Плачущие сакуры

Лишь жемчугом блеснувший миг… Побыв вдвоем, Они должны расстаться. И тщетно тосковать и убиваться До срока новой встречи в небесах!

- Вот, мы и встретились Нурарихен, - позади раздался злобный смех. Услышав смех, Нурарихен резко повернулся, там на крыше поместья стоял аякаши и смеялся, в его взгляде читалось открытое торжество и злорадство. - Кто ты? Нурарихен осторожно положил Ехиме на землю и достал свой меч. Екай, стоявший на крыше, злобно усмехнулся. Наконец-то он отомстит Нурарихену за все: за их госпожу, их разрушенные мечты. Когда они с Джерегумо прибыли в Эдо, то старались найти слабость этого ублюдка, и нашли – это оказалась какая-то человеческая девчонка. И сейчас, глядя на его страдания, он торжествовал, но этого было ему мало – еще, еще больше страданий и отчаяния. Довольно улыбаясь, он решил ответить на его вопрос. - Хаку-Таку, я из киотских аякаши. Я здесь, что бы отомстить за Хагороме Кицуне. И я уже начал свою месть. Нурарихен удивленно смотрел на него, но затем посмотрев на Ехиме все понял. Одним прыжком он оказался на крыше. - Сволочь!!!!!! Хаку-Таку, достав меч отразил его выпад. - Кто бы говорил, - ответил тот. Отпрыгнув от Нурарихена, он наставил на него свой меч. - Да, теперь ты знаешь каково это потерять всех и все. Это то, что пришлось пережить нам из-за тебя!!!!!!! - Наша месть тебе не знает границ, мы заставим тебя страдать еще больше!!!! Они продолжали биться на мечах, Нурарихену удалось выбить меч Хаку, и уже готовился нанести последний удар… - Гляжу вам весело. Они оба обернулись на голос, неподалеку от них стояла Джерегумо. Она смотрела на них со скучающим выражением. Потом посмотрев вниз ее лицо исказила кровожадная улыбка - А я займусь этой принцессой. - Что? - Я искромсаю ее тело на множество мелких кусочков. Джерегумо повернулась и пошла прочь. - Не смей. - Не смей ее трогать!!!! Аякаши обернулась на крик, последним, что она увидела – были наполненные яростью глаза Нурарихена, взмах меча отсек ее голову. Тяжело дыша, Нурарихен стоял над телом Джерегумо. - Теперь ты мой, - одновременно с тем как он услышал эти слова, он почувствовал боль, посмотрев вниз, он увидел торчащий из его груди меч. - Ты глупец, мы прекрасно знали, что нам не одолеть тебя честно. Джерегумо пожертвовала собой ради нашей мести. Использовать эту человеческую девчонку было хорошей идеей, - с этими словами он выдернул меч. Нурарихен упал на колени. - Ты… -Подумать только, Владыка Духов настолько опечален потерей девчонки, что забыл обо всем, он даже не использует страх. - Ты! Я заставлю тебя пожалеть о то, что ты убил Ехиме, - с этими словами Нурарихен встал и снова бросился на Хаку. Но в момент нанесения удара, у него потемнело в глазах и он снова упал на колени. - Хэх, похоже яд уже действует, - Хаку смотрел на Нурарихена, - я ведь уже говорил, мы не глупцы, что бы сражаться честно. Задачей Джерегумо было отвлечь тебя, чтобы я мог хотя бы поцарапать тебя этим отравленным клинком. Этот яд способен быстро свалить даже аякаши. А чем больше яда, тем быстрее он действует. Джерегумо отлично справилась. - Кстати ту девчонку я убил этим же клинком. Хочешь знать ее последние слова. Это были «Аякаши-сама». - Хаку снова рассмеялся. - Это твой конец, Нурарихен! Нурарихен стоял на коленях, опустив голову. - Не прощу! Ехиме! Оуги Мейкешисуй. Столб огня ударил в Хаку и его охватило пламя. - Что? С трудом встав, Нурарихен подошел к поверженному аякаши. Тот уже был не в состоянии сражаться, но его взгляд по-прежнему был полон торжества. - Пусть я умру, но и ты долго не проживешь. Моя месть исполнена. Я отнял у тебя самое дорогое. Она мертва, твоя принцесса мертва. Ее уже не вернуть. Хаку-Таку снова рассмеялся. Взмах меча оборвал жизнь и смех аякаши. - Не смей о ней говорить. Нурарихен молча смотрел на поверженного врага, затем спрыгнув с крыши направился к сакуре. Из-за яда ему было тяжело двигаться, а в глазах темнело. Дойдя до сакуры, он снова опустился на колени возле Ехиме. С нежностью он погладил ее лицо, и снова слезы покатились из его глаз. Взяв руку девушки, он поцеловал ее. Рука была холодной. - Ехиме, прости я не смог тебя защитить. Затем он наклонился и поцеловал ее в холодные бледные губы. - Скоро мы будем вместе, Ехиме. Больше нас ничто не разлучит.