Гея.

Едва я вернулась в город одна, так меня тут же отправили в полицейский участок на допрос. — Куда направился Беликов?! — Я не знаю. — Не шутите, Мисс Хэзевей! Он обвиняется в убийстве первой степени и в изнасилование малолетней Елены Морозовой. — Никакого изнасилования не было, — всё тем же спокойным тоном ответила я. — От куда такая уверенность, Мисс Хэзевей?! Есть улики и показания, которые были даны против него. Его место в тюрьме! — Я знаю гораздо больше, чем Вы думаете. И если бы вы хотели, то сумели бы выяснить, что той девчонке просто заплатили, чтобы она соблазнила Дмитрия и обвинила его в том, чего не было. — Ну и кто же заплатил ей?! — Татьяна Ивашкова, — всё так же спокойно ответила я. — Легко обвинять во всех грехах мёртвую. Которую, кстати, убил Ваш дорогой Дмитрий Беликов! И если изнасилования не было, то он сгниёт в тюрьме за убийство. — Вы его найдите сперва. Меня вызывали в полицию ещё несколько раз, но так и не смогли ничего от меня добиться. Предъявить мне они тоже ничего не могли и в конце-концов оставили меня в покое. Снятое мной видео доказывало, что Земля вновь пригодна для жизни, и мы постепенно начали перебираться обратно на поверхность. — Это невероятно, просто сказочно красиво, — Лисса стояла посреди просторного поля с высокой травой, солнце переливалось на её золотистых волосах, а ветер время от времени поднимал их вверх. Она напоминала милого ангела. Рядом с ней стоял Кристиан и крепко держал её за руку. Я впервые видела его с такой искренней улыбкой на лице. И впервые я поняла, что он довольно красив. Родители решили построить дом прямо на этом самом месте, посреди этого чудесного поля. Единственным моим требованием к новому жилищу было то, что в каждой комнате должно быть окно. Через полгода Лиссе исполнится восемнадцать, а до этого времени она будет под опекой моих родителей и теперь она живёт вместе с нами. Кристиан будет жить неподалёку от нас, так что теперь эта парочка может не расставаться ни на минуту. Честно признаться, я завидовала их отношениям. Они были гораздо проще, чем мои с Дмитрием. Я не знала, где он находиться, но надеялась, что разлука не продлиться слишком долго. Год спустя. Жизнь медленно приходила в норму, вокруг нас появлялись ухоженные лужайки, асфальтированная дорога, аккуратные дорожки. Наш новый дом был прекрасен, я попросила папу не использовать белую краску, и теперь на всю улицу у нас был дом голубого цвета. Внутри дома я тоже старалась устранять предметы белого цвета. Исключением была лишь посуда и унитаз. — И за что ты так ненавидишь белый цвет, — удивлялась Лисса, попивая свой любимый апельсиновый сок. — Это всё из-за того места, куда меня притащила Татьяна, чтобы убить. Там всё было стерильно белого цвета, и с тех пор он вызывает у меня отвращение. — Ну, теперь понятно, почему у нас ванная из чёрного мрамора. Ты не думаешь, что это перебор? — усмехнувшись, спросила Лисса. — А что такого? Родители хорошо зарабатывают, и мы можем себе это позволить. Тем более, это красиво. — Скажи, от Дмитрия нет вестей? — Нет, — моё настроение резко скатилось вниз. Я знала, что наша разлука может затянуться на очень долгое время. Но, если раньше я считала, что это будут месяцы, то теперь они превращались в годы. Эта мысль выжигала дыру в моём сердце. — Всё наладится, Роза, — Лисса обняла меня, положив голову мне на плечо.  — Вот увидишь, всё будет хорошо, и вы непременно будете вместе. Я это знаю. — Надеюсь, ты права. Пять лет спустя. Нарушив семейную традицию, я окончила юридический институт. Теперь я хороший адвокат и защищаю тех, кто нуждается в защите. Мир почти вернулся к тому виду, в котором был до ухода человечества под землю. Повсюду возрождались города и всюду кипела бурная жизнь. Я по-прежнему жила с родителями и по-прежнему ничего не знала о Дмитрии. Кажется, я умру от ожидания. — Роза, чья это машина у нашего дома? — мама неожиданно заглянула в мою комнату. — Какая машина? — Красный Porsche, — услышав мамины слова, я едва не потеряла сознание и бросилась бежать в низ. У самого нашего дома стоял новенький, блестящий автомобиль ярко-красного цвета с откидным верхом. Я не поверила своим глазам. Запрыгнув в салон, я открыла бардачок и увидела там не большую записку. От волнения моё сердце было готово выпрыгнуть из груди. «Мы встретимся в ресторане Pasta alla carbonara. С любовью, Д. P.S. И пусть ветер играет в твоих волосах.» Я повернула ключи зажигания, мотор радостно взревел. — Роза, куда ты?! — мама смотрела на меня с непониманием. — Мамочка, прости, но мне надо ехать, — я улыбнулась ей счастливой улыбкой и освободила свои волосы от заколки. Когда я выехала на шоссе, набрала максимальную скорость, наслаждаясь мощностью автомобиля и прекрасным голубым небом над моей головой, а ветер играл моими волосами. Я еду Дмитрий. Я уже в пути.