3000 дней невиновности

Количество листов в папке с делом Драко за ночь увеличилось практически вдвое: Джинни свиток за свитком заполняла его своими теориями и интерпретациями загадочных слов Джона. В итоге, она вывела четыре важных факта, которые ей удалось собрать из тех крох информации, что Джон подбросил ей. Первое: у Драко случались спонтанные проявления неконтролируемой магии. Его магия не пропала от недостатка использования или какого-то рода подавления, он по-прежнему оставался волшебником. Второе: У Драко, как Джинни и предполагала, действительно была амнезия, и он на самом деле понятия не имел, кто она такая. Третье: ей совершенно точно следовало выяснить, каким образом Драко дошёл от Хогвартса до Лондона, превратился из известного чистокровного мага — в незначительного маггла, да ещё и так, что никто за всё это время не раскрыл его. И четвёртое: Джон Палмер определённо знал, что она — ведьма. Джинни отчаянно ругала себя за последнее. Следующим вечером ей удалось ввернуть мучивший её вопрос в разговор с Перси, который зашёл спросить совета по поводу подарка ко дню рождения для своей девушки Триши. — Ты серьёзно, Джин? — переспросил Перси, неверяще приподняв брови. — Тони Блэр — маггловский премьер-министр, он занял этот пост незадолго до смерти Дамблдора. Я встречался с ним несколько раз на официальных ужинах с Министром Магии, он вполне добродушный малый — ты действительно понятия не имела, кто он? — Извини, но это как-то ни разу не всплыло в разговоре, — буркнула в ответ Джинни, хотя прекрасно осознавала, что на этом она серьёзно прокололась. Джон Палмер либо сам был волшебником, либо состоял в контакте с кем-то из магического мира. Это вполне очевидно. Джинни корила себя, что не обратила на него внимания, впервые встретив его у О'Нилла — так же, как и Драко, его зачастую затмевали выходки их третьего соседа — Саймона Кинкейда. Джон вполне вероятно мог сотворить небольшое заклинание прямо у неё под носом, а она бы даже не заметила, ослеплённая юмором Саймона и Драко… Ну, да одним лишь фактом присутствия Драко. Учитывая происходящее, Джинни уже бы даже не удивилась, окажись и Саймон волшебником. По крайней мере, это легко бы объяснило, почему Драко жилось так комфортно в их компании. Однако это было последним, над чем Джинни стоило задумываться прямо сейчас, учитывая, что дело Драко и так обрастало всё новыми и новыми фактами, словно набирающая скорость лавина — снегом. Значит, Джон знал, что она ведьма, несомненно, ведь она облажалась, так и не выполнив свою долбанную домашнюю работу и не выучив толком ничего действительно важного о магглах, кроме статистики грёбаного футбольного клуба «Вест Хэм». Интересно, он уже забил тревогу? Стоит ли в любую секунду ожидать телефонного звонка от Драко, обзывающего её фриком? И почему они должны отправиться именно в Брайтон, чтобы Драко рассказал ей свою историю? Что такого там находится? Или, скорее, кто? Дядя Джона тоже, видимо, был каким-то образом причастен ко всей этой истории, но как именно, было пока неясно… Джинни опустила голову на сложенные на столе руки, раздражённо вздохнув. «Второстепенной важности, чтоб его», — злобно подумала она. Статус второстепенной важности получали те дела, за которые, согласно собственной аврорской градации Гарри, мог взяться любой сотрудник в любое время. Такие дела обычно оказывались скоротечными и нудными, а разрешались предельно просто. Исходя из всего, что Джинни узнала предыдущим вечером, это дело грозило вылиться в полнейшую катастрофу. И стать таким, над которым должны в полную силу корпеть три опытных аврора, а не один гуру бумажной работы, который даже не в почёте у главы отдела. Если Гарри что-то в этом роде заподозрит, то, как пить дать, тут же решит снять её с этого дела. Поэтому, как только Джинни осознала, что ситуация с Малфоем стала куда серьёзнее, чем кто бы то ни было мог предположить, то пришла к выводу, что стоит вести себя, словно ничего из ряда вон выходящего не происходит, и продолжать работать в обычном ритме. Конечно, Гарри вряд ли бы заметил какие-то изменения, даже если бы она не стала притворяться, ведь Ромильда таки позвала его на свидание и в последние дни эти двое едва ли замечали хоть что-то происходящее вокруг них. Но, несмотря на всё это, чем больше Джинни узнавала о Драко, тем обширнее становился арсенал фактов, которые она в будущем сможет предоставить в суде. Так ведь? После того разговора на пробежке Джона Джинни решила чаще появляться на работе, чтобы успешно избегать встреч с ним, пока не придёт к точным выводам на его счёт. В первый же день, как она явилась в Аврорат, Гарри, увидев её, сразу же схватил её чуть выше локтя и повёл в свой кабинет, прикрыв за ними дверь и запечатав заклинанием. — Ничего себе, ты снова со мной разговариваешь? — спросила Джинни беззлобно. — Тебя снова приглашают посетить Малфой-Мэнор, — заявил он, не вдаваясь в детали. — Ну, тогда, я полагаю, Нарцисса явно видела статьи в «Пророке». Ты же знаешь, что я немногое могу добавить к тому, что она наверняка уже успела прочесть в газете. Как бы сильно мы ни ненавидели Скитер, но эта зараза сумела в своей последней статье раскрыть все известные нам факты. Гарри закатил глаза. — Так помоги мне, Джинни, если у тебя нет совершенно никаких новостей, которые ты могла бы рассказать им о сыне… — Погоди, им? — уточнила Джинни, и холодок неожиданно пробежал по её спине. — Но в июне я виделась только с Нарциссой. — Ну, на этот раз ты определённо увидишь и Люциуса, — Гарри поудобнее устроился на стуле за своим рабочим столом. — Насколько я знаю, Нарцисса сейчас слишком слаба, чтобы покидать дом, и он постоянно находится рядом с ней. Джинни нервно передёрнула плечами. — Люциус Малфой — главная причина, по которой меня мучили жуткие кошмары о Томе Риддле на протяжении почти семи лет, — выдохнула она. — Я не хочу видеться с ним. — Я уже позаботился об этом, — кивнул Гарри. — Гермиона сварила специальное успокаивающее зелье для тебя, примешь его перед визитом в поместье Малфоев. — Как только Джинни открыла рот, чтобы возразить, Гарри махнул рукой, призывая её умерить свой пыл. — Пожертвование, Джинни. Министерство остро нуждается в деньгах. Тебе следует безропотно выполнить это задание, уже хотя бы потому, что ты до сих пор не поймала Драко. Джинни разозлилась, волком взглянув на него. — Я из кожи вон лезла, чтобы его найти, — прошипела она, — и если ты не можешь… — У меня назначена встреча с начальником отдела магических игр и спорта через пять минут, — заявил Гарри, игнорируя её последнюю реплику и поднимаясь из-за стола. — Любимый чокнутый фанат Оливера Вуда снова принялся за старое, мне пора. Джинни скрестила руки на груди. — Я думала, отношения с Ромильдой Вейн пойдут тебе на пользу, но ты всё тот же упрямый кретин, каким всегда и был. Гарри сузил глаза. — Моя личная жизнь больше тебя не касается, забыла? Ты выглядела очень уверенно, когда говорила мне об этом. — И я не устаю благодарить Мерлина, что рассталась с тобой при первом удобном случае. Это просто-таки удача! — не дожидаясь, пока Поттер найдёт, что возразить, Джинни выскользнула из его кабинета. К счастью, Нарцисса назначила встречу на обед пятницы, так что это не создало никаких препятствий для запланированной поездки в Брайтон с Драко. Джинни почти преодолела все свои опасения насчёт неминуемого столкновения с Люциусом Малфоем, но всё же положила в карман приготовленное Гермионой успокаивающее зелье и выпила его, едва пройдя сквозь ворота Малфой-Мэнора. Белоснежный павлин, не мигая, следил за ней взглядом, пока Джинни шла от ворот к входу в поместье. Тот же крохотный домовой эльф, что встречал её и в прошлый раз, открыл входную дверь, однако сегодня они поднялись по ступеням и прошли мимо портретов сердито выглядевших предков Малфоев, знаменитых волшебников и ведьм. Всё поместье казалось непривычно тихим, опустевшим, как будто никто не жил и не двигался в нём, за исключением Джинни и её проводника. — Куда мы направляемся? — спросила она. — Господин и госпожа обедают в покоях госпожи, — ответил эльф своим писклявым голоском. — Госпожа чувствует себя не очень хорошо. Наконец они подошли к высоким белоснежным двойным дверям, украшенным витиеватой резьбой: переплетающаяся лоза с деликатными листочками вверху и по краям, проработанными настолько детально, что они выглядели почти как настоящие. Домовой эльф постучал в дверь, и глубокий мужской голос ответил, разрешая войти. Эльф распахнул двери и поклонился, Джинни следом за ним направилась в комнату. Никто из Малфоев не поднялся, когда она вошла. Нарцисса сидела в мягком кресле, её ноги были укрыты множеством пледов и покрывал. Рядом с ней в таком же мягком кресле восседал Люциус, облачённый во всё чёрное, одна из его бледных ладоней сжимала руку жены. Взгляд его глаз, таких же, как и у Драко, стал жёстким и твёрдым, почти повелевающим, когда он посмотрел на Джинни. Сама же комната была такой же помпезной, как и всё в поместье, но выполненная в оттенках фиолетового, создавала мягкую и умиротворяющую атмосферу. — Мисс Уизли, — голос Нарциссы, как и всегда, звучал ровно и вежливо, хотя на этот раз чуть хрипло и довольно слабо. — Мы так рады, что сегодня вы смогли присоединиться к нам за обедом. — Спасибо за приглашение, — ответила Джинни. Как бы там ни было, а успокаивающее зелье работало отменно. Пожалуй, ей никогда прежде не доводилось присутствовать на обедах вроде этого. Когда домовой эльф явился с подносом в руках, расставив тарелки перед каждым из присутствующих, и они принялись за еду, Люциус ни разу не заговорил и не даже не посмотрел в сторону Джинни, зато Нарцисса оживлённо старалась поддерживать непринуждённую беседу. Хотя темы для разговора были более чем бессмысленны: погода, недавние браки, благотворительная деятельность леди Малфой в Организации Сирот Войны. Джинни казалось, словно в этой комнате время остановилось. А ещё складывалось впечатление, что Люциус тщательно фильтровал корреспонденцию и содержимое печатных изданий перед тем, как они попадали в руки его жены. Когда тарелки, наконец, были убраны несколькими домовыми эльфами, и нормальный цвет вернулся на непривычно бледное лицо Нарциссы, они перешли к делу. — Я читала газеты, мисс Уизли, — произнесла миссис Малфой, сложив руки на коленях. — Они говорят, что Драко был найден. Сердце Джинни пропустило удар. — Да, был, — кивнула она. — Я знаю, где он находится. Люциус закрыл глаза и наклонил голову, прежде чем повернуться к жене; Джинни заметила, как он сжал её ладонь. Маленькая улыбка появилась на бледных губах Нарциссы. — Это самые великолепные новости, — выдохнула она. — Я так боялась, что это окажется просто очередной гадкой сплетней из тех, что эта Скитер обожает публиковать… — Моя бы воля, она бы вылетела с работы в мгновение ока, — выплюнул отрывисто Люциус. — Эти небылицы, которые она писала о Драко… — Прошу тебя, дорогой, успокойся, — мягко произнесла Нарцисса. — Эта новость — повод для радости, а не для огорчений. Что конкретно вам удалось выяснить, мисс Уизли? — Я видела его несколько раз… — Как он выглядел? — тут же уточнила Нарцисса, впервые нотки тревоги зазвучали в её голосе. Джинни едва проглотила ставший в горле ком. — Прекрасно, — как можно мягче произнесла она. — Он здоров, и о нём заботятся. Люциус поднёс руку Нарциссы к своим губам и горячо поцеловал, когда усталый вздох сорвался с её губ. — Ты слышал, дорогой? — произнесла Нарцисса, её глаза блестели от едва сдерживаемых слёз. — Наш мальчик в безопасности. У него всё прекрасно. — Мы знали, что так и будет, — прошептал Люциус. Джинни понимала, что стала свидетелем очень личного момента, и смущённо заёрзала в своём кресле. — Когда вы его видели? Где он? — спросила Нарцисса, когда Малфои снова вернули себе самообладание. — Согласно моим данным, он находится в Лондоне, — ответила Джинни. — Именно здесь он был чаще всего замечен. Я ещё не вышла с ним на контакт, поскольку его трудно застать одного, но… — Трудно застать одного? — уточнил Люциус, нахмурившись. — И с кем же он зачастую проводит время? Джинни замялась на мгновение. — С магглами, — прошептала она и невольно отшатнулась, заметив выражения отвращения на лицах обоих Малфоев. — Ну… Я не уверена до конца… Но у меня есть основания полагать, что один из них — волшебник, но я просто пока не… — Когда он вернётся к нам? — перебила её Нарцисса. — Я хочу увидеть его. Как скоро вы сможете доставить его сюда? — Я… Я не знаю, — пробормотала Джинни, заламывая руки, — мы должны строго следовать Министерскому протоколу во всех делах, связанных с подобными преступлениями… — Вы доставите его к нам, мисс Уизли, — уверенно заявила Нарцисса, кивая своим словам. — Как только вы поймаете его, арестуете, или что там вы должны сделать… — тон её голоса явно демонстрировал отношение ко всем обвинениям, выдвинутым Драко. — Вы приведёте его сюда, и мы увидим его. Люциус позже обсудит с вами, что надо сделать для надлежащей защиты нашего сына, у нас есть семейный адвокат, к услугам которого мы уже прибегали в прошлом. Джинни кивнула. — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы вы смогли увидеться с ним как можно скорее, — сказала она. — Какие именно обвинения выдвинуты против него? — не церемонясь, спросил Люциус. — Как вы считаете, ему грозит тюремное заключение? Джинни открыла было рот, чтобы ответить правдиво, — рассказать им, что Перси думает о грозящем Драко сроке в Азкабане, даже несмотря на то, совершил ли тот предписанные ему преступления или нет, — но вдруг перехватила взгляд Люциуса. Он приподнял светлую бровь, едва заметно, и покачал головой. Этот жест очень сильно напомнил ей Драко, и Джинни проглотила уже готовые сорваться с языка слова. — Я не могу точно предугадать, каким будет решение суда, — произнесла она ровно. — Но всё выглядит предельно просто, миссис Малфой. Так что совершенно не стоит переживать по этому поводу. И только после того, как Джинни попрощалась с Нарциссой, и Люциус предложил проводить её до двери, она выпалила все подлинные факты, какими они были на самом деле. — От десяти до пятнадцати лет в Азкабане, — прямо заявила она. — Публичное слушание сделает из него козла отпущения за все грехи семьи, и ему не видать милосердия. — Вы не скажете Нарцииссе ни слова об этом, — сказал Люциус. — Ей нельзя волноваться о чём-то настолько серьёзном. — Конечно, я буду молчать, — кивнула Джинни. Он открыл входную дверь, и Джинни ступила на дорожку, ведущую к воротам. — Верните домой нашего сына, — сказал Люциус так, словно отдавал ей распоряжение. Джинни успела сделать лишь пару шагов по залитой солнцем дорожке, когда он захлопнул дверь за её спиной.