Раскиданные судьбы

      Покинула остров новоиспеченная команда вполне удачно, без проблем… Ага, как же! Только Блэкки способна назвать орду дозорных «не проблемой», а поспешное отплытие, что чуть не превратилось в катастрофу, — удачей.       Тео тихо стоял в сторонке, стараясь не вмешиваться в творящийся на палубе скандал. А вот Акай сдерживался, чтобы не покалечить свою ненаглядную подругу детства. Убить он её не убьет, по старой памяти, но за разыгранное давеча представление, инвалидность — не самое страшное наказание. Блэкки же спокойно отсиживалась на своей заднице и скучающе кивала на каждое замечания парня, иногда вымямливая «Ага» или «Конечно». Она не боялась, ведь девушка предусмотрительно устроилась у фальшборта, чтобы в случае чего были пути отступления. В конце концов, у Блэкки было больше преимуществ в воде, ибо от разгневанного Акая хрен свалишь со всеми конечностями, даже если ты жутко быстрый и ловкий. А в воде был шанс. Мизерный, но все же.       — Ну сколько можно? Сколько можно вести себя так? — возмущался штурман.       Акай метался туда-сюда перед носом черноволосой. Это нехитрое упражнение было необходимо для того, чтобы разгневанный русоволосый мог излить свою энергию хоть куда-нибудь, только не в безжалостное истребление свеженькой, только со столярного станка мебели.       — Как «так»? — без какого-либо зазрения совести проговорила девушка, как заводная игрушка двигающая головой влево-вправо в старании уследить за передвижениями друга. (Ну да, нужно, же знать, когда в воду пора сигануть.)       — Так, как ты себя ведешь! — Акай на секунду остановился прямо перед Блэкки, та напряглась, но расслабилась, когда русоволосый продолжил свои «хождения» по палубе. — Необдуманно и постоянно проблемы нормальным людям доставляешь! (П.А.: Ха, найти бы ещё тех нормальных людей)       — Ну, зато со мной не скучно! — нашлась черноволосая. — Да и польза от меня есть. Вон. Деньги зарабатываю время от времени, да и помогала. Да, Тео?       Рыжеволосый, только услышав свое имя, подскочил на месте, а по его спине пробежала многомиллионная армия мурашек.       — Не-не-не! Я не при делах, — поднял руки доктор. — Это ваши личные разборки! Я же просто наблюдаю.       Ну да, наблюдает он. Что ещё остается делать, когда ещё в начале этого спора он попытался растолкать обоих в свои углы ринга. Но те ни в какую. Терпение, знаете ли, тоже имеет свойство лопаться.       — А подслушивать и подсматривать некрасиво, — отозвалась черноволосая.       — Да от вас нигде на корабле не скрыться, везде слышно!       — Так, Блэкки, не отвлекайся, пока я тебя отчитываю! — подал голос Акай. — Эй, ты слышишь?       — Слышу-слышу, — буркнула девушка. — Всё я слышу, но только не пойму, чего ты хочешь-то от меня.       Акай застыл. Действительно, чего он хотел? Образумить? Успокоить? Приструнить? Нет, ничего из этого не было целью парня. В первую очередь потому, что образумить, успокоить и приструнить Блэкки очень сложно. Уж кто-кто, а он точно это знал.       — Хочу, чтобы ты хоть немного думала об ответственности за свои поступки, — нашелся штурман. Именно этого он и хотел добиться. Хотя бы этого…       — У меня для этого есть ты, — заметила девушка. — Ты — моя совесть. Вон, как пилишь.       — Да за тебя же, Шира, я и переживаю!       — Акай, и после этого ты говоришь, что ты мне не старший брат?       Парень запнулся.       — Так-то! — Блэкки хихикнула и, подскочив к другу, чмокнула его в щеку, а потом ускакала прочь, напевая себе под нос какую-то веселую песенку.       Парни проводили девушку взглядом, пока та не скрылась за дверью.       — Как всегда, — вздохнул Акай, присаживаясь на деревянный пол.       — Блэкки такая Блэкки, — пожал плечами Тео, присаживаясь рядом со штурманом.       Акай слабо улыбнулся и посмотрел на голубое небо. Голубым оно почти перестало быть и понемногу превращалось в оранжевое у горизонта на западе и темное на востоке. Вечер. Закат. Вот понемногу и подходит к концу длинный и без сомнений тяжелый день. День был наполнен событиями и не был скуп на приключения и погони. Да и новые встречи, новые знакомства принес. Мда.       А ещё троица наконец вышла в море. Точнее «наконец» для Блэкки и очень неожиданно для Акая. Русоволосый пусть и был штурманом, весьма профессиональным, но не ожидал он, что его навыки потребуются так быстро. Он только утром прибыл на Биг Сэил в поисках команды. Заселился в гостиницу…       — Твою мать! — неожиданно выругался Акай. Он подскочил на месте и обернулся к темному горизонту. Еще не так давно там, на востоке, можно было разглядеть очертания недавно покинутого троицей острова. Сейчас же там не было даже намеков на сушу.       — Что такое? — спохватился Тео, тоже подняв свою тушку с палубы.       — Мои вещи… — полушёпотом проговорил штурман. — Они остались в гостинице!       — Упс…

***

      После минуты паники (самое интересное, что паниковал Тео, а не хозяин вещей), было решено выяснить, чего именно лишился штурман из-за своей забывчивости и ускоренного побега. Вещи, а точнее большая дорожная сумка Акая, действительно остались на острове. Это правда. Но ничего особо ценного или важного там не было. В основном одежда и пара книг. Меч, верное оружие парня, спокойно болтался в ножнах на поясе. А деньги и прочая полезная мелочёвка, вроде компаса и многих блокнотиков с различными профессиональными и не только заметками, оказались в том рюкзачке, что Акай таскал с собой.       — Ну, не все так плохо, как могло бы быть, — заключил русоволосый. — Но одежду жалко. Да и книжки интересные были.       — Ну, книжки и у нас есть, — протянул доктор, — а одежда…       Тео мог одолжить что-нибудь из своих вещей, но вряд ли они подошли бы Акаю. Все из-за того, что штурман был почти на голову выше доктора. Да и в плечах русоволосый был шире.       — Может на следующем острове купим? — предложил Тео.       — Кстати, на счет этого, наверное стоит обсудить курс, — заметил Акай. — В конце концов всё так сумбурно получилось, мало ли, вдруг мы не только про мои вещи забыли, но и про что-нибудь более важное.       Так и начались посиделки с картами. Блэкки, что всё равно без дела носилась по кораблю, поставили на ночное дежурство. Девушка сразу согласилась и с грацией мартышки вскарабкалось на грот-мачту. Ну, а парни обложились картами, лампами и некоторыми справочниками об островах в данном секторе. Время прокладывать курс до Реверс Маунтин. Это пока был последний пункт в предстоящем пути. Напрямую плыть конечно не собирались, хотя до входа на Гранд Лайн был относительно недалеко. Для начала нужно было действительно запастись провизией и закупить вещи. Пусть Тео и старался, рассчитывал все возможные траты, его выводы оказались всё равно бесполезны с появлением нового члена экипажа. Головой об стену он биться не стал, чтобы не уронить свой авторитет в глазах нового товарища, но слезу пустил, когда осознал, что надо пересматривать все расчеты.       Ближе к полуночи трасса была завершена, и Акай вздохнул спокойно. Тео посмотрел на тоненькую кривую, отмеченную на карте и проходящую через два пятнышка-острова, и потянулся. Русоволосый тоже посмотрел на свою работу и свернул карту.       — Наверное стоит обрадовать нашего капитана, — с усмешкой заметил Акай. — Блэкки наверное ждет не дождется, как на Гранд Лайн попадет.       — Угу, — кивнул доктор, но когда штурман уже собирался встать, чтобы воплотить свои намерения в реальность, спросил: — Слушай, а почему ты иногда Блэкки называешь по-другому?       — Ты про то, как я её Широй называл? — ответил вопросом на вопрос парень, а когда рыжеволосый кивнул, продолжил: — Так это её настоящее имя. Разве она не говорила?       — Настоящее имя? А как же «Блэкки»?       — «Блэкки» — это прозвище, что мы ещё в приюте придумали, — спокойно ответил Акай, сворачивая карту.       — В приюте? — продолжал удивляться Рыжик.       — Ну да, — флегматично пожал плечами русоволосый, а потом уже на лице штурмана появилось удивление. — Стоп, так ты что, реально не знал?

***

      Акаю не нравилось в здании приюта — слишком шумно. И в основном шумели далеко не дети, а взрослые. Кричали, ругались, иногда спорили между собой. Им явно не нравилось присматривать за кучкой беспризорников. Так что и сам приют Акай тоже не любил, как и воспитателей. Как можно любить тех людей, что не любят тебя? Никак. Это были просто люди, алчные взрослые, которые содержали приют ради денег. Откуда в приют приходили деньги? Все просто. Люди, которым действительно было не наплевать на сирот, жертвовали некоторое суммы. Были крупные ремесленники и торговцы, что почти регулярно поддерживали финансами. Но и это был не основной источник доходов. Основным был труд, детский труд. Но никто в городе, конечно, этого не знал, ведь приют находился далеко за чертой города, и редко кто его посещал. А специально для этих посетителей разыгрывался спектакль под названием «Мы друг друга любим и обожаем до потери пульса». Не справился с ролью — на день остался без еды в темном подвале. И как можно любить этот приют? Любить его можно только со знаком «минус».       Конечно, эта неприязнь не распространялась на детей, что росли вместе с Акаем. Это и была семья мальчика, самые близкие люди. Они заботились друг о друге, поддерживали. Детям пришлось быстро повзрослеть. А ведь младшему было всего пять лет, а старшему не было даже десяти. Акаю же было семь лет. Семь лет, а он почти перестал улыбаться…       По небольшой, почти заросшей тропинке, мальчик шел по лесу. Тропинка ведет к побережью, к морю — самое то, чтобы успокоится и отдохнуть. Да и вид там открывается действительно великолепный. Высокий утес, возвышающийся над скалистым побережьем и голубоватое море, тянущееся до самого горизонта. Тёмные скалы, такие мощные и великие. И конечно же волны, спокойные, не высокие, точащие камни скал.       Да и лес тоже успокаивал. Этот лесок — самое тихое и спокойное место на острове. Глухой, заросший кустарниками и вьюнами. Почти никто сюда из города не ходит, только дровосеки по долгу работы сюда заглядывают. Но это на другой стороне леса, а здесь не слышно даже звука топоров.       Под громкие трели лестных птиц и приглушенный шум прибоя Акай вышагивал по тропинке. Даже по сторонам не оглядывался — задумался о чем-то своём.       — Привет! — раздался громкий девичий голос.       Акай подпрыгнул на месте и чуть с ног не свалился. Прямо перед ним вниз головой висела девочка. Она, зацепившись ногами за низко склоненную ветку дуба, свисала над тропой, а руки свободно болтались внизу.       — Привет! — повторила незнакомка, а потом, скрестила руки на груди и с подозрением посмотрела на мальчика. — Или ты глухой? — Совершенно без какой-либо злобы или оскорбления проговорила она.       — Нет, я тебя слышу, — Акай взял себя в руки. — И глухой бы тебе не ответил на подобный вопрос.       — Слышишь, так чего не отвечаешь? — девочка наклонила голову в бок. Точнее, в её положении, приподняла её.       Мальчик всё ещё не понимал, что происходит, а потому снова промолчал, собираясь с мыслями.       — Ну вот, опять замолчал, — возмущенно проворчала непоседа, тыкая пальцем в Акая. А так как расстояние между детьми было не таким уж и большим, палец девочки почти доставал до кончика носа мальца. — Учти, я уже знаю, что ты не глухой.       — Я не молчу, а думаю, — заметил мальчик.       — Зачем? — голова черноволосой вновь отклонилась в сторону.       И снова тишина. Птички пели, лес шумел, а Акай молчал. Просто молчал или обдумывал ответ — девочка так понять и не могла.       — Это полезно, — наконец произнес Акай.       — А-а-а! — протянула девочка, задумчиво почесывая подбородок. — Теперь ясно.       Собеседники снова замолчали. На сей раз о чем-то задумалась черноволосая, а Акай лишь пытался изучить незнакомку, вспоминая, где он уже видел эти черные волосы.       — Стоп, так ты же та новенькая, что сегодня в приют поступила! — наконец вспомнил мальчик.       Почему-то сложно было узнать лицо, когда оно было перевернуто.       — Хе-хе, да, это я! Минутку…       Девочка подтянулась к ногам вверх, а потом обрушилась на тропинку перед Акаем, поднимая клубы сухой пыли. Затем она вскочила с земли, быстро отряхнула желтый сарафанчик от песка и протянула руку мальчику:       — Меня зовут Шира.       — Акай, — мальчик неуверенно протянул руку, а вот девочка вполне твердо пожала её.       — Очень приятно познакомиться! — отрапортовала черноволосая, будто заученный текст, но с чувством проговаривала каждое слово.       Заполучив свою конечность обратно, мальчик смерил взглядом девчонку.       — Почему ты не осталась со старшими? Они должны были за тобой присматривать.       — Мне стало скучно, — пожала плечами Шира. — И я сбежала.       Акай вновь окинул взглядом девочку. Мелкая, как ростом, так и возрастом, по виду на пару лет младше самого паренька. Золотисто-янтарными глазами Шира всматривалась в глаза Акая, пытаясь докопаться до самой его души. И это не было жутко, как могло бы показаться. Это было… приятно?       — И-и часто тебе становится скучно? — Акай постарался отвлечься, отвести взгляд.       — Ну-у, — девочка запустила руку в свои черные короткие кудряшки. — Бывает иногда.       «Тяжело тебе придется…» — заметил мальчик. Но только в мыслях, вслух произносить он этого не стал. Точнее даже не хотел. Наверное, чтобы не расстраивать новенькую. Или, может, не хотелось расстраивать самого себя. Сейчас, когда вокруг такая красота и спокойствие, умиротворение одним словом, вовсе приют вспоминать желания не было. А ещё эта Шира… Она странная и ведет себя странно. По крайней мере очень необычно, особенно для малолетнего ребенка, что уже в сознательном возрасте попал в приют. Как минимум она должна пребывать в шоке или хоть каком-нибудь недоумении. А эта девчонка ведет себя так, будто ничего особенного и не происходило. Скачет туда-сюда, улыбается яркому солнышку. И как будто ничего и не произошло.       — Слуша-ай, — протянула Шира, сделав шаг вперед. Она подошла почти вплотную к Акаю и снова всматривалась в темно-зеленые глаза паренька. Даже на носочки встала, чтобы хоть немного компенсировать разницу в росте.       — Ч-что такое? — опешил Акай.       — А куда ты шел? — классическим любознательным тоном поинтересовалась девочка.       — К морю…       — К морю?! — глаза черноволосой загорелись. — Я с тобой!       — Но… — попытка возразить удачей не завершилась.       — Море! — радостный девичий визг разлетелся на всю округу. Сама Шира скакала вокруг мальчика, как игривый щенок вокруг хозяина. Был бы у нее хвост, она бы им точно виляла.       Акай в недоумении наблюдал за непоседой. Сколько эмоций от одного слова? Это прямо какой-то сгусток позитива, заключенный в оболочку маленькой смуглокожей девчонки. Что с этим делать? Похоже, только смириться.       Акай вздохнул:       — Ладно, Шира, пошли, — сказал он. — Исполню работу старших и присмотрю за тобой.       — Ура!       Обрадованная девочка сделала ещё круг вокруг парнишки и поскакала вперед по тропинке. (П.Б.: ага, круг почёта, вокруг жертвы…) Акай лишь проследил за ней взглядом.       — Во дает… — мальчик тронулся вслед за Широй, а его лицо тронула улыбка.

***

      — Так, — карта легла на палубу между троицей друзей и тарелками с наспех приготовленным завтраком. — У нас на пути будет две остановки. Здесь, на Имрено, и здесь, на Кавире, — палец Акая указала на два острова, что проходили под четкой черной чертой проложенного штурманом маршрута. — Тео, придержи, пожалуйста, край.       Рыжеволосый доктор огляделся по сторонам и нашел бутылку, что тут же использовал не по назначению — в качестве папье маше.       — Спасибо.       — Фоп! — возразила Блэкки, разжевывая кусок жаренного мяса, возможно слишком передержанного на сковороде. — Фо еф мы не фрафу на Хранд Лан попфлывем?       Парни синхронно обернулись и на мгновение замолчали, пытаясь преобразовать чавкающие звуки Блэкки в нормальные человеческие слова. Немного подвисли, пока их внутренний переводчик не справится со своей задачей.       — Да, прежде чем соваться на непредсказуемый и опасный Гранд Лайн, нам нужно кое-что подготовить и самим приготовиться, — объяснил Тео.       — Или ты хочешь неподготовленная сразу туда отправиться? — поинтересовался Акай.       — Ну да, — утвердительно кивнула черноволосая.       — Можно было и не спрашивать, — вздохнул штурман, посмотрев на своего безбашенного капитана. — В любом случае, прежде чем добраться до Риверс Маунтин, нам надо зайти в два порта.       — И фо? — Блэкки продолжала уплетать за обе щеки свой завтрак.       — И то, что тебе придется вести себя тихо. Как мышка.       — Эфо хах? — девушка склонила голову набок и даже жевать на время прекратила.       Акай вновь вздохнул, более печально, чем в прошлый раз:       — Так, похоже наш капитан не знает такого слова… Это немного усложняет дело.       — Да… кха-кха… Знаю я это слово! — возразила девушка. — Я ж не такая уж и глупая. Но почему тихо-то? Что я сделала-то такого?       — Ты наверное забыла, что учудила на Биг Сэил, — ухмыльнулся Тео, отправляя себе в рот кусочек криво нарезанного помидора.       — А что…       — Не смей! — всполошился штурман. — Не смей говорить о том, что ты ничего не делала!       — Но…       — Семьдесят пять миллионов белли — это не «ничего», — ехидно заметил доктор. — Как и толпа пиратов, громящая город, как и толпа дозорных, занимающаяся тем же самым.       — Ну вот, они сами город и разнесли, я-то тут не причем.       — Не прибедняйся, — буркнул Тео, — Ты тоже хорошо поработала над новой архитектурой торговой площади, да и других улиц, которым «повезло» подпирать твои великие сандалии.       — Это босоножки, — обиженно поправила парня черноволосая.       — Так, не отклоняемся от темы, — подал голос Акай, обращая внимание собеседников на карту. — И от трассы тоже не отклоняемся.       — Следить за курсом обязанность штурмана, — мудро изрекла Блэкки, поднимая палец к небу.       — С таким капитаном курс может хаотично меняться и без желания штурмана.       Блэкки поспешила перейти в оборону:       — А что я? Я ничего!       Тео не сдержался и засмеялся в голос. До этого момента его приступы нездорового кашля привлекали косые взгляды Акая. Был бы тут ещё один врач, его бы этот кашель заинтересовал, в профессиональном плане.       — Так, успокаиваемся, — эти слова предназначались как черноволосой, так и доктору.       Конечно, на Блэкки никакого воздействия это не произвело, а вот Тео честно попытался приструнить свой организм, но на это потребовалось больше времени, чем ожидалось.       — В общем, до Имрено мы доберемся за день, — продолжил Акай, когда доктор наконец смог нормально дышать. — Но мы сделаем остановку ночью, а утром войдем в порт. Таким образом мы успеем больше и, если повезет, уже к закату вновь отправимся в море. Понятно?       Тео знал про этот план, так что кивать не стал. В конце концов это была его идея заглянуть на этот остров, что, в принципе, ничем особым не славился. Так, торговый городок, тягаться с Майрамом ему рановато. Но и дозорных там поменьше, самое то для Блэкки, что уже успела взбаламутить базу Дозора на Биг Сэил.       — День? Так это не так уж долго, — пожала плечами девушка. — А яблочки там есть?

***

      Этой ночью дежурить остался Тео. Блэкки пусть и была тем ещё энергетиком (П.А.: Рэд Бул, блин. П.Б.: на ножках), ей тоже нужно было время от времени отправляться в царство Морфея. А ведь эта девчонка любила поспать. Завалится на свое ложе и спит пол дня к ряду. Зато потом энергия прет, как от батарейки: не заткнешь, не успокоишь.       А чего стоила только каюта капитана, которую Блэкки под себя перестроила. Стол и стул стояли в дальнем углу и почти не использовались по назначению. Да и вообще в своей каюте черноволосая времени почти не проводила, лишь спала. Причем даже не на кровати. Блэкки стащила матрац на пол и затолкала его в угол каюты, накидала одеял и спит. И хорошо ей на полу. «Уютно», — говорит.       Впрочем Тео тоже «упростил» свое спальное место. Из кровати, что была в кабинете доктора, парень перебрался в гамак. «Уютно», — думает. Так что в вопросах комфорта Тео с Блэкки спорить бы не стал — сам не лучше.       И вот он, доктор, завернувшись в плед, сидит, оперевшись на мачту. На ту самую, разноцветную, что одна из первых пострадала от креативности Блэкки. Так же новую расцветку получил бушприт, бортик и лестница. У Тео были явные опасения, что это далеко не конец.       Блэкки вообще не любила одинаковость и обыденность, как могла старалась разнообразить свою жизнь и жизнь окружающих, даже не спрашивая у них одобрения. Тео это знал, успел заметить. Но что он ещё знал об этой девушке? Парень задумался (на ночном дежурстве есть время хорошенько подумать). На самом деле ничего такого Тео о Блэкки и не знал. Только свои наблюдения и пара рассказов Акая. Сама черноволосая о своей персоне не особо распространялась, только игра вопрос-ответ в самом начале их знакомства более менее была информативной. А так Тео даже о настоящем имени Блэкки не знал, пока штурман не появился. Но в то же время Блэкки явно не старалась скрыть что-то, просто ничего не говорила.       Обвинять своего капитана в скрытности Тео не собирался. В конце концов он был не лучше. Тоже не особо распространялся насчет своих целей и жизни вообще.       — Что, бдишь на посту?       Акай появился неожиданно, вышел из темноты ночи. В руках он держал две кружки. В скудном свете луны было видно, как над чашками поднимается еле заметный белый пар.       — Ну, а как же? Я на дежурстве, как-никак, — усмехнулся парень. — А сам чего не спишь?       Штурман протянул одну из чашек рыжеволосому. Тот с благодарностью принял.       — Не могу заснуть, — Акай присел рядом с доктором.       — Свежим воздухом пришёл вздохнуть?       — Вроде того.       Доктор заглянул в чашку. Содержимое оказалось крепко заваренным чаем. Тео, как истинный чаеголик, позаботился о том, чтобы его любимый напиток был на борту.       — Слушай, Акай, меня вот вопрос интересует один, — неуверенно начал рыжеволосый.       — Дай угадаю: насчет Блэкки, да? — улыбнулся парень.       Тео тоже улыбнулся, его мысли явно были как открытая книга для проницательного штурмана.       — Ты прав. Надо же мне знать, какой человек мой капитан.       — Ты прав. Но, — штурман отпил из чашки, поморщился из-за чрезмерно горячего напитка и продолжил: — Блэкки есть Блэкки, как ты раньше заметил. Она редко притворяется, редко обманывает, редко что-то скрывает. По сути, то, что ты видишь каждый день, и есть настоящая Блэкки. Ну, по крайней мере, я её именно такой и помню.       — Вы ведь долгое время жили вместе, росли в одном приюте, на одном острове, так? — после некоторой паузы спросил Тео.       Акай еле заметно кивнул. Он снова попытался отпить из своей кружки, но перед этим не забыл подуть.       — Тогда почему она три года была сама по себе? Что-то случилось?       — Случилось, да. Но задолго до того, как мы разошлись каждый по своему пути. Просто каждый из нас, детей, решил исполнить своё самое заветное желание. А чтобы исполнить мечту, нельзя стоять на месте, нужно идти вперед.

***

      Свежий влажный ветер дул с моря, разбавляя раскаленный и пыльный воздух города. День был в самом разгаре, а солнце уже успело подняться в зенит. В порту, как обычно, кипела работа. Город тоже жил, люди куда-то спешили, занимались своими делами. А у причалов стояли корабли. Большие и малые парусники ждали своей очереди вернуться в море. А один «счастливчик» уже покинул порт и теперь, медленно гонимый ветром, спешил к горизонту. Провожающие уже ушли с причала, только парочка подростков, девушка и парень, остались и продолжали махать.       — Ну, вот, остались только мы, — лучезарно улыбнулась Шира, оборачиваясь к своему спутнику. — Но и тебе же в пора уплывать, верно Акай?       Ещё раз кинув взгляд на уже изрядно отдалившийся парусник, русоволосый посмотрел в глаза подруги.       — Да, мне тоже скоро отправляться, — с легкой грустью в голосе проговорил он. — Ты точно сама тут справишься?       — Справлюсь, куда мне деться!       — Все равно. Мне как-то…       — Неспокойно? — поинтересовалась черноволосая девушка. — Так тебе и должно быть неспокойно. Всем сейчас беспокойно. Даже мне. Ведь сколько лет прошло, сколько лет мы были друг с другом, а сейчас все расходимся, как… как… как в море корабли! — Шира подняла палец. — Ха. Надо же, как тут к месту данное сравнение.       Парочка покинула причал. Шира шла чуть впереди. Заложив руки за спину, девушка делала легкие большие шаги, высоко поднимая ноги. Будто маршировала, но по факту просто баловалась. Как всегда. Акай же шел чуть позади своей подруги. И вид у него был задумчивым. И думал он явно не о приятных вещах.       — А если мы потом больше никогда не увидимся? — наконец высказал свои опасения парень.       Девушка остановилась. Акай тоже. Он стоял и всматривался в её спину. Разумом он понимал, что Шира, малышка Блэкки, вряд ли сумеет решить такую проблему. Но душой верил, что только она и способна справиться с этим.       — Не увидимся, говоришь? — черноволосая не оборачивалась. Она задрала голову к небу, а потом пожала плечами. — Да, вполне возможно.       — Но…       Быстро, как маленький зверек, девушка подскочила к Акаю. Она улыбалась. Встав вплотную к парню, она поднялась на носочки. За десять лет разница в росте стала ещё более заметной. Потому ладошки черноволосой легли на щеки Акая.       — Мы встретимся, ясно? Мы семья, и каждый из нас дал обещание, что исполнит свою мечту, добьется своего и, пусть и через года, но мы все встретимся вновь! — Шира притянула Акая к себе. Золотистые глаза гипнотизировали, завораживали, успокаивали. Будто по мановению руки, все страхи просто исчезли, утонули в этих янтарных озерах. А потом она, черноволосая, засмеялась. Просто засмеялась. Ярко, живо, совершено искренне, как только Шира умеет. Ну и как теперь волноваться-то?       — Да и вообще, — девушка отступила на шаг назад, возвращая русоволосому пареньку свободу, — поздно ты эту тему поднял. Все уже ехали, — последние слова она произнесла с еле заметной печалью.       — Не все. Мы с тобой ещё остались, — тихо заметил Акай, а потом вдохнул побольше воздуха в грудь и спросил: — Поплывешь со мной?       Шира пораженно застыла, а потом вновь расхохоталась.       — Ох, и что стало с нашим дорогим Акаем, таким серьезным ворчуном? — девушка похлопала парня по плечу. — Куда делся тот паренек, что хотел избавиться от моей компании в самом начале нашего знакомства?       Акай тоже улыбнулся. Он действительно крайне привязался к вечно заводной и шустрой девчонке с черными кудряшками. Волосы Ширы с годами росли, как росла и привязанность Акая. И говорить об этом вслух смысла не было, ведь Шира это знала. Да и сама она не могла отрицать того факта, что привыкла к русоволосому, да и ко всем в приюте. Но нельзя всю жизнь прожить на одном месте, бок о бок, как бы этого не хотелось. Нужно двигаться вперед.       — А ты сама когда уплываешь? — отдалился от темы Акай, понимая, что плыть ему все равно придётся одному.       — Пока не знаю, — Шира пожала плечами. — Дождусь новых хозяев и тоже отправлюсь. В конце концов мне надо убедиться, что наш дом уходит в хорошие руки.       А потом оба замолчали. Ушли в свои мысли. Им обоим было что сказать, причем много чего они могли друг другу сказать. Но нужно ли произносить эти слова?.. Нет, не нужно…       — Мне пора, — неожиданно сказал русоволосый. — Корабль скоро отходит. Раз уж мы так серьезно настроены, то не хотелось бы его упустить.       Шира кивнула, не убирая с лица улыбку, а затем полезла в карман и достала оттуда длинную красную ленточку.       — Смотри, — серьезно сказала девушка и показательно, так, чтобы Акай тоже мог видеть, повязала эту ленту себе на руку. — Чтобы ты меня смог узнать, когда мы вновь встретимся. Я каждому сказала, что буду носить эту ленту до тех пор, пока с каждым лично не увижусь снова. И тебе сейчас об этом говорю.       — Даешь обещание? — улыбнулся Акай.       — Скорее даю зарок.       — А ты уверенна, что одной ленты будет достаточно? — усмехнулся парень.       — Думаешь, будет недостаточно? Тогда может волосы покрасить? — Шира по подергала кончик черных волос. — В красный.       — Эй, я же пошутил…       Но русоволосого уже не слышали.       — Или будет достаточно только пары прядок…       — Челку покрась, раз так уж загорелась…       А вот эти слова мимо ушей черноволосой не прошли, а плотно засели в голове девушки.       — Вот! Вот за что я тебя и люблю, Акаюшка, за смекалку! — в который раз за многие годы Шира снова повисла на плечах парня.       — И я тебя люблю, только слезь, а? — Акай попытался стряхнуть с себя лишний груз, но ничего не вышло. Второй раз тоже не получилось. Цепкая была Шира, даже плоскогубцами вряд ли отдерешь. — Я ж на корабль опоздаю.       — Ладно-ладно.       Рыбка-прилипала отцепилась от своей жертвы, отскочила в сторону и сделала несколько кружков вокруг своей оси.       — Провожать тебя?       — Думаю, не стоит. Расплачешься ещё на эмоциях, — усмехнулся Акай.       — Кто ещё плакать из нас будет! — хихикнула девушка.       А потом они снова замолчали.       — Ну, что? Прощай? — Акай посмотрел в золотистые глаза подруги.       — Неа, — Шира махнула головой. — Правильно будет сказать «Увидимся». Увидимся, Акай!       — Увидимся, Шира, — а потом парень помотал головой. — Нет, не так. Увидимся, Блэкки!

***

      — Да, тяжко тебе пришлось, — хмыкнул Тео, допив свою порцию чая. — Вижу, она и раньше была не лучше.       — Да, тебе тоже нелегко пришлось, — в тон парню ответил русоволосый. — Подумать только, обокрасть пиратов, купить на эти деньги корабль и его в порядок привести.       — Ну да, впервые чем-то подобным занимаюсь. Я-то доктор, а тут примерил на себя ещё пару ролей. Причем весьма неожиданно. Но не могу отрицать, что это был интересный опыт.       — Продолжишь с Блэкки крутиться, ещё парочку ролей примеришь, — наигранным угрожающим тоном проговорил Акай.       — На то и расчет!       А где-то наверху, над головами парочки друзей, в тени мачты и парусов, пристроилась девичья фигура. Улыбаясь, она вертела в руках красную ленту. Зарок, да? Что же, надо довести всё до конца, раз уж взялась.