Дышать тобой

      Наверное, у Джуна есть крылья, потому что он так похож на моего ангела. Только сейчас я понял, как он меня спасал все это время. В день с прогнозом на ливень, когда я забывал дома зонт, он приносил с собой запасной для меня. Когда было холодно, давал мне свою джинсовку без лишних вопросов, сам оставаясь в легкой рубашке или футболке. Покупал мне еду, когда я забывал деньги в другом рюкзаке. Все время ждал и провожал до дома.       Он заботится о моем сне, здоровье, даже о моей успеваемости в школе на самом-то деле. Он рядом всегда. И так было даже до этого ненужного осмотра. Потому что Джун знал все без него.       Если поддаться воспоминаниям, то как только он перешел в нашу школу, он сразу же захотел сидеть со мной за одной партой. Позже я, конечно, расстроил тогда еще незнакомца тем, что местечко это уже занято… Но он все равно сел рядом, за парту на соседнем ряду. Он был близко, и разделял нас только проход меж рядами. Можно было дотронуться до него рукой, чтобы разбудить тогда, когда он засыпал на уроках из-за частых съемок до поздней ночи.       Мы стали друзьями. Наше общение было таким, словно я его всю свою жизнь знаю, потому что рядом с ним было всегда легко и весело. Я знал — он моя поддержка в любой ситуации.       И вот сейчас, когда маму забрали на скорой… Джун остался со мной. Потому что без него я бы действительно сошел с ума этой ночью. Потому что я на самом деле слабый человек, который притворяется сильным. И он знает об этом. — Может ты прекратишь так тяжело вздыхать? Я знаю, что ты очень переживаешь за маму, но, пожалуйста, лучше не думай о ней сейчас. — Я не о ней думал, а о тебе… Спасибо тебе. — За что? — За все. Например, за то, что сейчас ты рядом со мной. Спасибо. — Джун обнял меня сильнее раза в два. — Задушишь! — Прости, — объятья прекратили свое существование, он убрал руки, и стало слишком… — Холодно. — Ты замерз? Давай укроем тебя. Где я могу найти плед? — Без тебя холодно. Холодно до жути и неудобно совсем. — он посмотрел на меня, склонив голову на бок, слегка ухмыляясь. Издевается. — И? — Обнимешь меня? — Нет. — Тогда могу я сам это сделать? Обнять… — Зачем спрашивать, если можно сделать? — Настолько нежной улыбки на его лице я еще не видел.       Я встал с дивана, становясь напротив Джунхуэя. Моя нерешительность — самое большое наказание. Просто застыв напротив в сомнениях, я выглядел как полный идиот. В это время печать с именем самого прекрасного человека на свете начала гореть, так же, как это было раньше. Уверен, мое лицо исказила жуткая гримаса боли, потому на лице напротив застыл испуг. Джун потянул меня за руки, усаживая себе на колени. Я обнял его. И возможно, слишком крепко, из-за боли печати.       Джун привлек мое внимание и указал на свои ключицы. Су Минхао - вот, что я там увидел. — Видишь, Хао… Она не болит. Не болит — потому что я не сомневаюсь в своих чувствах к тебе. — Я… она горит. — Потому что даже сейчас ты сомневаешься. Правильно это или нет — обнимать меня, — так и есть.       Неожиданно. Его рука пробралась под мою футболку, ложась точно на место печати. Стало легче. Я мог различить собственный силуэт в отражении его глаз.       Он наклонился вперед. Я закрыл глаза. Услышал тихое «хм…» Джуна на этот мой жест. А после он меня поцеловал. Это не было чем-то навязчивым и пошлым, нет… Это было очень легко и очень нежно, так, как умеет только он. На этот раз в голове моей нет ни одной мысли сомнения. Я просто отвечал на поцелуй, потому что знал — это правильно. — Я люблю тебя. Я очень сильно. Я очень-очень тебя люблю, Хао. — Я тоже? — Почему ты у меня это спрашиваешь, а?! — повалив меня на диван и нависая сверху, Джун рассмеялся, словно сумасшедший, а затем снова припал к моим губам.

***

      С того дня прошло всего две недели. Но, кажется, многое в моей жизни изменилось.       Все экзамены сданы, и теперь мы с Джуном серьезно думаем о том, куда бы подать документы на поступление. Я хочу в педагогический. Джун мечтает стать врачом, хотя мысли о театральном также не дают ему покоя.       Маму сегодня выписывают. Все обошлось, и это не может не радовать. Она полностью пришла в норму. Мы были у нее вчера, и она так улыбалась, искренне светясь счастьем изнутри, потому что кое-кто признался, что вместе.       Кстати, Джун переехал ко мне. Говорит, жизнь в этом доме для него просто прекрасна. И вспоминая его дом, комнату — я это понимаю.       Не понимаю только одного, как я раньше засыпал без него? Как существовал? Он должен быть в моей жизни 24 часа в сутки и желательно каждую секунду. Хотя это только мечты, потому что это невозможно, ведь у Джуна работа и прочее.       Нам крайне тяжело друг без друга. Его существование делает мир краше. Рядом с ним тепло и уютно. Когда мы не рядом, ему дышать становится практически нечем, потому что — он дышит мной. Впрочем, теперь такое случается редко.       И все-таки сказки о соулмейтах оказались реальностью. О тех единственных и неповторимых; о тех, с кем у тебя жизнь связана тонкими, невидимыми ниточками; о тех, кто будет понимать тебя с полуслова; чувствовать на расстоянии, и многие другие сказки. Сказки, в которые я теперь верю.