Я добровольно выбрал роль шута

Морально «мёртвая» деревня, заполненная лже-ценностями, бессмысленностью и наиграными чувствами; раздирающий лицо холодный ветер. А дома кружка растворимого гадкого кофе, затхлый запах пропавшего блюда, приготовленного мной около месяца назад. Привычное утро. Сон подождет, реальность — тоже. Сейчас я послан на очередную миссию вместе со своей командой и другими шиноби. Сегодня я обязательно, как и прежде, надену маску жизнерадостного придурка, получу подзатыльников от этой зеленоглазой пустоголовой сокомандницы, извилины которой атрофировались при рождении, и сделаю вид, что считаю Саске – эгоистичного, мстительного ублюдка - другом. Опять сделаю вид, что люблю всех до смерти. Я вообще, по логике, местный пусичка. Белый и пушистый засранец, ага. Сейчас же я перепрыгиваю с ветки на ветку, все дальше отдаляясь от деревни и размышляя о жизни… да и не только о ней. Все лицемерие, все проклятья, все презрение, все ненавистные взгляды в спину, с которыми я сталкивался на своем пути, как нельзя лучше помогли мне понять, что все мы имеем светлую и темную половины и каждая не может существовать без другой. Каждая сторона дополняет другую, выставляя на показ собственные качества, порой так низко опускающие человека. Но более мудрые люди умеют скрыть достоинства. Да, именно достоинства, а не тот мусор, что скрывают многие, показывая наружу все свои плюсы. Лживая серая масса. Я скрываю познание истины за беззаботной улыбкой. Довольное ебало – мой конек. Я давно перестал быть тем самым «ничего-не-понимающим» ебаньком Наруто, в след которого сыпались проклятия и выплевывались слова полные желчи. Я на собственной шкуре почувствовал смысл фразы: «Твоя боль принадлежит только тебе, и никому нет до этого дела». Короче говоря: всем похуй. Запомните это правило, и проблем не возникнет ни с чем. Все будут жрать твоё дерьмо. Главное – подать на красивом блюдце. Я давно понял, что большинство людей – стая навозных жуков, инстинкты которых не подавить. Я давно играю роль, умело подбирая декорации, диалоги и сюжет. Но я никогда не покажу своего истинного «лица». Мне нравится такой расклад событий. Мне нравится образ оптимистичного полоумного придурка, единственное желание которого – стать Хокаге. Глупый мальчик, которого не стоит брать в счет – это моя самая гениальная роль. Но истинного меня знает лишь один человек – Шикамару. Который, кстати говоря, тоже был послан со мной на миссию. Да, он тот человек, который вместе со мной пиздит колбасу в магазинах строит планы по захвату мира... - Твое лицо задумчиво уж слишком. Случилось ли что-то? – рядом оказался Шино, пристально поглядывающий на меня. - Случилось? Нет, конечно, - широко улыбнулся я, почесав затылок. Пора активировать маску. Начнем игру, пупсики?

***

- Саске-кун, - нежно, с придыханием, - как ты провел вчерашний вечер? Харуно. Помнится, она мне действительно нравилась… ровно два дня, пока в нокаут не уложила. Теперь она не Харуно, а Халк, мать его. И за что я любил ее гребаных сорок восемь часов? Лучше бы шлюху оттрахал, да в Блек-Джек с Шикой рубанулся. Вот знаете, что я могу сказать по поводу этой сопливо-слащавой романтики? Если вам кажется, что вы по уши влюблены, сядьте на стул, вздохните глубоко, подумайте. Может вы просто трахаться хотите? Если нет, то пизда. Всему пизда: логике, психике, разуму, терпению. - Неплохо, - последовал холодный ответ брюнета. Кстати, раньше я думал, что он наркоман. Нет, ну а что? Пустой, бессмысленный взгляд, холодный голос, явная заторможенность – яркие признаки наркотической зависимости. Это я потом понял, что Учиха – от природы тормозной жидкостью в голове награжден. - Правда? А я плохо, - грустно, но в то же время томно (это как, блять?) прошептала девушка. - А я не спрашивал, - пожал плечами брюнет, окинув брезгливым взглядом собеседницу. Красавчик. Люблю его в такие моменты.

***

Люблю время привала. Нет, не потому, что можно беззаботно повалятся на травке и пожрать харчи, как это делает Чоджи. В эти моменты я могу вести двойную игру… это так забавно, уверяю. Вот, например: - Сакура-чан, а ты знала, что Саске-кун любит брюнеток? – все это я говорю шепотом, делая вид, что раскрываю великую тайну. - Что?! – вскрикнула девушка. Но посмотрев по сторонам, она прикрыла рот ладошкой и широко раскрыла глаза. – Но как? Что как? Лежа любит. Или раком! Не знаю, не выяснял. - Сам не знаю, - грустно вздыхаю, пытаясь напустить на глаза дымку смуты, - но это же так печально. Девушка задумчиво кивает, а на глазах виднеются слезы. Твою мать, вновь слюни-сопли-истерики. Это так мило, только покажите, пожалуйста, куда блевануть. - Эй, Наруто, - слышится знакомый меланхоличный голос, и я, предварительно кинув несколько успокаивающих фраз Харуно, направился к источнику звука. - Шика, ты помешал, - шиплю сквозь зубы, приземляясь рядом с другом. - Наплюй на Сакуру, ты только посмотри на небо. Оно так красиво… - Идиот, - вздыхаю, смотря на друга косо. - Сам такой, - улыбается он, переводя на меня взгляд, - что ты там ей говорил? - В очередной раз играл на «мудрости» нашей зеленоглазки. Я надеялся на великое шоу, но теперь выйдет жалкий спектакль. А все благодаря тебе! - Да ладно, нужна она тебе, - усмехается Шика, похлопав рукой по моему плечу, - с нее взятки гладки. Негоже издеваться над больными. Она же, насколько я помню, до сих пор в гномов верит… Я прыснул, стараясь сдержать рвавшийся наружу смех. Да, помню я этот момент… - Наруто, ты, правда, мне веришь? – спрашивает Сакура, смотря на меня с недоверием. - Конечно, - киваю, сделав серьезное лицо. - Это так хорошо! А то все на меня косятся как на ненормальную, когда я рассказываю свой сон. Ведь гномы действительно поведали мне секрет своего королевства, и назвали принцессой, представляешь? А я вот не знаю… все говорят, что их не существует... – задумчиво говорит она, подперев щеку ладошкой. - Не имеет значения, веришь ты в гномов или нет. Главное, что гномы верят в тебя. Не подведи их, - ответил я, отсалютировав и скрывшись за первым попавшимся углом. Да, нехило я тогда поржал. - Она сама виновата, - пожимаю плечами, все же устремляя взор в небо и боковым зрением замечая взгляд друга, наполненный искорками смеха. - Наруто, а ты не задумывался о нашем бытие? - спросил Шикамару, задумчиво мазнув взглядом по моему лицу. - Что с тобой? – хмурюсь. - Я тут вопросом задаюсь: неужели бесконечная вселенная, миллиарды галактик, триллионы звезд созданы лишь для того, чтобы человек трахался? - Идиот.

***

А спектакль получился не таким уже и жалким. Сакура, испачкав голову в нечто темное (на дерьмо, если честно, похожее) и наконец-то таким способом став «брюнеткой», начала приставать к Саске. Тот же, в свою очередь, шарахался от нее как от прокаженной, при этом хаотично размахивая руками и громко прося о помощи. Я не стал брать роль Супермена (да и взгляд Харуно заставил бы даже самого смелого наложить в штаны), поэтому просто наблюдал, периодически крича слова поддержки Учихе. Шикамару сидел рядом с самым что ни на есть серьезным выражением лица, но я-то знал, что на душе у него танцуют олени. Он всегда такой: скрытный, задумчивый, умный. Наверное, поэтому мы и сошлись… - Шино, убери своих жуков! – послышался отчаянный визг, который привлек мое внимание. - Не могу этого я сделать, Сакура. Запах твой привлекает их, заставляя контроль терять, - ответил тот, бросая глупые попытки усмирить собственных любимцев. - Они же в голову лезут! – заскулила девушка, прыгая на месте и еще больше пугая вжавшегося в дерево Саске. - Ничем помочь я не могу, прости и смирись. Сама виновата, - ответил Абураме, сев на пол и начав медитировать. - Ты.. ты…ты! – открывая и закрывая рот, словно выкинутая на берег рыба, на месте стояла Сакура, а в голове ее лазили навозные жуки… Значит, я не ошибся. Все же дерьмо.