Дикая вишня

Я листок, я гибкий стебель, я сосновая ветвь, я влажная кора березы после дождя…

— Эстерит, дитя моё, что ты опять бормочешь? Старая нянька внимательно взглянула на меня. Не с укором, как обычно, а по другому — встревожено изучая взглядом мое задумчивое лицо. — Ах Мирга… Так хочется выйти на свежий воздух… — Не говори ерунды! Ты вышиваешь всего лишь час, не больше — строго перебила меня воинственная старушка. Ну не объяснять же ей, что ровно в полдень я собиралась сбежать, чтобы отправиться с подругой в лес! Что-ж… Непреклонность моей нянюшки требовала сменить тактику. — У меня так болит голова, — надев на лицо измученную гримасу, как можно жалобней протянула я — мне бы только пять минуток на крыльце постоять. — Знаю я твои «пять минуток» — сердито буркнула в ответ Мирга, в данный момент очень похожая на потревоженную квочку — как только дверь за собой закроешь, кроликом ускачешь в лес. А потом жалуешься что стежки не ровные — нянька сурово ткнула пальцем в полотно, на котором я безрезультатно пыталась вышить свой фамильный герб. — Ну пожалуйста! — Нет! — отрезала моя нравоучительница (и мучительница тоже) и демонстративно сдвинула свои очки на кончик грушеподобного носа. Что-ж, Мирга всем своим видом давала понять, что в этот раз мне её провести не удастся.

***

Конечно-же Саппель на условленном месте не было. А чего я ожидала? Мне удалось улизнуть от несносной Мирги лишь вечером и уверенности в том что она по прежнему меня ждёт не осталось. Но и возвращаться назад я не собираюсь.Бодро спускаясь по склону в сторону леса, я любовалась по-весеннему ожившей природой. Поля усланы сочно-зелёной травой, ещё не успевшей порыжеть от лучей жаркого солнца, на которой нежно пестрели хрупкие подснежники. Птицы, восторженно заливаясь на все голоса восхваляли весну, воспевая в своих незамысловатых гимнах солнце, лазурное небо над головой, жизнь. Извилистая тропинка все дальше уводила меня от дома и чем ближе была моя цель, тем больше радостное предчувствие захватывает меня. Когда наконец я увидела его, сердце вздрогнуло и не помня себя от счастья я стремглав бросилась вперёд, навстречу громадным соснам, которые своими густыми кранами тянулись ввысь, к облакам. Возможно, ради таких моментов я и жила… Я обнимала сосны, лаская пальцами огрубевшую от долгой зимы кору. Я носилась как умалишенная, от одного деревца к другому. Я шепталась с серебристой травой, пела песни березе, смотрела как на моих глазах распускаются нежнейшие лепестки первых цветов. Я смеялась и плакала от счастья. Я гладила нежные иголки ели. Я любовалась узорами на крыльях невесомой бабочки, что так бездумно села на мой палец. Я смеялась, опьяненная хвойным запахом. Запахом смолы, влажной земли и свободы… Совершенно не заботясь о моём новом платье, я раскинулась на земле, покрытой изумрудным мхом. Пальцами расправляя спутавшиеся стебли травы и закрыв глаза, слушала… Слушала звуки которые были мне жизненно необходимы.

Я листок, я гибкий стебель, я сосновая ветвь, я влажная кора березы после дождя…

Это голос леса. Лес что-то хочет мне рассказать. *** И правда, меня потянуло к ручью. Осторожно раздвигая густые сосновые ветви, я шла на звонкий голос проснувшейся от долгого сна воды. Звук постепенно становился отчетливее и вот я уже стою по колено в ледяной воде. Зубы сводит от холода, но я упрямо слушаю шумный голос ручья. Здравствуй сестра Без тебя было холодно Ты наполняешь лес теплом своей души… Я молча слушала, улыбаясь, лаская пальцами студеную воду. Легкий шорох заставил меня резко обернуться. Ничего. Только легкий ветерок слегка колышет стебли травы. Окончательно посинев от холода, я выбралась на берег и чтобы согреться, решила пойти на более солнечную сторону. Залитая солнцем поляна, посреди которой одиноко колышет ветвями дикая вишня. Старое, но по-прежнему мощное дерево было усыпано нежно-розовыми цветами. Аромат цветущего дерева свел меня с ума и завороженная, я обняла массивный ствол, слушая как скрипучим голосом вишня рассказывает мне свою историю. Я семя, я росток, я нежная ветвь, я зеленеющая крона… — Как дивно — незнакомый мужской голос заставил меня вздрогнуть от неожиданности. Резко отпрянув от дерева, я испуганно всмотрелась в нежно-розовую крону. — Кто Вы? — голос зазвенел от напряжения. — Поднимись выше, узнаешь. Хотелось взять и уйти, но моё природное любопытство взяло верх, да и пугливой я никогда не была. Подобрав юбки, я стала карабкаться по ветвям, стараясь не задеть цветущие бутоны, которые уже вовсю были атакованы пчелами. Я поднималась все выше и выше, но ничего, вернее никого не было видно. Цепляясь за очередную ветвь, я все-таки умудрилась наступить на платье (будь оно неладно). Нелепо взмахнув в воздухе руками, я приготовилась падать. В последний момент чья-то сильная рука схватила меня за локоть и рывком вытащила на самую верхушку дерева. Боль в локте была такая, что в глазах потемнело и я изо всех сил закусила губу чтоб не разреветься. Когда же тёмная пелена отступила, я наконец-то увидела своего спасителя и обладателя незнакомого голоса. Вальяжно развалившись на сплетении веток, которые действительно походили на подобие кресла, он пристально рассматривал меня. Также как и я его. Высокий. Сильный. Так-так… А вот это уже интересней. Абсолютно не сочетающиеся с его мужественными чертами, взъерошенные волосы необычного пепельного цвета. Посмотрев молчаливому парню в глаза, подивилась глубине цвета. Серые, будто окутаны туманом… — Ты так и будешь смотреть и молчать? — он едва заметно приподнял бровь. Я оторвалась от созерцания его волос. — Вы же тоже молчите. Он немного старше меня. Но смотрит так, будто на провинившуюся девчонку. Вечер. Нежно-коралловое небо. Закат. В свете заходящего солнца, вишня оделась в золотистое покрывало. Цветы казались ещё нежнее и прекраснее. — Почему Вы так смотрите на меня? — не удержалась от вопроса. — А как я должен смотреть? — Как угодно, но только не так — не растерялась я. Боже, как же пристально рассматривает. Он что, дыру просверлить во мне хочет? — Что ты здесь делаешь? — В каком смысле «что я здесь делаю»?! — я задохнулась от возмущения — я здесь живу! Он улыбнулся так ласково, что моё возмущение сразу испарилось. Резко поднявшись своего «трона» он протянул руку, предлагая помощь. — Благодарю, я справлюсь сама — как можно более холодно отчеканила я. Игнорируя его руку, я попыталась так-же величественно встать. И как обычно бывает в такие ответственные моменты, нелепая случайность может свести все старания на нет. Причиной моего провала послужило платье (гореть ему в аду). Галантно подхватив меня за талию, незнакомец одним махом, ловко как кошка цепляясь за ветки спустился вниз. — Отпустите меня немедленно — голос мой прозвучал сипло от смущения и злости на свою неуклюжесть. С победоносной улыбкой он смотрел на моё пламенеющее лицо, которое по насыщенности соревновалось с закатом. Лишь только он расцепил руки, я стрелой помчалась прочь, слыша за спиной его смех и голос: — Встретимся завтра, Эстерит. Я резко остановилась как вкопанная. — Что? — от изумления тихо прошептала я. Никого не было. Догорал закат. Вишня слегка покачивалась от ветра. *** Я бежала так, будто за мной гнался смерч. Едва не сбив с ног оторопевшую Миргу, которая так не кстати спускалась по лестнице, я влетела в свои покои, шумно закрыв дверь. Моё имя. Он знает моё имя.