Спаситель

Слёзы все текли и текли, боль всё сильнее начинала пульсировать в висках. И ведь никого рядом не было, чтобы утешить тебя. Даже Феллов… Ты готова была удавить себя за то, что согласилась на такую глупую сделку, что сдалась почти сразу. Вообще это был не твой стиль — сдаваться, почти не пытаясь что-то исправить, но похоже ты находилась в настолько глубоком отчаянии, что в голове бушевал океан мыслей, тем самым не давая принять действительно разумное решение. «Соберись, тряпка!» — пыталась ты взять над собой контроль, — «Надо что-то делать…» — пронеслась довольно очевидная мысль у тебя в голове. Сама заварила всё это, самой и расхлёбывать… Кое-как утерев слёзы, ты наконец начала думать, сидя на прохладной земле и болтая босыми ногами в светящейся речке рядом с полем. Папайрус недавно говорил, что им с Сансом надо будет на этой неделе уйти из дома на несколько часов. Когда ты спросила, куда и зачем, получила в ответ лишь едкое «Тебя это не касается, мелочь». Но есть шанс того, что они планируют покинуть на время их вселенную, что было бы очень кстати. Ты можешь попробовать провернуть такой же фокус, какой уже практиковала на Сансе, когда он пошёл надирать задницу Феллам. Но в первую очередь, тебе надо придумать достойное оправдание тому, где ты так долго пропадала. Может сказать, что ты встретила Напстаблука, и он затащил тебя к себе домой? Нет, ты ему даром не сдалась… Или просто заблудилась? Бесполезно, Феллы как обычно назовут тебя идиоткой или тупицей и запрут в комнате без еды и воды, что будет ещё хуже… А как насчёт такой версии: тебе стало плохо и ты отключилась? А проснулась только сейчас? Хм, вполне сойдёт за правду. К тому же в последнее время ты и так вела себя, будто заболела, так что это сыграет тебе на руку. Воодушевлённая тем, что возможно скоро сможешь всё исправить, ты встала, отряхнула и без того помятые и запачканные шорты, обулась в рядом лежащие потрёпанные кеды и направилась к дому Феллов. Дошла ты довольно быстро, ведь когда возвращаешься куда-нибудь, время всегда летит в разы быстрее, чем обычно. Но вот ты уже стоишь перед дверью с знакомыми царапинами и вмятинами. Ты медленно открыла дверь и шагнула внутрь. Закрывая дверь, та возмутилась и недовольно скрипнула, отчего ты, будто на живого человека, шикнула и нахмурилась. Ты огляделась. Тишина. Никого. «Может они ушли на патруль?» — подумала ты и решила проверить все комнаты. Сначала ты пошла на кухню. На столе стояли две грязные тарелки с вилками, а на плите стояла кастрюля с остывшими спагетти. Похоже, они всё-таки ушли на патруль, предварительно подкрепившись. В гостиной тоже пусто. Далее ты пошла в комнату Санса. Там тоже ничего ты не обнаружила, те же разбросанные носки по всей комнате, скомканная одежда, не заправленная постель. Впрочем, ничего нового. В комнате Папайруса ты тоже никого не нашла. А вот и настал черёд твоей комнаты. С первого взгляда, здесь тоже всё осталось на местах, но тут твой взгляд упал на записку и телефон на тумбочке. — «Позвони, если посмеешь вернуться». Ну зашибись. Но лучше объяснить всё по телефону, чем выслушивать лекции в грубой форме и получить пару ссадин. Хотя, ты скорее всего всё равно их получишь, ведь они всё-таки вернутся домой. Ты набрала номер, указанный в записке и ждала, пока с того конца возьмут трубку. Через три гудка, ты услышала как всегда хриплый и безразличный голос Папайруса: — Кто это? — Эмм, привет, Папайрус… В общем, я как бы пришла домой, и… — невнятно пыталась ты объясниться. — Ну всё, пиздец тебе! — перебил тебя Папайрус и бросил трубку. «Это уж точно…» — пронеслось у тебя в голове. Буквально через примерно семь минут, домой ворвался разъярённый скелет. Он естественно наорал на тебя, а потом побил. Причём больнее и больше, чем обычно. — А теперь быстро объяснила, какого хера ты делала?! — потребовал Папайрус, грозя пнуть тебя ещё разок своим ботинком. — Я-я… Я потеряла сознание… И очнулась только н-н-недавно… — уже не в силах говорить внятно промямлила ты. Папайрус со всей дури пнул тебя в живот, отчего на глаза сразу навернулись слёзы, пока ты пыталась запихнуть в лёгкие хоть капельку воздуха. — Жалкое, тупое создание… — плюнул напоследок Папайрус, приправив своё изречение замысловатыми ругательствами, и, громко хлопнув за собой дверью, ушёл. А ты последующие минут десять пыталась привести дыхание в порядок, нервно глотая ртом воздух. «Надеюсь их обоих когда-нибудь настигнет жёсткая карма», — в сердцах мечтала ты. Весь оставшийся день ты пыталась вести себя настолько покорно, насколько можно, лишь бы тебя не посадили под домашний арест. Мыла посуду, прибиралась, исполняла каждую прихоть хозяев (опекунами ты уже точно назвать их не могла). И вот уже десять часов вечера. Папайрус сообщил, что завтра рано утром они с Сансом уходят, поэтому они запрут входные двери на замок, на случай, если ты опять захочешь убежать. Казалось бы, остаётся совсем чуть-чуть потерпеть и уже совсем скоро ты увидишь своего любимого! Ты лежала на кровати и мечтала о том, как возможно скоро снова почувствуешь поцелуй возлюбленного на своих губах. Но тут твои мечтания прервал Санс. Он вошёл в твою комнату в облике человека и сел на кровать рядом с тобой, предварительно закрыв дверь на щеколду… — Ты у нас сегодня особенно послушная, — как-то по-звериному смотря на тебя, почти шёпотом сказал Санс. Ты промолчала, трясясь от страха как осиновый лист. — Ну так исполни ещё один приказ… — красноглазый мерзко улыбнулся и потянулся к тебе. Ты отстранилась, но это было бесполезно, ведь Санс схватил твои запястья и придавил их к постели, нависнув над тобой. Ты была словно зверёк, забившийся в угол, и Сансу это нравилось. Ты уже знала, что он собирается сделать, но как только его язык оказался у тебя во рту, ты испугалась ещё сильнее. Он грубо лазал у тебя во рту, параллельно медленно стягивая с тебя одежду. И ты не могла ничего поделать, ведь Санс держал твои руки над твоей головой мёртвой хваткой. Он стянул с тебя футболку и лифчик, принимаясь лапать твою грудь, отчего ты снова попыталась высвободиться, так как даже от осознания того, что с тобой делают и собираются сделать, инстинкт самосохранения притупляет всё, что только можно. Санс одним движением стянул с себя футболку и шорты, полностью оголяя своё тело, а с тебя стянул шорты и трусики. Он нагло проник в тебя пальцами, отчего ты издала хриплый стон о пощаде. А Санса это заводило ещё больше. Но вот, больше не медля, он резко вошёл в тебя уже своим половым органом, всё ещё не отпуская твои руки. Из тебя вырвался душераздирающий вопль, а на простыне появилось яркое пятно крови. Было такое ощущение, что он разорвал тебя пополам, но Сансу было абсолютно плевать на твои чувства. Он сразу начал довольно быстро двигаться, отчего с каждым его толчком ты кричала ещё громче, ведь боль была просто невыносимой. Через несколько минут твоей пытки, Санс начал двигаться ещё быстрее, заставляя тебя терпеть всё это, глотая слёзы. Плюс ко всему он ещё и бил тебя в процессе самоудовлетворения, говоря заткнуться, поэтому ты просто ждала, когда всё это закончиться. В последующие минут тридцать Санс заставлял тебя буквально скакать на нём, бил тебя, чуть ли не вырывал волосы с корнем, а под конец ещё и заставил взять в рот его… Кхм, ну вы поняли. Ты давилась, молила его прекратить, но он лишь прикрикивал на тебя и пинал коленкой в бока. Но вот он наконец кончил, окончив твою ужасную пытку. Он оделся, бросив тебя на полу, и ушёл, кинув напоследок «Неплохо для первого раза». Тебя так унизили… Ты была истощена, и морально, и физически. Тебе не хотелось ничего делать, просто лежать на полу и рыдать. Но где-то глубоко внутри ещё была маленькая надежда на то, что всё наладится. А надежда умирает последней. Поэтому ты утёрла слёзы, надела на себя обратно одежду и легла в кровать, надеясь, что уснёшь быстро, ведь завтра тебе надо будет вложить все старания и усилия в задуманное дело. И как ожидалось, где-то через минуту ты провалилась в сон, настолько истощена ты была. Ты еле разлепила веки и посмотрела на часы. 6:56. Как только ты осознала, что почти проспала, то сразу же вскочила с кровати, но в этот же момент осела на пол и зажмурилась. В нижнюю часть живота будто гвоздь воткнули. Ржавый. Но ты понимала, что времени на это не было, поэтому через боль встала и аккуратно вышла из комнаты. Из кухни послышались как всегда раздражённые голоса Папайруса и Санса. Похоже, они доедали завтрак и собирались отправляться в путь. И правда, через секунду из кухни в гостиную вышли скелеты, и уже знакомый тебе красный огонь начал обволакивать их. Ты в ужасе понеслась к ним, пытаясь перетерпеть боль. И к твоему огромному счастью, ты в последний момент успела коснуться огня и переместится вместе с ничего не подозревающими скелетами в звёздный коридор. Когда вы телепортировались, ты рухнула на пол, отчего боль пришла с новой силой, и ты чуть не вскрикнула. Санс и Папайрус пошли вперёд, но ты помнила, что твоя вселенная где-то вначале, поэтому поняв, что тебе уже почти ничего не угрожает, ради собственного удовольствия, показала Феллам в спину средний палец и одними губами, беззвучно обругала их самыми мерзкими ругательствами, которые ты знала, а потом с немного кривой улыбкой на лице от всё ещё не ушедшей боли понеслась к нужной тебе двери. А вот и она, старая добрая надпись «Undertale». Немного покарябанная и потрёпанная, но в этом весь сок! Ты радостно переступила порог домой. «Господи, как же я скучала по этому родному снегу!» — воскликнула ты про себя, словив парочку снежинок. Ты снова дома! В родном лесу! Рядом с родной аркой… Ты посмотрела на цветы. И действительно! Лепестки роз были на месте! Оставалось лишь вернуть им былую синеву, поэтому ты стремглав помчалась домой. Пока ты бежала, у тебя в голове пронеслось много мыслей: «А что, если он меня уже разлюбил?», «Я так близко к нему!», «А если он отвергнет меня?», «Как же я его люблю, как же я по нему скучала!». Но ты их не слушала, ты ждала того момента, когда снова увидишь Санса. Твоего Санса. И плевать, если он отвернет тебя, плевать, если он разлюбил тебя, ты просто хотела увидеть его и снова почувствовать, что вот он, рядом, хотя бы на одно мгновение. Ну, вот ты и снова здесь. С того момента, как ты ушла, ничего внешне не изменилось, лишь на двери появился венок из веток ёлки. «Так оказывается Новый Год уже скоро! Ну и подарок Сансу будет! Если конечно он захочет этот подарок», — усмехнувшись подумала ты и немного робко постучалась в дверь. Никто не ответил. Ты постучала ещё. Снова тишина. Ты попробовала войти и, на твоё удивление, дверь оказалась открытой. Изнутри тоже витала праздничная атмосфера: повсюду висели светящиеся гирлянды и бумажные гирлянды-снежинки, перила были обмотаны мишурой и ветками ёлок, а посреди гостиной стояла большая ёлка, украшенная снизу доверху. А игруше-е-ек, проси не хочу! И маленькие подарки, и снегири, и маленькие копии Деда Мороза и так далее. Ты бы вечно могла просто вот так стоять и любоваться это прекрасной ёлкой, но у тебя есть незаконченное дело! Ты прошлась по всем комнатам, но никого не было дома. Ты решила проверить задний двор, но и там никого не было. Ты немного расстроилась, но потом вспомнила, что есть же ещё крыша, куда ты собственно и пошла. А вот и он. Санс сидел в человеческом облике в одиночестве и свитере. Знаете, такие глупые свитера с оленями и снежинками, которые появляются везде, где только можно под Новый Год? Именно такой свитер надел Санс. Ты немного приблизилась к нему и заметила, что у него что-то в руке, и он печально смотрит на это. Приглядевшись, ты поняла, что это твоя фотография. Твоё сердце сразу, без предупреждения начало танцевать счастливую чечётку. Он не забыл тебя! А что ещё главнее, он тосковал по тебе. Немедля больше ни минуты, ты легонько дотронулась до его плеча. — Я скоро спущусь, Фриск, дай мне ещё пару минут, — не оборачиваясь, с грустью пробубнил себе под нос Санс. Как ты скучала по его голосу, у тебя буквально таяло всё внутри. — И снова не угадал, — наполовину шутливо, наполовину распирая от счастья, сказала ты. Санс резко обернулся. На его лице отразились сразу море эмоций. Он и радовался, и был безумно удивлён, и испуган непонятно от чего, в общем полный букет! Но он ничего не делал, просто смотрел на тебя, будто боясь уже в который раз потерять тебя. — Даже не обнимешь? — шутливо поддела ты сконфуженного Санса. — Т-ты… вспомнила меня? — нервно спросил он. — Конечно я вспомнила тебя. Что за человеком я бы была, если бы забыла навсегда тебя. «Обижаешь, малой», — ты давно хотела использовать фразу Санса в его же сторону. Санс резко выдохнул воздух и широко улыбнулся, смахнув набежавшие слёзы с глаз. — Малая… Ну я же просил больше так не делать… — наигранно обиженным тоном сказал Санс. — Ну извините, ты сам не дал мне тогда всё объяснить, — в свою очередь наигранно возмутилась ты. — Господи, какой же я идиот, извини меня пожалуйста… — Извинения приняты. — Иди уже сюда, как я по тебе скучал, — подозвал тебя к себе Санс и поцеловал. Боже, как ты скучала по этим взрывам чувств, по вкусу его губ, тебе так не хватало этого. Санс, похоже испытывал то же самое, так как аж зажмурился от удовольствия и притянул тебя к себе ещё ближе. — Пожалуйста, не бросай меня больше… — немного отклонившись подала голос ты. — Никогда, обещаю, — даже несмотря на то, что Санс ненавидел давать обещания, он был готов пожертвовать всем ради того, чтобы сдержать это обещание. — Как тебе подарок на Новый Год? — хихикнула ты. — Просто изумительный, — нежно рассмеялся в ответ Санс, — Я люблю тебя. — А я тебя больше. — А я тебя ещё больше. Как только эти заветные слова прозвучали, розы, где-то в лесу, на арке, давно забытые, снова залились синей краской. Но теперь они ещё и ярко-ярко светились, привлекая светлячков, пытающихся подражать им. Но ничто не может светить ярче, чем любовь. Ты с улыбкой наблюдала, как Санс бегает среди эхо-цветов с Авророй, заставляя ту хохотать ещё больше. Слышать хохот собственного ребёнка, осознавая, что он счастлив — приятнее всяких похвал. Да и наблюдать за мужем, бегающим среди цветов с дочерью, словно ребёнок, тоже сразу вызывает широкую улыбку. Ты вдруг вспомнила о том, как же теперь спокойно, когда Феллы полностью исчезли из твоей жизни. Когда Санс узнал в подробностях от тебя, что Феллы делали с тобой, он уже обратился за крайней помощью, то есть, за помощью Инка. Ты не знала как, но после того, как Инк навестил Феллов, они больше никогда не напоминали о своём существовании. Даже телефон Санса перестал трещать от постоянных звонков и сообщений с угрозами. Ты была безумно счастлива, что тебе больше никогда не придётся иметь дело с этими уродами. Лежащий у тебя на руках Марк начал возмущаться по поводу того, что мама задумалась и перестала качать его. — Тише, тише… — пыталась ты успокоить своего малыша. Но он не унимался и продолжал плакать. — Ну в самом деле, перестань плакать. Тебя так много всего ожидает, — малыш притихнул и заинтересованно посмотрел на маму, внимательно слушая её нежный голос, — нормальная человеческая жизнь. Ипотечные выплаты, работа, постоянное ноющее чувство внутренней пустоты. Прибереги слёзы на потом, малыш.