Can you feel my heart?

Ты слышишь тишину, Ива-чан? Я да. Иногда она настолько давит, что мне приходится закрывать уши руками в жалкой попытке спастись. Заглушает всё, и я ощущаю себя, словно под толщей воды. Поглощает каждый децибел, оставляя только белый шум — иногда кажется, что я схожу с ума, если не уже. Мне так жаль, что из-за этой невыносимой тишины я совсем почти забываю, как звучит твой голос, хотя стараюсь постоянно прокручивать его в голове, чтобы продлить это время, пока помню твой тембр. Ты стоишь перед мной и что-то говоришь, а я так и не научился читать по губам. Хочется верить, что это те слова, которые я так мечтал услышать от тебя. Только вот ты никогда не скажешь их. Ты можешь видеть темноту? Мне кажется, что я уже ничего не вижу, кроме неё. Только как она сгущается, стоит тебе приблизиться. Я потерял возможность лицезреть морщинки в уголках твоих глаз, когда ты улыбаешься — скажи, почему ты так редко это делаешь? Улыбка тебе идёт, поверь. Я теперь не замечаю, как ты украдкой смотришь на меня, обеспокоенно немного, словно пытаясь понять по моим заторможенным движениям и кругам от недосыпа сколько дней меня мучает бессоница. Чтобы потом отругать и едва ли не всучить в руки бутылёк снотворного. Я не могу больше ничего этого видеть, потому что я заперт один в комнате без окон, без единой лампочки на длинном проводе, болтающейся под потолком, как висельник. Ты способен починить сломанное? Потому что от меня по одному отламываются кусочки, и скоро останутся одни конечности и зияющая дыра вместо туловища. Кровь разносит осколки по телу, и мне становится ещё больнее, хотя куда ещё? Это так забавно, знаешь: я всегда наивно думал, что сломать меня едва ли невозможно, но вот ты — делаешь это так искусно и даже не подозреваешь ни о чём. Если я расскажу об этом, ты предпримешь попытку склеить меня обратно? Мне так страшно, потому что я не могу предугадать твоей реакции на свои чувства. Поэтому просто тяну кривую улыбку и ощущаю, как внутри всё трещит, подобно стеклу. Ты чувствуешь моё сердцебиение? Я не уверен, и если пульс не остановился вовсе, то точно замедлился до опасности. Могу поспорить, что кардиомонитор сейчас показал бы почти идеально ровную линию. Сердце продолжает кое-как биться, но я давно уже не жилец. Если честно, я не ожидал подобного исхода (надеялся отчаянно на другой), но в жизни сказок не бывает — так ведь ты мне когда-то сказал? И верить в них оказалось так глупо.