Сдержать слово

- Ты не можешь сказать, что я не сдержал слово. - со злобной самоуверенностью произносит Хартли Рэтэуэй, с силой впечатывая носок ботинка в живот лежащего на полу Циско. - Я разжевал тебе все и даже в рот положил, так, чтобы дошло даже до такого тупицы, как ты. - занимается самовосхвалением злой гений, поправляя массивные очки, обходя по кругу катающегося по полу и тяжело дышащего ртом бывшего тюремщика. - Я мог бы убить тебя прямо сейчас. - размышляет вслух Рэтэуэй. - Но ты никогда не задумывался, в чем причина моей к тебе острой неприязни? Неужели ты действительно повелся и все это время думал, что можно ненавидеть за футболку с дурацкими надписями? Я говорил тебе, что у тебя сексуальный рот? - О, неет... чееерт... - болезненно стонет Циско, перекатываясь на бок, пытаясь отползти от источника убийственного звука и юного неадекватного маньяка. Хартли успевает раньше, бросается к нему, перехватывает Циско за длинные волосы, наматывает их на кулак, залепляет Рамону оглушающе - сильную пощечину, тащит за волосы дезориентированного парня к единственному в комнате креслу, располагается в нем, утыкая бывшего коллегу лицом в свой пах. Щеки Циско красные от напряжения, он обоими руками вцепляется в руку Хартли, пытается высвободить свои волосы из руки врага. Рэтэуэй предупреждающе вжимает острую стальную ручку в шею Рамона. - Ты мне отсосешь. - властно произносит злой гений, хищно щуря глаза под толстыми линзами очков. - Нет... - шепчет Циско, упирается ладонями в колени проклятого извращенца, пытается отстраниться. - Нет! Я не... - Нет? Ты не такой? Да, ты именно такой! Живой! Жизнь тебе куда дороже гордости! - Хартли показательно надавливает ручкой на шею Рамона, наслаждаясь страхом в карих глазах коленопреклонного парня. - Расстегивай мои брюки и приступай. Пальцы Циско подрагивают от нервного напряжения, пока он расстегивает ремень и ширинку. Парень нерешительно замирает, мотает головой, вновь пытается отодвинуться. - Ну же, давай. - возбужденно выдыхает Рэтэуэй. - Я не гей... я никогда такого не... - Просто достань его из белья и обхвати губами... только губами. Я все сделаю сам. Ну же... - нетерпеливо требует Хартли. - Больно не будет, Циско. Рэтэуэй надавливает ручкой на нежную кожу шеи сильнее и Рамон сдается, выполняет требование насильника, вжимается приоткрытыми губами в тонкую ткань белья, несмело целует, приспускает резинку светлых брендовых боксерок, открывает рот шире и, дрожа от страха, насаживается пухлыми губами на крупную ярко-розовую головку. Рэтэуэй одобрительно отпускает его волосы из болезненного захвата, нежно массирует кончиками пальцев чувствительную кожу головы Циско, вызывая у последнего негромкий стон удовольствия, заглушенный членом во рту парня. - Дальше не надо. Хватит. - приказывает злой юный гений, когда Франциско пытается насадиться губами сильнее. - Плохо станет, болван. Глубина - не главное. Просто обхвати губами и не двигайся. Да, вот так. Хартли откладывает ручку на стол, ласково и уверенно обхватывает пальцами смуглые щеки партнера, плавно неглубоко толкается одной только головкой в горячий рот Циско. Последний, видимо, решает, что первый опыт со своим полом не так уж и ужасен, щекочет языком член Рэтэуэя, прикрыв глаза и шумно дыша. Хартли чувствует, что близок к финалу, покидает жаркий соблазнительный рот и с негромким сексуальным стоном кончает на приоткрытые губы своего лучшего конкурента. - Да у тебя встал! - восхищенно замечает Рэтэуэй. - Одно из двух, либо я космически хорош, либо не так уж ты и равнодушен к парням! А, Циско? Юный гений склоняется, одновременно застегивая штаны, отодвигает в сторону волосы дезориентированного парня, припадает губами к соблазнительному смуглому уху, чувственно благодарно сосется с ухом и резко отталкивает от себя возбужденного Циско Рамона. - Позаботься о себе сам. А мне пора. - Хартли быстро подымается, пересекает комнату, на мгновенье останавливается у открытой двери. - Спасибо за свободу! Адьес, амиго!