Мне нужен человек

      Слава встретил меня с очень расстроенным видом и, конечно же, с бутылкой пива, которая тут же в дребезги разбилась где-то на лестничной площадке. Судя по его стеклянным глазам это далеко не первая. Братишка начал плакать мне в плечо (в прямом смысле) по поводу Сашеньки. Что она такая плохая не берет трубки, не отвечает в контактике. Да-к, понятно, я бы вообще убила, если бы мой парень выкинул подобную херню. Ну, что за говно?! Я всегда удивлялась такой способности Славы за одно мгновенье испортить настроение. А так шла в припрыжку, радовалась жизни, думала о том, какой же замечательный день и тут, как снег на голову, бухой Карелин. Даже мысли о Гене были перечеркнуты этим опухшим еблом. Я отвела рыдающее тело на кухню, ведь сейчас начнутся самые трогательные полтора часа. Мне будут изливать душу на тему «Ах, какие же были времена…». Я все эти пьяные бредни знаю наизусть от из первого свидания и до их первого секса (да, даже это я знаю, хотя миллион раз просила не заводить эту тему). Главное, сейчас просто сидеть и молча глотать «новую» информацию.       Спустя уже сорок пять минут эмоционального всплеска у меня уже голова бухла. Поэтому чтобы окончательно не сойти с ума, мне приспичило поесть, но при этом нужно было отобрать бутылку, хер пойми, какого пойла. Кстати, что это? Ох, «Балтика – 9», Слава решил до конца убить свой и без этого пропитый организм. Пришлось сделать рокировку вместо пива сигареты. Пусть легкие губит, хоть протрезвеет немного. Ну, а я пока сварю себе гречку. Благо, в этом доме может закончится все: мыло, туалетная бумага, сода (и такое бывает), но не гречка в пакетиках. Слава яро размахивал сигаретой, рассказывая о Саше. А мне приходилось лишь кивать и поддакивать, а то я знаю, чем все закончится, если хоть раз из моего поганого рта вылетит что-то отрицательное. Снова шум, крик, битая посуда, менты. Проходили. Мои углеводы кипели в кастрюле.       - Тебе одну сосиску или две? – спросила я, перебив брата. Он тут же ответил, что одну и на кухне стало тихо. Меня это никак не напрягало, пока на мои усталые плечи не нависло семидесятикилограммовое тело.       - Блять, систр, ты же понимаешь, что ни один хуесос, который называет себя другом, рядом не стоит с твоей охуенностью. Я тебя блюлю, сука, лябю, да, короче, лав.       Конечно, эти пьяные слова тронули мое сердечко, но у меня так сосиски переварятся. Я чмокнула в ухо брательника и усадила на его нагретое место, предоставив перед ним тарелку с едой. А то это чучело не ело совсем, проседая в своей синей яме. Я уселась напротив и просто не могла оторвать глаз, как Славик ест. Да, у него трясутся руки, гречка рассыпается в разные стороны и материт он все и вся. И я люблю этого паршивца, даже если он будет трижды бомжом, моя любовь не угаснет. Иногда Замай и Букер после очередной невзъебенной выходки Карелина посылали его, чморили, всегда принимала я. Они, поражаясь, говорили: «Бля, Алисыч, он же конченный долбоеб! С ним же невозможно!». Я просто вставала и отвечала: «Да пусть хоть человека убьет или трахнет дрозда. Он – моя семья!». Именно после последней фразы парни затыкали рты. Они все равно не знают настоящего Славу Карелина. Да, это он сейчас может смело изображать Гнойного, который клал на ваше мнения болт размера Пизанской Башни. Но никто кроме меня не знает, что сейчас он может хотя бы чуточку расслабиться и не думать о последствиях. Этот парень повидал говна в этой жизни больше, чем ебучий Мирон Янович (от автора: если что я люблю Окси).       После трапезы я помыла посуду и уложила брата спать, а сама же принялась за свои бабские заморочки – просмотр телефона. Блять, семь пропущенных вызовов от матери. Кажется, братишка, к нам летят гости из Хабаровска.