The only

Очередная гонка. Кто бы мог подумать, что этот день изменит всю его жизнь? Все надеялись, что Доминик выиграет и вечером семья вновь соберется вместе за столом на заднем дворе, но что-то пошло не так… — Доминик, пожалуйста, давай сегодня ты не будешь участвовать? — Летти стояла позади него, придерживая за плечо. — Милая… ты чего? Обычная гонка. Не сомневайся — я выиграю. — парень улыбнулся и поцеловал её в висок, уже решая отойти от нее в сторону. — У меня плохое предчувствие. — Верь в меня. — Дом! — Мне пора, малышка. — мужчина снова подошел, взяв ее за руку и поцеловал. — Я люблю тебя, все будет хорошо. — Доминик видел, что девушка расстроена и нервничает. Он снял со своей шеи крест и протянул Летти. — Я вернусь за ним. — Хорошо. — девушка с надеждой сжала серебряное изделие и отошла в сторону, к Мии. Участвует только Брайан, Мия осталась с Летти и остальными. Сестра Торетто ждала ребенка и уже вот-вот должна была родить, но гонки — были её страстью, так же как и брата. Но её муж разрешил ей только присутствовать, почему, это и так понятно. Гонка началась. Дом вырвался вперед, Брайан за ним, остальные гонщики выстроились позади. Казалось, что участвуют только Торетто и О’Конер, борьба шла между ними, другие уже были далеко позади. Но то, что произошло дальше, не ожидал никто… Резкий визг тормозов, удар, громкий крик и черный Додж слетел в кювет… Все остановились, Брайан побежал к другу, не о чем не думая, пробрался к горящей машине и вытащил раненого Доминика. То, в каком он был состоянии, даже бывшего копа заставило вздрогнуть. Доминик был почти без сознания, но когда О’Конор положил его на землю, закричал от сильной, раздирающей боли. — Доминик! — Летти подбежала к нему, спрыгивая в канаву и чуть не падая, но её удержали и оттащили, чтобы не мешалась. — Скорую, живо! Вызовите скорую! — крикнул Брайан и помог Дому сесть, но тот завопил от боли еще сильнее. — Спина… спина… — шептал он и не мог пошевелиться. Его положили на землю и Брайан быстро осмотрел его. Сильных повреждений не было, разбита голова и что-то с позвоночником… Каждое движение приносило ужасные страдания. Скорая приехала моментально. Доминика кое-как подняли, укладывая на носилки. — Я поеду с ним. — Летти так же залезла в скорую. — Я с вами. Тэдж, отвези Мию домой. — сказал парень, обращаясь к другу, — Любимая, все будет хорошо, я люблю тебя. — Он чмокнул Мию в губы и последовал вслед за Летти. Доминика доставили в госпиталь очень быстро и сразу же направили в операционную. Он стонал от боли, но старался держаться, хотя это было практически невозможно. Летти и Брайан ждали в коридоре, вскоре подъехал Роман, чтобы поддержать их. Операция шла около пяти часов, Летти не могла двигаться, просто сидела на одном месте и руки ее тряслись. Она молилась, чтобы ее возлюбленный был жив… Через какое-то время этого ужасного состояния неизвестности, вышел врач хирург. Лицо его было мрачным. — Что с ним?! — Летти сорвалась на крик. Нервы сдавали у всех. Вердикт был следующим — смещен нижний позвоночник, поврежден костный мозг. Он в очень тяжелом состоянии, но жить будет… — Он не сможет ходить. Есть очень маленький шанс поставить его на ноги, но это огромная работа. После операции нужна долгая реабилитация, занятия, а затем, после повторной операции, мы сможем точно сказать окончательное его состояние. — Ч-что… что значит не сможет ходить?.. — По щекам Летти потекли слезы, она упала на колени и зарыдала. — Есть шанс. Прошу вас, успокойтесь. — врач говорил спокойно. Если еще и он будет наводить панику — это не поможет. Брайан и Роман помогли Летти сесть на диван, принесли воды. Каждый был опечален этим… — Доминик… Доминик… — шептала Летти, сжимая в кулаке все ту же серебряную цепочку. — Эй, Летти, иди сюда. — Брайан обнял её и девушка разрыдалась. — Все будет хорошо. Мы ему поможем… Мы — семья.

***

Навестить Дома можно было только через пять дней, когда он пришел в себя и мог здраво мыслить. Операция на позвоночник на время избавила его от боли, страданий, но только физических… — Милый. — девушка ворвалась в палату первая. — Дом! — она села около кровати, рассматривая все его повреждения. Голова была перемотана, шрам на щеке, на руке и очень грустный взгляд. — Спасибо… что пришли. — тихо сказал он. Говорить пока было трудно. — Как ты, брат? — спросил Роман и Брайан. Сзади подошла Мия. — Доминик… ты как? — Лучше. Уже не так больно. — односложно ответил он и отвернулся. — Доминик… у тебя ничего не болит? — Немного болит спина и голова, но врач сказал, что это пройдет. Я уже могу шевелить пальцами, но рука пока отказывает. Летти старалась не плакать, но её глаза уже защипало от слез. Она подсела ближе к нему, целуя в щеку. — Все будет хорошо, правда, Дом. Мы всегда со всем справлялись, мы, вместе. Наша семья. — Не в этот раз. Не старайся, Летти. Я не смогу ходить, это очевидно. У меня отказали ноги, руки смогу поднимать только через месяц, я теперь просто овощ. Я благодарен вам, но такая жизнь — это мучение. — ответил он, не понимая, что ранит сердца своих близких. — Мы поможем! Дом… — Брайан подошел к нему. — Тебя выпишут уже скоро, мы будем верить в тебя и поставим на ноги. Эй, я ведь еще не сделал тебя! — Брайан усмехнулся, пытаясь поддержать друга, но вызвал лишь грустную ухмылку. — Да… да… — ответил Торетто. Вокруг него была вся семья, каждый пытался его развеселить и подбодрить, но он был занят другими мыслями. Теперь он — инвалид, такой мужчина не нужен Летти. Он даже не сможет защитить ее…

***

Прошла неделя. Чертова неделя очередных мучений. Его приехали забрать все, кроме Мии. Она была у врача на обследовании и никак не смогла приехать. — Так, все инструкции по уходу вы получили. Я повторю еще раз, хорошо? Главное — начните занятия через несколько недель, нельзя давать мышцам отдых, они могут атрофироваться. Особенно разрабатывайте руки. Вот эти лекарства — принимать при очень сильных болях. Побочный эффект -воздействуют на психику, это наркотическое средство, так что соблюдайте инструкцию. Каждый месяц будет обследование, а через шесть месяцев повторная операция, она всё решит. — лечащий врач улыбнулся, протягивая Летти все инструкции и медикаменты. Она была напряжена, не отходила от Доминика и была рядом каждую секунду. — Летти… — Да, Дом? — она подскочила и подошла к нему. — Ты уверена, что хочешь всего этого? Я всего лишь… — Не говори так! Я люблю тебя, люблю! Черт… — девушка отвернулась к окну и заплакала. Всю дорогу они ехали молча, Брайан вел машину бережно и вскоре подвез их к дому. — Можем собраться все на заднем дворе, как раньше, а, Дом? Будет классно, это отвлечет тебя. — Роман улыбнулся и хлопнул Торетто по плечу. — Я не хочу, спасибо. — парни помогли ему пересесть на инвалидное кресло. Он опустил глаза, до сих пор не принимая то, что он отныне обездвижен. — Эм, ну… может просто поболтаем? Выпьем пива, посмотрим фильм. — все оглянули Романа, Тэдж покачал головой, а Дом опустил взгляд на свои руки, у которых шевелились только пальцы. — Нет. Вы все устали, таскались со мной целыми днями. Лучше перенесем на выходные? Уже поздно. — Дом честно не хотел веселиться и проводить время с друзьями. Ему нужно было остаться одному. Семья понимала его и все, дружелюбно попрощавшись, разъехались по домам. С Торетто осталась только Летти. — Дом, хочешь есть? — Нет. — ответил он. — Ты целый день ничего не ел. — сказала девушка и села на стул перед ним. — Не хочу. — Это из-за того, что я буду кормить тебя? Мужчина замолчал, вздыхая. Он чувствовал себя ужасно, подавлено. Вся жизнь рухнула в один момент. Он просто хотел встать и пойти… но это было невозможно. Дом понимал, что Летти заботится о нем и волнуется, но он не мог признать, что даже поесть сам не сможет… Он так и не ответил ей, просто отъехал в другую комнату, устраиваясь около окна, выходящего на задний двор, к гаражу. Летти пришлось каждый день возиться с ним, она притащила вещи из комнаты сверху вниз, сделала спальню в гостевой комнате, чтобы Дому было удобно. Ночами, бывало, Доминик просыпался от кошмаров. Врачи переборщили с наркозом, да и сильные обезболивающие делали свое дело. Доминик вскакивал ночами от ужаса, метался по кровати, а Летти приходилось быть рядом, жалеть его и успокаивать. Так прошел месяц и даже каждый прием пищи был затруднительным. Она сидела около него каждую минуту, ухаживала, совсем не высыпалась и была очень нервной. Мия и Брайан, Тэдж, Роман, даже Хоббс заглядывали к ним несколько раз на неделе, но не устраивали больше совместных ужинов. Доминик не мог принять то, что друзья будут смотреть на то, как Летти кормит его. Его желание жить просто иссякло, даже его девушка уже не могла вдохновлять его. Каждый день был хуже предыдущего. Летти тихо плакала ночами в подушку и ей было противно от самой себя. Она понимала, что остыла к нему и боится даже быть рядом, потому что ей снова придется ухаживать, успокаивать и нервничать. Она просто не могла больше… Она устала от каждодневной каторги. И в один такой день, она просто тихо вошла в комнату, где сидел он. Девушка мечтала, что парень будет проявлять надежду, она пыталась его подбодрить — но он уходил от разговоров и был грустным и замкнутым. Это уже не могло продолжаться… Если бы они вместе хотели — они справились. Но она была бессильна. — Дом. — Летти, ты не могла бы принести мне воды? Пожалуйста. — Он выдавил из себя улыбку и повернулся к ней. Ее сердце на секунду сжалось, но она продолжила. — Доминик. — Что-то случилось? — сегодня он был в хорошем настроении и даже чаще улыбался. Позвоночник и голова уже не так болели, даже можно было снять повязку. — Я позвонила Мии, она обещала приехать. — А зачем? — Я… — Летти запнулась, а затем подошла к нему и положила на столик рядом его серебряный крест. Мужчина проследил за её движениями и поднял глаза. — Я так больше не могу. — шепнула она. Повисла тишина. В душу Доминика будто залезла холодная, когтистая лапа, вырывая все теплое и хорошее, что принесло это утро. Маленькую надежду уничтожили. Они молчали где-то несколько минут, затем Летти открыла рот и хотела продолжить, но он поднял один палец. — Я понимаю. — Он сказал это сквозь боль и разочарование. — Но Доминик… Прошу, пойми меня. Я буду рядом, честно, мне просто нужен отдых. Я устала. Устала от твоего пессимизма и желания умереть. Устала… — Отдых… — Он усмехнулся и перевел взгляд на хмурое, серое небо. — Я бы тоже хотел отдохнуть. — Доминик! — она закатила глаза и продолжила. — Я не могу так больше. Я люблю тебя, но мои нервы тоже не железные. — Уходи. — Прости… Я вернусь, но сейчас просто хочу побыть одна. — в глубине души она понимала, что хочет уехать надолго. Хочет построить свою жизнь сначала… — Уходи! — крикнул он, сжимая руку в кулак. — Пошла вон! — Он не выдержал. Просто не мог больше терпеть этого вранья. Обида заполняла его, а ещё и жалость к самому себе. Он даже руку поднять не может. Летти выдохнула и всхлипнула, собрала вещи и перед уходом положила телефон не столик, встроенный в кресло. — Прости меня. Он молчал. И она просто развернулась и ушла, забрав вещи и закрыв за собой дверь. Когда с улицы послышался рев двигателя, Доминик судорожно выдохнул и закрыл глаза. Обжигающие слезы покатались по его щекам, обрамляя лицо и капая на руки. Теперь у него ничего не осталось…