Часть 1
6 мая 2017 г., 14:33
Я не люблю любовные романы. Они душат своей фальшью, какой-то назойливой приторность и навевают смертную тоску. Никогда не дочитывала их даже до конца первой главы. Жизнь совсем не сказка, не бывает так, как написано на розоватых глянцевых страницах, неужели никто этого не понимает? Вот и сейчас передо мной в очереди сидит милая девушка с копной каштановых волос и с упоением читает один из них. Я закатила глаза. Стоп. На секунду мне показалось, что изображение на странице книги исчезло! Да нет, это бред. Я вздохнула и потянулась. От длительного, практически неподвижного сидения жутко разболелась поясница. Очередь ни капельки не продвинулась за последние полчаса. О Боже, как же я хочу домой! В длинном, полном девушек и женщин коридоре было ужасно душно. В горле пересохло. Как жаль, что я не взяла с собой бутылку воды, как настойчиво советовал Марк. Ах, Марк.… Казалось бы, только что мы поженились, а вот уже и наш второй малыш скоро появится на свет. Я погладила свой уже сильно заметный животик и сразу же почувствовала легкий пинок изнутри. Потерпи немного, солнышко, скоро наша очередь. Я от скуки покрутила на пальце обручальное кольцо. А вот у моей соседки кольца не было. А ведь она тоже в положении. Какой стыд, все-таки уже 48 год на дворе!
Девушка запустила руку в копну волос и улыбнулась чему то прочитанному. Она подвинулась, немного округлившийся животик стал заметнее. Ну точно, беременна. Я, утвердившись в своей догадке, переключила внимание на стенд с информацией, но краем глаза снова уловила движение в книжке у незнакомки. Уголок черной бумажной обложки спустился, девушка так увлечена чтением, что даже не заметила этого. Розовая в цветочек обложка, на которой красовалась влюбленная пара ну уж очень безвкусная. Я бы тоже поспешила закрыть ее непроницаемой обложкой, если б решилась почитать эту чушь. Вдруг рисованный улыбающийся мужчина подмигнул мне. Стоп. ЧТО??? Нет, я знала, что беременность высасывает из женщины мозг, но не настолько же! Я часто-часто заморгала, пытаясь снять наваждение. Все нормально, просто два часа в душном коридоре утомили меня. Я украдкой снова посмотрела на обложку. Нет, все хорошо. Хотя… девушка зазывно помахала мне рукой. Так. Все. Я поспешила к выходу. Моя очередь еще не скоро, ничего страшного, если выйду подышать на улицу.
Выйдя из холла, я глубоко вздохнула и облокотилась на стену. Как же хорошо на улице, надо было выйти раньше. Осень еще только вступает в свои права, листья на деревьях еще только начинают желтеть. Я повернула лицо к солнышку и зажмурилась. Лучи еще теплые, как будто лето и не собирается уходить. Вдруг дверь резко распахнулась и две жутко злые девушки вышли, во весь голос ругая врачей. Что же там произошло? Вот есть у меня одна дурацкая черта — ужасное любопытство, уж очень люблю быть в центре событий и знать все. Марк постоянно ругает меня, обзывая сплетницей, но я решительно ничего не могу с собой поделать! С мыслью о том, что я, во что бы то ни стало, должна быть в курсе я побежала обратно в душный коридор.
Очередь в негодовании. Врача срочно вызвали на операцию, и сейчас никто не сможет нас принять. Прекрасно… Даже не могу ничего сказать. Нет, я понимаю, после войны все испытывают недостаток во врачах, даже таких специфических, но все-таки, по-моему, мы заслуживаем особого положения. Ну ладно. Прием обещают продолжить через два часа, а большинство женщин уже разбежались, не услышав этого. Замечательно, я подожду. Я снова вышла на улицу, с удивлением заметив на моем месте кареглазую незнакомку. Какая же она хорошенькая, совсем юная, а уже примерно на пятом месяце и такая печальная. Эх, если и правда у нее нет мужа, что же ей придется пережить! Я перечислила в уме всех незамужних подруг, попавших в «затруднительное положение». Все они избавлялись от него, пока еще не стало заметно. Она совсем молоденькая, может просто не знает о такой возможности? Хм, а ведь я, наверное, могу помочь. Я прямо-таки надулась от гордости. Еще бы, в мои 30 с хвостиком я могу с уверенностью сказать, что могу стать наставницей и учителем для десятка таких девушек.
Да только как начать разговор? Не начну же я так резко, да еще и не понятно, достойна ли девочка моей помощи. Ах, точно! Книга! Спрошу, что она читает, и расскажу, какая небылица мне показалась. Я быстренько подошла к девушке.
— Здравствуй, ну раз уж мы тут обе застряли на пару часов, предлагаю попить чаю в ближайшем кафе и познакомиться. Меня зовут Джилл. А тебя? Слушай, а что ты читаешь? Представляешь, совсем с ума схожу, показалось, что люди на обложке двигались. — Я засмеялась, но почему-то девушка не поддержала меня, а даже наоборот как-то побледнела.
Вот черт, она, наверное, застенчивая, а я тут вывалила на бедняжку кучу вопросов. Правильно Марк говорит, мне нужно тщательно следить за своим поведением. Я как можно более мило улыбнулась и извинилась за себя.
Девушка видимо пришла в себя и улыбнулась в ответ.
— Все хорошо, в том ужасном коридоре чего только не привидится. Меня зовут Гермиона. Пойдем, я знаю одно очень уютное кафе неподалеку, — сказала она.
Сейчас, услышав ее голос, посмотрев в большущие ореховые глаза, я, почему-то, почувствовала: она очень-очень несчастна. Моя новая знакомая показалась мне дряхлой старухой, заключенной в теле 20летней красавицы. Поникшие плечи, грустные глаза и глубокая морщинка на лбу, как будто она постоянно находилась в раздумьях.
Мы, не говоря ни слова, дошли до кафешки, нашли хороший столик у окна. Я заказала чай и пирожное и себе и своей новой знакомой. Гермиона мило улыбнулась и сказала, что будет только чай.
— Эй, почему ты не хочешь перекусить? — снова лезу я не в свое дело, но никак не могу остановиться, — Ты ведь совсем худенькая, в чем только душа держится.
Девушка на секунду взглянула на меня и вдруг тихо сказала: «Мама всегда так говорила про меня».
Ааааа, так она еще и сирота, подумалось мне. Я вдруг подошла и обняла ее, не знаю зачем и почему, просто решила, что ей сейчас это необходимо. На мою руку упала слезинка. Ну что ты девочка, не надо. Все хорошо. Теперь ты не одна.
— Простите Джилл. Я не видела свою маму уже очень давно, а Вы так похожи на нее, — Гермиона посмотрела на меня. — И, Вы знаете, с тех пор как я живу здесь, еще ни один человек со мной не заговорил.
- Не переживай, Гермиона, не думай, что дело в тебе, просто люди еще не до конца осознали, что войны нет, не пришли в себя. Ты сама-то как войну пережила? — спросила я, сев на место.
— Ой я совсем в другом месте была. Очень далеко. И не знаю смогу ли я вернуться туда. — Взгляд девушки снова затуманился от слез.
— Вот только не плачь. Даже не думай. Ты справишься со всеми проблемами, помни, все в твоих руках. — Медленно произнесла я, хотя сама была не уверена в своих словах.
Уф, кажется, я переборщила. Ну не умею я успокаивать людей, тем более малознакомых.
А вот и чай принесли. Девушка вдохнула аромат и закрыла глаза. Потом как-то странно, оценивающе, посмотрела на меня и сказала: «Хочешь, я расскажу тебе сказку?»
Что? Сказку? Что с тобой, девочка? Но вслух я, конечно же, согласилась.
— В Тридевятом царстве жил один злой и страшный волшебник, который, собрав огромную армию решил захватить всех добрых волшебников и править ими, — сделав глоток Гермиона начала свой рассказ, — Волшебник был очень осторожным, чтобы его не смогли убить он разделил свою душу на части. Ему противостояли трое добрых магов, лучших друзей, которые хотели найти все части души злого колдуна и спасти свой волшебный мир.
Гермиона сделала еще глоток, а я, воспользовавшись паузой, вывалила свою догадку: «Так ты писатель? Да? » Я была чрезвычайно горда, что смогла понять это сама. Ведь правда, писатели обычно такие и есть. Тихие и задумчивые.
— Да, пожалуй, писатель, — усмехнулась девушка. — Пишу судьбы людей.
Так вот, много лет сражалась троица против злого мага, но все же он победил, много добрых людей он пытал и убивал, установив свой режим правления в магическом мире. А наши трое друзей, 2 парня и девушка, скитаясь по лесам и полям, продолжали сражаться. Но их постигла неудача, попали они в засаду, а убежать успели только двое. Девушка не могла найти себе места, она безумно любила своего друга, которого схватил черный маг. Каждый день она просыпалась с его именем на устах и боролась со злом за него. Каждый день вспоминала его добрые глаза, рыжие волосы и веснушки.
— Несколько лет девушка и парень искали способ убить злого мага и наконец, им это удалось. — Гермиона на секунду прервала свой рассказ и глубоко вздохнула, — Девушка уже и не надеялась увидеть в живых своего любимого, но оказалось, что все это время он был под страшным заклятьем. Злой маг хотел использовать его как приманку, но, боясь провала, создал страшные чары, расколдовать которые можно только его кровью. Он отнял у парня разум и чувства, оставив лишь оболочку. Как много дней девушка плакала, смотря в пустые глаза. Кормила с ложечки, надеясь, что он поправится. Но все тщетно. Спасти парня могла лишь кровь злого мага, но тело его было давно уничтожено, и даже родственников не осталось.
Гермиона отставила в сторону пустую чашку.
Мдааа, наверное поэтому ее книги не известны — какой издатель согласится печатать такие депрессивные сказки? — закралась в мою голову мысль. Но вслух я попросила продолжения.
— Доведенная до отчаяния девушка решилась на последний вариант. — Лицо Гермионы вдруг потемнело, казалось, она сама пережила именно то, о чем говорит.
— Она решила вернуться в прошлое, где страшный маг был еще совсем ребенком, убивать его нельзя, это повернет ход времени, а вот крови взять никто не запрещает. Но случайно, произнося заклинание, она ошиблась и попала в совсем другое время. Маг там был молодым и… Очень красивым. В далеком прошлом девушке было очень сложно, очень одиноко, а самое главное — маг был безумно осторожным, и кровь получить было невозможно. Сколько попыток было сделано… не пересчитать. Но второго шанса не было — и девушка решила заполучить его доверие.
— Будто бы случайно познакомилась с ним, поддерживала его, понимала с полуслова. Спустя пару лет она таки втерлась в доверие, но он все еще был очень осторожен. И вот, наконец, казалось бы, победа. Маг полюбил ее. Да только девушка все медлила, и никому признаться не могла, что и сама влюбилась в мага! Много долгих ночей она проплакала, но решиться так и не смогла. Время летело, и вот наша героиня поняла, что ждет ребенка. — Гермиона вздохнула и запустила руки в копну волос. — Мир ее рухнул. Но маг, кажется, так рад! Как обычный будущий папа выбирает кроватку и целует животик. Девушка понимает, что ее возлюбленный — ужасный монстр… Но руки его так нежны, а улыбка так искренна. Может быть, он сможет исправиться? Может, если она будет рядом, ничего страшного не произойдет? Когда он рядом наша героиня забывает обо всем, и рыжеволосый принц из ее прошлой жизни больше не снится. Каждый вечер, ложась спать, она обещает себе, что завтра точно решит, что делать. Но…Наступает утро и она откладывает решение на завтра. — Гермиона вздохнула и замолчала.
— Так чем кончается твоя сказка? — не могла не сказать я, хотя и подозревала что она вовсе не писатель. Это похоже на какую-то метафору. Но к чему тогда все эти волшебники?
— Конца у этой сказки еще нет, я еще только пишу ее. — Гермиона посмотрела на меня. — А что бы сделала ты, Джилл?
— Я? Хм… Знаешь, я далека от чувства долга всему миру и все такое. Не сочти меня эгоисткой, но я бы осталась в прошлом и даже не думала о том, что делаю что-то неправильно. — После секундной заминки ответила я.
— Мне бы твою уверенность. — Усмехнулась Гермиона.
— Знаешь, — я снова решила блеснуть своими знаниями, — Я читала, что некоторые писатели так сильно любят своих персонажей, что считают их живыми людьми. Видимо у тебя так же. Не надо принимать это слишком близко к сердцу, это всего лишь книжка, и ты сама можешь выбрать конец своей истории. Такой конец, какой ты хочешь.
Гермиона почти бесшумно повторила: «Всего лишь книжка…» Ее лицо вдруг преобразилось, взгляд наполнился решимостью. Она слишком резко для своего положения подскочила и, бросив короткое спасибо, быстро вышла на улицу.
Я еще долго сидела одна за столиком кафе. Меня не покидало чувство, что прямо сейчас я стала свидетелем чего-то очень значительного. Как будто девушка, сидевшая со мной, в одночасье решила судьбы тысяч людей. Я не знаю, кто она, что решила и как поступит дальше, но одно я знаю точно — она сделала правильный выбор.
