Deeper into the stars

ФФ Нортон старший и Василиса Ночная тьма плотной тканью похоронной мантии опускалась над Эфларой. Последние лучи закатного солнца уже давно не разбавляли непроглядную тьму. Огненные волосы ярким контрастом рассыпались по белоснежной подушке. Всильковые глаза испуганного вглядывались в темное пространство комнаты. Обладатель богатой фантазии, с лёгкостью может принять в темноте любой стул с одеждой или плащ, мирно висящий на шкафу, за призрака, подобно тварям из фильмов ужасов. Василиса Огнева, укутавшись в одеяло и скрывшись под ним почти по нос, нервно разглядывала висящие во тьме занавески у окна. Воспаленая фантазия, подпитаная ночным возбуждением и страхом рисовала ужасающую картину монстра, стоящего за плотной тканью. Нервы девочки были на пределе, поэтому та стала как только можно себя отвлекать. В любом случае, уйти из своей спальни ей не казалось таким уж плохим решением. Пойти к няне было бы неплохо, но девочка не была знакома с ей очень близко, чтобы приходить и попросить остаться на ночь в ее личной спальне... Вдруг в голову Василисы пришла неожиданная и чуть сумасбродая идея. — Может к отцу пойти? — пробормотала Василиса во тьму. Идея казалась совершенно ненормальной. Но вспомнив что кроме нее и Нортона-старшего в замке есть только Елена да Дейла с Нортом, Василиса мученически вздохнула. Дрожа, девушка спустила ноги с кровати. Лапы чудища не показались из-под кровати, и не схватили девушку за ступни, а это уже кое-что. Ступая по дорожке лунного света, Василиса кое-как добралась до входной двери. Выскользнув в коридор, та как можно тише прикрыла ее за собой. Спальня Нортона-старшего находилась в другом конце коридора левого крыла замка. Благо, как девочка знала, что спальня не была так же скрыта "за семи замками" как личный кабинет хозяина замка. — Главное Елену не разбудить...— как только девочка произнесла эти слова, под ее ногами заскрипела старая половица. Закатив глаза и прекусив язык, девочка быстро перешагнула чуть не сдавшую ее доску. Дойдя наконец до спальни отца, девочка задумавшись на секунду, удивилась откуда она вообще знает ее расположение. Пожав плечами, Василиса откинула эту мысль, поскольку страшно ей было до сих пор и поскорее хотелось увидеть уже хоть кого-нибудь. Родного. Благо дверь в спальню не скрипела и Василиса без проблем проскользнула в комнату. Бордовые обои в ночной тьме казались ужасно черными, как и пугающие занавески. Нервно сглотнув, девочка устремилась прямиком к кровати. Та на удивление оказалась двухместная. С облегчением увидев, что вторая половина кровати свободна, и никакая Елена на ней не валяется, Огнева смогла спокойно уместиться на противоположной стороне кровати, свернувшись в комочек. Нортон-старший спал развернувшись к стене, сложив руки на груди и чуть нахмурив брови. Сходство между дочерью и отцом прослеживалось даже здесь. Вскоре, когда в открытую форточку подул холодный, ночной вечер, девочке стало зябко. Робко потянув край одеяла на себя, Василиса не заметила, что Огнев уже давно не спит. Укрывшись по щиколотки, девочка попыталась игнорировать холод и наконец заснуть, как вдруг чья-то теплая ладонь помогла натянуть одеяло по плечи. Василиса вздрогнула и быстро развернувшись, встретилась со строгим взглядом отца. — Ой... — только и смогла вымолвить та. — Я думал ты достаточно взрослая что бы спать одной, — спокойно проговорил Нортон-старший, ложась обратно, но не сводя взгляда с дочери. — Прости, я просто... мне там страшно было, — девочка сконфуженно сжалась, не зная чего ожидать. — Ты же в моем доме, — фыркнул Нортон-старший. — Никто сюда не сможет пробраться без моего ведома. — Я шкафа испугалась...— пробормотала Василиса, накрываясь одеялом с головой, пряча алые от стыда и смущения щеки. С наружи послышалось ехидное "Ну конечно, чего же ещё в этом мире боятся". — Почему ты мне раньше не сказала? Передвинули бы твой несчастный шкаф в другую сторону, — из уст Нортона-старшего это звучало очень подозрительно и весьма неожиданно. — Я... не знаю. Я вообще не хотела никого тревожить, тем более к тебе в спальню идти... — Елены боялась? — шепнул отец, обращая к вылезшей из-под одеяла Василисе, смеющийся взгляд. — Угу. — Сколько тебе лет, девочка?! Для полного счастья мне не хватает только с ней ночевать, боже упаси, — казалось ещё чуть-чуть и Нортон старший не сможет удержать смеха. Василиса удивлённо рассматривает отца. Казалось он открывается ей с совершенно новой стороны. Возможно, это из-за того что они здесь совершенно одни, или из-за того что все таки на часах четыре утра и мужчина не в состоянии быть предельно серьезным. Или он просто неожиданно осознал, что только что, его собственная дочь пришла к нему, потому что ей одной было страшно. К нему, кто обращался с ней не лучшим образом, не навещал все 12 лет, да и вообще, далеко не образцовый отец и муж. Но как ни странно, Василиса не могла заставить себя не испытывать к нему теплые чувства. Хотя бы... чуть-чуть. Возможно, в ней говорила родная кровь. А может, она просто замечала те редкие, заботливые взгляды из под тишка, те движения рук, что загораживали Василису от какой-либо угрозы. И хоть и редкие, но знаки внимания и любви, чаще всего выражающиеся через подарки и привилегии. — Спи, Василиса, — Нортон старший коснулся на последок макушки дочери, после чего отвернулся к стене, прикрывая веки. — Спокойной ночи... Казалось ничего не было в ее жизни сложнее, чем произнести это слово. — ... папа. Губы Нортона старшего сами собой расплылись в трогательной улыбке.