Встреча - спустя года

POV Кэролайн

18+

Это утро было определённо лучшим за последние восемь лет. Никогда я не была настолько счастлива. Действительно счастлива. Как только я открыла глаза, то увидела его. Такого красивого, прекрасного. Его лицо было таким спокойным, милым. Мне хотелось поцеловать его и обнять, но так не хотелось рушить эту прелестную картину. Пришлось воздержаться и уйти из комнаты от греха подальше. Понежившись в душе и умывшись, я решила сделать Нику завтрак в постель. Осмотрев его холодильник, мне показалось, что он умрёт от голода, потому что в нем находились лишь три яйца, бурбон, ром, сосиска и что-то похожее на кабачок. Поняв, что выбора нет, пожарила яичницу. Сделав кофе, разложила всё на подносе и направилась в спальню. На кровати всё так же мирно спал Ник. Поставив поднос на тумбочку, я легла рядом. В этот момент мне показалось, что нет человека, который может быть прекрасней. И, возможно, именно в этот момент я поняла, что мои чувства настоящие. Что они реальны. Что всё, что сейчас происходит взаправду. Мне так захотелось его поцеловать, что я не сдержалась. И конечно же он проснулся. — Доброе утро, – я готова слушать этот голос вечно, он как музыка для моих ушей, как песня, которую сколько не слушай, всё равно будет нравиться несмотря ни на что. А этот невинный поцелуй, который не предвещает ничего пошлого, так греет душу. — Доброе. Как спалось? – Он невзначай прищурился, а потом поцеловав в шею, спросил. — А ты как думаешь? Я счастлив. Спал рядом с самой невероятной девушкой в мире и, похоже, что эта невероятная девушка приготовила мне завтрак, что делает её ещё невероятней. В этот момент я почувствовала, что вот она – хорошая полоса моей жизни. Мне хотелось прокричать: «Ну наконец-то!», но я сделала это только мысленно. В принципе, это никак не огорчило, ведь вместо того, чтобы кричать, я целовала эти чудесно - притягательные губы, которые так сильно манили и делали меня такой уязвимый как никогда. — Давай никуда не пойдём? Останемся здесь, хотя бы до обеда? – целуя мои щёки, проговорил Майклсон. — Ник, у нас же работа, – ответила на вопрос, отстраняя Никлауса от себя. — Ну-у, по-моему, ты сделала всю мою работу ещё вчера. И свою, кажется, тоже. Тем более, я твой начальник, так что… Я даю тебе выходной. — То есть я переспала с начальником? Как мне стыдно… - коварно улыбаясь, целую губы, шею. — Очень стыдно, – подмяв меня под себя, Ник схватил меня за запястья и начал покрывать моё тело поцелуями. Казалось, что его губы были везде. Он целовал сначала шею, потом ключицу. Затем переходил на грудь, живот, пупок, а потом остановился и поцеловал в губы. Страстно, смазано, сексуально - как может только он. Не выдержав, поменяла нас местами и начала покрывать поцелуями в ответ. Только в этот раз я добавила минет, от которого, судя по вздохам, он был в восторге. — Это было… - начал он. — Шикарно. — Возможно, заканчивать предложение друг за другом станет нашей фишкой, – подмигнул мне Майклсон, поедая остывшую яичницу и запивая кружкой остывшего кофе. Наблюдать за этой картиной было так умилительно, что я непроизвольно заулыбалась. После того как Никлаус доел свой завтрак, мы решили немного прогуляться. На улице пахло мокрым асфальтом, так как ночью шёл дождь, а небо было ясным. Всегда любила такую погоду, а так же я обожаю грозу. В грозу можно включить какую – нибудь типичную мелодрамку, налить кружку кофе, зарыться в плед и плакать. Конечно, это бывает редко, так как ужасы это мой любимый жанр, который я обожала с детства. Мне нравились всякие ужасные истории, страшные рассказы, сказки, фильмы, сериалы. Всем нравились мультики, а я не могла прожить без ужастика на ночь. Сейчас-то понимаю, что я любила пощекотать себе нервы, поэтому меня нельзя напугать вилкой, которая упадёт на кухне. И я уж точно не пойду туда, этому они меня и научили. Не ходить туда – где опасно. А смысл? Если там и правда кто-то есть, то тебя убьют, а если ты проигнорируешь случившиеся, то избежишь сердечного приступа или смерти. Гуляя по парку, мы наслаждались днём, друг другом и сладкой ватой. А так же мне удалось уговорить Никлауса покататься на гироскутерах, на которые раньше не хотелось тратить время. Клаус несколько раз навернулся, а я пять раз ЧУТЬ не упала. Собственно, из-за меня Никлаус и падал с гироскутера. Напоследок мы решили сходить в кино на старую добрую комедию. Мы сели на последний ряд и целовались весь фильм, а я дала себе обещание пересмотреть этот фильм, когда его выложат в сеть. Ведь по смеху в зале, я поняла, что это действительно смешной фильм. Но кому интересно смотреть фильм, когда рядом он. Не хочется прерываться ни на минуту. После фильма мы ещё немного погуляли по городу, а потом Клаусу в голову пришла мысль покататься на мотоциклах. Я оценила эту идею, и мы направились за ними, покорять дороги. Дойти до мотоциклов за несколько минут не доставило никакого труда, так как мы были рядом с нужным нам районом. Взяв на прокат два мотоцикла, мы направились покорять дворы. Каждый раз мы обгоняли друг друга по очереди. То я была впереди, то Ник. И так повторялось два часа, а после мы поехали отдавать мотоциклы. Потом Ник решил проводить меня до дома, чему я не могла сопротивляться. Уже подходя к дому, мне не хотелось расставаться, хотелось провести ещё немного времени вместе. — Ну вот и всё, – сказал Ник, остановившись около моего крыльца. — Спасибо за день, ты поднял мне настроение и сделал чуточку счастливей, – улыбнувшись, и поцеловав в щёку, сказала я. — Надеюсь, что таких дней будет больше. И тебе спасибо за шанс. И да… Мы, мы ведь теперь? — Да, мы теперь пара. — Похоже, что я был прав! – рассмеявшись, заявил Майклсон. — И в чём же? — В том, что заканчивать предложение друг за другом станет нашей фишкой. — Похоже, что да. Ну, пора прощаться, – направляясь к двери, ответила я. — До встречи на работе. Это были последние слова, которые он сказал прежде, чем поцеловать меня на прощение и уехать. Зайдя домой, я увидела, что в квартире темно, и лишь светильник из комнаты мамы освещал коридор. Открыв дверь, и пройдя в комнату, меня одолела вина. Вина перед мамой. В принципе, я ни в чём не виновата, но мне так хочется извиниться, сказать что я её люблю, что я не сдержалась. -- Мам, я понимаю, что не всегда прислушиваюсь к тебе. Не всегда так идеальна, как ты хотела бы, но прости. Прости, что не оправдываю твоих ожиданий. Прости, что просто ушла вчера вместо того, чтобы всё нормально обсудить. Прости, что не рассказала, что это из-за Ника. Я ждала хоть какой-нибудь реакции, но её не последовало. Тогда я обошла кровать и заглянула ей в лицо. Она не шевелилась и не моргала. Она просто лежала, будто находясь в трансе. И я поняла, что потеряла единственного родного человека. -- Мама. Мама? Мама?! Боже, мама. Прошу. Прошу, нет. Я потеряла её. Именно в тот момент я и потеряла её. Навсегда. Мне всегда казалось, что как только в моей жизни происходит что-то хорошее, то потом сразу происходит плохое. Будто как только я становлюсь счастливой, моё счастье что-то прерывает. И каждый раз хуже другого. Иногда кажется, что я просто тот человек, который не заслуживает счастья. Тот человек, который должен всегда страдать. Прямо как сейчас. Я плохо помню продолжение этого дня, но звук сирены я не забуду никогда. Помню только, что полицейские отдали мне письмо, найденное так и недописанным, и конверт от нотариуса. Письмо я решила прочесть сразу, так как эта весточка от мамы, хоть как-то успокаивала меня, но не так, чтобы вся боль ушла. { Дорогая Кэролайн, наверное сейчас, когда я мертва, ты ощущаешь пустоту. Пустоту от моей потери. Обещаю, что это пройдёт! Конечно, останется осадок, но без этого никак. Прошу, оставайся такой же сильной и смелой. Я люблю тебя. Твоя ма } И тут я заплакала. Я не могла больше сдерживать себя. Я обещаю быть сильной, но не сегодня. Сегодня я попросту не могу. Мне трудно свыкнуться с мыслью, что я больше никогда ее не увижу. Что не смогу обнять, подарить подарок, поцеловать, разозлись, насмешить. Не смогу посмотреть ей в глаза, не смогу поговорить по душам, рассказать что меня тревожит, выслушать о её прошлом. Эта потеря разбила меня. Я не уверенна, что смогу починить сломанное от потери сердце. Я потеряла всех. Всю семью. Не думаю, что переживу ещё чью-то потерю.

День похорон

Прошло пять дней со смерти моей матери. Всего пять дней, а для меня - будто вечность. Сейчас я иду к гробу и думаю, что было бы, если бы я тогда не пошла на свидание с Никлаусом. Возможно, тогда она была бы жива или я бы хотя бы успела попрощаться. Мне так много хочется ей сказать, а особенно то, что я люблю её. Что я благодарна ей за всё, что она делала для меня. Что я счастлива, что она моя мать. Что… я счастлива, что именно она - моя мать. Ведь… Никто бы не смог так заботиться о дочери, как она. Для меня она лучшая. Я люблю тебя, мама. — Кэролайн, скажешь что-нибудь? Если не можешь, то не надо. – говорит Елена, подходя ко мне. — Нет, я скажу. — Хорошо, – отходя к остальным, отвечает Гилберт. — Лиз Форбс была отличным шерифом, поваром, другом, матерью, советником, знакомым. Все её коллеги очень любили её и говорили, что не видели человека добрее моей мамы. Что не видели того, кто так хорошо справлялся со всем и сразу. С воспитанием детей, работой и что при этом она оставалась всё тем же добрым человеком. Мы все любим тебя и будем скучать. Я люблю тебя мама, пусть земля будет тебе пухом. — Извините, - тут я взорвалась. Слёзы градом. Истерика. Прости мама, но сейчас я не могу быть сильной. Сложно быть сильной, когда твою маму сейчас похоронят. Сложно быть сильной, когда ты потерял всех. Сложно быть сильной, когда ты не видишь будущего. — Кэр, стой! – Бонни и Елена подбежали ко мне, когда я была уже выходила из кладбища. — Ты не можешь просто так уйти! Похороны ещё не закончились. — И что? Елена, я не хочу смотреть как гроб, в котором лежит моя мать, опускают под землю. Не хочу слушать соболезнования. Не хочу никого видеть. — Сейчас тебе лучше быть с нами. Вдруг ты навредишь себе. — И что? Кому я тогда сделаю больно? Вам? Вы переживёте и будете жить дальше. А я уже не знаю, смогу ли жить. — Сможешь, мы будем рядом и ты переживёшь! – уверяет Беннет. — С чего ты взяла, что мне поможет то, что вы будете рядом? — Всегда помогало, а сейчас не поможет? — Ну, у меня не всегда умирала мать. Так что я уверенна, что вы мне не поможете. — Кэролайн, ты понимаешь, что мы не будем спасать тебя, если ты решишь что-то сделать с собой? Ты понимаешь, что мы не будем постоянно рядом? Мы предлагаем тебе быть рядом, пока мы можем это делать, а ты отказываешься. Почему ты никогда не принимаешь нашу помощь? — Потому что вы мне не друзья. – срывая голос, кричу на бывших подруг. — Вы никогда не были мне подругами. Я всегда была в вашей тени и страдала из-за того, что меня замечают только из-за вас. Меня никогда не было как личности до того, как я похудела. А как только я стала красивой, мир открылся передо мной. Всё стало налаживаться, и тут умирает моя мать. Сейчас снова чувствую себя той школьницей, которую никто не замечает и считает жирной уродиной. Только теперь, у меня ещё и мамы нет, – разворачиваюсь и направляюсь к такси, а напоследок кричу: «Не звоните мне! Мы больше никто друг другу».