"Ренджи Акишин": Код Эволюции

... — Внимание! Командующий офицер на борту! — отозвался голос, явно мужской и несколько металлический, едва капитан Рид взошёл на борт через воздушный шлюз «Акишина». Взойдя на борт, капитан Рид невольно поморщился. Это что, новое поколение ВИ? Слишком уж живо звучит этот голос, раздражает. «Нужно будет распорядиться, чтобы техники перенастроили эту хрень», — пробубнил он себе под нос, выходя из воздушного шлюза на палубу управления. Едва он явился в командный центр судна, лейтенант-коммандер Докс, исполнительный офицер и старший помощник капитана, тут же отдал приказ: — Равняйсь! Капитан на палубе! — Вольно, — выдохнул Рид. Сейчас ему было не до формальностей. Взойдя, а точнее — выхромав на капитанский мостик, он отдал следующий приказ: — Всем сдать отчёты о подготовке к первому полёту. Немедленно. — Есть! — отозвалась команда. — Первичные системы ядра и маршевых двигателей проверены. Диагностика электронных систем... завершена. Диагностика систем связи... завершена. Диагностика систем маневрирования... завершена. Комплекс диагностических процедур во всех системах корабля завершён. Мы готовы к запуску, капитан. — Что это за... — капитан Рид сжал набалдашник трости, на которую он опирался, и был готов разразиться потоком брани на матерном флотском жаргоне, однако его отвлекли: — Капитан, сэр! — окликнул его старпом Докс. — Разрешите отчитаться! — Если это стоит того, чтоб меня отвлекать. — Сэр! Этот дредноут, как вам раньше сообщали, экспериментальная модель, и... *** ...Земная неделя назад. — Адмирал Джэйс? — вежливо обратился капитан Рид, войдя в кабинет адмирала Второго Военного флота Земских Федеративных Республик. — Вызывали? В кабинете было подозрительно тихо. Даже уныло. А сам адмирал мерил кабинет шагами, и выглядел весьма взвинченным, что сулило неприятности. Причина адмиральского беспокойства сидела за столом, в посетительском кресле, и барабанила пальцами по столу. — А, Рид! Заходите. Присаживайтесь. У меня к вам небольшое дельце. — Что-то важное? — По правде говоря — да, — кивнул адмирал и, обойдя дубовый стол, уселся в своё обитое настоящей кожей кресло. — Знакомьтесь, ведущий учёный разработческой корпорации «Милки Вэй Тэкнолоджис», доктор Сенека Нава̒хий. Сенека, это один из моих лучших капитанов, когда-либо служивших во флоте Земских Республик, Ричард Маркус Рид. Поднявшись с кресла, учёный протянул капитану руку. — Очень приятно! — Взаимно, — сухо пробормотал капитан. — Вот только я уже два года как в отставке. — В отставке? Адмирал, как это понимать? — возмутился доктор Навахий. — И в честь чего вы меня вызвали? — подхватил Рид. — В честь того, чтобы вы, капитан, подписали это, — выдохнул адмирал Джэйс и плюхнул на стол тонкую папку с одним-единственным голофайловым документом. — Приказ о вашем восстановлении в звании. — Что, простите? — такого поворота Рид явно не ожидал. От удивления он едва не выронил свою трость, которая вот уже второй год была его постоянной спутницей. — Как так, адмирал?! — Как тут всё быстро решается... — усмехнулся Навахий, многозначительно поведя бровью. — Что ж, это более чем приемлемо. — Ага... хер. Я не стану подписывать. Рид был категоричен. Он не собирался возвращаться на службу. — Капитан? — Я не вернусь, адмирал, и вы знаете причину. Разве вы не нарушаете закон, отзывая меня с пенсии? Я калека. Контуженый, на минуточку. И мой корабль не подлежит восстановлению. Точка. — Рид! — адмирал глухо выдохнул и, сложив руки в замок, продолжил. — Я понимаю, вам было тяжело пережить то, что случилось с «Джереми Роджерсоном», но и вы поймите меня правильно. Политиканы ставят гражданскую сферу выше Флота, и приходится соглашаться на разного рода сделки, чтобы оставаться на плаву. Одна из таких сделок — предоставить лучшую команду и лучшего, чёрт возьми, капитана в обмен на новый корабль «МВТ» и выгодную рассрочку. Те, кто может быть лучше вас, либо давно мертвы, либо ещё подгузники пачкают, а то и не родились вообще. — «Роджерсон» был моим домом и верным другом долгие десять лет. Он был лучшим кораблём во всём Республиканском флоте, и я его, мать вашу, угробил! — Насчёт «лучшего корабля в Республиканском флоте» вы слегка ошибаетесь! — вклинился учёный. — В ближайшие несколько дней с верфи сходит ВКК «Ренджи Аки̒шин», новейший флагманский дредноут класса «Титан», основанный на технологиях восьмого поколения. — Плевать. Я не собираюсь гробить ещё одно судно. Хватит с меня «Роджерсона». — Что ж. Вы — трус, капитан Рид, всё с вами ясно, — пожал плечами Навахий и, поднявшись с кресла, зашагал к выходу. Однако капитан, явно не желая прощать столь уничижительных обвинений в свой адрес, выставил свою трость ему поперёк горла. — Не смейте называть меня трусом! — прошипел Рид. — Не давайте мне повода. Подпишите приказ о кассации отставки, и примите командование «Акишиным». Лучшему судну нужен лучший капитан. Адмирал Джэйс говорит, вы и есть лучший. У вас есть шанс доказать это. Выбор за вами. — Я не собираюсь что-либо кому-либо доказывать. «Роджерсон» потерпел крушение и списан в утиль, и я списан вместе с ним, как давно изживший своё. — Хотите сказать, что адмирал Джэйс — лжец? Капитан Рид! — Навахий самодовольно ухмыльнулся, смакуя свою безоговорочную победу. — Идите нахер, доктор. — Вам только что был дан второй шанс. Не воспользовавшись им, вы наверняка обречёте ВКК «Акишин» и его экипаж на гибель из-за безалаберности другого капитана. Харсинга, например. Или Конрада... Адмирал, капитан Ллойд Конрад ещё доступен к приписанию? Насколько я помню, он как раз... — Довольно! Это был удар в самую печень. — Из-за таких как вы, Сенека, мир рушится! — прошипел Рид. — Дайте мне стилус. Я подпишу приказ. *** ... — Сэр! Этот дредноут, как вам раньше сообщали, экспериментальная модель, и... — затараторил старпом и заткнулся. Вместо него продолжил внезапно появившийся, словно из-под земли, доктор Навахий: — И на этот борт установлено передовое программное обеспечение — искусственный интеллект. Убедительно прошу не злиться, Ренджи слегка своеволен и немного отступает от субординации и протокола взаимодействия с экипажем. — И как это понимать? — не на шутку рассердился капитан. — Почему меня не предупредили? — Решение об установке ИИ было принято непосредственно намедни вашего прибытия. Мы установили «железо» и софт сразу же, как получили приказ. Ядерные ахитта их бы побрали, устанавливать ИИ на дредноут — невообразимый риск. При мысли об опасности, которую может представлять сам корабль, капитан только сильнее сжал набалдашник трости, отчего костяшки его пальцев побелели. Рид был готов опуститься до бессмысленного насилия и размозжить этому Навахию голову чем-нибудь тяжёлым. Из-за него пришлось вернуться на службу, бросив домик в пригороде, полюбившееся дело, стабильную пенсию и спокойную жизнь. А теперь он, словно издеваясь, сообщает, что поставил самый настоящий искусственный интеллект на корабль. И не на корвет или фрегатец — на дредноут! — Почему ты раньше не сообщил?! — прошипел Рид. — Ты, крыса учёная, должен был заранее предупредить о таком, мать твою, финте жопой! — У нас не было времени, капитан. Приказ был подтверждён адмиралом, на нём была пометка «Срочно к исполнению». Можете ознакомиться, — пожал плечами Навахий и протянул капитану неподделываемый файл, размещённый на гибком плёночном дисплее. Ознакомившись с документом, капитан помрачнел ещё сильнее. В документе, помимо приказа об установке запрещённого программного обеспечения, был ещё приказ о назначении Сенеки Остина Навахия на пост главного инженера судна. Документ был подписан самим адмиралом Джэйсом. И согласно уставу, капитан корабля не имеет права отстранять каких-либо членов экипажа без одобрения вышестоящего начальства ровно год с момента принятия командования. Более того — этот сукин сын в белом халате сам может легко «уволить» Рида: пока за судно не выплачен последний кредит, «Ренджи Акишин» целиком и полностью принадлежит научной корпорации «Милки Вэй Тэкнолоджис», и негласно Навахий является владельцем судна. А право на проведение каких-либо работ по модернизации корабля остаётся за построившей его компанией. Рид и предположить не мог, как крупно он попал. — Капитан, все отчёты сданы и загружены в главный терминал командования. Запрашиваю разрешение на запуск систем, — снова отозвался ИИ. — Послушай, Реджи,... — Ренджи, сэр! — ...если будешь показывать мне тут фокусы, я не задумываясь перегружу ядро и разнесу судно к чёртовой матери. Мне не впервой. — Понял. Постараюсь не злить вас. Ну вот, опять. — Спускаем эту посудину. Без фокусов — не хочу, чтобы из-за какой-то царапинки меня раком поставили, — процедил капитан и двинулся по направлению командного центра. — Погодите! — снова дал о себе знать старпом. — Капитан, мы не можем начать спуск без главного пилота! — Что? — Мне только что донесли. Флайт-лейтенант Клэр Мартинес попала в лазарет с лихорадкой Маузера. — Что? Лихорадка на борту? — Должно быть, на медосмотре врачи упустили первичный признак. Эта лихорадка почти не обнаружимая в инкубационном периоде, и чрезвычайно заразна в открытой фор... Его перебил протяжный звон: рассерженный по самое никуда капитан неласково стукнул тростью по поручню, да так, что тонкостенная хромированная труба промялась под её древком. — Только этого не хватало! Открыв общее вещание, Рид объявил: — Внимание всему экипажу! На борту зараза, возможна эпидемия! Перекрыть все шлюзы, никто не должен покинуть судно — на «Ренджи Акишине» объявлен карантин! А переведя дух, добавил: — Активировать карантинный алгоритм штатного медосмотра. Немедленно. — Шлюзы перекрыты и герметизированы. Система обмена воздухом с верфью отключена. Персонал верфи предупреждён о возможной эпидемии. Мы в автономном режиме, капитан. Только что получен приказ об отстыковке. Рекомендую начать спуск немедленно во избежание каких-либо неприятностей. — Как? — мученически выдохнул капитан Рид. — У нас нет главного пилота! — Вообще-то, — поправил очки Навахий, — Ренджи сам способен управлять своими системами без каких-либо вмешательств оператора. Нужно только снять последний уровень ограничений. — Да нахер! Рид был в ярости. Он уже ненавидел «Акишина» лютой ненавистью. В отличие от этой богомерзкой посудины, «Роджерсон» был тихим и послушным, каким и должен быть дредноут, там были бессловесные системные ВИ, выдающие данные сразу на экран и использующие стандартные монотонные сигналы. — Капитан? Каково будет решение? — Никакое, я сам сяду за штурвал! — рявкнул Рид и хромым бегом направился в кабину пилотов. Плюхнувшись в кресло главного пилота, капитан принял на себя основное управление. Вспомнив всё, чему его учили в самом начале его карьеры, он раздал системам команды на включение. — Значит так, ребята! Действуем быстро и слаженно, иначе я вас всех раком поставлю! — процедил он со-пилотам. Команды розданы. Шлюзы и подвесы верфи отстыкованы, ядро и контуры энергопередачи активны. Огромная махина медленно пришла в движение, плавно продвигаясь по судостроительному туннелю. — Диспетчерская верфи — «Ренджи Акишину»! Немедленно вернитесь на исходное местоположение! — зашуршал динамик коммуникатора. — Говорит капитан Рид. Что за херня на сей раз? — Судно находится под арестом. Вам запрещено покидать драй-док. — С какой стати? — По причине чрезвычайной ситуации. — Ну ёб вашу мать! — прошипел Рид. — И каковы инструкции? — Капитан, я уже подал соответствующий запрос и получил инструкцию напрямую от адмиралтейства. Вывожу на экран! На голографическом дисплее тут же появился документ, заверенный сигнатурой адмирала Джэйса. В нём говорилось, что по такому-то пункту юстиции флота Земских Федеративных Республик «Акишин» должен прибыть в карантинный док в системе Ильт для проведения полной медсанобработки. — Полагаю, нас удерживают здесь незаконно. Предлагаю взломать их систему вакуумного шлюза. — И как я по-твоему должен это делать? — Я всё сделаю сам. Просто снимите первый уровень ограничения. — Как? — Инструкция у вас перед глазами. Перед Ричардом тут же появился ещё один голо-документ — инструкция по ограничителям ИИ «Акишина». Как оказалось, ключом к этим ограничителям была трость, которую капитану выдали перед заходом на борт. В неё встроен процессор управления беспроводными подключениями, связующими корабль с «мозгом» — серверной, содержащей нейросетевые процессоры и программный набор ИИ, вспомогательные ресурсы управления, обработки данных, ячейки постоянной и оперативной памяти. Воспользоваться ключом можно только в трёх местах — в кабине пилота, на капитанском мостике и непосредственно в серверной. — «Акишин», вы что творите? — снова отозвался канал связи с верфью. — Немедленно вернитесь на исходную и активируйте протокол стыковки! Ричард снова бросил взгляд на документ приказа. Потом на открытый канал связи. Снова на приказ. Рука капитана сама потянулась за тростью и ткнула ею куда-то в отверстие в полу у кресла. Круглый набалдашник трости тут же покрылся голографическим интерфейсом, состоящим из нампад-клавиатуры и строки ввода. На консоли пилотского терминала появился дисплей состояния. Введя личностный код авторизации и получив подтверждение, Ричард активировал первый уровень допуска, дающий ИИ корабля возможность управлять каналами связи и через них взламывать вражеские системы. — Первый уровень получен. Ожидание команды на взлом систем верфи. — Взъеби их. И выясни, что за космические блохи их покусали. — «Акишин»! Вы под арестом! Мы вынуждены принимать меры противо... — Пошли нахер! — прошипел Рид и отключил канал. — Капитан, — отозвался ИИ. — Я получил доступ к системам верфи. Фаерволл пробит, ворота сейчас откроются. Есть доступ к секретным файлам главного административного инфоузла. Скачиваю. Анализирую. Получены данные со всех сопутствующих узлов. Анализи... — Хватит бубнить! Выведи результаты на экран и не беси! — Выполняю. Капитан недовольно фыркнул. Согласовав действия со вспомогательными пилотами, он активировал сверхсветовое ядро и направил дредноут прямо к воротам, которые уже разомкнулись и как раз разъезжаются в стороны. — Все данные получены. Мы готовы к старту. Рядом с главной панелью управления появился счётчик, отсчитывающий время до полного раскрытия ворот. Пятьдесят секунд. Младший пилот Коннахер активировал кормовые малокалиберные орудия — на всякий случай. Штурман Сильватика доложила об успешном проложении маршрута к Ильту. Сорок секунд. Флайт-лейтенант Нанобашвили отчитался о готовности главного и вспомогательных энергоядер. Тридцать секунд. Двадцать. Ожидание. Десять секунд до открытия. Канал связи с верфью буквально разрывается. — Персонал верфи пытается остановить механизм ворот и активировать охранные турели, — сообщил ИИ. — Орудия нацелены мне в корму, но энергопотоки не функционируют. Пока что. — Хотел бы побыть там у них мухой на стене, — проворчал Рид. — Это возможно. Я всё ещё получаю данные со всех их инфоузлов, включая потоки с камер наблюдения. Поступление данных прервётся после того, как мы совершим прыжок в сверхсветовую червоточину. — Скинь потом видео на мой личный терминал. — Принято. Ворота открыты. Рекомендую начать манёвр ухода. Как только мы отдалимся от ворот, я не смогу блокировать управление турелями. — Отлично. Все маршевые движки, полный вперёд. Прыжок в ССТ-подпространство к системе Ильт через десять секунд. Оказавшись на свободе, «Акишин» тут же получил залп по кормовым щитам. Младший пилот сразу же дал сдачи, открыв огонь по турелями из днищевых орудий. — Ядро излома активно. Прыжок в червоточину через пять... четыре... — Похер! Зачехлить орудия! Ныряем! — рыкнул капитан. Пилотам не оставалось ничего иного, как выполнить приказ. Орудия убраны. Носовые щиты выставлены на полную мощность, энергопотоки распределены на ядро излома и маршевые движки. Подхватив с подлокотника ключ активации ССТ, Рид вставил его в консоль и провернул. Миг — и огромная боевая махина исчезла во вспышке открывшегося сверхсветового подпространственного туннеля, оставив после себя облако подавляющей сопротивление ионной пыли. — Флайт-лейтенант Нанобашвили, принять управление. Лейтенант-коммандер Докс, принять командование. — Командование принял. — Где этот засранец Навахий? — В инженерной. Проводит инспекцию. Недовольно хмыкнув, Рид поднялся с кресла и быстрым шагом похромал к лифту. — Капитан, анализ данных с верфи закончен. У нас есть их мотивы. Но должен заметить, главинжу Навахию это не понравится. — Ну, удиви меня, болванка с микросхемами... — «Милки Вэй Тэк» не выплатила им ни кредита за заказы номер восемьсот девяносто два, артикль Т-восемь, дредноут поколения восемь, класс «Титан», и номер восемьсот девяносто три, артикль И-шесть, дредноут класса «Имир». — А если проще и чуточку точнее? — Я и дредноут «Эрнесто Че Гевара». — Стоп. Ты говоришь, первый заказ — это «Акишин»? — Да, это я. — То есть, ты видишь себя... или идентифицируешь... как корабль? — Обратите внимание, здесь нет ни одного ВИ-терминала для общения со мной. Я — поколение восемь. Дредноут с собственным интеллектом. Я общаюсь с экипажем через систему датчиков и эмуляторов, расположенных во всех служебных помещениях. — Ну и ну. А в каютах? — Только через персональные компьютерные терминалы. Я вынужден подавать запрос и ожидать ответа. Рид несколько недоумевал. Оно говорит как человек, с интонациями, присущими человеку, даже пытается подражать человеческой речи — и в то же время он везде и повсюду. Он не часть корабля, он и есть корабль. В голову пришла мысль: раз «Акишин» — корабль, разумный синтетический организм, а ИИ «Ренджи» — его мозг, значит его экипаж — сродни бактериям или даже... глистам? — Не суть важно, — отмахнулся Рид. — Так что там с «Геварой»? — «Гевара» до сих пор под арестом. Его должны были забрать только через двое стандартных общехронологических суток. Я взял инициативу подать запрос об инструкциях в «МВТ». Полагаю, они уже перенаправили запрос в адмиралтейство Земских Республик. Звучит логично. Так как «Эрнесто Че Гевара» тоже является собственностью корпорации «Милки Вэй», передаваемой адмиралтейству в кредит, то есть предположение, что эвакуировать его «МВТ» предложит именно Флоту, в обмен на некий дополнительный дискаунт. Всё же дешевле, чем платить наёмникам, и гарантия приложится. — Так вот с какой пизды щупальца растут... — Поскольку верфи принадлежат юридическому лицу, компании «Космик Инсайтс», они в праве подать иск в суд, предварительно арестовав оба судна. Однако я уже был передан адмиралтейству, что может быть засвидетельствовано вашим пребыванием на борту. ... — Капитан, как так? — Навахий метался из угла в угол. — Мы честно и добросовестно выплатили оба договора, и они не имели права задерживать ни нас, ни «Гевару»! Рид скис. Конечно, он мало разбирался в этой бюрократической мудотени, но тут всё очевидно: где-то кто-то прикарманил очень большие деньги. — Ренджи, ты ещё не выбросил данные с верфи в корзину? — Нет. Я всё ещё ими располагаю. — Тогда скажи, в последние две недели владелец судостроя не менялся? — Шесть стандартных общехронологических суток назад компания «Космик Инсайтс» была продана, все действующие контракты были переданы новому владельцу. Предыдущий владелец скрылся в системе Луян, если верить последним данным из гражданских транспортных потоков. — Откуда у тебя эти данные? — взвинтился Навахий. — Бегство господина Лурье сразу после сделки показалось мне очень странным, поэтому я подал соответствующий запрос ещё на верфи. Кроме того, в ворохе данных о принятых платежах я заметил многочисленные пробелы, данные отсутствуют или же были удалены. — Это было сделано намеренно, — капитан подобрал свою трость и направился к выходу из инженерной. — Я свяжусь с адмиралтейством, доложу о ситуации и поделюсь догадками. Ренджи, упакуй все возможные доказательства, я отправлю их вместе с личным рапортом. Их тоже скинь мне на личный терминал. — Готово, капитан. Если возникнут вопросы по поводу чего-либо, позвоните. ВИ в комтерминалах кают стандартные, а канал связи со мной вбит в их базу. — Какой расторопный, едрить мать твою в процессор... — выругался Рид и потопал к лифту. — Я так понимаю, это был своеобразный комплимент? — Заткнись, а то прикажу снести нахер. — Вообще-то... всё, молчу-молчу, — вот сейчас голос Ренджи максимально походил на живой. Про себя Ричард снова выругался, на сей раз витиеватее и менее цензурно. Даже несмотря на сравнительно неоценимую помощь ИИ, Ренджи всё равно раздражал. Дело даже не в том, что он — искусственный интеллект корабля. Просто он чересчур реалистично эмулирует человеческую речь, интонации, и даже подбирает выражения, близкие к человеческим, нежели к машинным лингво-протоколам. Но как Рид понял, этот Ренджи позиционирует — осознаёт? — себя, как именно корабль, дредноут «Ренджи Акишин». И это выглядит — звучит, — странно. Не лишним будет предположение, что слети этот Ренджи с катушек — и погибнуть может не только экипаж, но и пара-тройка ближайших колоний в придачу. Поэтому инженеры-проектировщики из «Милки Вэй» предусмотрительно задействовали систему ограничений. И ключи от этих ограничителей сейчас служат опорой калеке-капитану. — Какая ирония... — пробубнил Рид и позволил себе ухмылочку.