Контракт на счастливую жизнь

      Ехать в больницу почему-то не хотелось. Алина понимала, что с каждым днём Никиту хочется видеть всё меньше и меньше. Последние события перебили все чувства как будто кирпичом. Все мысли сейчас были направлены на другое русло: она думала о своём конкурсе. Так хотелось попасть на кастинг, так хотелось, чтобы о ней услышали как об отдельной личности, а не как о девушке Никиты Алексеева.       Когда тот увидел Алину в дверях, он даже сначала не мог и слова сказать. Слишком уж её образ отличался от привычного, и кожа уже не была обгоревшей. Прошли всего сутки с последнего момента их встречи, как можно было так быстро вылечиться?!       — Объясни, как ты это сделала? — тихо спросил Никита, когда Алина села на край койки.       — Сделала что? А, ты об ожогах… Это секрет, — загадочно улыбнулась девушка.       — Такого просто не может быть. Только если по взмаху волшебной палочки. А так…       — Можно сказать и так.       — Ты видео когда мне покажешь? — вспомнил Алексеев.       — Оно на флешке, тут некуда её вставлять, я в «Контакт» залью, тогда посмотришь.       — Хорошо…       — Ты так похудел или мне только кажется? — Алина дотянулась рукой до щеки Никиты и провела пальцами по скуле.       — Я же говорю, тут ужасная еда, от которой только больше есть потом хочется. Вспоминаю твои оладушки и слюной исхожу, — заулыбался парень и своей рукой перехватил пальцы Алины.       «Хорош ездить по ушам, можно подумать, ты в жизни больше ничего вкуснее не ел», — пронеслось в голове у девушки, и она отвела взгляд.       Как хотелось прямо сейчас высказать парню всё. Долго держать это в себе было уже невыносимо.       Но нужно было продолжать играть в счастье, чтобы ничего не испортить.       Алина почувствовала что-то тёплое и мягкое на своих пальцах и сразу же обернулась. Никита поцеловал их, а потом приложил ладонь девушки к своей щеке.       — Иди сюда, — прошептал он, глядя ей прямо в глаза.       Алина послушно нагнулась над ним, сокращая расстояние до минимума. Рука в руке сжалась в замок.       — Что бы ни случилось, мы будем вместе, — тихо продолжал Никита, — я уже не представляю жизни без тебя.       Алина искривила губы в улыбке, с трудом сдерживая поток слов, рвущихся наружу. Она прекрасно знает, что он имеет в виду. От взрыва мозга уже начала кружиться голова. Но вместо этого она наклонилась ещё ниже и поцеловала его в губы. Поцелуй длился не более тридцати секунд, и Алина отстранилась.       — Как-то странно, что я не съел эти чернила с твоих губ, — сказал Никита.       — Это водостойкая помада, она не стирается, — объяснила Алина.       — То есть?!       — Ну, стирается то есть, но специальным средством. Короче, это тебе знать незачем.       — А-а-а, — протянул Алексеев, хотя по его лицу было видно, что он не понял.       Алине вдруг позвонили. Это был Женя. В присутствии Никиты она не хотела с ним разговаривать. Поэтому она сбросила.       — Ты вообще долго будешь тут ещё лежать? — поинтересовалась Алина.       — Не знаю. Ещё неделю точно. Я тут умру просто, если бы не друзья и родственники, то реально бы сдох уже.       Звонок снова повторился. Алина опять сбросила.       — Кто там такой настырный? — полюбопытствовал Никита.       — Да так, с работы, хотят что-то, наверное, но у меня нет желания с ними разговаривать.       Алина быстро настучала Жене смс:       «Я у Никиты в больнице. Перезвоню попозже!».       — Меня как выпишут, мы обязательно вырвемся куда-нибудь вдвоём, — пообещал Алексеев.       Алина промолчала. Ей нечего было ответить.       — Ладно, Никит, я поехала. Надо видео загружать и отправлять уже, чтобы успеть до конца закрытия конкурса.       — Хорошо, — улыбнулся тот. — Надеюсь, я буду первым, кто его увидит.       — Обязательно!       Алина поднялась с места и уже хотела уходить, как вдруг она краем глаза заметила, что мимо окна пролетело что-то большое и чёрное. У неё перехватило дыхание от ужаса. Что, опять?!       — Что такое, Алиш? — спросил Никита, заметив испуг девушки.       — Да ничего, — ответила та. Она начала думать, что эта птица опять как-то хочет предупредить Алину об опасности, которая так или иначе угрожала Никите. Как бы то ни было, она всё равно продолжала за него волноваться. Пусть она в последнее время и мечтала его придушить, но лучше она это сделает сама, а не кто-то другой.       В голову начали лезть противные мысли о том, что в здоровье Никиты резко может что-то пойти не так и он либо умрёт, либо останется инвалидом. Пусть она ненавидела его сейчас, но в глубине души она уже хотела его простить, лишь бы он остался жить.       Наверное, это самая большая и грубая ошибка всех женщин, которых предавали. Вечная надежда на то, что её мужик изменится. Да ни хрена он не изменится. Пора бы уже закрыть эту лавку вечного кредита доверия и гордость поиметь.       Найти кого-то другого — тоже не вариант, потому что в других будешь искать то, что так нравилось в предыдущем, забивая на то, что есть из личных качеств у человека, которые, возможно, даже лучше.       Так и пройдёт вся жизнь. В вечном поиске счастья. А может, его не в мужиках искать надо было? Как говорится, «хер на хер менять — только время терять».       Да чёрт с этим. Сердцу не прикажешь. Как западёт в душу какой-нибудь дрыщ, куда ты денешься.       Алина снова подошла к кровати и, наклонившись к Никите, обняла его. Тот ответил тем же. Его ладони едва касались спины девушки, как будто он весь был невесомым.       — Береги себя, — прошептала она, отстраняясь от Никиты.       — Буду, — коротко ответил он.       Они ещё с некоторое время посмотрели друг на друга, и Алина вышла из палаты.       В машине девушка набрала Женю.       — Привет, ты что хотел?       — Привет, Алин! Насчёт своего дня рождения спросить. Ты придёшь?       — Думаю, да. Но без Никиты, он будет в больнице лежать ещё неделю, это точно.       — Отлично! Ну, то есть я в том смысле, что… — замялся Женя. — Э-э-э…       — Я поняла, можешь не объяснять. Я ему ничего не говорила.       — Я сейчас на обед поеду, поехали вместе? — вдруг предложил парень.       — Ну… Ладно, давай, — согласилась девушка. — Жди меня, я скоро приеду.       Алина отключилась и посмотрелась в зеркало заднего вида. Причёска до сих пор держалась на месте. Вот что значит профессиональная укладка. Девушка снова взяла телефон и сделала пару селфи. Такой образ у неё не каждый день, так что надо запечатлеть.       «Пообедаем, тогда домой поеду и загружу видео», — подумала Алина и завела машину.

***

      После ухода Алины Никита уже никого не ждал. Он кое-как пообедал и продолжал лежать, устремив глаза в потолок. Он на нём уже изучил каждый сантиметр, каждый уголок. Это было так невыносимо.       Вдруг открылась дверь. Никита сразу опустил взгляд на звук и обомлел: это была Анжела. На вид она, конечно, уже не была такой сногсшибательной, как в клубе, но держалась она уверенно.       — Ты? — вырвалось у Алексеева.       — Я, — жёстко ответила она, подходя ближе на своих длинных шпильках. Она сложила свои худощавые руки на груди и тряхнула головой, тем самым поправляя волосы.       — Что тебе надо? — нахмурился Никита.       — Не волнуйся, ты мне уже не нужен. Отдай мне то, что забрал у меня. Иначе для тебя это плохо закончится.       — Ничего я у тебя не брал, — недовольным тоном произнёс Никита.       — Да хорош дурачка включать, — язвительно заулыбалась Анжела, — мою золотую цепочку ты забрал. Больше некому было.       И тут Никиту словно током пробило: он вспомнил, что, будучи пьяным, схватил в охапку свой телефон и её цепочку. Только он не помнил уже, куда он её положил потом. Вот чёрт.       — Ну и? — выжидающе спросила Анжела.       — Я не помню, куда я её дел, — честно признался он, — но она мне не нужна. Увы, я сейчас не могу тебе её отдать.       — Ах, Никита, Никита, — усмехнулась блондинка, — вот зачем тебе слава воришки? Ты и без того много зарабатываешь, зачем ты крадёшь вещи у беззащитных девушек?       — Не таких уж и беззащитных. Может, я тебя проучить хотел?       — Не тот ты выбрал способ, милый мой. Меня вообще невозможно заставить чувствовать себя неловко.       — Да, именно поэтому ты припёрлась сюда. Я бы на твоём месте сдох бы от стыда, снова встретившись с тем, кто тебя унизил. Тебя трахнул какой-то пацан в туалете и бросил там, это у тебя повод для гордости, я так понимаю?       — Хватит уже качать права, ты и так по уши в говне, — жёстко заявила Анжела. — Ты думаешь, Алиночка твоя не в курсе, что ты блядун?       — В смысле?!       — В прямом. Она знает, что мы с тобой трахались. Не пойму, откуда только, но знает.       Никита явно не ожидал такого расклада событий.       — Но она почему-то ничего мне не сказала, она бы сразу закатила мне истерику и убила бы на месте. Тебе это странным не кажется?       — Мне пох. Но она, видать, хочет сохранить с тобой отношения и поэтому молчит. Странная какая-то, хватается за соломинку, боясь упасть с такого знатного хера.       — А вообще, с чего ты взяла, что она знает об этом?!       — Мы виделись с ней в магазине, она позвала меня по имени. Тут уж думать не надо.       — И где связь между этим и тем, что я ей изменил? — недоумевал Алексеев.       — Дурачок, ты ещё не знаешь, что такое женская логика? Она обратилась ко мне по имени, а мы с ней никогда не виделись вживую и она меня не знала, — это раз, а когда я сказала ей про тебя, то она не стала удивляться, а сказала лишь, чтобы Валера с его другом лучше бы меня отпиздили, а не тебя, — это два.       — Сука! — вырвалось у Никиты.       — Поздно теперь что-то делать. Твоя девочка уже сто процентов ищет себе кого-то другого, если уже не нашла. Ты же знаешь, баба налево не пойдёт, пока мужик не доведёт.       — Пошла вон отсюда! — начал злиться Алексеев.       — Так вот как ты теперь запел. Ещё пару дней назад ты так не думал. Ты был таким грубым и горячим, что я даже не могла в это поверить и сопоставить твою внешность и твой нрав.       — Я сказал: свалила отсюда, — перебил он блондинку.       — Не смей на меня орать, — прошипела Анжела, приблизившись к Никите и схватив его за воротник футболки. — У тебя ровно неделя, чтобы вернуть мою цепочку, иначе ты будешь догнивать остаток жизни на нарах.       Алексеев перехватил худощавую руку девушки и убрал её.       — За такое дерьмо даже пять лет — это огромный срок. И меня тоже не стоит недооценивать, — заявил Никита. — Найду я тебе твою цепочку, но только после того, как меня выпишут. Я сейчас даже вставать не могу, не то что куда-то ходить.       — И когда тебя выпишут? — нахмурилась Анжела, сложив руки на груди.       — Не знаю. Неделю я ещё тут точно буду лежать. Может, через полторы.       — Ладно, — вздохнула девушка. — Как только ты покинешь эти стены, у тебя будут всего сутки, чтобы найти мою цепочку. Иначе мой папа превратит вашу лавочку в свиноферму, а вас заставит говно лопатами грузить на тачки. Тебе ещё повезло, что он не знает, по какой именно причине тебя избили.       — И что, твой папа — президент? — усмехнулся Никита.       — Нет, он просто владелец клуба, в котором мы отдыхали, — расплылась в улыбке Анжела.       Никита напрягся. Это и правда серьёзно… Ну да ладно, выход всё равно можно будет найти.       — Хорошо, я тебя понял. А теперь можешь идти, — сказал Никита.       Анжела улыбнулась и поспешила к выходу, громко цокая каблуками.

***

      — Ты представляешь, ты мне пока не позвонил, я есть не хотела, — поделилась Алина, когда они с Женей уже сидели и обедали в кафе.       — Вот так ты и поесть забываешь, некому тебя контролировать, — усмехнулся тот.       — Просто как-то закрутилось всё, я готовлюсь к кастингу…       — Я заметил. Как успехи?       — Да пока видео записала, надо будет выложить. Я должна спешить, времени осталось совсем мало.       — Ну, удачи, певица. Я надеюсь, ты про старых друзей не забудешь, как станешь знаменитой.       — Я и так знаменита, — с иронией в голосе произнесла Алина. — Ко мне сегодня подходили какие-то девочки, чтобы со мной сфотографироваться. Я ведь девушка Алексеева…       — Алин… — вдруг помрачнел Женя, вытерев рот салфеткой. — Это, конечно, не моё дело, но… Никиту-то твоего почему избили…       — Я знаю, — перебила его та.       — Знаешь?! Так, а почему вы ещё вместе? Я бы на твоём месте сразу бросил.       — Это не твоё дело, Жень, я сама справлюсь с этим. Хорошо?       — Не понимаю… Ты его настолько любишь, что смогла ему такое простить?       — Я же сказала, Жень. Это тебя не касается.       — Ладно, — заулыбался тот, — ну, если что вдруг, то я всегда буду ждать. Я верный как пёс.       — Да ладно? — Алина нервно хохотнула. — И что же у тебя такого верного до сих пор никого нет?       — У меня была девушка два года назад, но она сама от меня ушла к другому, сказав, что со мной скучно. Я не изменял, деньги домой приносил, дебош не устраивал, даже полы мог помыть, если вдруг что. Мы даже не ссорились никогда почти, я всегда махал рукой на всё, потому что понимал, что в этом нет смысла.       — Вот пиздишь и не краснеешь, — улыбалась Алина. — Такого быть просто не может. Надо быть совсем конченой дурой, чтобы добровольно отказаться от такого счастья.       — Вот видишь, для тебя это счастье, а для неё — скука. Ей хотелось острых ощущений… Я же всегда говорил себе, что женщины — народ очень странный. Ты можешь выстилаться перед ней, как шестёрка, на руках носить и всё такое, а она выберет какого-нибудь тощего мудака, которого кроме бухла и быдло-друзей ничего не интересует, а потом ноет, что все мужики козлы.       — Может, это так и есть… Но вы тоже не лучше.       — Да я знаю, я ничуть не против. Мы сами себе травим жизнь.       — Это точно, Жень, это точно…       После обеда с Женей они разъехались по своим делам. Алина поехала домой, а он — на работу.       Бросив пакеты с продуктами на кухне, Алина достала из кармана свой телефон, который уже разрывался от входящего звонка. Это была мама. Интересно, с чего бы вдруг?       — Алло? — ответила она в трубку запыхавшимся голосом.       — Алина, привет. Я звоню сказать, что у нас на даче случился пожар, сгорел наш старый сарай, и наш папа там немного пострадал, руки и ноги обгорели, его в городскую больницу отвезли. Я не могу вырваться, тут пожарные до сих пор не могут потушить огонь. Я тебя хочу попросить, чтобы ты отвезла папе его некоторые вещи. Дина уже дома, она поможет как раз, и вы вдвоём съездите к нему.       — Хорошо… — глухо отозвалась девушка. Теперь она поняла, что эта птица может предупреждать об опасности, которая должна была произойти не только с Никитой, а со всеми, кто ей близок.       — А у тебя как дела? Что-то тебя не слышно и не видно. Ты там замуж ещё не вышла?       — Да нет, тут не до замужества… Мам, давай попозже созвонимся? Я поеду собирать вещи.       — Хорошо, как скажешь.       Ну вот, опять Алине не дали загрузить видео. Как будто кто-то свыше мешал этому действию, как будто бы пытался уберечь от ошибки.       От этой новости, конечно, стало не по себе. Ведь последнее, о чём думала Алина, — это родители. Теперь в эти секунды она начала осознавать слова мамы, сказанные ещё на даче.       А ведь никто ещё не умер даже, папа просто получил ожоги. Но девушка впервые за такое долгое время задумалась: а что будет, если не станет родителей? Хотя бы одного из них. Даже представить трудно, что будет больнее: переживать утрату родителя или видеть, как один из них страдает из-за потери человека, с которым прожил бок о бок всю жизнь?       Всю дорогу до дома Алина ехала с мрачными мыслями и с полной решимостью, что она обязательно извинится перед родителями. Ей было невыносимо стыдно из-за того, что на это её толкает случай с папой. Имеем — не храним, потерявши — плачем?       Пока она переживала по поводу их отношений с Никитой, у мамы с папой были проблемы посерьёзнее. Что же, надо поменять приоритеты. По крайней мере, на некоторое время.