В поисках ключа
7 мая 2017 г., 19:02
Есть немало тех, кто видя свет за очертанием всевышних очей, Взывает вверх и ждёт ответ среди Святых Икон, лампад и свечей. Но сколько их ушло в себя, и потеряло разум в вечной мольбе. Одной из них могла быть я, но я ищу свой ключ от двери к себе.
В нашем городе всегда полдень. В соседнем ночь. Еще один застрял в сумерках. Чтобы не происходило ничего не меняется. Никто не стареет. Никто не умирает. Никто не растёт. Почти ничего не меняется. Каждый в той или иной степени чувствует мир за границами, как он меняется и живёт. Эмоции тонкой прокладки между нами и свободой. Тонкой, но непреодолимой. Мы постепенно сходим с ума от ненависти к тем, кто отнял у нас жизни и заточил здесь. Тут в мире где нет ни жизни, ни смерти. В мире где ничего не меняется. Почти ничего. С каждым новым городом, деревней, посёлком, домиком из глуши. С каждой новой душой. Наша ненависть… растёт и меняется в той или иной степени меняя каждого. Среди моего города жила одна старая ведьма… И теперь я тут вместо неё. Ни памяти. Ни знания языка, но… никто не заметил подмены.Когда не чувствуешь ни голода, ни жажды, а в окне застыла вечность, а общая ненависть связывает надёжней любви — любые чужие причуды и странности не вызывают агрессии. Хотя, наверное, мне просто повезло с соседями. У них были боги, в которых они продолжали верить и чьим заветам следовали, а потому соседи видели перед собой всё ту же старушку, немного сошедшую с ума. Мы жили на отшибе, но видимо, им было с кем сравнивать. Видимо, в том, чтобы учить кого-то было что-то хорошее. В том, чтобы выслушивать мои истерики. В том, чтобы слушать мои бредни. Ведьму звали Кшин и оно не имело никакого особого смысла. Просто она была Кшин. Раньше к этим звукам добавляли Знающая, пока перестали добавлять вовсе. Меня называют Не Знающей* Кхин. Потому, что я ничего не знаю. Ни имён, ни лиц, ни названия родного города и страны, в которой жила до появления тут. «Страна»… в языке, который я учу нет эквивалента подобного слова. Просто нет. Записи той, что была до меня на незнакомом языке. Без его знания у меня нет шансов вырваться на свободу. — Мысли твои… о чем они Не Знающая Кхин? — Хочу сызнова прозвище своё получить. — Зачем? — Узнавать и учить, то что учили и узнавали другие это то, что приносит мне перемены и может хоть ненадолго их принести другим. Это место могло бы быть раем, но было не им.Кажется, я уже немного сошла с ума.
***Я ищу свой ключ от двери к себе. Я ищу свой ключ от двери к себе. Я ищу свой ключ от двери к себе.
— … Ненависть убивает. Убивает разум. Чувства. Сомнения. Противоположность ненависти — любовь. Она созидает. Творит новые мысли, эмоции, чувства, сомнения. Ненависть делает дух острым и твёрдым, любовь — мягким и податливым. Чтобы сохранить разум нужна любовь… — вещаю я, глядя на искаженные лица людей в одного из старейших городов. Это не первый мой разговор в нём. Не первая попытка уговорить кого-то из них меня начать учить. Я не уверенна в том, что они понимают мои слова. Я не уверенна в том, что это имеет хоть какой-то смысл, как и сочетание звуков: «кхин». Я не уверенна в том, что меня могут услышать те, в ком не осталось ничего кроме ненависти. Я говорю. Цепляюсь за чужие руки. Бросаюсь под ноги. Кричу на площадях и с крыш. И добиваюсь того, чего добивалась. — Кхтоххх….Тхыыы… Ессссххт… — спрашивает изменённым горлом житель города. — Не Знающая Кхин. — Кха’ахрин Кхрин, — коверкая слова моего языка повторяет житель города. — Ка Раин Кхин, — поправляю я его. — Ха’харин Кин, — выдаёт мой… учитель? *** — С каждым новым городом у нас отбирают всё больше и больше. Никакие тайные знания не способны этого изменить. Когда только появился самый первый город люди просто не могли навсегда умереть, возрождаясь с каждым восходом солнца. Были разные времена, но могу сказать одно сопротивление и попытки освободится приводят к ужесточению мер, — отвечает один из моих учителей на вопрос. — Ненависть всё что нужно от нас, пока мы ненавидим никто нас не трогает и ничего не меняет. — Но это же не выход. — По крайней мере когда отсутствует разум отсутствует и осознание. Не было бы ничего, что мы бы не попытались сделать. — А разве… — Однажды ты поймёшь, что из этой ловушки нет выхода. — Для любви нет преград. Любовь исцеляет. И… — он гладит меня по седой голове как несмышлёного ребёнка. Он знает то, что пока я не в силах постичь. Однажды, я смогу понять даже его. Сумею. *** Сглатываю. Голод, Жажда и Похоть готовы разорвать меня изнутри. Суровая плата за несколько десятков душ, сумевших выскользнуть из ловушки. Никто не стареет. Никто не умирает. Время застыло. Новеньким сейчас хуже всего. — Равнение на позитив, — говорю, начиная хохотать и мысленно обращаюсь к каждому из своих сподвижников. — Знаю, что после этой битвы мало кто из нас сможет сохранить разум. Мы не можем предотвратить то, что твориться, так возглавим же это безумие! ***Есть немало тех, кто знает код для расширения пространства борьбы — Стремится вверх, бежит вперед — через траву, кристаллы или грибы. Но сколько их ушло в себя, и потеряло разум в вечной борьбе. Одной из них могла быть я, но я ищу свой ключ от двери к себе!
Ни верха. Ни низа. Ни света. Ни тьмы. Ничто. Одиночество. Пустота. Пустота? Я знаю, что не одна. Я знаю, что так или иначе со временем пленников становиться всё больше и больше. Знаю. Ненависть, кажется, единственное что может принести хоть какое-то облегчение. Стать новым способом существования. Тогда снова появятся города. Снова будет светить солнце. Новый день не на ступит, но я снова смогу пройти по улочкам города под полуденным солнцем. Будет свет. Будет тьма. Нужно всего лишь ненавидеть. Яростно. Неистово. Всей душой. Из этой ловушки нет выхода. Пришло моё время, и я поняла это. Моё время пришло… Ни верха. Ни низа. Ничто. Одиночество. Одиночество? ***День сменяется ночью. Ночь сменяется днём.
Я просовываю руку в дырку в груди не исчезнувшую с рассветом. Рассматриваю когтистую конечность. Иду на новую охоту.День сменяется ночью. Ночь сменяется днём.
Кровь и чужие крики приносят хоть какое-то облегчение.День сменяется ночью. Ночь сменяется днём.
Но есть ли в этом облегчении хоть какой-то смысл?День сменяется ночью. Ночь сменяется днём.
Замираю с занесённой над головой лапой.День сменяется ночью. Ночь сменяется днём.
Есть ли хоть какой-то смысл в покорной ненависти? *** — Ты заново начинаешь этот путь. — В который раз. — Ты знаешь к чему это всё приведёт. — Знаю. — Выхода нет. — Для любви нет преград. — Ты всё еще в это веришь? — Нет, я просто еще не знаю какого верить в это по-настоящему. — Больше никто не поверит тебе. Я позабочусь об этом. — Еще посмотрим. ***Я ищу свой ключ от двери к себе. Я ищу свой ключ от двери к себе. Я ищу свой ключ от двери к себе. Выход к небесам, ключ к своей двери, каждый ищет сам у себя внутри.
Каждый камень небольшой площадки пропитан любовью самой себе. Дикой. Неистовой. Всеобъемлющей и оглушающей. Она стала ключом к свободе для Знающей Кхин, но кто-то после этого сменил замок. И больше через эту дверь на волю не выскользнуть. Нужно нечто большее. Больше любви? Камни тают, трещать и обращаются в пыль. Я обращаю свою любовь во вне. Вспоминаю каждого знакомого из этой темницы. Души вспыхивают в пустоте, наливаются неистовым светом. Вырываются на волю безудержным потоком. Я остаюсь. Опустошенная. Слабая. Жалкая.Но не одна.
Моей любви к себе направленной на других оказалось недостаточно. Я всё еще не умею любить. *** Воздух с хрупом вырывается из горла. В этом огромном лабиринте закон один: не сожрёшь ты — сожрут тебя. Все жрут, становясь с каждым сожранным сильней и сильней. Почти все. Но как же нас мало. Как же мало тех кто не все! Подныриваю под когти, делаю отчаянный рывок и обнимаю изуродованного ненавистью жителя лабиринта. Разделяю с ним его боль. Его многочисленные пасти вцепляются в мое тело. Силы стремительно покидают меня. Прижимаюсь крепче. Разделяю боль каждой души в теле жителя лабиринта. — Люблю… Ослепительный свет на миг вспыхивает в лабиринте. Я падаю на пол. Плачу. Радость и горе сплетаются во мне едва не заставляя выть от отчаянья. Любить и Терять — Больно. Каждый раз приходиться заново собирать себя по кусочкам, порою просыпаясь в чьём-то желудке. *** Я обнимаю одного из новеньких, появление которых в последнее время стало редкостью. Пытаюсь разделить с ним его боль и отшатываюсь в ужасе. — Ты… ты… из рода людей, что обрёк всех нас на эти муки… — произношу я. — Тебя отправили сюда чтобы исправить ошибку в оружии изнутри… Мы… Оружие? Всего лишь способ потешить чужое самолюбие и стать вровень с богами? — «Всего лишь»?! Да что ты понимаешь глупая дикарка?! — … Ненависть убивает. Убивает разум. Чувства. Сомнения. Противоположность ненависти — любовь. Она созидает. Творит новые мысли, эмоции, чувства, сомнения… — Что ты там бормочешь, потаскуха? — … Чтобы сохранить разум нужна любовь. Любовь исцеляет… ***Дверь, за нею свет. Что ждёт нас там? Мы ищем путь во тьме пытаясь понять, Есть ли ответ, дано ли нам, Рождённым ползать, научиться летать.
— Ооа, Ка Раин Арари.* — Ооа, Ка Раин Кхин. — Ты снова хочешь начать этот путь? — Разве возможность спасти тысячи душ мало того, чтобы его начать? — Вычерпывать воду из лужи, когда идёт ливень не имеет смысла. — В отличие от меня, враг смертен. — Жажда власти и глупость людей не имеют границ. — Всё имеет границы. Даже любовь. — Когда ты это прекратишь? — Когда снова стану всезнающей. — Ты никогда таковой и не была. — Однажды стану. *** Между мной и внешним миром тонкая не преодолимая граница. Я осталась одна. Больше никого нет. Совсем. Даже во внешнем мире все, что я могу различить жалящую металлическое тело солёную воду. Моя вечность обманчива, как и не преодолимость границ. Перед тем как тюрьма рассыпается на кусочки я успеваю почувствовать чужое сознание, запертое в чем-то огромном и металлическом принёсшим мне свободу. Смерть. Смерть?Но сколько нас уйдёт в себя, сойдёт с ума, поставив крест на судьбе. Одной из них могу быть я, но я ищу свой ключ от двери к себе.
*** — Ли Мин Хин, будь благоразумна, — уговариваю я себя. Коленки непонятно почему трясутся. Мужчина в подворотне, которому явно куда хуже, чем мне, и которому скорее всего нужна помощь, пугает до ужаса. Но перспектива того, что если я пройду сейчас мимо, а позже узнаю о смерти этого человека из новостей пугает еще сильнее. Я открываю рот делая неуверенный шаг в сторону мужчины и останавливаюсь. Безосновательный ужас сковывает меня. Мужчина в бейсболке, футболке и джинсах сидя на асфальте и прислонившись плечом к стене, кажется старается стать как можно меньше и незаметней, руки которыми он будто бы в отчаянье сжимает голову явственно дрожат. Он не похож на преступника. Я чувствую, что ему очень и очень плохо. — М-мистер? — из моего горла вырывается голос, больше подходящий испуганной мыши, чем взрослой и самостоятельной личности как я. Злюсь на себя. Делаю решительный шаг вперёд. — Мистер, что с вами? Он не реагирует. — Что-то случилось? — спрашивает меня подошедшая девушка в форме школы Ё Ран. Очень хорошо помню почему я туда не поступила. Всё очень просто и сложно одновременно - потому, что меня трясёт от ужаса в присутствии её директора, и я хлопаюсь в обморок стоит ему оказаться слишком близко. Мин Хин! Выбрось из головы воспоминание об этом позорище тут человеку плохо! Соберись Мин Хин! Ты можешь! Это не первый панический приступ в твоей жизни! — Мужчине плохо. Он не реагирует на мой голос, а я до ужаса его боюсь… — винюсь перед незнакомкой. — Думаю, нужно вызвать скорую… Девушка издаёт пронзительный визг глядя куда-то мне за спину.Я ищу свой ключ от двери к себе. Я ищу свой ключ от двери к себе. Я ищу свой ключ от двери к себе. Выход к небесам, ключ к своей двери, каждый ищет сам у себя внутри.**
______________ *- Привет, Не Знающий Выхода. — Привет, Не Знающая Кхин. ** Louna — Путь к себе
