В чужом теле

      От боли я почти ничего перед собой не видела. Такого, кажется, еще никогда не было… Хорошо, что Блитцвинг вел меня за руку, иначе, с таким-то зрением, вообще не смогла бы никуда дойти. – Куда мы… идем? – пролепетала я, пытаясь сфокусироваться на сером силуэте. – К Нокауту, конечно же! – ответил Хотхэд, повернув голову в мою сторону. – Что за идиотские вопросы? – Прости, я… Голова очень сильно болит. Почти ничего не соображаю и не вижу. – Не волнуйся, сейчас наш медик быстро тебя починит! – фыркнул Рэндом, немного сильно дернув меня вперед, за собой, отчего я невольно вскрикнула. – Осторожнее! Ты мне манипулятор сейчас сломаешь, псих. – Как давно это с тобой происходит? – спросил Айс. Я хотела было ответить, но прикусила язык. Сказать ему, что все это случается с самого первого дня пребывания здесь? В разных формах? И что я слышу голос погибшей Слипстрим? «Опомнись!» – кричало мое внутреннее «я». Пришлось согласиться. И так слишком много ему наговорила, пока изливала душу… – Мы на месте. Постой здесь, я сейчас. Блитцвинг, прислонив меня к стене, скрылся за дверью мед-отсека. Я почувствовала, как медленно съезжаю вниз, на пол. Голова все так же нещадно болела. Невольно начала скрести когтями шлем, надеясь хоть как-то заглушить страдания. Время тянулось словно резина. Казалось, что прошла целая вечность, когда за мной вернулся трехрежимник. В очередной раз поставив меня на ноги, он прошмыгнул обратно в отсек. Вскоре я оказалась на уже знакомом столе. – Выйди, – послышался усталый и немного раздраженный голос Нокаута. Видела я его так же расплывчато. – Ну, и что на этот раз? – судя по шагам, медик встал там, где находилась моя голова. – А Блитцвинг оказался прав. У тебя и вправду дым идет! Я услышала, как с тихим щелчком раздвинулись пазы шлема. Закрыв глаза, полностью доверилась слуху. Нокаут что-то пробормотал, затем ненадолго ушел. Вскоре он уже орудовал в моей голове каким-то инструментом. – Как ты умудрилась это сделать? – хмуро спросил медик. – Что именно? – отозвалась я. Боль утихала, чувствовала себя уже намного лучше. – Посмотри, – Нокаут подвинулся чуть назад. Активировав оптику, я несколько раз моргнула. Зрение, к счастью, восстановилось. Я обратила внимание на манипулятор бота. В ладони лежал тот самый чип, отвечающий за агрессию. Его как будто кто-то выжег – посередине зияла небольшая дыра. Сам чип все еще дымился. – Ого… – выдавила я, ощущая небольшую радость. Наконец-то получилось от него избавиться! Только вот, какой ценой… – Что «ого»? – фыркнул Нокаут. – Как ты умудрилась сломать его? Сама же внутрь не могла залезть. Или этот псевдоученый решил в тебе покопаться? – Блитцвинг тут ни при чем. Видимо, чип сломался сам. Я… Я сама толком не поняла, что случилось. Хотела поделиться с тобой одной догадкой, пока ждала, немного поговорила с Десептиконом, и… – я замолчала. Сомневаюсь, что Нокауту понравится то, что происходило тогда. – Ну? – буркнул мех, сверля меня взглядом. – Я словно сорвалась. Не могу больше так, Нокаут. Не могу. Я хочу быть собой, устала играть чужую роль! – Устала, говоришь? – Так я и знала. Голос медика приобрел металлический оттенок. – Напомнить, кто за тебя поручился? Кто дал тебе вторую жизнь? Кто не отправил обратно, на ту помойку? – Нокаут, я… – обеспокоенно начала было я, но бот поднял руку, показывая, чтобы заткнулась. – У меня иногда создается ощущение, что ты забываешь правила так называемой игры, человек. Забываешь, что находишься в ином мире с иными возможностями, последствиями. Игнорируешь посылы своего повелителя. Напомнить, что он говорил? – мех скрестил манипуляторы, очень строго глядя в мою сторону. – Ты мне интересна, как эксперимент. Мегатрону – как воин. Никого не волнует, кто застрял в корпусе Слипстрим. Об этом никто не должен знать, забыла? Иначе можешь попрощаться с активацией и возвращением на Землю. Сколько раз я должен это повторить, чтобы сказанное наконец усвоилось в блоках памяти? Сжав губы, я уставилась в потолок. Его можно было понять. Нужно было играть по их правилам. Но это было… неправильным, что ли. Моему терпению приходил конец. – Просто дай мне вести себя как обычно! Я найду, что сказать Десептиконам! – озлобленно произнесла я, не смотря на Нокаута. – Если им так наплевать на все, неужели кто-то заметит разницу? – Он уже заметил! – зашипел Нокаут, указывая пальцем в сторону двери. – Блитцвинг вкратце поведал мне, что ты ему наговорила. «Я – совсем иная личность, изменилась, говорю спасибо!» – передразнил он меня. – Что, снова запереть тебя в отсеке на пару циклов, чтобы ты лучше поняла, кем являешься здесь? Я промолчала. Не знала, что ответить. Все мои попытки были успешно отпарированы. Вздохнув, Нокаут вновь приблизился ко мне, снова начал ковыряться внутри шлема. – У меня нет времени читать лекции. Значит, так. Блитцвингу скажешь, что последствия кибер-яда на тебя так повлияли. Мне не нужны лишние проблемы. Думаю, тебе тоже. Однако, запомни: это была последняя подобная выходка. Увижу что-то не то – тут же доложу Мегатрону. О последствиях ты предупреждена. Чип переустановлен, и только попробуй с ним что-нибудь сделать. Свободна! – закончив со мной, медик, не дожидаясь, пока я уйду, скрылся в соседнем помещении. Охнув, приняла сидячее положение. Я уставилась в пол невидящим взглядом. Да что же я такое творю? Сама же подставляю себя… Нужно быстрее выбираться отсюда. Я уже не хотела ничего обсуждать с Нокаутом. Откуда-то появилось жгучее желание провернуть все самой. Я же могу теперь выходить на «контакт» со Слипстрим! Осталось только придерживаться плана, который построила совсем недавно. Главное, чтобы фемка оказалась сговорчивой на тот момент, когда придется с ней разговаривать. А пошло оно все к черту! Соскочив с платформы, я двинулась к выходу из мед-отсека, уже думая о том, как бы выполнить первую часть плана. Видимо, чувство страха настолько притупилось, что я была готова позвать любого кибертронца, чтобы он как следует меня ударил. Да хоть к самому Мегатрону готова была топать! Мои отчаянные мысли были нарушены тихим покашливанием. Вздрогнув, я остановилась. Около двери мед-отсека стоял Блитцвинг. – Что ты тут забыл? – поинтересовалась я. Тот скрестил манипуляторы на груди. – Тебя ждал. Мы не договорили, – ответил Айс, буравя меня взглядом. Я пожала плечами. – Забудь, что я говорила. Это все от кибер-яда Арахнии. В процессоре заклинило. – Ты не ответила на вопрос: как давно это происходит? – Какая разница? – отмахнулась я. – Прям кого-то это волнует… – Нам просто интересно! – вмешался в разговор Рэндом. – Вдруг ты стала жертвой какого-нибудь эксперимента? – Какого эксперимента, ты о чем? Все, хватит. Я хотела бы побыть одна, – развернувшись к трехрежимнику спиной, поспешила уйти. Но не тут-то было. – Арахния обожает такие штуки! – продолжила болтать третья субличность Блитцвинга. – О, я понял! Ты, наверное, ничего не помнишь, так ведь? Она любит усыплять свою жертву, заговаривать, заманивать в ловушку… А потом – бац! – и все, ты у нее на крючке, – Рэндом ухмыльнулся. Я прищурилась. – Откуда ты столько про нее знаешь? – Долгая история, – ответил за психа Айс. – Только я помню, что было, а ты, видимо, нет. – Да никакая я не жертва эксперимента! Отстань от меня! – от нахлынувших эмоций взмахнула рукой. Блитцвинг удачно ее перехватил. Я застыла. Внутри словно легонько ударило током. Бот слегка придвинул меня к себе, немного наклонился, заглянув в оптику. – Ты так в этом уверена? Он как будто видел меня насквозь. Пытался разворошить то, что я старалась скрыть ото всех. Стало не по себе. Вспомнились слова Нокаута, что я должна держать язык за зубами. Но… А что, если я – действительно эксперимент? Не с точки зрения понимания медика, а нечто большее… Я знала по файлам, что у Блитцвинга были явно не все дома, но что именно случилось? Почему он стал таким, каким является сейчас? Трехрежимник терпеливо ждал моего ответа. Я проиграла «гляделки». – Не знаю. Я уже ни в чем не уверена. Много всего случилось… Бот отпустил меня. Я избегала его взгляда. – Пойдем. Расскажу кое-что. Мех двинулся в противоположную сторону. Постояв немного, я все же двинулась за ним, лихорадочно соображая. Да уж, попала на ненужный разговор. Заварила кашу – теперь ее расхлебываю. Блитцвинг зачем-то вывел меня на крышу. Подойдя к краю, тот остановился, задумчиво смотря вдаль. Я встала недалеко от него. Взор упал на далекий участок, где меня первый раз нашли сикеры. Молчание затягивалось. Я собиралась с мыслями. Нужно было делать так, как сказал Нокаут: продолжать отыгрывать роль Слипстрим. Как же надоело подавлять свои хорошие стороны! Постоянно ощущаю себя не в своей тарелке… Ладно, нужно собрать наконец все в кучу и начать мыслить трезво. – Так, и о чем ты собирался поговорить? – состроив напыщенный вид, я скрестила манипуляторы на груди. – Тут, конечно, красиво, все дела, но время идет. – Не порти момент! – состроил злобную моську Рэндом. – Нам нужно собраться с мыслями! Я пожала плечами, наблюдая за ним. Тот, в свою очередь, принялся резво ходить из одной точки в другую. – В общем, дело было так, – наконец соизволил продолжить сумасшедший. – Когда-то очень давно я умудрился попасть в ловушку, устроенную Арахнией. Кстати говоря, знаешь, как мы выглядели до того дня? – Откуда же мне знать? – я развела манипуляторы в стороны. – Не видела ничего в файлах, там значится лишь актуальная информация. На долю секунды мне показалось, что трехрежимник сейчас достанет из-под брони плакат, изображающий его прошлого. Это заставило немного улыбнуться. Вместо всего того, что я представила, бот застыл в странной позе: одна нога вперед, манипулятор на бок, другой выставлен перед собой. Я, не удержавшись, прыснула. В этом был весь Рэндом! – Мы были шикарны! – довольным тоном заявил Блитцвинг. – Хорошие задания от Мегатрона! Автоботы дрожали только от одного упоминания моего имени! От фемок отбоя не было! – Почему-то не сомневаюсь в этом, – вставила я, продолжая посмеиваться. Трехрежимник пришел в активность: прыгнул прямо ко мне. Охнув от неожиданности, отступила на шаг назад. – Но не в этом дело! Дело в истории! Когда Арахния схватила нас, то делала все, что приходило в ее сумасшедшую голову! – продолжил Рэндом. – Столько технологических экспериментов, ты однозначно ни разу такого не видела! – появившийся Хотхэд сжал ладонь в кулак. – Перестроила нас. Превратила в то, кем мы являемся сейчас! От изменений личность разделилась. – Да… И теперь мы вынуждены функционировать сообща! Это же так отвратительно! – вернувшийся Рэндом притворно вздохнул и приложил ладонь ко лбу, создавая драматический эффект. – Теперь – никаких замечательных заказов, лишь рутина. Автоботы бегут, но уже не так, как раньше. А фемки… Они… – Стоп-стоп-стоп, прекрати, – замахала я руками. – Не хочу слушать, что там у тебя с ними происходит, не мое это дело. Да, история грустная. Однако, чего ты пытаешься добиться? – Перед тобой стоит жертва эксперимента, – холодно констатировал Айс. – На своем примере мы хотели показать, что с тобой может происходить почти то же самое. Просто ты еще это не поняла. – Не уверена в этом… – Почему же? Раньше ты очень сильно досаждала Старскриму, и не только ему. Чуть ли не хвостом ходила за Мегатроном. Могла запросто свалить вину на кого-то из нас, при этом не испытывая угрызений совести. Сомневаюсь, что она у тебя вообще была. После твоей повторной активации Нокаут оповестил всех нас, чтобы мы не обращали внимания на твои странные выходки. Я готов был в это поверить – Старскрим говорил о повреждении блоков памяти. Но прошло уже столько времени, а Слипстрим не возобновила свои старые привычки, хотя некоторые манеры иногда проявляются. – Хочешь сказать, что я могу страдать раздвоением личности? – сделала я предположение. Кажется, начинала понимать, что имел в виду Блитцвинг. И тут меня осенило: пусть думает, что это так! Тогда не придется изображать из себя ту фемботку! Черт побери, а это была гениальная идея! Может, стоит рассказать об этом Старскриму? Он хорошо разносит новости… Но, даже если принять во внимание тот факт, что трехрежимник считал меня результатом эксперимента, один момент не стыковался. – Не могу понять: при чем здесь Арахния? Я была в ее лаборатории уже после дефрагментации памяти. Старскрим не говорил, что мы как-то с ней контактировали. И вообще – я очнулась совсем не на ее столе, а вон там! – повернувшись, указала на далекий заброшенный город. – Арахния вполне могла устроиться где-то в другом месте, – Блитцвинг покачал головой. – Она не всегда была с Десептиконами. Когда перестраивала нас, еще не носила значок, являясь нейтралом. Кто знает – может, в тех обломках есть еще одно паучье гнездо. Выслушав его, я задумалась. Кто же знал, что трехрежимник подаст такую идею? А что, если… это действительно так? Нокаут же говорил, что я являюсь своего рода экспериментом – душа и разум человека в корпусе трансформера. Но он заявлял это как само собой разумеющееся. Но если расширить теорию… Невольно вспомнился корабль, который я заметила, когда отпрашивалась у медика. Стоило вновь этим заняться. Или… В моей голове повторно зажглась лампочка. Зачем гадать, если практически рядом есть ответы на все вопросы? Надо только как-то выйти на связь и разговорить Слипстрим. Я взглянула на Десептикона. Может, использовать его? После сегодняшних откровений на крыше сомневаюсь, что он растреплет кому-то о моей просьбе. Заметив странный взгляд, Блитцвинг выгнул оптогрань. – Что-то не так? – Может быть, ты прав. Мы, возможно, похожи. И, знаешь, я хотела бы это выяснить. – Что, уже летим туда? – Рэндом указал на город и даже запрыгал на месте от нетерпения. Я замотала головой. – Нет. Есть вариант получше. Для этого мне понадобится твоя вспыльчивая часть личности, – я позволила себе дерзко усмехнуться, увидев, как изменилось выражение лица бота. Спустя короткое время мы очутились в тренировочном отсеке. На ходу я коротко объяснила, что меху нужно будет делать. Хотхэд отнесся к этому с большим энтузиазмом. Выставив вперед кулаки, я выдохнула. Должно получиться! – Запомни: как только я уйду оффлайн, выжди время. Если начну дымиться или дергаться, тряси изо всех сил! Мы стартовали. Чип, как и всегда, работал исправно. Чем чаще Блитцвинг нападал на меня, тем сильнее я злилась. Удары, наносимые им, саднили. Я специально просила не жалеть, драться в полную силу. Этот бой должен был стоить свеч. Увернувшись от выпада, трехрежимник извернулся и сбил меня с ног. Поднявшись, хотела было нанести ответный удар, но мощный кулак со всей силы пришелся мне в корпус. Время словно замедлилось. Я закашлялась. Во рту явственно ощущался вкус энергона. Отлетев к стене, вновь закашлялась. Словно на автомате, поднесла руку ко рту. Зрение затуманилось. Последнее, что увидела перед уходом в небытие – ярко-голубые пятна на тыльной стороне ладони. Я резко выдохнула. Вокруг меня царила кромешная тьма. Хватило нескольких секунд, чтобы осознать, где нахожусь. Неужели получилось? Теперь не стоило терять время. – Слипстрим! Ты здесь? – крикнула я в пустоту. Мой голос поглотила тьма. Никто не ответил. Я набрала в грудь побольше воздуха. – Слипстрим, ответь! Мне нужно обсудить с тобой кое-что важное! Пожалуйста! Напротив меня откуда-то сверху зажегся свет. Я ринулась туда, встала в круг, озираясь по сторонам и украдкой рассмотрев себя. До боли знакомое человеческое тело… Как же мечтаю в него вернуться! Спустя пару секунд с правой стороны послышался стук каблуков. – Как ты это сделала? – удивленно спросила Слипстрим, с интересом меня рассматривая. – Методом логических умозаключений. У нас очень мало времени. Пожалуйста… – я приподняла руки в примирительном жесте. – Давай сегодня без ссор и членовредительств. Хочу задать тебе несколько вопросов, чтобы лучше понять, как нам помочь друг другу. Ты же хочешь обратно в свое тело? – Еще как хочу, – процедила фембот, испепелив меня взглядом. – Твои так называемые родители уже достали ныть. Мать все время слезы льет. Я вынуждена каждый раз это слушать! Столько времени! – Они волнуются за меня, между прочим! – злобно возразила я. – Думают, что я в коме, и типа их слышу, но слышишь их ты! Тебе не понять… – на глаза навернулись слезы. Шмыгнув носом, я быстро смахнула их. – Но я не это сейчас хочу обсудить. – Ну, валяй, что ты хочешь узнать? – Ты сама не знаешь, почему оказалась в моем теле, а я – в твоем? – Без понятия, – коротко ответила Слипстрим, пожав плечами. – Сама ломаю над этим голову, когда не слушаю людское нытье. Еще вопросы? – Арахния делала что-нибудь с тобой? Там, экспериментировала? – быстро отреагировала я. Фемботка усмехнулась. – Зачем ей это? У нее всегда был материал под манипулятором. Вехиконов никто не считает, в любой момент можно сделать нового. Мне нравились ее идеи. Я бы с удовольствием притащила ей Старскрима, – упомянув создателя, Слипстрим сморщилась. – Жалкий подлиза. Как он там, кстати? Не деактивировался еще? – Цветет и пахнет, – хмуро произнесла я. Шарик радости внутри меня постепенно сдувался. Оставался еще один мучающий вопрос. – А про последнюю миссию что помнишь? Старскрим говорил, что с тобой была связь до самого конца. На сей раз Слипстрим не торопилась с ответом. Задумавшись, фемка принялась ходить из стороны в сторону. Я хотела ее поторопить, но не стала. – Тогда вообще странный день был… – медленно протянула она. – С самого начала все не складывалось. Да и миссия показалась тоже очень странной. Всегда на бой отправлялась, а тут – разведка. Какой-то сильный всплеск энергии. Как будто некого было больше туда посылать! Как только получила приказ, я сразу же двинулась туда. Сигнатура была действительно необычная. Жаль, не успела понять, что это, – фем замолкла. – Ты так ничего и не увидела? – грустно поинтересовалась я. Ожидания совсем не соответствовали действительности. Твою же мать! А я так надеялась… – Не увидела, конечно же. Но последнее, что помню – меня подбили, – недовольно фыркнула Слипстрим. – Кажется, выстрел был с поверхности, но это не точно. Больше ничего не знаю, белковая. Делай с информацией все, что хочешь. Получается, все зависит от тебя. Чем быстрее найдешь причину, тем быстрее попадешь обратно, и мы забудем друг о друге. – Давай сразу же договоримся: если ты вдруг будешь как-то встревать, как делала это перед высадкой в Кристалл Сити, и на самой войне, будь так добра, не мешай. Очень пугает и выводит из себя. Пространство разрезал чей-то голос. Было так громко, что мы обе, сжавшись, зажали уши. – Кто-то зовет тебя? – выкрикнула фемка. Я почувствовала, что начинаю таять. В прямом смысле. Посмотрев на руки, похолодела – ладони быстро исчезали. Меня пытались вытащить отсюда. В крайний раз бросила испуганный взгляд на Десептиконшу. – Обещаешь? – Мне, вообще-то, скучно! – последовал ответ. Мое тело содрогнулось, свет пропал, вместе с ним и Слипстрим. Я словно рассеялась во тьме. Кто-то бил меня по лицу. Я вяло принялась отмахиваться. До сознания не сразу дошла речь. – Наконец-то. Я думал, корпус сейчас взорвется. Пока приходила в себя, меня бережно поставили на ноги. Перед глазами поплыли ошибки. Я поспешно охлаждала корпус, который действительно стал горячим во время моего отсутствия. Блитцвинг молча выжидал. – Сработало? – спросил Айс, когда я смогла самостоятельно сделать шаг от стены. – В какой-то степени да. Но этого все-таки недостаточно. – Поделишься ощущениями? – Как-нибудь в другой раз, хорошо? Нужно еще кое-что сделать, – я приложила палец к нижней губе, уже прорабатывая план. – Предлагаю заняться этим сейчас, пока Мегатрон возится с темным энергоном. Ты со мной? – последняя фраза слетела с языка против моей воли. – А что нужно делать? – оживился трехрежимник. – Думаю, для всех личностей найдется своя работа, – я не смогла сдержать улыбку. Уже через несколько минут мы летели в то место, откуда все началось.