Скорлупа

— Люси, ты мне мешаешь.

      Каждый день. В сотне разных вариаций. Не мешай. Уйди. Закрой рот. Отойди. Иди поиграй. Не неси чепухи. Хватит мечтать.

Почему ты так много говоришь?

      Каждый день. Сжать руки. Закусить губу. Прокусить щеку. Отодрать ногти. Вырвать клок волос.

И закрыть рот.

      С пяти лет осознать, что говорить нельзя. Что твои слова всегда ранят. Что служанки вынуждены с тобой возиться. Что Водолей не жаждет с тобой общаться.

Что твоему родному отцу в принципе плевать на тебя.

      Так зачем говорить? Вряд ли от тебя хотят услышать то, что ты чувствуешь. Им не нужны твои мысли. Им не нужны твои объяснения. Им не нужен твой взгляд.       Просто закрыться в своей скорлупе. Не давать твоему желтку выбраться наружу. Ощутить себя частью серой безликой толпы, постепенно сливаясь с ней, оставляя в памяти лишь светлый, непорочный и возвышенный образ матери.       И… испугаться этого к десяти годам. Понять, во что ты себя превращаешь. Что твои действия обрекают тебя на безликое существование. Самой почти стереть свою личность с лица этой планеты и сотворить из себя существо, что не достойно называться человеком, не имеющее голоса, желаний, воли.       И искренне пожелать выбраться из этой клетки. Клетки, что не просто не дает двигаться. Клетки, что при каждом движении ненормально больно вырывает из тебя клок перьев с кровоточащим и еще теплым мясом. Клетки, что за каждое проявление голоса хватая за горло и оставляя фиолетовые полосы на шее, душит с невероятной силой.       Возжелать… и идти к свободе. Мягкими, осторожными шагами, прилагая к каждому из них невероятное количество усилий. Выдыхаться от небольшого расстояния. Рвать жили, чтобы хоть на миллиметр продвинуться дальше от этой клетки.       Суметь восстановить к шестнадцати практически все. Поднять свою самооценку из могилы. Научиться ухаживать за собой. Полюбить себя и собственное тело. Скопить небольшое денежное состояние. Собрать несколько ключей.       Вот только… Голос так и не вернулся. Собственная скорлупа не сдается до последнего момента.       Люси не имела четкой цели, кроме как вернуть себе голос. Она скиталась из города в город. Искала лучших врачей, тратила на них все состояние, чтобы снова узнать, что они бессильны и все дело именно в ней. И снова зарабатывать на миссиях, изводя себя до состояния магического истощения. Опасаться, что каждая миссия может оказаться последней. Что вот именно на этой миссии она не справиться. Попадется слишком сильный враг, истощит себя до предела или все же роковая случайность? Метаться между всем этим было слишком сложно, поэтому Люси просто перед каждой миссией обновляла завещание, писала записку отцу, и… отправлялась на риск. Чтобы заработать на врача. Чтобы снова услышать ту же фразу. Что и всегда. Только в разных вариациях.       Все дело именно в вас. Ваша психологическое состояние не позволяет вам говорить. Это не из-за физических повреждений. Какая-то психологическая травма не дает вам говорить.       Так было и в этот раз. Люси удалось поднакопить немного денег, поэтому она решила прикупить себе новый ключ. Плю идеально подходит, чтобы просто раскачивать потихоньку свой резерв, да и просто как милая плюшевая почти собачка и почти подушка для слез тоже идеален. Уже на выходе из магазина, решила присмотреть новую миссию и узнать у прохожих, нет ли здесь хорошего лекаря. Где-то недалеко стояла толпа, к которой и решила подойти Люси. Посередине стоял прекрасный мужчина. Совсем такой, что мама описывала в сказках. Рядом с которым ты и сама чувствуешь себя принцессой. Теплый комочек в груди постепенно разрастался.       Вот только, кто-то толкнул девушку сбоку и то навеянное очарование рассыпалось как карточный домик. Еще мгновение спустя Люси осознала, что это были всего лишь чары, навеянные магом. Теперь он не казался таким симпатичным.       Неожиданный спаситель оказался странноватым подростком с розовыми волосами, от которого веяло какой-то… добротой что ли? Люси не часто случалось бывать в боях с другими магами, но она точно знала, что вот такие никогда не допустят никакой подлости, будут благородными и честными до последней капли своей крови.

Nobless oblige.

      Именно такая фраза идеально подходит, чтобы охарактеризовать незнакомца. Но, как бы Люси не хотела, сказать даже банальное спасибо она была не в состоянии. Поэтому пришлось легонько постучать по плечу и показать лист, на котором было написано это слово и предложение о благодарности. Его удивленно вскинутые брови, все такого же удивительного розового цвета (он это все красит что ли?), вынудили ее улыбнуться. Она сама ненавидела, когда ее спрашивали насчет немоты. Эти слова сочувствия не делали ровным счетом ничего:       — Пошли поедим.       Теперь пришел черед удивляться Люси. Незнакомец лишь широко улыбался, щуря свои серо-зеленые глаза с вытянутым зрачком:       — Меня Нацу кстати зовут. Нацу Драгнил. Рад знакомству, — и снова эта улыбка, от которой непонятно хрустит что-то внутри. — А ты… Можешь назвать свое имя?       Люси уже по привычке потянулась за блокнотом, но он просто придержал ее руку, качая головой. Неужели все-таки придется говорить? Медленно приоткрыв рот, по слогам шепотом Люси попыталась сделать это:       — Лю-си Харт-филия.       Не вышло. Опять. Уже в который раз. Люси не раз пыталась говорить, сказать банальное спасибо, просто назвать свое имя, поболтать со старым знакомым, поспорить с охамевшим продавцом. И даже сейчас, как бы Люси не хотела познакомиться с Нацу, представиться самой, не вышло. От этой безысходности слезы словно сами собой потекли из глаз, а она лишь закрыла глаза челкой, поклонилась, отвернулась, стараясь не вглядываться в его лицо, и уже собралась уходить, как Нацу схватил ее за руку и осторожно удержал:       — Приятно познакомиться, Люси!       Люси застыла, не веря своим ушам, и развернулась к парню так быстро, что распущенные волосы едва не хлестнули его по носу. Тем не менее, он не дернулся даже на миллиметр, а на его лице сияла яркая улыбка. Кажется завидев на ее лице искренне недоумение, он совершенно необидно рассмеялся:       — У Драконов очень хороший слух. Так что насчет еды? Я проголодался.       У Люси наконец появилось стойкое ощущение, что все, что сейчас происходит, это правильно, что так и надо. Потому что не было тупых вопросов. Не было насмешек. Не было брезгливой жалости к опустившейся наследнице Хартфилиев.       Было знакомство с летающий синим котом. Безумный счет за еду. Обещание привести в гильдию. Обещание познакомить с невероятной по словам Нацу целительницей Полюшкой. Хвастовство тем, что он драконоборец. Рассказ о поисках Игнила. Дружелюбные подколы со стороны Хэппи. Были исписанные страницы блокнота для разговора с Нацу. Первые робкие попытки говорить. Короткие сказки, что давным-давно рассказывала мать. Была просто поддержка, так необходимая ей.

И его убеждения в том, что Драконы намного круче и сильней Принцев.