Рассвет

Первая мысль, пришедшая одному из правителей после ухода своего собеседника, звучала примерно так: «Это может быть очень опасно». Естественно, тот, кто уже не один десяток лет держит в своих руках львиную долю власти над судьбами многих и многих существ не может не осознавать все манящие перспективы от использования столь ценного актива, так и всех катастрофических последствий от неумелого и слишком жадного обращения с носителем подобных сил. Но все тайны, пускай и не целого мира, но хотя бы тех, кто стали его оппонентами на мировой арене в конкуренции за лучшее место под солнцем... Этого было бы более чем достаточно. Правда, особую актуальность в этом случае обретал вопрос о том, как сохранить собственные скелеты в своих стальных сейфах. Насколько великие возможности открывались, настолько же великие риски приходили дамокловым мечом над головой с ними. Хм, но разве к победе чаще других приходят не те, кто рискует? К тому же, кто сказал, что нужно сложить все яйца в одну корзину. Меры предосторожности никогда не были лишними. Стоит узнать, чем и как лучше всего привязать к своей младшей сестре столь полезного обращенного. Плавно и незаметно. Так, чтобы даже если все действия Владыки вскроются, то жертва всё равно не захотела уходить. И один из рычагов, позволяющих держать такого разумного при себе, уже был в руках демона, стараниями своего же собеседника. Как оказалось, слуга его сестры имеет три слабости, на которые можно давить: страх, жажда силы, основанная на страхе, и некая особь женского пола. Первый рычаг в виде страха было невозможно использовать извне, так как это липкое чувство было всецело порождением ума одного разумного и жизнеспособно оно было только в его разуме. Он сам давал пищу этому чувству, никогда не заставляя его испытывать хоть малейший голод. Этот страх будут преследовать его всегда. Люцифер давно не был маленьким наивным мальчиком, жизнь успела многому его научить, в частности прекрасно читать и чувствовать других. Его проницательность была действительно страшным оружием. Именно поэтому немолодой демон за короткие мгновение сумел увидеть и расшифровать то, что было скрыто даже от его собеседника, заглянув в корень самой проблемы. Прекрасно понимая, почему же молодой обращенный до ужаса боится одной вещи — далеко не призрачной возможности потерять остатки себя под грузом полученных от своих жертв даров или лучше назвать это трофеями. Без разницы. Суть одна. Неоформленное до конца сознание ребенка, не имея нерушимых столпов своей личности. То, что спасло бы его от любой эмоциональной встряски, столкнувшись с валом прожитых кем-то другим лет, было попросту уничтожено, разорвано в клочья. И так повторялось каждый раз стоило ему вкусить чьей-то крови. Едва ли ребенок сумел быстро научиться справляться со своими силами, наверняка позади остался не один десяток катаклизмов внутри хрупкого сознания, прежде чем оно пришло хоть в относительный порядок. Без твердой опоры невозможно устоять во время землетрясения. И такая опора нашлась — пропаганда внутрикланового вампирского мировоззрения заняла место фундамента, а уже после появилось то, что в итоге стало носить имя Гаспер Влади. Отсюда и столь дикая, яростная философия «Хищников и Жертв». Это стало броней от внешнего мира, под которой покоятся те остатки, что остались от некогда маленького вампира. И без подобной защиты тому вампиру просто не выжить. Да, вся нынешняя «личность» под именем Гаспер Влади не более чем защитный механизм. Идеальная защита, что будет подстраиваться под окружающий мир и агрессоров в этом мире. Самое же печальное в том, что в миг, когда подобный механизм будет сломан под грузом накопившихся противоречий внутри замкнутой системы ценностей, именно в тот миг тело обращенного навечно останется пустым куском мяса, внутри которого только пустота. Тот «внутренний» Гаспер будет уничтожен. «Внешний» же, как идеальный механизм противодействия, это прекрасно понимает, но ничего поделать не может, он изначально ущербный, а значит в момент, когда крепость разума падет, является лишь делом времени. И тут в зенит целей вступает вторая директива: «обрести силу», следующая сразу за паническим «защити!», ведь маленькие дети искренне верят, что сильным не страшно ничего. Алому Сатане было искренне жаль маленького мальчика, что стал жертвой собственной слишком большой для него силы. А ещё больше ему было жаль оттого, что он ничего не в силах изменить, чтобы помочь ему. Как же бывает зла судьба. Дать столь великую силу, столь много таланта и не дать шанса реализовать это. Гений, умерший ещё в детстве. Ну а как ещё назвать ребенка, что ни имея ни знаний, ни сил, ни умений смог сотворить с собственным разумом подобное, будучи, по сути, перемешанными ошметками своего сознания? Никак иначе. С совсем другой стороны, Алый от этого факта только вздохнул спокойней, ведь так в мире могло родиться ещё одно чудовище. Возможно, оно и к лучшему, что оно умерло так и не родившись? Что же, этот факт тут же уменьшал потенциальную угрозу от обращенного на несколько порядков. Одно дело взаимодействовать с разумным и творческим сознанием и совсем другое с набором командных директив, пускай и с огромным объемом всевозможных шаблонов. Всё просто приходило к обычному позиционному противостоянию завязанному на том, что противник выдохнется раньше. В чем очень поможет вторая слабость, или же вторая, из приоритетных директив. Сила. Будучи единственным доступным, а главное щедрым источником силы, Люцифер сможет в полной мере контролировать вампира. Главное только следить за двумя вещами: другими потенциальными источниками, не допуская их влияния на своего подопечного, и за шириной с интенсивностью того потока, которым он будет снабжать своего будущего информатора. О третий слабости же известно то, что она только есть и что ради её защиты «внешний» как и «внутренний» уже приняли решение уничтожить собственную расу. Подобное напомнило первому из четырех Владык Ада о самом себе, а так же о той, ради кого он был пойти против собственных друзей и соратников в случае нужны. Не зря же некогда Грейфия Люцифуг из раза в раз выходила сухой и невредимой из самых жарких боев гражданской войны, и в этом ей помогали отнюдь не только её прекрасные боевые навыки. «Да, пожалую я не буду торопиться, год или два не сыграют особой роли. Зато дадут достаточно времени, чтобы собрать как можно больше разнообразных сведений об этом вампире» Таково было решение Люцифера, принятое под давлением логических доводов полученных из собственных наблюдений. Как же жаль, что не всегда и не во всем логика имеет место быть. Иногда случается так, что она не только не полезна, но и откровенно вредна. В одном же из коридоров замка Гремори по длинном коридоре шло двое в совершенно противоположных направлениях. Лишь на секунду маленький мальчик и прекрасная женщина в униформе французской горничной ступили друг возле друга, мазнув по фигуре встречного безразлично быстрым взглядом. — Хм, так библейский бог мертв? Я был лучшего о нем мнения. Женщина совершенно не придала значению тому, что парой десятков секунд ранее совершенно случайно получила крохотную царапину. Оставив её на попечении естественной регенерации, такая малость уже через минуту пропадет бесследно, даже магию для такого применять позорно. После чего, благополучно забыв об этом, пошла дальше по своим делам. Но на каждую каплю крови найдется свой вампир, особенно на столь неожиданно вкусную и безмерно сытную кровь. Только опасно блеснувшие глаза во время того, как из-под верхней губы непроизвольно показались два острых, словно бритвы, клыка, показывали настроение юного телом полувампира.