На цепи у славы

Прикосновения и даже секс в любых местах стали нормой, хотя Намджун всё ещё не был уверен, что на самом деле испытывает по этому поводу. Сокджин был красивым, он умел целоваться так, что дух захватывало, и сам секс был просто великолепен. Учитывая то, что Намджун не был настроен на случайные связи, а искать девушку, пока всё настолько нестабильно, не позволяла совесть, то в некотором роде продюсер был просто его спасением. Однако парень ни на минуту не забывал, что это всё на время, и никогда ничего не начинал первым, хотя иногда и хотелось. Всё это нужно было на короткий период, пока он не сможет обходиться без его поддержки. Твёрдо он знал только одно — теперь у него есть покровитель, человек, который поможет сделать его мечты реальностью. Поэтому даже проигрыш на проекте не был концом истории. Как в сказке «Золушка» свадьба с принцем стала только первой ступенькой новой жизни, так и в жизни Намджуна проект оказался только началом. Хотя по наивности он думал иначе. Но все мы когда-нибудь вырастаем, и становится понятно, что самое главное происходит после, а сказка бывает только в самом начале. Вылетев с проекта на последнем туре, Намджун был зол, проиграв Чимину и даже Тэхёну, которого спасли зрители. Но на расстройства не было времени — его уже ждал Сокджин и новое предложение, а также сольная запись песни и выпуск клипа с Чонгуком в недалёком будущем. И всё закрутилось. Встречи, записи, интервью, репетиции — он неделями не видел выходных, но и не особо этого жаждал. Новый мир, тот, о котором он мечтал, открывал свои двери и делал счастливым. Конечно, встречи с продюсером не прекратились, но их количество заметно сократилось. Заводя новые знакомства, Намджун выискивал возможности продвигать себя самому, надеясь как можно скорее освободиться от помощи Сокджина. Он был благодарен своему продюсеру, но, как и в «Золушке», крёстная фея, сотворив чудо, должна была исчезнуть, устроив жизнь своего подопечного. Намджун всегда очень трепетно относился к своим друзьям и близким, но совсем не собирался причислять продюсера ни к тем, ни к тем. Скорее он хотел оградить их от него. Эту позорную, хоть и не лишённую некой приятности пору Намджун собирался вычеркнуть при первом же удобном случае, а для этого надо было крепко встать на ноги. Он работал изо всех сил, и в итоге удача улыбнулась ему. На одной из передач он встретился с Зико, и тот позвал его вести своё шоу. Тогда это казалось рэперу тем самым шансом. Прикинув затраты и прибыль, он понял, что за три месяца и сам накопит на выпуск микстейпа. И не надо будет никакого Сокджина! Намджун просто искрился от счастья. Эту отличную новость он и сообщил продюсеру в следующую же встречу. — Я добьюсь всего сам и больше не буду от тебя зависим, — сказал Намджун. — И всё остальное… Ну ты понимаешь… Отчего-то говорить это в глаза Сокджина было не так легко и радостно, как он думал. Последние фразы прозвучали намного тише, будто в сомнении. — Понимаю, — сдержанно кивнул продюсер, аккуратно промокнув рот салфеткой и знаком запросив счёт у официантки. — От всей души желаю тебе успехов. Намджун ошарашено смотрел на него и не мог поверить, что всё прошло так просто. Казалось, Сокджина это совсем не заботит. — Тебя подбросить? — как ни в чём не бывало спросил продюсер. — Я возьму ещё десерт, — буркнул Намджун, внимательно выглядывая признаки каких-либо эмоций на лице собеседника. Но Сокджин лишь доброжелательно кивнул на прощание, и, оставив на столе крупную купюру, вышел. Намджун расстроено смотрел перед собой, чувствуя, как в груди закипает обида. И вроде бы всё прошло как нельзя лучше, но отчего-то долгожданная свобода не принесла радости.

***

— Всё ещё не могу поверить, что теперь сам по себе! — жаловался Намджун, лёжа на барной стойке. — Я уже даже забыл, как добираться до дома на транспорте, и чёрт знает сколько вообще там не был. — Тогда у меня будут проблемы, — хохотнул Юнги, салютуя ему пивом. — Я тоже не знаю, где ты живёшь, а отвозить тебя явно придётся мне. Намджун уныло посмотрел на него. Юнги сегодня был приглашённым гостем на его передаче, и как только съёмки закончились, он предложил ему поужинать вместе. И вот трапеза постепенно превращалась в пьянку стараниями Намджуна. Он и сам толком не знал, почему заговорил о Сокджине. Одно хорошо — хоть не упоминал его имя. — Ты выпей ещё и, как придёшь, ложись спать. Говорят, первый день расставания тяжело даётся. Второй будет легче. — Но я сам хотел свободы! Хотел быть независимым, и вообще не я это начал, и… — Намджун запнулся, не в силах сформулировать причину своего недовольства. — Знакомо, — невесело хмыкнул Юнги. — Хорошо, что с карьерой всё более-менее устаканилось. Сокджин довольно неплохой продюсер, насколько я понимаю. Мне даже завидно немного, — улыбнулся он. — Так с ним всё кончено! — отчаянно сказал Намджун. — Ну и денёк у тебя сегодня, приятель! Бросили и девушка, и продюсер. Намджун только тяжело вздохнул. Телефон Юнги завибрировал. Поглядев на экран, тот поморщился. — Похоже, мне пора, — сказал он, слезая со стула. — Пойдём, я отвезу тебя домой. — Я ещё останусь. — Я тебя здесь одного не оставлю. — А я не скажу тебе адрес, — заявил Намджун. Юнги досадливо поморщился. — И что прикажешь мне с тобой делать? Я бы взял тебя с собой, но я не домой. — К подружке, — понимающе хмыкнул Намджун. Юнги тяжело вздохнул, а телефон снова завибрировал. — Давай тогда хоть такси вызову, — предложил он, скидывая звонок. — Не хочу домой, — грустно сказал Намджун. — Не волнуйся, я быстро трезвею. А так может поклеить кого-нибудь удастся. — Ты, главное, не увлекайся, и если что звони, — Юнги скинул Намджуну на телефон свой номер и, ещё раз на него взглянув, ушёл. Стало совсем тоскливо, даже танцевать не хотелось, хотя обычно рэпер был не против подвигаться. Посидев ещё с полчаса, он вызвал такси и поехал домой. Намджун осознал, что что-то не так, когда с кровати, на которую он уселся, послышался возмущённый возглас. Ничего не понимая, он вскочил на ноги и сообразил, что по привычке пришёл в квартиру продюсера. Душа сразу устремилась в пятки, но уходить совсем не хотелось. Утомлённое за день тело, сморённое алкоголем, жаждало покоя и тепла в нагретой горячим телом Сокджина постели. — Если ты пришёл вернуть мне ключ, то лучше было это сделать завтра с утра, — сонно заметил продюсер, садясь на кровати. — А… — растерянно сказал Намджун, хлопая себя по карманам. — Я положил его на тумбочку в прихожей. Как это делал каждый раз. Сокджин странно посмотрел на него и тут же отвел взгляд. — Ничего страшного, я не виню тебя. Сам виноват, что не вспомнил о ключе сегодня в кафе. Спокойной ночи, Намджун-ши, — он поправил подушку и улёгся на неё, закрывая глаза. — Спокойной ночи, — неуверенно ответил Намджун. Здравый смысл говорил о том, что, находясь здесь после их разрыва, Намджун должен был чувствовать себя некомфортно. А на деле дискомфорт вызывала мысль о том, что нужно уйти. Возможно, он в последний раз находится в этой квартире и в последний раз видит расслабленного, сонного Сокджина. Возможно, это последняя возможность для них поговорить открыто, без лишнего официоза за которым, Намджун не сомневался, продюсер скроется при следующей же встрече. И он рискнул спросить: — Мне вот интересно, а зачем это всё было? — Ты должен знать лучше меня, — устало сказал Сокджин, не открывая глаз. — Я не про себя спрашиваю. Зачем это было тебе? Продюсер приподнялся на локте и так и замер, глядя ему в глаза, будто ожидая, что Намджуна осенит самостоятельно. — А сам как думаешь? - наконец разорвал напряженную тишину Сокджин. - Для чего человеку идти на риск и жертвы ради того, чтобы иметь возможность быть с другим человеком? Намджун замер, глядя на него расширившимися глазами. Но не могло же это быть правдой? Какая-то ерунда получалась. — Так это что, выходит, я тебе сердце разбил? — ляпнул он. — Получается так, — улыбнулся Сокджин. — Но это уже не твои проблемы. Намджуну стало нехорошо. Он не желал ничего плохого для продюсера. Но такие чувства… Он просто не знал, что с ними делать. Резко поднявшись, он сбежал, боясь, что бросится оправдываться и утешать Сокджина, и всё запутается ещё больше.