3000 дней невиновности

Джинни Уизли искренне верила, что однажды она всё-таки придёт на еженедельное совещание их отдела вовремя. К сожалению, этот счастливый день оказался не сегодня. Всё началось с того, что Джинни проснулась не от звука своих радио-часов, играющих последний хит группы «Икар и Крылья» (сумасшедшую транс-песню под названием «Минотавр Микс», вызывающую у неё головную боль), а от звуков, которые издавали её соседи, занимающиеся громким и бурным сексом. Это могло означать только одно: Джинни проспала на сорок пять минут дольше, и ничто не спасёт её от чудовищного опоздания на еженедельное совещание, время начала которого, к несчастью, всегда оставалось неизменным. И, конечно, от осознания того, что у отвратительной коровы, живущей по соседству, кто-то есть, а у неё, Джинни, — нет, ей становилось ещё хуже. Потерпев фиаско в попытке одновременно помыть голову и почистить зубы, Джинни обнаружила, что, оказывается, последнюю порцию своих любимых хлопьев она съела ещё вчера утром. Довольствуясь безвкусной сухой булочкой с отрубями, оставшейся с незапамятных времен, она поспешно запихнула оставшиеся документы в сумку и, спотыкаясь, схватилась за ручку двери именно в тот момент, когда корова по соседству ударила чем-то в стену, разделявшую их квартиры, и закричала в оргазме. Долбаная корова! Джинни повстречала спешащего на работу Перси, когда они оба направлялись к общественным туалетам, служащим входом в Министерство Магии. — Тебе нужен новый будильник, — сказал он напыщенно. Джинни лишь традиционно закатила глаза, пристраиваясь в очередь следом за ним. — А тебе нужна новая девушка, — огрызнулась она перед тем, как смыть себя в вестибюль Министерства. — Твои слова меня ранят, — подчёркнуто драматично выдохнул Перси, а потом подмигнул и улыбнулся ей, когда они оба вошли в лифт. — Мама хочет собрать нас всех на ужин в субботу вечером, попросила меня всем сообщить. — Гарри тоже на нём будет? — поинтересовалась Джинни, скользя взглядом по этажам. — Да, но… — Тогда скажи ей, что я не смогу прийти, поскольку дорогой Гарри поручил мне следить за кем-то той ночью, так что я буду на дежурстве самое раннее до полуночи. Перси присвистнул. — Кто бы мог подумать, что Мальчик-Который-Выжил-Дважды окажется таким непомерно обидчивым? — Я могла бы с уверенностью это заявить ещё сто лет назад, — проворчала Джинни и, когда лифт, наконец, достиг её этажа, поспешно распрощалась с братом. Перси помахал ей, как только металлическая решётка лифта, звякнув, закрылась. И хотя Аврорат не был даже близко таким безумно занятым, как в пиковые годы Второй Войны против Тома Риддла, это ещё не означало, что у них не оставалось достаточно работы. Этим утром комната, где были расположены кабинки рядовых сотрудников, пустовала, поскольку все авроры находились на собрании, к которому Джинни должна была присоединиться ещё двадцать минут назад. Пройдя по лабиринту из столов, она бросила сумку на своё тесное рабочее место и влетела в дверь конференц-зала так чертовски ловко, что заставила бы дорогую Тонкс с гордостью усмехнуться. Гарри взглянул на неё поверх своих заметок, и его глаза замерли за стёклами очков. — Благодарю, что присоединились к нам, мисс Уизли, — обронил он, возвращаясь к своему докладу. Рон, стоявший справа от Гарри, бросил на Джинни сердитый взгляд, когда она плюхнулась на своё место в конце стола. Все эти обращения по фамилии у них с Гарри начались почти сразу после того, как Джинни порвала с ним примерно год назад. К тому же теперь Гарри следовал принципам Мы-Больше-Не-Живём-Вместе-Так-Что-Я-Не-Обязан-Относиться-К-Тебе-Хорошо и Ты-Не-Видишь-Ситуацию-С-Моей-Точки-Зрения-Значит-Получишь-Все-Паршивые-Задания. Любые надежды Джинни на то, что их разрыв пройдёт тихо и мирно, растаяли давным-давно, потому что Гарри оказался почти таким же нежным и чутким, как квиддичная команда «Сенненские Соколы» (1). А ещё почти все друзья и родственники Джинни были на его стороне, что и стало последним гвоздём в крышку гроба их отношений. — Давайте поздравим О'Коннелл, Джонсон и Вейн с успешным задержанием Яксли на прошлой неделе, — заметил Гарри со скучающим видом. Слабые аплодисменты послышались среди собравшихся авроров, Джинни заметила, что раздражение на лице Гарри усилилось: он, очевидно, хотел быть единственным, кому удалось поймать Пожирателя Смерти, в силу того, что миссия была грандиозным успехом для Министерства Магии и привлекла огромное внимание прессы и общественности. — Я говорил с Гермионой, судебное разбирательство над Яксли назначено в этом месяце, — продолжил Гарри. — Это, конечно, всего лишь формальность. Очевидно, что он будет приговорён к пожизненному заключению. — Меньшего он и не заслуживает, — мрачно добавил Рон, и Гарри косо ухмыльнулся в ответ на его слова. — Так и есть. Но у нас по-прежнему остаётся небольшая часть списка избежавших ареста, — напомнил Гарри, откладывая несколько пергаментов в сторону. — Есть какие-то новости по этому поводу? — Есть сведения, что кто-то похожий на Трэверса был замечен в составе туристической группы в Монастыре Инчмахоме (2) на прошлой неделе, — доложила Ромильда Вейн, её карие глаза сосредоточились на Гарри. — Он был один и пытался смешаться с группой магглов, — она фыркнула, — ключевое слово пытался. Гарри усмехнулся, сделав пометку в своём списке, который был покрыт неразборчивыми надписями и по большей части вычеркнутыми именами. Он впервые составил список Пожирателей Смерти и военных дезертиров вскоре после окончания курсов авроров, а спустя пять лет активной работы в Аврорате в нём осталось лишь несколько имён. — Так, вы с Долишем отправляйтесь в Шотландию, чтобы выяснить там всё. Доложите обстановку незамедлительно, если он будет замечен снова, — Гарри провёл пальцем вниз по своему списку, закусив нижнюю губу. — Остаются только Рабастан Лестрейндж и Драко Малфой. — Он поднял глаза от пергамента и посмотрел на авроров. — Серьёзно? Никто ничего не слышал о Драко Малфое? — Нигде ни слова, — ответил Чемберс. Гарри вздохнул и откинулся на спинку кресла: — Прочтите мне ещё раз отчёт о нём. Чемберс повернулся к Джинни, которая вдруг поняла, что она единственная имела всю информацию о низкоприоритетных делах. Она порылась в неряшливой стопке своих файлов и, наконец, отыскав папку, подписанную «Малфой, Драко», открыла её. — Последним, кто видел его, насколько мы можем судить, был Почти Безголовый Ник, — Джинни начала перечитывать чьи-то едва разборчивые заметки. — В Хогвартсе, утром после финальной битвы. Ник сообщил, что видел Малфоя, покинувшего Большой Зал и направлявшегося в подземелья Слизерина, потом он остановился, осмотрелся вокруг и зашагал прямо к выходу из замка. Это было восемь лет назад, никто не контактировал с ним и не видел его с тех пор. — Хм, это не совсем точно, — вмешалась Ромильда, изогнув бровь. — Кто-то видел молодого человека, подходящего под описание Малфоя, во Флоренции около шести лет назад. Однако, когда мы прибыли для расследования, то не нашли никаких следов его пребывания там. — Тогда, если уж точно придерживаться отчёта, его также якобы видели в Милане и Париже, — заявила Джинни немного резко, списывая раздражение на чувство голода: желудок требовал чего-то более существенного, чем чёрствая булочка. — Мы не знаем, был ли это именно он, поскольку наводки ни разу не подтвердились. Очень светлыми волосами обладают не только представители семейства Малфоев. — Зато они выделяются в толпе, — заметила Ромильда, изучая свои ногти. — Но Малфой не заслуживает активного первоочередного расследования, — вмешалась Анджелина, прежде чем Джинни смогла бы ляпнуть что-то, о чём потом пожалела бы. — За что он вообще находится в розыске? Подозрение в причастности к штурму, к которому он, вероятно, не имел никакого отношения? Кого это волнует, когда такие волшебники, как Трэверс и Лестрейндж, всё ещё на свободе? — Нас волнует его местонахождение, поскольку он тогда исчез, и уже это весьма подозрительно, — ответил Гарри, снова окидывая взглядом присутствующих. — Он сбежал от семьи и друзей. Оборвал контакты со всеми, кого знал. Невиновные люди так не поступают! — он собрал все свои пергаменты вместе и с усилием их разровнял. — Но Анджи права, мы не должны концентрироваться на Малфое. Рабастан Лестрейндж, однако… Двадцать минут спустя, когда собрание закончилось, и все начали выходить из конференц-зала, возвращаясь на рабочие места, Гарри остановил Джинни, не дав ей сделать и пары шагов к выходу. — Джин, прости, я был так груб ранее, — сказал он, не встречаясь с ней взглядом. — Просто ты всегда опаздываешь на собрания, и… — Ты имел полное право, Гарри, — ответила она, прижимая папки к груди. — Это всё будильник, он не может меня разбудить так же просто, как старый. — То есть, как мой будильник, — поправил он, глядя на неё победоносно. — Возможно, тебе стоит… — Я не перееду назад только для того, чтобы просыпаться на работу вовремя, — фыркнула Джинни. После чего, извинившись, обошла вокруг Гарри и направилась к своему рабочему месту. Рон уже дожидался её там, сидя на краешке стола, когда Джинни покинула конференц-зал. — Почему ты сегодня утром опоздала? — спросил он, скрестив руки на груди. — Интервью «Ведуний» по ВРВ (3), не могла его пропустить. Брови Рона взлетели вверх: — Что? Джинни, ты не можешь… — Я проспала, ясно? — она достала резинку для волос из верхнего ящика стола и собрала свои непослушные локоны на затылке. — Я проснулась от звуков моих совокупляющихся соседей, и день просто пошёл под откос. Глаза её брата метнулись к приоткрытой двери в кабинет Гарри, а затем обратно к ней, и Рон наклонился ближе: — Джин, — начал он умоляюще, — ты не можешь хотя бы попытаться выслушать его? Дать ему второй шанс? Постараться быть вежливой с ним, по крайней мере? Он — мой лучший друг… — А ты — мой брат, — рявкнула Джинни. — Уже год прошёл с момента нашего разрыва, и вообще, у меня куча работы. Или ты ещё что-то хотел сказать? Плечи Рона сникли, и он быстро встал. — Да, э-э… подготовь документы на волшебника, использовавшего экспериментальные тёмные проклятия, которого мы поймали вчера. Они должны быть на моём столе к вечеру, так что я смогу сразу отправить их Гермионе, чтобы мне больше не пришлось спать на диване. — Да, конечно, — кивнула ему Джинни, слегка улыбнувшись. Рон развернулся и направился к собственному кабинету, который находился через один от кабинета Гарри. На протяжении всего утра авроры приходили и уходили, отвечая на вызовы начальства и Отдела Правопорядка, составляя следственные отчёты и допрашивая свидетелей. Джинни вздохнула, глядя на гордо шествующих в алых мантиях авроров, особенно на Ромильду Вейн, которая наверняка знала, насколько шикарно выглядит в своей облегающей форме. Что касается Джинни, то здесь не было ни одного задания, нуждающегося в её внимании, ни одного человека для допроса, только стопки документов и бланков. После того, как она проработала аврором на протяжении пяти лет, Джинни была более чем уверена, что ненавидит свою работу. Даже до того, как они с Гарри разошлись и получали заманчивые задания направо и налево, у неё не было ни энтузиазма к тому, что она делает, ни наслаждения от хорошо выполненной работы в конце дня. Когда Джинни закончила седьмой год обучения в Хогвартсе, по уши влюблённая в Гарри и счастливая, что он вернулся, то безоговорочно последовала за ним в Программу Подготовки Авроров, когда Гарри решил, что это именно то, чем он хочет заниматься. Это выглядело как идеальный план: они были бы вместе всё время и развивали бы свои отношения. Джинни, наивно ослеплённая своими чувствами к нему, даже не понимала до конца, что это была только его мечта — стать аврором — не её. Чем она в действительности хотела заниматься, так это пройти отбор в квиддичную команду, не важно, национальную или местную, любая бы подошла. У Оливера Вуда в команде был зловредный охотник три года назад, так что он регулярно появлялся в Аврорате с докладами о его поведении и потенциальными выводами о возможных инцидентах. Оливер обязательно останавливался возле стола Джинни во время каждого визита, и они непременно разговаривали о новостях лиги и игроках. Печально, но это были самые яркие моменты её работы, а тот факт, что Вуда признавали Самым Завидным Женихом по версии «Ведьмополитена» четыре года подряд, был, конечно же, лишь дополнительным бонусом. Обед не наступал слишком долго. В момент, когда настенные часы пробили полдень, Джинни вскочила со своего места и почти бегом направилась в столовую Министерства на свою регулярную встречу за ланчем с Перси. Он ждал её за их традиционным столом рядом с одним из фальшивых окон, из которых открывался магически зачарованный вид на панораму города. — Гарри даже не накричал на тебя, правда? — поинтересовался Перси, как только они приступили к обеду. Джинни усмехнулась: — Мама надрала бы ему уши, если бы он вздумал вопить, и ты об этом прекрасно знаешь. Он огрызнулся на меня, но позже даже извинился за это. Всё ещё пытается снова залезть ко мне в трусики. Перси закатил глаза. — Отношения строятся на чём-то намного большем, чем простое соитие, — чопорно заметил он. — Необходимо иметь основу из доверия и взаимного уважения, а также… — И если ты закончишь предложение, то это окажется у тебя на голове, — прервала его Джинни, угрожающе взяв в руку чашку с томатным соусом. — Достаточно того, что Рон и Гермиона изо дня в день давят на меня всё сильнее, пытаясь заставить нас с Гарри снова сойтись, словно забота о Хьюго и Роуз недостаточно изнурительное занятие для них. — Ладно, извини, — сдался Перси. — Я должен был это сказать в любом случае. Это действительно сработало для меня и Пенни. В жопу солидарность. Джинни грустно улыбнулась. — Ох, хотела бы я, чтобы Фред был здесь и слышал, как ты говоришь «жопа». Он гордился бы тобой. — Уверен, он и не предполагал, что мне знакомо это слово, — кивнул Перси. — Он наверняка был бы приятно удивлён моим словарным запасом. — Ты имеешь в виду «соитие»? Я думала, большинство людей называют это просто… — Не будь грубой, — сказал Перси, задирая нос. — Я не хочу потерять аппетит от мыслей о том, как моя маленькая сестрёнка распутничает. — Сколько раз ты перечитывал словарь? — Замолчи и ешь свой обед. ________________________________________ (1) «Сенненские соколы» (англ. Falmouth Falcons) — британская команда по квиддичу. Игроки носят тёмно-серую с белым униформу с головой сокола на груди. Девиз клуба: «Давайте выиграем, а если не выйдет, давайте проломим пару голов». «Соколы» известны грубой игрой. Такая репутация закрепилась за ними, благодаря всемирно известным защитникам, Кевину и Карлу Броудмоорам, выступавшим за клуб с 1958 по 1969 год. Поведение братьев вынуждало Министерство Магии, а в частности Отдел магических игр и спорта налагать запрет на их участие в играх на какое-то определённое время выступать, как минимум, четырнадцать раз. (2) Монастырь Инчмахоме расположен на Инчмахоме («Inch» означает остров), крупнейшем из трёх островов в центре Ментейт, недалеко от Аберфойл, Шотландия. (3) ВРВ — Волшебное Радиовещание.