Любимый Штольман. Инь и Ян

      Анна уже собиралась домой, когда увидела чудесное сиренево –фиолетовое облачко, наполняющее комнату знакомым ароматом. –Вот, - услышала она за букетом голос Коробейникова. – Яков Платоныч Вам передали и кланяться велели.       - Ой, спасибо! – восторженно воскликнула Анна и , принимая букет, радостно чмокнула Антона Андреевича в щеку.        Она с упоением погрузила лицо в цветы. Вдыхая запах, Анна будто перенеслась в беззаботную юность. Вспомнила, как радостно они с мамой встречали папу на вокзале из его путешествий. Как делили лаванду, привезенную им, на небольшие букетики и ставили в разных комнатах.       Как она любила папу, его рассказы о восхождениях, о его друзьях, о загадочном и волшебном мире под названием горы!        И надо же! Яков вспомнил, как дороги ей эти непритязательные на вид, скромные цветы. Он собирал их для нее! Анна представила, как ее брутальный сыщик наклоняется и по одному срывает цветок за цветком. Он, такой суровый и неромантичный на первый взгляд! Как же она счастлива! Как же она соскучилась! Она хихикнула, вспомнив их разговор перед его отъездом. Чего только стоило это церемонное: «Как честный человек я обязан на Вас жениться!»        «Женитесь, Яков Платоныч! Женитесь и никуда Вы от меня теперь не денетесь! Как хорошо-о-о-о!»        Ну и где же он сам? Прислал адъютанта, а сам бегает по своим сыщицким делам? Это его она должна была чмокнуть в щечку. Ну как… Конечно, щечкой бы он не отделался! Даже если бы он и попытался натянуть на себя бронежилет невозмутимости, она б его так поцеловала, что дух захватило бы. Как долго она мечтала о прикосновениях этих губ, решительных, волевых и умопомрачительно чувственных.        Вздохнув, Анна оставила часть цветов в вазочке на своем столе и направилась к выходу.

О том, как лаванда появилась у Анны

      Яков летел на крыльях, вернее на колесах своей «ласточки». Пассажирское сиденье украшала охапка лаванды. Когда Анна в ресторане сказала, что отец всегда привозил с Кавказа лаванду, он, как мальчишка, готов был сорваться и тут же полететь за этим украшением гор. Неизбывная грусть, прозвучавшая в ее голосе, заставила ощутить просто болезненное желание защищать эту девушку от всего, оберегать . И вот, тогда еще недосягаемая красавица, сейчас давала ему такую возможность.        Зная, что у Анны прием заканчивается в шесть, он хотел приехать пораньше. Просто посидеть в приемной , может, услышать ее голос за дверью и с упоением ждать минуты, когда она выйдет и увидит это небольшое цветочное облако с чудным ароматом. Яков был уверен, что этим цветам она обрадуется больше, чем любому бриллианту.        Припарковав машину, он потянулся за цветами и мельком взглянул в боковое окно. То, что он увидел, заставило его снова вспомнить, что у него теперь есть сердце. Потому что место, где оно находилось, резанула острая боль. Забыв, как дышать, Яков в ярости рванул воротник.       Почти всю торцевую стену девятиэтажки, стоявшей напротив здания с офисом Анны, занимал ее портрет в обрамлении сиреневых роз. Вверху было написано огромными буквами: «Анна, я люблю Вас!» А под портретом: «Будьте моей женой!»       Просидев около получаса в ступоре, Яков, наконец, осознал, что нужно ретироваться, пока Анна не вышла и не увидела его, потерянного и раздавленного. Любые слова прозвучали бы сейчас, как надгробная речь. Достав телефон, он набрал номер Коробейникова.       - Антон Андреич! Будь другом, подъедь к офису Анны Викторовны.       По бесцветному голосу шефа и переходу на «ты» его верный Санчо Панса понял, что случилось что-то страшное. Примчавшись, он рванул дверцу машины, встревоженно вглядываясь в лицо начальника. Фу, слава Богу, не ранен!       - Яков Платоныч, что случилось?       - Все в порядке, - устало ответил Штольман.       Конечно, именно о полном порядке мог говорить покрытый испариной лоб, глубоко прорезавшиеся морщины вдоль щек и особенно взгляд. Тоскливый взгляд человека, который прощался с жизнью.       - Отнеси эту анти-моль Анне Викторовне и кланяйся от меня.       - А вы сами , Яков…- Коробейников не договорил, потому что тоже увидел портрет Анны.- Как же это, Яков Платоныч?       - Что как же? Часто цветы приходится носить?! Так и быть, в штатное расписание введу 0,25 ставки доставщика букетов, - вымученно пошутил Штольман.- Я домой.