело. Язык плавно входит в неразработанное отверстие омеги. Нежно и плавно, альфа проникает внутрь, лижет, ласкает. — Ах… — рвется из уст Тэхёна. Тэ решает взять в рот. Крайне шокированный Чон никак не ожидает таких действий. — О, дьявол… — охает тот. Язык ласкает уздечку, а ручки перебирают яички. Тэ постепенно заглатывает все глубже и пытается ритмично сосать. Но член входит лишь на половину, и то еле как, хоть в меру толстый и длинный. Красивый. Гук не может больше терпеть и проникает в Тэ сразу двумя пальцами на две фаланги. — Гуки-и, — молит Тэ-Тэ и прогибается в спине. Быстро наращивая темп, Гук смачивает третий палец и погружает все три пальца сразу целиком. Тэ кончает на грудь Гуку. — Так быстро, — улыбается Чон. Гук кладет Тэ на лопатки, а сам раздвигает его ноги шире. Член стоит колом. — Входи быстрее. — У тебя опять стоит, моей принцессе нравится? — Чон не может не пустить смешок. — Я так хочу тебя в себе, Гуки-и… Чон не заставляет долго ждать, и слегка потеревшись об колечко, входит. И вдруг Тэхён ощущает, как что-то большое и теплое постепенно толкается в него. Тэ весь сжался и стало ужасно больно, после нежные поцелуи и чувство введения внутрь. Слезы стали вытекать из глаз сами по себе. — Тэ, я не смогу долго продержаться, ты сильно узкий. Не плачь, Тэхён-а, я люблю тебя… С каждым движением Гука, Тэ непроизвольно издавал стон, слёзы всё текли и текли. Но, спустя немного времени, боль утихла, Тэхён начал возбуждаться и был близок к тому, чтобы кончить, как вдруг Гук начал совершать движения быстрее и быстрее, отчего стало возвращаться чувство боли. — Гуки, мне больно. Движения стали плавными, а после снова быстрыми и резкими, Тэ постепенно привык и стоны удовольствия заполонили весь зал. Простата. Чон нашел заветную точку Тэхёна. Фрикции продолжались, пока Тэ не закатил глаза, и не потянул альфу на себя. Кончая, Тэ поцеловал Гука… — Я люблю тебя, мой дьявол, — прошептал прямо в губы второму омега. От узости и сжиманий второго, Чон охнул и бурно излился в Тэхёна. Быстро выйдя из него, Гук охнул, по телу Тэхёна от его метки поползли заплетенные черные линии… — Гук-и, что это? — Метка пробуждается, я с тобой. Моя метка победит Соломонову…главное, чтобы она не убила тебя. Время пришло в свое русло.