Ты меня, я тебя

«Подпол» Карпов отчитывал своего проштрафившегося, опять, нового опера, Антошина, почти вплотную прижав его к простенку в своем кабинете. По долгу службы и по своей натуре Стас виртуозно владел многими методами и приемами морального и физического подавления людей и отлично в разбирался в человеческом материале. Антошин ему нравился – силен, ловок, не дурак подраться да и вообще далеко не дурак. Но не следует позволять кадрам зарываться, они должны быть послушными и приносить пользу. - Сколько раз говорить, ты сюда не играть в одной песочнице с Глухаревым пришел, а работать в моей команде, с моими людьми, у меня в подчинении. Еще раз вовремя не поступишь в мое распоряжение из-за того, что вы с твоей лысой подружкой какие-то свои дела в служебное время мутите, своими руками таких наваляю, до дома не дотащишь. Однако сейчас Карпов получал не ту реакцию, на которую рассчитывал. Его подчиненный, которому вовсе не были свойственны прогибы, сейчас был как-то подозрительно тих, едва ли не подавлен. Стас ожидал от парня знакомого насмешливого изгиба губ, вороха дерзостей и грозного взгляда в ответ на оскорбление друга детства, но тот стоял молча. Глаз не отводил, но и бунта не проявлял. Карпову это почему-то не понравилось, ему вообще не нравилось то, чего он не понимал, особенно если это касалось его людей. Что, парень привык к вольнице в службе ГАИ, а здесь все слишком круто? Слабаков не держим. Стас еще грознее надвинулся на Дэна, рыкнув исподлобья: - Надеюсь, больше повторять не придется? Тут не в школе, на второй год не оставляют. Дэн, обычно со здоровой долей презрения относившийся к тактике своего командира физически задавливать оппонентов, на этот раз сжал губы в полоску и отстранился. Невольно, всего на пару сантиметров, но Стас заметил. Решив добить парня, которому явно чуть не до дрожи нетерпелось оказаться подальше отсюда, он похлопал его по щеке: - Ладно, свободен, пока… - Дэн резко вывернулся и отошел на несколько шагов. В его глазах сверкнуло, наконец, подобие гнева. И чего-то еще. С ним явно что-то творилось – дерганый какой-то, свежие ссадины на лице и левой руке…Карпов проследил за ним и взглядом и усмехнулся: - Ты чего разволновался, Денис? Не пугайся, если я когда и говорил, что за проколы раком поставлю, так это фигурально. Опера между собой такими методами не пользуются, не наш профиль... - Сейчас я тебе для чего-нибудь нужен? – перебил Дэн. Этот день его порядком утомил, и Карпов со своим дерьмовым чувством юмора был только вишенкой на торте. Насмешливость исчезла из взгляда Карпова. Он ответил гораздо жестче: - Пока нет, свободен. Дэн развернулся, но Карпов внезапно окликнул: - Погоди. Проглотив готовое сорваться «чего тебе еще?», Денис стиснул кулаки и опять повернулся к начальнику. Тот сказал: - Ты не стесняйся, если что, обращайся за помощью. Невыгодно, знаешь ли, когда у твоих коллег проблемы, мешающие работе. Дэн неубедительно изобразил недоумение: - Хорошо, если будут такие, с которыми сам не справлюсь, обращусь. - Ладно, иди. И помни, о чем я тебя предупредил – на службе ты принадлежишь мне весь с потрохами. За это мы все имеем, и весьма неплохо. Как Карпов, наблюдавший за лицом Дэна, и ожидал, парня покоробило от его выбора слов. Из кабинета он выскочил так, словно за ним собаки гнались. С ним что-то не так, и это надо бы выяснить. Стас поднял телефон и набрал Юрца. - Зайди ко мне. Сейчас. Жду.