Семья Казекаге

      — Дайго, что там такое? — донесся мужской голос до Шикадая. Он приближается…       «Кагуя!» — Господин! — крикнул пойманный в тень мужчина. Он резко начал пытаться вырваться, чтобы подбежать к идущему.       «Отлично» — подумал Нара и разорвал технику, а противник бросился в сторону идущих к нему людей. — «Четверо».       Шикадай быстро подбежал к сестре и подхватив её, отнес за камень около которого они сидели. — Тебе жить надоело?! — шикнул он на сестру. — Что такого ты в нем разглядела? А? — Почему? — единственное, что услышал Шикадай от своей сестры — Йодо, хватит вести себя как в сериале на Коноха тv! Мы в реальной опасности.       Она слушала брата…правда слушала…и не понимала: «Почему отец здесь? Узнал? Он меня узнал?»       «Плохо дело. Этот человек явно не простой собиратель или качевник, да и эта в ступор впала» — думал Шикадай. '' Делать нечего, придётся самому его вырубить. Сейчас у меня четыре куная, пара печатей и дымовая бомба. Не очень выгодный расклад. У него нет сумки или каких-то карманов, значит у него либо нет снаряжения, либо мало. Жаль нам не известен стиль техник. Поймаю тенью и придушу до обморока, если не хватит чакры, брошу кунай с взрывной печатью''. — Он перекрыл нам ход. — заключил Шикадай — Посиди здесь. Я отвлеку его печатями, а ты обогнешь его предупредишь наших. — Что? — Этот тип здесь не один. Если они найдут наших…       Когда Шикадай стал таким серьезным? Почему именно он сейчас её спасает, а не она. Странно, когда мы учим кого-то жизни, то думаем, что наш ученик никогда ничего не поймёт и будет снова и снова переспрашивать нас обо всем на свете, а мы будем раздражаться и объяснять все по новой. Сотни раз подряд., но времени нет. — Стой, никаких взрывов. Если он не один, нам лучше его отвлечь и вернуться к нашим, предупредить, а лучше собираться и уйти через скорпионью яму… — И что дальше? Они все равно пойдут за. — шепотом возмутился Шика, но девочка прикрыла ему рот. — Идите мой господин, я с ними разберусь. — донеслось до ушей Шикадая. — Слушай внимательно, оазис-главная кормушка нашей деревни, пожар последнее, что мы можем себе позволить. Оставь тут клона, расставь приманки в сторону центрального озера. Я получу информацию и предупрежу наших. — Отпусти. — пальцы девочки разжались. — Кагуя, Йодо, ты и правда садистка. — Не до этого. Вот яд скорпиона и мои сенбоны* Придумай, что-нибудь, — девочка передала брату оружие и быстро собрала шесть печатей. «Мираж»       На кончиках пальцев девушки появился маленький сгусток чакры. Она расцепила печать и свободной рукой достала ручной веер из кармана на бедре.       «Надо подать сигнал и отвлечь его ветром, он не должен осознать, что я выстрелила, пусть думает, что атака в лоб».        Йодо вышла из укрытия на встречу Дайго. — Эй! — девочка взмахнула веером и сильный поток ветра окатил противника.       «Закрыл глаза. Сейчас!»       Она вытянула руку со сгустком чакры и выстрелила в него, в отца… неважно! Цель достигнута, пока он пытался загородиться руками от ветра, её техника уже попала в противника, теперь он в её генджицу. Йодо еще раз взмахнула веером, повторяя сильный, но не режущий вихрь.       «Теперь наши предупреждены».

***

      Арая не мог заснуть, после ухода Шикадая, что-то мешало закрыть глаза. Все вокруг казалось слишком нормальным, слишком спокойным.       Тишину природы резко разорвал свист ветра в глубине оазиса, но ему неоткуда было взяться! Разве что…       «Йодо!» — Что это?! — вскакивая воскликнул Тацуми.       Арая начал расталкивать брата, не обращая внимание на испуганных заказчиков.       Ещё один вихрь. — Арая, ты чего? — вымученно спросил Шинки. Он лег спать всего три часа назад, сил все еще нет, глаза пытаются закрыться, чтобы тело как можно скорее снова провалилось в сон. — Шинки, там было… буря… эм… сильный ветер, — пыталась объяснить девушка, но никак не могла описать, что она видела, а Шинки, преодолев себя, всё-таки смог осознать её лепет. — Где Шикадай? —спросил проснувшийся, протирая лицо руками. Он размазал центральную часть своего рисунка, прямоугольную полоску, а из-за того, что он уже давно пользуется красной краской его щеки стали похожи на два ярких граната, при этом круги на лбу и подбородке не пострадали.       Арая указал пальцем в сторону центрального озера. — Один или два? — Два, — сказал Тацуми. — Арая?!       Мальчик в маске бросился к выходу из пещеры, направляясь к источнику вихря, оставляя Шинки и заказчиков позади. Что-то внутри него кричало об опасности, призывало к битве, затмевая собой все договорённости. — Идиот, — процедил сквозь зубы юный кукловод. — Я вас скрою. — добавил он, съедая какой-то зеленый шарик. — Кааа…       Железный песок подхватил двух людей, неся их к потолку. — Простите, будет тесновато, но другого выхода нет. Ведите себя тихо, можете даже уснуть, — песок начал формировать вокруг Мегуми и Тацуми кокон, превращаясь в тесный гамак. Девушка с ужасом посмотрела сверху на мальчика, но он лишь улыбнулся ей. — Мы скоро вернемся.       «Осталось напитать его чакрой» — по тонкой железной нити в Шинки переливал свою чакру в кокон, — «Жаль я не взял марионеток, можно было бы зарыть их в песок в Бэри*, глупец. Хорошо хоть усилительные таблетки взял. Надо поторопиться. Быстро победим, быстро… Что делать когда мы их вырубим? Они же пойдут за нами, как только очнуться. Может их лучше убить?.. или сделать ловушку, чтобы в них периодически попадали кунаи с ядом скорпиона? Надо предложить Йо… Кто-то идет».       Шинки разорвал связь между коконом и оставшемся у него песком, которому был отдан приказ лечь на плечи. Теперь железная пыль похожа не на шубу, а скорее на легкую накидку до колен.       «Должно хватить», — подумал Шинки, складывая печати. Две, пять восемь, тринадцать. — Мираж. — мальчик выстрелил из пальцев сгусток чакры, попадая точно в кокон.       «Пора поздороваться с гостями».

***

— Не хочешь поговорить со мной, пап? — громко, крикнула девочка. — Раз уж мы встретились. — Фуйо? Надо же, какая встреча! А где пацан? — отряхивая песок, спросил мужчина.       Йодо поманила к себе клона Шиадая и он вышел из укрытия. — Как вы выросли… не зря я тебя все-таки не убил, да, Араши?       «Он их отец?! Принял меня за Араю? Пытался убить?» — проносилось в голове Шикадая, пока он закреплял отравленный ядом скорпиона кунай на растяжку. — Лаадно, что вы хотите знать? — Что случилось? — выкрикнул клон и в ту же секунду разгневанная Йодо дернула его назад. — Ты уже забы… — Он спрашивает, как ты к этому пришел. — выкрутилась девочка. — Мама всегда тебя любила и прощала. Она говорила, что ты в ней души не чаял, что вы очень долго нас ждали. Так почему?! Почему ты её убил?! — голос сорвался на крик. — Что за глупость?! Я убил ту тварь, что съела мою дорогую Юи и своими техниками отравила мою душу! Она заставила меня жить с собой и заботится о своих порождениях Джигоку*. Она даже убила нашего с Юи первенца! — Откуда ты все это взял? Ты и нас хотел убить?! — спросила девушка. — Меня с Юи захватило дерево чакры, но когда нас освободили, вместо Юи передо мной стояла она! Демон! Ваша мать была посланником демонов, но великий Асура* спас меня из её лжи. Он дал мне душевный покой… — Что за бред. — с отвращением спросил мальчик. — Как домашнее задание, сделанное за три минуты до сдачи.       Шикададай расставил все ловушки и отошел в сторону лагеря, наблюдая за разговором из-за камня, около которого они сидели с Йодо до боя. «Хоть бы он купился».       «Он расставил приманки. Пора заканчивать». — На счет вас… я не так жесток, что бы убивать детей, — осуждающе ответил мужчина. — но Араши… ты слишком много уви… — Я помню — прервал его Шикадай. «Не хочу это слышать». — Беги, я догоню!       Мальчик быстро достал кунай и бросился на противника: " Если удастся ранить его хотябы в руку… главное не касаться, иначе генджицу спадет». — Я не хотел, — мужчина быстро собрал три печати и вода из реки резко сформировалась в три кнута… «И это всё?!» — ни Шикадай, сидящей в укрытии, ни его клон, бегущий на врага по воде, не могли поверить своим глазам: «Что — это такое! Даже в академии шиноби ученики владеют более сильными техниками!»       Клон спокойно оббежал, слабые, неповоротливые водные канатики и, подпрыгнув над противником, бросил кунай в его лицо. Оружие немного сбилось с траектории, но все же с легкостью разрезало плоть на плече противника.       Шикадай понял: этот человек не слаб. Вокруг тела мужчины появилась светло голубая аура чакры, которую он… тратил в пустую! Скорее всего в генджицу он уже снес пол оазиса своей техникой водного кнута, но в реальности вся его чакра уходила в никуда! Да этот придурок даже не осознал, что клон его ранил кунаем!       » Яд попал очень близко, а он даже не чувствует… нет, его движения рукой уже замедлились, яд действует, но он этого не понял. Если на нем сработает хотя бы одна ловушка, спать он будет долго», — пронеслось в голове мальчика, пока его клон уворачивался от покрытых тонким шаром воды кулаков противника: «Зачем же она попросила клона?» — задался вопросом оригинал, смотря из-за камня на сидящую в листве сестру.       Клон отпрыгнул от врага в сторону приманок и, пока противник пытался увернуться от несуществующего удара, нанес на последний кунай оставшийся яд. «Да с таким раскладом даже ловушки были не нужны!» — возмущенно-радостно подметил клон и бросил кунай в противника, попав тому в бедро: " Немного смазал…»       Клон вытащил из набедренного кармана дымовую бомбу, и бросил её себе под ноги.       «Теперь догоняй свои глюки» — он уже собрался исчезнуть, но резко до него донесся шум… песка! Он отвернулся от противника, но дым не позволил разглядеть… ноги резко захватила техника противника, утаскивая под воду.       Мужчина решил убить мальчика быстро. Демон, демоном, но все же что-то человеческое в этом ребенке все-таки было.       Его водное лезвие всегда было невероятно острым… жаль он не видел, что его прекрасная техника скорее похожа на вяло капающую соплю… — Попался! — вода вынесла Шику прямо под удар противника. «Отец всегда был внимателен, да и контроль чакры у него был высокий. Если он хоть что-то заподозрит…тс… надо вернуться к тренировкам генджицу» «Если он дотронется до Шикадая, осознает, что в теле есть яд и разнесет все в реальности. Шикадай должен развеять клона! Но если я не смогу убедить его в побеге? Оставить трупом? Он может не пойти за мной, а отправится к своим… Но я не могу предупредить Шикадая!» Йодо в ужасе открыла веер, чтобы снести удар и не позволить отцу разорвать генджицу, но клона уже защитил… — Хватит. — низкий, спокойный, почти снисходительный, тон. — Кто ты такой, что бы нападать на мою семью? — Дядя… — Клон Шикадая открыл глаза. То, что спасло его, оказалось песком, обычным, зыбким песком. Он непробиваемой стеной, вставший между ним и нападающим, оттащил мальчика к Казекаге.       «Рикудоо! — кричал внутри себя Шикадай, сидя за камнем: «Если бы этот сумасшедший разрубил клона, весь план по отвлечению на…»        Нара заметил бежащего к нему брата.       «Арая?!»       За мгновение мальчик в маске достал катану из ножен и по лезвию прошел ветер, разрезавший росший на пути, куст. — Арая, остановись! — крикнул Шикадай, но мечник его не слышал. Он уже наложил на катану технику режущего ветра и свист, раздающийся в его ушах, заполнил собой всё… когда он вспомнил эту чакру…всё исчезло, остался только свист ветра и… ненависть. Ненависть. Ненависть! — Ненавижу!!! — Дайго почувствовал опасность и увернулся от удара ветряного лезвия, свист катаны прошел прямо над головой, разрезая кроны ростущих неподалеку деревьев. — Какого!.. — рука резко начала зудеть от боли и не подает признаков подвижности. Его. ранили, когда?       Арая провел серию атак стихии ветра, но противник смог с трудом уклоняться, получая лишь мелкие ссадины.       Гаара быстро направил песок в сторону режущего ветра, не давая технике разрушать оазис ещё больше. Они так много сил вложили в этот проект… — Арая, прекрати! — небольшая часть песка отгородила мальчика от противника и уже хотела оттащить его к Каге, но что-то резко утянуло ребенка под воду. Гаара не сразу понял, что случилось, однако выброшенный водой Арая прямо в еще работающую руку противника, сразу ввел Гаару в ужас. — Отзови песок! — крикнул мужчина, сжимая шею мальчика окутанными водой пальцами. — Отзови или я убью мальчишку водными шипами!       «Кусок говна, я тебя уничтожу!» Йодо наполнила четыре иглы своей чарой и, сорвав зубами кусок кожи с большого пальца, призвала небольшую дыру в которой плескался яд тысячи скорпионов. Хорошо иметь иммунитет. Она быстро окунула руку с сенбоны в хранилище яда и бросила их прямо в руку отца. «Давай же!». — Стой там! Иначе я его!.. — иглы впились в шею и руку, которой Дайго держал мальчика. Как только хватка ослабла Каге направил технику песчаного гроба на противника, а Арая резко достал танто из поясничных ножен и, замахнувшись за спину противника, вонзил его над лопаткой, разрывая мышцу, скрепляющую шею с лопаткой.       Он умер… Песок поглотил Дайго и отлетел дальше вглубь оазиса, перемалывая кости и оставляя за собой кровавый след. — Арая, ты в порядке? Он тебя не ранил? — Йодо лихорадочно начала осматривать брата: рана на руке, снова открылась, а на лбу появилась кровоточащая пятно. Больше она ничего не нашла и начала лечение с руки брата. — Прости, я… я очень хотел… защитить нас! — рыдая, говорил мальчик. — А я не хотела, чтобы ты его видел! — возмущенно крикнула девочка. — Я не хотела… — теперь слезы потекли и по её щекам. — Шикадай, иди к Шинки и заказчикам. Я уверен, что они уже ждут, — холодно произнес Гаара, посмотрев на клона Шики. — Дя… — хотел начать мальчик, но Каге жестом присек его желание и бросился к рыдающим дочери и сыну.       Через мгновение техника клонирования была развеяна, а Шикадай ринулся в сторону пещеры. Он помнил, что там еще минимум трое противников, но… так и не смог сказать. Хотя дядя скорее всего уже знает и разобрался с ними…наверное

***

      «Трое. Один впереди. Осторожен. Сильные руки. Два топора. Убрать первым. Двое по бокам. Слева использует техники земли отступник Ивы*, справа… проворный, особых приспособлений нет. Сенсоры — никто. Центр…» — Шинки узнал мужчину в золотом одеянии. Это Ши… Якитомо Ши… Брат Цумаки и основатель секты. Дядя с отцом говорили о нем…       «Захватить его живым никак не выйдет, придется постараться убить».       Погода была немного ветреная, поэтому Шинки решил замаскировать железный песок, под обычную пыль, которую принес ветер под ноги идущих, но не успел. — Господин, подождите! Тут есть чакра… —       «Кагуя!»       Самый крупный из сопровождающих достал боевой молот из-за спины и начал осматриваться по сторонам.       «Если бы он прошел еще чуть-чуть…» — Нашел! — гигант замахнулся топором в сторону Шинки, но мальчик резко приказал своему железному песку разделится на пять острых крупных и два небольших иглообразных шипов и атаковать. Мужчина смог остановить два шипа, третий отбил проворный своими руками, выделяющими чакру, но последние два всё же долетели, один глубоко в правую руку грамилы, другой в ногу шустрого, но главное два мелких идеально попали в ухо и глаз владельца топоров. «Хоть так…» — Ооо, какая встреечаа. — пропел беловолосый мужчина, пока его сопровождающий пытался подлечить бугая.       «Бессмысленно, песок пробился до мозга. Скоро кровь заполнит череп» — Жаль не могу сказать, что рад тебя видеть. — спокойно ответил Шинки, спустившись с дерева. — Как груубоо…       На лицах обоих сопровождающих начали взбухать вены от возмущения. Как этот наглый мальчишка посмел так говорить с великим Акирой Сукуигами*, несущим покой нуждающимся и карающим недостойных. — Ты работаешь на… -Нет, нет нет, я ни на кого не работаю, — усмехнулся беловолосый. — Я лишь ищу мою прекрасную Мегуми. Представляешь, мою миилую украл какой-то странный юнец! А ведь она так и не успела до конца оценить мои умения. — Тогда нам стоит её поздравить. — Шинки начал отходить ближе к небольшой возвышенности. — Кстати… Киншии… как поживает моя дорогая сестра? Её дни всё так же прекрасны и беззаботны? — не обращая внимание на своих подчиненных, спросил Ши, следуя за мальчиком — А ты как-будто не знаешь? — агрессивно выпалил сын Кадзекаге и приказал имеющимуся песку атаковать мерзавца прямо в шею.       Железная пыль с легкостью снес голову противнику, но… всё начало расплываться в глазах… деревья закручивались в спирали, а песок под ногами…

       Толчок… и он уже очнулся в ванной комнате, в одних спальных шортах. В руках у него появилась зубная щетка, а в зеркале был мальчик лет восьми, орущий: «Очниись!!! Просыпайся! Это Генджицу! Генджицу!»       Правда. Шинки прекрасно помнил, где он должен быть, но выйти из генджицу не удалось. Он пытался замедлить течение чакры, пытался ускорить поток, даже раскусанная губа не помогла ему выбраться… — О, ты проснулся. давай… — Нет! — мальчик резко закрыл уши. «Не слышать… только бы не слышать!»       Он сбежал с лестницы и врезался в женщину, но это не важно. Она не важна. — А как же завтрак?       Не убирая руки с ушей, мальчик выбил дверь в квартиру своим телом и побежал к выходу из дома.       На улице его окружили люди. Он не видел их лиц, но слышал… даже закрытые руками, уши не могли пропустить похвалу, поддержку, беспокойство и заботу с которой к нему обращались эти… тени. Тени!       Шинки бросило в дрожь. Как давно он не видел сны с этими!.. Сны! «Если это работает как сон, надо упасть или умереть!» — пронеслось в его голове, но он сразу отбросил эту мысль. «Генджицу — не сон. Скорее всего если я умру здесь, смерть будет не физической, а духовной. И моё тело будет продолжать жить… как с теми несчастными, которых начали привозить в изолятор, где мы помогали… Надо найти источник!» — Киншии! Давно не виделись! — пропел милый детский голосок. Шинки обернулся… и увидел бегущую к нему девочку. Её золотые волосы красиво развивались на ветру, а улыбка была такой искренней и чистой… «Цумаки…» — Я так рада тебя ви… — Шинки ударил малышку прямо в лицо и она рассыпалась по частям на его глазах, превратившись в груду песка. Голова закружилась, дома начали растекаться… и Шинки снова упал в бездну…

— Господин Сукуигами, нам его убить, пока он в генджицу? — раболепно спросил слуга. — Не стоит. Он может знать, где же моя благословлёная дева, подождем, пока он осознает прелесть вечного рая. — Как вы великодушны… — Эй, Ши, может не будешь еще и детей в свою секту вербовать? — спросил насмешливый голос. Двое резко обернулись к противнику и только беловолосый не шелохнулся. — Аах моё старое имяя… — улыбаясь, пропел он. — Сколько воспоминааний. — И как же тебя называют? Пацан, возомнивший себя вторым пришествием Кагуи? Идиот с невероятно раздутым самомнением? Лживый змей, использующий слабых людей, как марионеток? — Канкуро, засунув обе руки в карман, спокойно шел к своему племяннику. Голова всё ещё кружилась, а тело неприятно ныло, от сна в кукле, поэтому кукловод не очень хотел затягивать бой. Не сегодня… — Не прибли… — воскликнули двое «последователей», но кукловод резким рывком схватил их за шеи, повисая на них как напившийся друг. — Ну же, мальчики, не нервничайте — усмехнулся он, прижимая к своим плечам головы «друзей» и растрепывая их прически. — И чем же Вы от меня отличаетесь, Какнкуро-самаа. Неужеели вы видите во мне все эти гнусности, не замечая их в себее? Не думаю что эти люди очень счаастливы. — ответил Ши указывая своим длинным, костлявым пальцем на трех марионеток из коллекции Сасори, волочащихся за кукловодом. —Хмм… — Канкуро отпустил двоих «шиноби», и подойдя к Шинки, развернулся лицом к противникам. — Ладно, ауч.

— Шинки, что-то случилось? — с волнение спросил Гаара своего сына. — Отец… — шепотом, едва дыша, произнес мальчик. Его руки дрожали от ужаса, который охватил всё его тело. Из всех сюжетов, которые он уже прошел, этот был самый ужасный… ведь тут всё так хорошо… «Я… должен… должен!» — кричало что-то внутри него, но глаза предательски не могли перестать смотреть на обеспокоенного отца, изредка переходя на альбом с фотографиями, который они рассматривали… Вот фото «мамы» ещё до родов, вот Шинки только родился, вот отец засыпает с ним на руках, первые шаги от «мамы» до отца, фото с Шикадаем, шестилетие, рождение Араи и Йодо, первая тренировка с песком, поступление в академию, общее фото… — Шинки, если тебе плохо, скажи мне… — железный песок пронзил красивый зеленый глаз. — Папа…папа прости меня! — истошно закричал ребенок, проваливаясь в звездный поток

— Таак зачем Вы здесь? Не уверен, что вы пришли похвалить лучшего ученика или порадоваться моему истинно гениаальному искусству кукловода. — Даже Акасуна Сасори не был настолько тщеславен. — усмехнувшись, заметил Канкуро. -Кааанкуроо-самааа, Сасори-сан лишь заблудший на пути, коих много на нашей земле. Он так и не смог осознать истинное искусство кукловода. Будучи закрытым в подобии, подобия, он решил уйти еще дальше, заточив себя в подобие, подобие, подобия. Я же — первый, кто нашел путь к идеальному воплощению и надеюсь скоро смогу помочь всем осознать тоже самое — объяснил Ши, указывая обеими руками на свою голову. — А как же Мадара и его бесконечное цукуёми? Разве твои «идеалы» не подобия его «идеалов»?

      Шинки устал.       «Ещё чуть-чуть…»       Генджицу уже ничего не могло ему предложить… он прошел всё…       Сейчас он в какой-то темной комнате… нет, огромном пространстве и перед ним только один человек… мама.       Поклон, на колени, омовение лба от переносицы до волос, встать… — ничего не изменилось…       Каждый раз когда железный песок разрубал очередного безликого клона матери, через пару шагов появлялся новый. Скольких бы он не перерубил, ничего не меняется…       «Неужели я уже в Джигоку? Нет. в Джигоку искупляют грехи, а не множат…» — а Шинки снезашло озарение… «Почему мать молится в мою сторону?! Ведь она всегда молилась только на…»       Он обернулся. Там… вдалеке… откуда он пришел, от чего так долго уходил… Шинки бросился в сторону огромного полотна и давно забытая ненависть снова блестела в его глазах. «Я выберусь!»

— Раз уж вы здесь, скажиите, почему Вы ещё можете говорить со мной? Обычно в это время мои противники уже лежат на земле и радуются моему велиичию. — На сколько я знаю, та за кем ты сюда пришел не прониклась твоими сказками. — с усмешкой заметил кукловод.       «Дядя…». Шинки полностью вышел из генджицу, но решил не вмешиваться. «Я не должен отвлечь дядю, он явно что-то задумал». — понял мальчик, смотря на руку кукловода.       Шинки сразу заметил, что дядя держит своих марионеток, тремя пальцами правой руки, что сильно ухудшает контроль. К тому же оставшиеся два пальца и левую руку он также держит в боевой позиции. «Что же ты задумал…» — О… а Вы хорошо осведомлены, Канкуро-сама. — улыбка сошла с лица беловолосого. — Ты же знаешь, наша деревня не может похвастаться древними кланами или десятками гениев, готовых сражаться с кем угодно, где угодно, в любом состоянии, — начал Канкуро, поднимая своих марионеток выше, в то время, как беловолосый дал отмашку своим людям. Один из них сразу направил чакру в руки, сделав их подобными лезвию, а второй начал складывать печати. — Поэтому мы организовали лучшую разведку.       Двое прислужников бросились на кукловода, но не успев сделать и пяти шагов их головы были свернуты.       Последнее, что они увидели в жизни…ужас их бога.       Золотой песок, рассыпанный куклой у ног врагов, резко превратился в острый, небрежный шип и пронзил шею отступника, выступая из горла уродливым острием с которого на землю начала капать кровь.       Ши упал на колени, и обхватил остриё руками. Изо рта пошла кровь… за все эти годы он никогда не проигрывал! Его генджицу идеально! Как! Как он мог проиграть ничтожному кукловоду! Куклы лишь жалкая пародия жизни, а он сама жизнь!.. — Ты так долго жил среди лизоблюдов, что поверил в собственную исключительность. — подойдя к умирающему, заключил Канкуро и легкими движениями пальцев призвал золотой песок в длинный, встраевыемый в марионетку, сосуд. — Печально.       «Они… умерли» заключил Шинки. Тело отошло от генджицу, но мальчик не хотел двигаться, только смотрел, как дядя собирает золотой песок, поднимает что-то очень маленькое с земли около стражников Ши и вытаскивает что-то из своих ушей…       Шинки не мог сконцентрироваться на произошедшем, пытался, но не мог. Он уже думал об этом. После того, как он с легкостью овладел железным песком в деревне начали шептать, что отец… что папа Гаара его родной отец… придумывая байки о матери… очень долго шептались о какой-то Хакуто, но это же всё чушь!       Но Шинки не глуп… он понимал, что так легко джитоном можно овладеть только если это кеккей генкай. Но у матери этого нет… А в деревне, хоть и есть около семи шиноби использующих джотон, но только у отца есть кеккей генкай магнетизма, а у дяди… Шинки всегда гнал такие мысли прочь: «Дядя честный, добрый, любящий человек, он бы никогда!..» Но он человек. Единственное, что не давало перейти грань между добрым, заботливым дядей и тем, кто ничего не знает о нём, тем кого он ненавидит, это невладение дядей джитоном… Теперь этой грани нет. «Что если это так? Как нам… Нет, может…» — Не в таких условиях я хотел с тобой об этом поговорить. — тяжело вздохнув, произнес мужчина.       Даже шанса на сомнения не осталось…

***

— Подруга по переписке? — удивился Канкуро, доедая вяленое верблюжье мясо. — Это так удивительно? — уточнил Гаара. — Нет, просто мы с Темари, думали, что вы с Недзуми… — Не глупи. Она мой друг. — Как знаешь, но если уж что-то задумал, давай быстрее, Шинки меньше чем через месяц девять лет стукнет, подросткам труднее привыкать к новым опекунам. — А я читал, что наоборот. — после этих слов повисла неловкая тишина.       Гаара не знал как перейти к… этому разговору. Он не думал что хоть когда-то ему придется обсуждать такое с членом своей семьи. Каге посмотрел на своего безмятежно отдыхающего брата и собравшись с силами… — Канкуро, я не знаю как тебя вывести на эту тему. Скажи ты долго встречался с Рёко но Тамурой? — С чего такие расспросы? — спокойно спросил Канкуро. Он уже давно заметил, что Гаара хочет что-то обсудить, но торопить его не хотел. Если надо, скажет сам. — Я недавно начал замечать кое-какие странности и решил поглубже изучить родословную своего сына… — И… — И у него нет отца, а его мать Тамура… ты вроде с ней встречался, вот я и… — Ты решил что он может быть моим?! Да как… — песок резко схватил кукловода, закрывая ему рот. — Шинки спит, не кричи. — И с чего у тебя эти подозрения? — убирая с языка пищинки, спросил Канукуро. — Идем. — Гаара подошел к маленькой полке, где стояло фото Расы и Каруры, а также маленькая деревяная шкатулка с прахом и песочные часы. Тело отца так и не удалось найти, поэтому вместо его праха на полке стояли часы с золотым песком. Гааре понадобилось около трех лет, чтобы уговорить Шукаку помочь найти, если не тело, то хотя бы те самые песчинки, и еще около двух лет, чтобы собрать не более одной пятой того, что использовал отец.       Мужчина взял часы с золотым песком и отправился в комнату сына со своим братом.       В комнате Шинки уже давно выключен свет, но Гаара прекрасно знал, что болванка марионетки лежит на полу, рядом с учебником Суна но Чиё, а на столе разбросаны краски. Шинки уже преступил к обучению шиноби-кукловодов, но ему это пока дается тяжело.       Мальчик спокойно спал, сегодня был тяжелый день. — Смотри.       Золотой песок спокойно лежал на боку перевернутых горизонтально часов, но как только Гаара поднес часы к руке мальчика золотая пыль потянулась к кончикам пальцев ребенка. Каге перевернул часы вертикально, подставил их под руку Шинки и золото начало подниматься вверх, прилипая к боковине верхнего сосуда.        Мужчины вышли из комнаты ребенка и в молчании вернулись в просторную гостиную. — Либо нам нужно искать нашего единокровного или двоюродного брата, либо дядю, которые были очень хорошо знакомы с Рёку но Тамурой… либо кто-то из нас был с ней хорошо знаком и могу тебя заверить, это не я. — Джитоном* могут пользоваться многие шиноби. Это ничего не значит. А про Тамуру… — Канкуро не хотел это признавать, но всё слишком четко сходится. В начале зимы она очень резко изменилась, а весной вообще уехала, посылая в его адрес тысячу проклятий, а вернувшись осенью начала пытаться втянуть его в какую-то молодую секту и требовала свадьбы. Кукловод даже уже не помнит, что стало большим камнем в их отношениях: её попытки втянуть его в непонятную религию, не желание рассказывать что случилось за эти пол года или требования свадьбы спустя год знакомства (учитывая что пол года из них они вообще не общались) — Ты прав. Есть шиноби способные использовать джитон, Шукаку знает как минимум восьмерых не считая нас с тобой. — Я этим не пользуюсь. — укоризненно заметил кукловод. — Но ты можешь, — ответил Гаара. — И этим мы и отличаемся от остальных. Тебе не нужны часы тренировок со стихией ветра, тебе нет необходимости месяцами оттачивать стихию земли, чтобы только начать пользоваться джитоном… отец писал, что ты с семи… — Да понял я, — раздраженно, отрезал Канкуро, не желая слушать ничего об отце. — Мне нужно… подумать. — Я не тороплю… и… не знаю, что делать. — ставя часы на место, говорит младший из братьев. — Давай в среду поговорим об этом. — Согласен. — покорно согласился кукловод. — Мне надо… Стоп, значит «подруга по переписке» это попытка вывести меня на разговор, а вы с Недзуми все-таки… — Канкуро, или иди спать или отправляйся домой, — с легкой усмешкой ответил ему младший брат поднимаясь по лестнице. — Ключ… — Да, да я знаю. Глубокого сна.

***

— Шинки, прости. Я не зна… — собравшись с мыслями начал Канкуро, но повернувшись лицом к племяннику понял, что мальчик еще не отошел от генджицу.       «Даже не знаю радоваться, что он ничего не увидел или быть в ужасе от того, что его могли убить пока он в генджицу».       Канкуро подошел к племяннику, протягивая руку, чтобы влить чакру и освободить его, но остановился в паре сантиметров от его головы, так как одна из марионеток засекла движение.       «Шикадай. Отлично.»

***

      Шикадай уже почти добежал до пещеры, но мыслями он все ещё был там. Он не мог отпустить слова родного отца Йодо и Араи.       «Может нужно было ост…» — Нара увидел летящую в его сторону дымовую бомбу.       «Кагуя! Их же еще четверо!» — мальчик резко остановился и бросив кунай в дымовую бомбу, сложил две печати " Теневая ловушка!».       Дымовая завеса распалась и Шикадай увидел лежащего на земле мужчину. В его плече была ещё видна дыра, которую медик не залечил до конца, а из уха вытекла маленькая струя крови, уже успевшая засохнуть. «Что?.. Тут… ТВОРИТЬСЯ!».       Шикадай отменил теневую ловушку и пошел туда, куда полз умирающий. Он заметил следы трех оставшихся и дошел до… — Что тут случилось?! — с ужасом воскликнул Нара. У двоих перекручены шеи, а у третьего из горла всё ещё текла кровь… — Шинки! — Шикадай бросился к брату и начал пытаться его разбудить. — Шинки, Шинки! Что тут… — Ничего, — вымученно произнес брат. — Идем к Тацуми и Мегуми, они замурованы в пещере, — вставая с земли добавил он. — Где Арая и Йодо? — Что значит… ничего. — в ступоре спросил Нара. На его глазах буквально пару часов назад дядя и близнецы убили человека, а сейчас его брат стоит… над телами убитых им людей и говорит, что ничего не случилось!!! — Шикадай, пожалуйста… — вымученно попросил Шинки брата. — Я расскажу, но не сейчас… — … Хорошо, — в ступоре, согласился шиноби Конохи. — К нам на помощь пришел дядя Гаара. Он попросил нас подождать, Йодо и Арая скоро придут. «Папа тоже был здесь…» — Надо убедится, что больше никого… — Мы в безопасности… эти четверо были последними… — Отлично. Идем

***

— А почему мы просто не воспользовались автобусом, если он ходит в Токаку через день?! - возмутился Шикадай. — Ты их цены видел? Это же не обычные автобусы. К тому же они ходят по строгому маршруту с объездом ещё нескольких городов и довольно медленны. К тому же для поездки необходимо предоставить удостоверение жителя... а этого делать крайне не хотелось. - Что это? — В нашей деревне уже давно нельзя купить билеты в другие города, не раскрывая своё имя, — начала объяснять девочка. — Раньше, когда автобусы появились, удостоверение должны были предъявлять только шиноби, особенно до четырнадцати лет, потому, что простым жителям до четырнадцати вообще нельзя было выезжать без взрослых или их письменного разрешения, но некоторые, не слишком известные, начали косить под обычных граждан, а наши ровесники, использовали поддельные удостоверение шиноби, чтобы тайком ездить в ближайшие города. К тому же деревня хотела стать более открытой, но процедуры одобрения приезжающих были слишком долгими. В итоге систему транспорта реформировали. Теперь все обязаны предоставлять удостоверение жителя, для покупки билетов из Суны и в Суну. — Тогда почему в Токаку можно сесть на автобус? — Там не такие строгие правила. — начал Тацуми. — Токаку и Казе-ко города страны Ветра, на страну ветра не распространяются решения Казекаге, по крайней мере пока их не узаконит Даймё. — Но почему вы не сделали лжеудостоверение? — Мой папа быстро бы об этом узнал, — смущаясь ответила девушка. — Да и… эти тоже... — А ещё, если бы нас поймали, пришлось бы десять дней просидеть в изоляторе и получить не маленький штраф. — добавил мужчина. — Твой отец как-то связан с подделкой документов? Почему вы не рассказали это полиции или шиноби-химицу*? — смотря на девушку с осуждением, пробормотал Шинки. — Я рассказала, но как выяснилось, мои сведения не раскрыли им больше того, что они уже знают. — Мы уже близко. Стены города видны.

***

— Не говори родителям, о том, что отец нам помог. — резко попросила Йодо своего сводного брата. — скорее всего он пришел к нам тайно. — С чего ты это взяла? — лениво спросил Шикадай.       Пару часов назад они посадили Мэгуми и Тацуми на лайнер и, на автобусе, вернулись в Токаку. Йодо предложила просто добежать до деревни, но Шикадай и Арая отказались, поэтому было решено переночевать в Токаку, а утром отправиться домой.       Шинки сразу лег спать. Первая ночь на задании сильно его подкосила, а сегодня днем, хоть они большую часть времени ехали в автобусе, он так и не смог заснуть только проваливался в дремоту. — Это всего лишь предположение, но он пришел к нам один, решил не показываться Мэгуми и Тацуми, и после боя сразу ушел. К тому же я уверена, что если бы твоя мама знала… — Идите в гостиную или ложитесь спать! — рявкнул Шинки на сокомандников. Он устал…нет ни желания ни сил рассказывать о дяде Канкуро или о Ши. — Арая, не хочешь… — начал Шикадай, но мечник её перебил. — Нет, — хриплым голосом произнес он, снимая свою маску, — не сегодня, — Арая упал на свою кровать и расплылся в довольной улыбке. «Хорошо, что все закончилось…».