Помешанные

POV Хосок Кажется, я стал помешанным. Помешанным на нем. Я ничего не могу поделать с этим чувством. Оно разъедает меня, медленно и верно, вьедаясь в кожу, разум, занимая все мои мысли. — Юнги-хен такой идеальный.— в который раз повторяю себе, сидя на мягкой постели и смотря фотки рэппера с последнего концерта. Представляя его. Его лицо, тело… В нем все идеально. Его почти белая, как-будто прозрачная кожа придающая ему аристократической бледности. В сочетании с черными, как смоль, волосами он становится похожим на вампира: холодный, пронзающий душу взгляд, хитрая сахарная улыбка, только клыков не хватает для завершения образа. Я люблю такого Юнги. Отстраненного, пофигистичного, холодного. Но еще больше я обожаю его настоящего. Доброго «колючего» Юнги. Вечно сонного, вредного, недовольного, ворчащего, но такого милого и домашнего, что хочется никогда не отпускать и слушать такой любимый шепелявый голосок. А еще хён потрясающий, когда у него хорошее настроение. Тогда у него появляется искренняя добрая улыбка и можно услышать его смех. Его смех, это самое прекрасное, что я могу слышать в своей жизни. Такой Юнги заботливый и внимательный, он как скрытый лидер, присматривает за всеми участниками группы, пытаясь втайне заботиться о них, хоть и делает вид, что ему глубоко плевать на весь мир вокруг себя. Хён очень добрый, но когда у него плохое настроение, к нему лучше не приближаться. Дело в том, что когда Юнги нехорошо себя чувствует, он становится закрытым, холодным и замкнутым. В такие моменты я хочу развеселить его, чтобы та завораживающая улыбка снова вернулась на его лицо. Обычно у меня получается, так как у хёна рядом со мной всегда хорошее настроение (впрочем, как и у всех меня окружающих). А еще я люблю смотреть на Юнги, пока тот спит. Его лицо очень милое и умиротворенное в такие моменты. Он сворачивается калачиком, прижимая ноги к себе, а черная челка лезет в глаза. В эти моменты прямо невыносимо хочется до него дотронуться. Но Юнги всегда очень чутко спит. Я не могу погладить его по волосам, немного похожих по ощущениям на солому из-за частых перекрашиваний, но все равно невероятно приятные на ощупь. Обнять крепко, и лечь рядом, согревая вечно холодное тело хена. Хочется делать так каждый день Flashback. 3 года назад Уже тогда я был влюблен в него. Безответно, мое непривыкшее к безответным чувствам сердце очень мучалось. Позже я научусь смиряться, но пока я еще наивен и раним. И вот, мое сердце скачет в груди из-за страха и беспокойства за него. Юнги очень плохо себя чувствовал. Все очень переживали (особенно я). Напичкали бедного Шугу лекарствами и уложили спать. Он мирно лежал, завернувшись в одеяло. Я проходил тогда, выполняя какие-то поручения Намджуна, и тут из комнаты донесся его голос. Он звал меня. Я сразу же пошел на его зов, и зашел в комнату. Он тогда выглядел таким слабым и беззащитным, мое сердце сжалось. — Что такое, Юнги-хен? Я могу чем-то тебе помочь? — Мне холодно. Я не могу заснуть. Хосок~и. Полежи со мной… — он тогда так сказал. Юнги лежал, натянув теплое одеяло даже на голову. Очень странно, что он замерз, ведь температура в общежитии была абсолютно нормальная. Я немного удивился его словам, но без сомнения подошел и, приподняв одеяло, лег рядом. Юнги лежал спиной ко мне, в своей обычной манере. Я просунул руку ему под локоть и обнял его холодное тело, утыкаясь лицом в его макушку, волосы на которой еще тогда не были испорчены краской. Шуга прижался ближе ко мне. — Хосок~а, ты такой теплый — он улыбнулся и, кажется, перестал дрожать, и успокоился. Юнги быстро заснул. Я еще лежал долго, смотря на его лицо, и перебирал мягкие, тогда рыжие волосы, которые делали хена похожим на лисенка, но вскоре тоже заснул, все еще прижимая старшего к себе. End Flashback Если подумать, сколько я уже влюблен в него? Знакомы мы уже 7 лет. Наверно, когда я первый раз увидел его, как только пришел в кампанию. Он мне сразу понравился. А потом я стал узнавать его лучше, и меня затянуло. Затянуло в дыру под названием «Мин Юнги». Потом мы стали лучшими друзьями. Я понимал, что хочу не этого, но ведь только так я смогу быть рядом с ним. Сначала это была просто невинная влюбленность. Но мы дебютировали, однажды чувства резко стали расти. Он стал таким красивым и сексуальным. И я с ужасом понял, что хочу его. Хочу его тело. Хочу трахнуть его. Я понял это, когда однажды на репетиции, я возбудился, просто смотря на Юнги. Пришлось бежать в туалет снимать напряжение. Когда я кончил тогда, представляя извращенные сцены с хёном, то понял, что дороги назад уже не будет. Я люблю рассматривать тело хёна. Такое идеальное, миниатюрное, с кожей цвета фосфора. Я люблю Юнги. Его худощавое тело. Тонкие, как у девушки, ноги. Тонкие ручки, и длинные аккуратные пальцы с выступающими венами. Тонкую шею, ключицы, так красиво смотрящиеся на фоне его бледной кожи. Эту женственную хрупкость, присущую его худой фигуре. Еще Юнги, по моему мнению, самый красивый человек на Земле. Настолько красив, что я даже сомневаюсь, человек ли он. Его небольшое миловидное личико, аккуратные розовые губки, которые кажутся такими мягкими. Больше всего на свете мне хочется хочется почувствовать его губы на своих. Его глаза, в них можно увидеть всю вселенную. Вечно прикрытые и поэтому кажущиеся смотрящими на всех недовольно, такие раскосые, но они как будто затягивают тебя все глубже и глубже. Он просто идеально выглядит на сцене. Там Юнги такой крутой и весь на свэге, очень соблазнительный, и даже сексуальный. А его шепелявый голос, когда он читает рэп, пробирает все тело, до кончиков пальцев. Его манера говорить такая завораживающая. Обожаю его голос. Я люблю, пока рядом никого нет, включать его песни, и слушать все свободное время. Даже сейчас, пока мои неугомонные соседи не вернулись. Я взял наушники, включил шугин микстейп. Музыка громко заиграла в ушах. Ох, мои бедные барабанные перепонки. Я немного снизил громкость. Вот донесся его голос, читающий рэп. Так экспрессивно. В своем рэпе он передавал столько эмоций, сколько никто не мог бы передать в обычной речи. Но вот в коридоре послышались шаги, звук которых постепенно становился громче — О, привет Хосок-хен — в комнату заходят, прерывая мои рассуждения (мечтания), Чимин и Тэхен. Я поспешно выключаю музыку и выдергиваю наушники. — Здарово, народ. Как погуляли? — Эх, почему я живу с этими двумя, а не с Юнги-хеном? Нет, конечно, они мои лучшие друзья и т.д., но я так хочу проводить больше времени рядом с ним… Хотя, иногда мне кажется, что так я могу не сдержаться и потерять самообладание —… и потом мы пошли… Эй, Хосок-хён? Ты вообще слышишь? — Кажется Тэхен наперебой с Чимином что-то увлеченно рассказывали о прогулке. Но я прослушал… Хотя, если это не связано с Юнги, то плевать. — Хватит мельтешить своей рукой перед глазами. — Я оттолкнул руку Тэхена. — Так куда вы вообще ходили? — Хён… Я тебе ведь уже все рассказал. А вот возьму и назло тебе не повторю! — Больно надо. Я тогда спать пошел. Тут в комнату ворвался неугомонный и сейчас очень счастливый Чонгук. — О, хен, это было так круто!! — врывается в комнату Чонгук.- Мы с Тэхеном, Чимином и Юнги-хеном в кино ходили. А потом гуляли по ночному городу и говорили о разном. Было очень круто! И кино интересное. Там было про… — дальше я снова ничего не слышал. Юнги был там. И остальные тоже! А меня нет. Я конечно понимаю, что по любой мелочи ревновать ко всем участникам группы ненормально, но ничего не могу с собой сделать. — Короче очень классно было, тебе бы понравилось, зря ты с нами не пошел! — А кто меня предупредил? Я даже не знал об этом. — плевать на то, что было интересно. Главное, что там был Юнги. Ааа, я снова ревную. Почему они меня не предупредили? Я бы смог побыть рядом с ним. Этого мне достаточно (нет). — Как не предупредили? — Кажется, Чонгук был удивлен. — Ох, Хён прости… я кажется забыл сказать. — Ничего, все нормально. А теперь все валите отсюда и дайте мне поспать! — как же я раздражен. Сейчас наверно лучше полежать в тишине и успокоиться. — Но Хосок-хен, это и наша комната тоже, мы не обязаны уходить. — с этими двумя жизнь спокойнее точно не будет. — Тогда я в душ пойду. — Мне надо обдумать все. Кажется, я снова стал впадать в депрессию Конец POV Хосок — С Хосоком что-то странное сегодня. — Намджун и Джин сидят за столом на небольшой кухне в общежитии, пытаясь занять свое свободное время, — Да и не только сейчас. В последнее время я часто замечаю, что с ним что-то не так. — Думаешь? Мне кажется он себя как обычно ведет. — Старший за обе щеки уплетает лапшу быстрого приготовления. — Просто я его лучший друг, поэтому вижу. — Ну так если ты его лучший друг, иди и спроси у него в чем дело. — Кажется, лидер был реально обеспокоен поведением Хосока, поэтому Джин решил попытаться ему с этим помочь. Старший выбросил упаковку от рамена в мусорку и вышел из комнаты, оставив лидера в раздумьях одного. После душа, хорошо все обдумав, Хосок понял, что с этим очередным наплывом депрессии он ничего сделать не сможет. Теперь еще несколько дней танцор будет ходить с кислой миной на лице, и придется придумывать оправдания для всех надоедливых людей, которые будут интересоваться, что с ним происходит. Хосок тяжело вздохнул и закрыл глаза, оперевшись головой об стену. Младших нет в комнате, снова пошли тусоваться куда-то. Вот легкая у кого-то жизнь, и нет этих бессмысленных, но таких морочащих голову мыслей, которые невозможно просто взять и откинуть. Хосок снова вздохнул. В комнату кто-то зашел (пытался тихо, но случайно на входе что-то уронил). Неизвестный сел на кровать рядом с танцором, но тот даже не стал открывать глаз, чтобы посмотреть на него. Хотя Хосок уже догадался, кто это. — Намджун, что тебе надо? — Думаю, тебе сейчас надо поговорить с кем-то. Я ведь вижу, что с тобой что-то не так. —… — ОН открыл глаза и посмотрел на лидера — Ты ведь знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне. — Только не по этой теме. — Может, сходим выпить? — Возможно, это реально то, что ему сейчас нужно. — Так, Хоуп, давай выкладывай что с тобой такое. — Он привел танцора в бар. Кажется, Намджун настроен выведать, что с его другом такое. — Да ничего такого, Джун. Ты просто не поймешь… — Выкладывай давай. — Ну короче… — Хосок выпил уже немало спиртного, что развязало ему язык, хотя он все равно был очень смущен. — Я влюблен. — «Зачем я вообще начал это говорить? Я идиот» — Пф… И это вся проблема? — Если вся проблема в этом, то нафига Намджун вообще старается, распинается тут. — Говорил же, что ты не поймешь… я влюблен абсолютно безответно и вообще хорошо вся эта история не закончится.—«Что я несу?» — А ты признался ей? — Нет… — «Меня немного смущает это „ей“, но наверно не стоит сейчас рассказывать кто это.» — Так в чем проблема? Признайся, не думаю, что найдется хоть одна девушка, способная отказать известному айдолу. — «Боже, кажется придется это сказать» — Проблема в том что… что это парень.— Хосок залился краской. А реакция Намджуна была довольно ожидаемой. Хотя то, что тот выплюнул жидкость прямо на танцора, Хосока не обрадовала. Через несколько секунд лидер собрался с мыслями и с наинаглейшим лицом сказал: — Ооо, вот это поворот. Хосок-а, да ты у нас оказывается пидорас. — Нет! Я пока не влюбился, всегда натуралом был… — Лицо Чона было полностью красным от смущения. Хотя, может это от того что он уже прилично выпил? — Был, да сплыл. Так кто это? «Почему я это все говорю, что вообще я несу? Клялся же до конца жизни секрет хранить.» — Ну… Юнги-хён. Намджун от удивления снова пустил фонтаном весь алкоголь изо рта (Хорошо хоть в этот раз не на Чона) — Хосок, ты что, офигел?! — У лидера сейчас лицо было прямо как у морского окуня. — Да, представляешь! Я же говорил, ты не поймешь. Зачем вообще я сюда пошел, только хуже стало.— Хосок очень разозлился, а еще из-за тона, которым Ким говорил с ним, стало почему-то очень стыдно. Чон почувствовал себя провинившимся ребенком. — Слушай, а ты уверен, что это все серьезно? Вдруг это просто мимолетные чувства от недотраха или отсутствия девушки? — Намджун отказывался верить, что один парень может влюбится в другого, который к тому же приходится ему лучшим другом — Нет, Джун, точно нет. Я в него влюблен сколько уже? Почти с тех пор как пришел в кампанию, то есть 7 лет где-то… — «Вот и не осталось у тебя больше тайн, Чон Хосок» — Как?! Так долго? Ты серьезно? — Да… Но Намджун, понимаешь, проблема в том, что чувства не слабеют. Они становятся все сильнее и сильнее с каждым днем, я не знаю, что уже делать. — Хосок захныкал от безнадежности. — А главное, что я не должен ему об этом говорить, он ведь не заговорит больше даже со мной. — Эх, Хоби- Хоби… Вот же ты вляпался. Тебе надо выпить. Через пол часа — Намджууун-а, я ведь правда так его люблю! Больше жизни. Я жить без него не могу. И с ним тоже не могу. Когда он рядом, мне кажется я не смогу контролировать себя и просто сорвусь- Без умолку говорил Хосок заплетающимся языком. Он был уже в стельку пьян, похоже Намджуну придется его на спине тащить в общежитие. — Ладно, Хосок-а, это все конечно очень грустно и печально, но уже поздно, нам пора домой. Намджун расплатился за кучу алкоголя, который они двое (а в основном Хосок) выпили, и, помогая пьяному танцору идти, пошел вместе с ним в общежитие. *** Хосок проснулся из-за света, бьющего в глаза через незашторенное окно. Он потянулся за телефоном, чтобы посмотреть время. Было очень рано, обычно в такое время из ребят просыпается только Джин. Хосок прокрутил в голове все события вчерашнего вечера. Голова очень болела, и все было как в тумане. Наконец он до конца понял, что вчера произошло. Чон сразу покраснел и закрыл лицо руками. Вчера один человек узнал о его чувствах к Юнги. Он столько хрени в пьяном бреду ему сказал… — Как стыдно то… Хосок с трудом поднялся с кровати и вышел из комнаты. Он решил проверить, спит ли еще Джин, и зашел в комнату двух самых «старых» парней. Старшего там не было, но танцор увидел на кровати спящим еще одного обитателя комнаты. Это любовь всей его жизни — Мин Юнги. Хосок подошел к кровати и опустился вниз, чтобы рассмотреть лицо старшего. Убрав челку со лба Шуги, он улыбнулся: — Юнги-хён такой миленький когда спит. И правда. Он выглядел как маленький ребенок, очень милый и красивый. Юнги спал, свернувшись калачиком. Ресницы слабо подрагивали, играя тенями на его бледном лице, а губы были немного приоткрыты. Все еще не отошедший от пьяного состояния Хосок плохо соображал, что делает. Губы старшего выглядели так соблазнительно, и наклонившись, окуратно дотронулся до них своими. Он сразу отстранился, но, не долго думая, младший пробежал языком, но нижней губе хёна, а после снова впился поцелуем, уже более долгим и глубоким. «Боже, его губы такие мягкие и нежные, это так приятно». Вдруг Хосок резко оторвался от губ старшего и отскочил в сторону. Хосок конечно хотел бы никогда не останавливаться, но наконец понял, что будет если старший проснется. «Ааа, я такой идиот!!» Он выбежал из комнаты старших парней прочь.