Судьба

      В таком, ужасно неудобном, положении я находилась до первой встречной кафешки. Каждый прохожий считал своей обязанностью пройти мимо нас, специально обернуться и посмотреть в спину Чону, где я обязательно словлю его взгляд и ещё больше нальюсь краской. Мне было ужасно неудобно и больно, пусть безразмерная футболка выдавала его за большого и, как мне казалось, мягкого мишку. Опустив меня на землю, Чон стал прикрывать образовавшиеся складки на моей футболке. Ведь после такого продолжительного бега, а после и шаловливых событий, я успела покрыться капельками пота, отчего мне ещё больше хочется домой.       — Чего такая красная?— всё так же обхаживая мою одежду, поинтересовался Гук.       — То есть в том, что ты меня нёс как мешок картошки на плече и все оборачивались на нас, ничего такого?— возмутилась я.       — Ну нёс и что?— непонимающе поднял на меня глаза.       — Я просто поражена,— драматично вскинув руки, я вошла в помещение.       С улицы казалось, что это была обычная кафешка в стиле минимализма, но уже будучи в самом помещении, я поняла, что тут не всё так просто. Абсолютно голые стены, лакированные деревянные столики, под стать столам и стулья, но в роли официантов бегали молодые юноши в кимоно. Странно, что на вывеске не упоминалось про тематическое кафе. Парни все были очень милые и я, не скрывая своего интереса, засматривалась на каждого, кто проходил мимо нас. Чонгука же это не обрадовало, было слышно, как он позволил себе ругательство, но благо кроме меня это никто не услышал. Он снова стал каким-то раздраженным, словно на иголках. Какой раз за эти сутки он становится таким?       — Чонгук, сделай лицо попроще.       — Обычное лицо, чем не нравится?— фыркнул тот, на что я громко вздохнула.— Ну что? Что? Что?— возмутился Чон.       — Ничего,— огрызнулась я.— Давай быстрее садись, покушаем и пойдём домой. Я устала,— прохныкала я.       — А что, если я не хочу отпускать тебя?—хитро улыбнулся Гук, когда прошёл очередной официант.       — Прекрати этот цирк и выбирай,— шикнула я.       Ведёт себя как дитё малое. Не может вести себя серьезно? И что это ещё за реакция на кафе? Сам притащил меня сюда, ещё и возмущается. Продолжает нести всякую околесицу про свои желания. Обращается со мной как с рабом: несёт куда захочет, говорит со мной как хочет, приказывает. Я устала от всего этого. Я ничего не имею против Мин, но лучше бы я с ней не была знакома. Хочу снова быть той тихой девчонкой, которой всегда была, и влипать в неприятности, тем более с Чонгуком, мне совсем не хочется.       — Вот и оплачу сегодняшним нашим ужином тот вечер,— расплылся Гук в довольной улыбке.       — Тебя это так забавляет?— холодно ответила я.       — Лиён…       — Давай просто молча поедим и пойдём тоже в тишине?— выпалила я, нет сил его больше терпеть.       Мою просьбу Чон выполнил, за что я ему благодарна. Он проводил меня до остановки и указал на автобус, который довезёт меня до дома. Прибыв домой, я сразу залезла в ванну. Она передала мне больше тепла и заботы, чем за весь этот день. Даже все те поступки Чонгука не сравнимы с горячей водичкой, что плотно обволакивает моё тело.       И всё же, его поступки и слова, сказанные этим вечером, совершенно отличаются от тех, что привычны мне. Ведь за эти два года, что я училась в этой школе, Чонгук лишь унижал таких как я и издевался над ними. Я есть даже хуже, чем объект насмешек, возможно, меня и надо ценить, как товар, но он уже перегибает палку. Просто играется. Взялся самолично за меня и теперь как Тэ будет добиваться меня. Да, скорее всего так и будет, хотя, чего уж там, так и есть. Как же мерзко с его стороны.

***

      Прозвенел звонок, что оповещал об окончании третьего урока, я пошла к учительскому кабинету. На этот раз причиной стала не только помощь учителям, но и узнать у учителя даты моей пересдачи экзаменов. Вчера отец прислал сообщение о том, что на следующей неделе я должна присутствовать на семейном ужине, у них обед с их партнёрами, так как там будут дети моего возраста, что уже как минимум странно, моё присутствие обязательно.       Несильно постучав о наружную сторону двери, я медленно стала поворачивать ручку двери и так же, не торопясь, отворять её.       — Учитель?— робко кинула я в пустоту.       Его в кабинете не оказалось, зато «короли», словно по велению волшебной палочки, оказались в нескольких метрах от меня.       — О, староста,— легкой походкой подошёл ко мне Чимин.— Кого ждём?— Он был слишком мил и невинен, даже для меня, я не устояла и легонько улыбнулась ему.       — Учителя Кима не видели?       — Нет, а зачем он тебе?— не скрывая любопытства, тот приблизился ко мне, оставляя ничтожные миллиметры между нашими носами.       — О пересдаче узнать,— он был слишком высоким и громоздким, чтобы его отодвигать, поэтому я сама сделала шаг в сторону.       — Как пересдача? Ты не едешь с нами на Чеджу?— возмутился Хосок, вся шестёрка столпилась вокруг меня, пытаясь уловить суть разговора.       — Я должна быть на семейном ужине, отец не простит, если я променяю их на фантастическую поездку с вами,— и когда я только научилась так врать в лицо?       — Чонгук будет злиться,— подумал Намджун.       — С чего это он будет злиться из-за этого? Какое ему должно быть дело до меня? Какое вам дело до меня?— выпалила я.       В коридоре повисла гнетущая тишина, лишь изредка нарушаемая разговорами проходящих мимо учеников. Они стояли неподвижно, поглядывая на телефон. Пораздумав, мне пришла мысль о том, что они встали в полукруг, не давая меня пути для побега. А поглядывают они в телефон из-за того, что известили Чонгука обо мне и сейчас дожидаются его прихода. Да что это с ними? На мне что свет клином сошёлся? Почему они стали уделять мне больше внимания? Это уже идиотизм.       — О, учитель,— мне в голову ничего не пришло, кроме как, под предлогом появления учителя в поле зрения, слинять.— Вон,— встав на носочки, я стала указывать на толпу орущих учеников в конце коридора.— Мне пора,— пыталась я втиснуться между двумя амбалами: Сокджином и Намджуном.       — Староста, мы же не договорили,— неуверенно выкрикнул Чимин, поворачивая меня спиной к парням.       — Чимин?— положила я обе руки на его плечи.       — Да?— робко протянул тот, осматривая мои ладошки.       — Ты мне друг?— Пак опешил от такого вопроса, ведь если скажет нет, то разговор закончится, а если да, то что-то да случится, ведь я разделяла его чувство опаски.       — Ну… Да…       — Тогда ты меня простишь,— я невесомо прикоснулась губами к его щеке и с развороту толкнула его тушку на Тэхёна и Сокджина, не ожидая таких действий, они упали, образовывая приличную брешь, через которую я легко выбегаю и, пользуясь недоумением парней, бегу в сторону своего кабинета.       На последних метрах меня почти словил Хосок, но я быстро прошмыгнула в проём и закрыла дверь, а все остальные пробежали дальше, неспособные остановиться. Одноклассники подпрыгнули с мест, услышав громкий звук хлопнувшей двери, нарушающий их идиллию. Я, отряхнув юбку, спокойным шагом пошла к своему месту, глубоко дыша. Через минуту дверь резко открывается и, облокотившись о косяк и тяжело дыша, появляется Тэхён, уставшим взглядом ищет мой силуэт и, несильно хмурясь, указывает на выход большим пальцем, на что я сильно замотала головой, показывая отказ. Так продолжалось несколько раз, пока позади Кима не появился сердитый Чонгук. Его появление напрочь отбило какое-либо желание выходить. Поэтому я просто отвернулась в сторону окна и стала рассматривать пейзаж.       Вот что, скажите на милость, это было? Как малые дети играли в «кошки-мышки». Но меня настолько забавляла эта ситуация, что я решила на следующей перемене выйти к кабинету учителя. Возможно, это самоубийство после такого спринта и показа своего характера, но хотелось посмотреть, на что они ещё способны, кроме как играть в хоровод.       Урок прошёл быстро, я даже не уловила суть сегодняшнего занятия, что очень не похоже на меня. Посмотрев на Мин, а затем на Тэхёна, я словила на себе их пристальный взгляд. Мне весь урок кто-то смотрел в спину, и теперь я знаю, кто это. Они неотрывно смотрели на меня, лишь изредка поглядывали на учебники, что меняли для следующего урока. Через пять минут в дверях появились остальные и также присоединились к гляделкам. Это было слишком странно, даже для них, в то время, как мне было всё сложнее совладать со страхом. Наконец, когда двоим надоело играть в эту глупую игру, они встали у моей парты. Мин ласково взяла мою ладошку и потянула к двери. Я не ожидала, что она будет им помогать, я, конечно, знала, что она влилась в их коллектив, но не думала, что настолько, что женская солидарность даст сбои в ситуации со мной. Я долго упрямилась, не соглашалась на уговоры девушки, а Тэ я и вовсе игнорировала. Видимо, Чонгуку надоело наблюдать за всей этой картиной, он быстро прошмыгнул к нам в класс, схватил меня за запястье и силой потащил прочь из кабинета. Куда спросите он держал путь? Конечной остановкой был спортивный зал, где часто зависала эта семёрка и, изредка, Мин. Я много раз видела, как она и Шуга шли, держась за ручки, но так и не слышала, бывая в их компании, теплые словечки парочек. Не сказать, чтобы я интересовалась этим всем, но я хотела порадоваться за неё. Глупо, не правда ли?       — Что это на вас вдруг нашло? Почему вы стали себя так вести, когда я рассказала о семейном ужине?— уже около спортивного зала начала возмущаться я.       — Тебе это знать не нужно,— фыркнул Чон.       — Может это я буду решать, знать мне это или нет?— съязвила я.       — Знай только то, что ты не должна появляться на ужине, иначе твоя жизнь изменится в корне,— он мгновенно сменился в лице, с раздражённого превратился в озлобленного.       — С чего бы это? Куда моей жизни ещё меняться? Ниже просто некуда.       — Прекрати этот детский сад и послушай меня,— рыкнул Гук.— Твоя нынешняя жизнь это предел мечтаний для многих, живущих на этой планете. Быть наследницей богатого магната, не думать о том, где бы еды раздобыть и беззаботность в выборе. Блять, да ты всегда останешься легкомысленной,— не выдержав его слов, я выдернула свою руку из его хватки и одарила его пощёчиной, а из глаз полились слёзы.       — А меня кто-то спрашивал о такой судьбе? Мне нужно всё это?— демонстративно развела я руки.       — Это уже твои проблемы, не наши,— холодно отозвался Чонгук, продолжая смотреть вбок.       Это его мнение обо мне? Все его мысли и чувства? Он всегда был, есть и будет дураком, животным . Но почему тогда глубоко в груди поселилось чувство разочарования? Противно. После такого я должна прислушаться к нему и не идти? Мне бы и самой не хотелось туда идти и надевать маску радости, и играть на публике в счастливую семью. Но мне всё же интересно, почему он так не хочет, чтобы я пошла на ужин?

***

      Наступила всеми ненавистная неделя сдачи экзаменов. Кругом ученики ходили словно зомби: сонные, уставшие, голодные. Столовая уже не служила источником веселого настроения, а была полигоном, где все и каждый засыпали и готовились. Именно в такое тяжёлое для всех время, я решила засветиться своей персоной в пункте раздачи еды. Я не особо готовилась к этим экзаменам и уж тем более не придавала этому никакого значения. С самого начала учебного года я усердно занималась, что сейчас сослужило мне хорошую службу.       Набрав себе еды на поднос, я отправилась на поиски заветного местечка, где бы смогла отдохнуть от гнетущей атмосферы. Волей не волей, но ты поддаёшься всеобщему настрою и начинаешь испытывать то же, что и остальные, стадный инстинкт. Пройдя половину всех столиков, я заметила, как моё внимание привлекала Даён, энергично махая рукой. Поспешив к ней, я совсем не обратила внимание на королей. Скорее всего, они изначально хотели, чтобы я села к ним, заметив меня в дверном проёме, а я не заметила их многозначных взглядов, а может быть они специально хотели насолить мне, не давая такой хорошей возможности для отдыха. Забрав из моих рук поднос, Тэ поставил его между своим и Чонгука. Я брезгливо покосилась на довольно сомнительное соседство и продолжила свой путь к подругам. Ну их, потом сама что-то подкуплю и поем, или вообще не стану, буду вес сбрасывать. Подумала я, как что-то потащило меня обратно и потянуло вниз, прямиком на потрёпанную годами и объёмными пятами точками скамейку. Так до конца не осознав всего того, что случилось, я уже находилась зажатой меж двух огней. С одной стороны сидел раздражённый Чон, а с другой - ненавистный Тэхён.       — И с каких пор я стала объектом вашей пристальной слежки?— нерешительно взяв палочки в правую руку, а ложку в левую, выпалила я.       — С этих самых пор,— пробубнил Гук с набитым ртом.       Веселая неделька, однако, намечается.

***

      — Гости прибудут к шести часам, будь так любезна быть готовой к половине шестого,— строго пояснил отец и легким движением правой руки велел покинуть его кабинет.       Многословностью он явно не выделялся, да и я не требую от него чего-то большего. То, что большая часть нашего разговора длится в течение пяти минут стало обыденным и таким родным. Я требую к себе любви, внимания или же денег с их стороны, не хочу обременять их и лишний раз видеть нотку надменности в их взгляде, направленном в мою сторону. Уж лучше быть одной, чем быть обузой. Не люблю заставлять кого-то или вынуждать, уж лучше я сама это сделаю, чем буду ловить на себе их недовольство.       Сейчас три часа дня и до приезда гостей осталось всего пару часов. Мне ничего не говорили про девушек в числе детей гостей, поэтому могу одеться как захочу. Ведь, если будет кто-то ещё из женского пола, то придётся соответствовать статусу и весь вечер принимать вызовы, доказывая, что я не хуже. Мама с самого детства привила во мне эту привычку, и сейчас не так просто избавиться от неё, ведь она продолжает контролировать меня в поведении. Забота и слежка - две противоположности, хотя выглядят как одно и тоже.       На кровати в моей комнате уже лежала средних размеров белая коробка, обвязанная красной шёлковой лентой. Внутри лежало чёрное коктейльное платье, посмотрев на него впервые, невозможно было сказать, что оно дорогое, оно было без каких либо украшений, не было выреза, который бы показывал все мои женские достоинства, нет, оно было, по современным меркам, закрытым, подол платья не был слишком коротким, но и не длинным. Это платье выглядело сдержанно, но в тоже время нарядно, оно было идеальным для меня, мама всегда знала, что мне будет идти. В такие моменты мне всегда казалось, что так она показывает мне свою любовь, пусть всегда и критикует меня. Я была счастлива, получая даже таким способом её ласку. Рядом с коробкой лежали несколько золотых браслетов, пара чёрных круглых гвоздиков с драгоценным камнем в середине, а на полу стояли чёрные кружевные туфли на высоком каблуке. Странно, что она мне косметику не оставила, чтобы я и накрасилась как она хочет. Все эти вещи были слишком пафосными, для обычной встречи, что мне, собственно, не нравится. Может быть стоило послушаться Чонгука и не приезжать к родителям? Сожалеть уже поздно, нужно лишь готовиться к тому, что приготовили мне родители.