Невеста Олега Брагина

POV Марина Я видела всё с самого начала, видела, как Олег с Костей вышли из операционной, разговаривали, смеялись, потом Лазарев убежал, а к Олегу подошла эта девица, окликнула его и сразу набросилась с поцелуями. Я подошла ближе, оставаясь незамеченной. — Ну, и как это понимать? — Олег резко отстраняет от себя девушку, да так резко, что она еле устояла на ногах. У Олега виноватый и одновременно испуганный взгляд. — А, вас, простите, как зовут? — Обращаюсь я к молодому ординатору. — Аня! — Отвечает она, гордо задрав подбородок. — Анечка, не могли бы вы нас с Олегом Михайловичем оставить наедине, очень поговорить хочется! Специально в свой выходной приехала! — Девица, нагло улыбаясь, склонила голову набок. Я взглянула на Олега, и снова перевела взгляд на неё. — Свали, а! — После чего Анна хмыкнула и ушла, пару раз оглянувшись. — Ох, очень грубо! — Ты чего делаешь кот драный? Совсем уже охренел? — Хлопнула я его по плечу. — А я-то чего? — Попытался он возразить мне. — Ну-ка посмотри на меня! — Я взяла его за подбородок, чтобы видеть глаза. — Ой, я знаю этот кошачий взгляд! Переспал уже с ней, да?! — Марин, да ты чего? Сама она! Я сейчас вообще не виноват! — Начал оправдываться Олег. — Ладно, Брагин, расслабься! Я всё видела, ты не виноват! Но ещё раз увижу что-то подобное, положу на операционный стол! Ни мне, значит никому! Понял? И её в первую очередь! — Я махнула рукой в сторону, где скрылась новенькая. — Понял. А вот её сколько угодно, я тебе даже спасибо скажу! — Кивнул Олег. — Так и чё это всё? Больше не будет криков, истерик, рукоприкладства? — Удивленно озвучил свои мысли Олег. — А ты хочешь что ли? Или всё-таки есть за что? — Улыбнулась я. — Не хочу! А ты чего пришла-то, а? — Держи! — Отдала ему ключи от дома, которые он забыл взять утром. — Так вы же все дома, открыли бы. — А мы сейчас все уезжаем, — начала я, видя, что Олег хочет спросить, добавила, — по делам! — А что это за дела, что вы все вместе едите их решать? — Вот всё тебе знать надо! Всё, ключи я тебе отдала, мне пора, родители в машине ждут. Проводишь? — Я кивнула в сторону выхода. POV Олег — Провожу, конечно! — Я обнял Марину за талию, она не стала скидывать руку, как обычно, это было. — Всё, до вечера! — Поцеловала меня в губы и пошла к дверям Склифа, но, не доходя до двери, остановилась и вернулась. — Брагин! Не дай Бог, я ещё раз что-нибудь такое увижу! — Пригрозила Марина пальцем. — Разберись с этим недоразумением! — Нарочинская, иди! — Подтолкнул я её к выходу, шлёпнув по попе. — Я всё равно люблю только тебя! — Сказал я, показывая ей свои ямочки. Марина сразу улыбнулась в ответ. — И я тебя люблю, Брагин! — Тихо проговорила Марина, ещё раз чмокнула меня и вышла за пределы больницы.

***

— Кто-нибудь видел Аню? — Я ходил по отделению, пытаясь найти своего ординатора. — Салам, ты новенькую не видел? — Олег Михайлович, она у Ивана Николаевича на операции. — И что она там делает? Оперирует, а позволил кто? — Возмутился я. — Нет, что вы! Иван Николаевич разрешил ей только смотреть. Костя ассистирует! — Пояснил Салам. — Олег Михайлович, а вы знаете, что Костя сам почку удалил? — Знаю, мне самому первому и рассказал! Спасибо, Салам, пойду я. А в какой они операционной? — Во второй. — Я кивнул Гафурову и пошёл в операционную. — Иван Николаевич, добрый день. Помощь нужна? — Поинтересовался я, заходя в операционную и надевая на лицо маску. — Нет, спасибо, Олег! Мы с Костей почти закончили! — Отлично! Я тогда у вас Анюту заберу! — Я резко дернул девушку за руку, вытаскивая её в предоперационный блок. — Олег, мне больно! — Пропищала девица, пытаясь высвободить свою руку. — Олег Михайлович для тебя! Пошли! — Я вытянул её в коридор и пошёл на поиски пустой палаты. Найдя пустую палату, я втащил туда Анну, закрыл дверь, повернул ключ, и опустил жалюзи на окне. — Олег… Олег Михайлович, что вы делаете? — Испуганно пропищала девушка. — Я? Я ничего! А вот ты что устроила? Что ты себе позволяешь? Думаешь, я поведусь на твои глазки или поцелуйчики? Так нет, не поведусь! Да я и десять лет назад не повёлся бы на это! — Девчонка уже вся тряслась от страха, я это видел, но останавливаться не собирался. — Я сам всегда выбираю женщину, а не они меня! И я свой выбор уже давно сделал! У меня жена есть, которую я люблю! А ты либо найди себе другого дурачка, либо уходи из больницы. Тебя здесь держать никто не будет! И ещё раз сделаешь что-то в подобном роде, сам лично выкину за шкирку из Склифа! Поняла? — Я дождался от перепуганной девчонки кивка и покинул палату.

***

— Нинок, ну, чего ты такая кислая? — Я сидел рядом с Ниной и пытался всячески её развеселить, но у меня ничего не получалось. — А поехали к нам сегодня, хочешь? — Хочу! — Нина подняла на меня глаза. — А на ночь оставишь? А то мне одной дома так хреново! — Почему одной? — Не понял я. — А Евгений твой? — А Евгений больше не мой! И из дома он ушёл! — Из глаз подруги снова потекли слёзы. — Так, Нинуль! Прекращай реветь! Тебе нельзя теперь, а на ночь у нас останешься! Маринка не против будет! — Спасибо тебе, друг! — Нина утёрла слёзы и обняла меня. — Как у вас дела-то? Не ссоритесь? — Ой, Нина, я тебе сейчас такое расскажу!

***

Вечером, после работы, я усадил Нину к себе в машину, и мы поехали ко мне домой. По дороге я шутил, рассказывал анекдоты, в общем, делал все, чтобы моя боевая, беременная подруга не падала духом и снова не плакала. Не терплю женских слёз, не потому что раздражает, а потому что, правда, не знаю что делать, говорить и как себя вообще вести! Приехав домой, я пропустил Нину в квартиру, при этом, не забыв предупредить, что в квартире живёт ненормальный кот, который бросается на всех с порога. И Тимми бросился, но не на Нину, а на меня! Он с диким воплем повис у меня на штанине, при этом умудряясь зацепить кожу на ноге. Я его еле отодрал от ноги под Нинин смех. Ну, хоть подруге смешно. Задрал штанины, на ноге было несколько кровавых полосок. — Убью! — Я с криком погнался за котом, который нырнул под шкаф, а я влетел в этот же шкаф лбом, отчего Дубровская чуть ли не упала в приступе смеха. Я нагнулся, пытаясь достать кота, но он цапнул когтями меня за руку, оставляя ещё четыре кровавых полоски. — Гад шерстяной! Я доберусь до тебя, и никакая Маринка тебе не поможет! — Я поднялся с пола и взглянул на подругу. — Ну, и чего ты ржёшь? — Заулыбался я. — Михалыч, у тебя кровь! — Сквозь смех выговорила Нина. — Да, пройдёт! — Махнул я рукой, гладя на царапины на другой руке. — Да не на руке. Ты бровь себе разбил! — Чего? — Я подошёл к зеркалу, проверяя сказанное. — Теперь тебе точно не жить! — Я снова нагнулся к шкафу, Тимми смотрел на меня бешеными глазами, которые сверкали в тени шкафа. Слабонервные люди уже с приступом лежали бы, но не я. Натянув на кисть манжет свитера, я снова попытался достать зверя, но он активно махал лапами, не давая к себе подобраться, но я и сдаваться не собирался! — Это что такое? — Послышался голос Марины. — Привет, Нин! Брагин! — Рядом со мной присела Марина, заглянула под шкаф и увидела там Тимми. — Брагин! — Ещё громче возмутилась Марина и, схватив меня за ухо, потянула вверх, при этом она уже стояла на ногах. — Я сколько раз говорила не трогать Тимми? — Когда я оказался лицом на одном уровне с ней, Марина отпустила моё ухо. — Больно ведь! — Возмутился я. — А это что такое? — Нарочинская повернула мою голову, смотря на разбитую бровь. — Господи, Олег, тебя можно хоть раз оставить вне операционной, чтобы ты никуда не влип и ничего не натворил? То бабы на него вешаются, то Тимми ему не угодил! Ещё раз увижу что-то подобное… — Да, да знаю! — Перебил я её. — На операционный стол положишь! Я помню. Я не виноват, ну, в этот раз точно, это Тимми первый на меня набросился и теперь у меня есть свидетель! — Указал я на Нину, которая до сих пор стояла в дверях. — Подтверждаю, кот атаковал первым! — Засмеялась Нина. — Зато, Нин, у нас не скучно! — Я подмигнул подруге. Вечером мои дорогие женщины заперлись в комнате и долго там что-то обсуждали, поэтому мы с папой были предоставлены сами себе. Когда наши любимые наболтались, мы все разошлись по комнатам, ложиться спать. Перед сном Нарочинская ещё раз обработала мне бровь, при этом мне еле удалось отвертеться от её уговоров, зашить рану. — Вам хирургам лишь бы резать да зашивать! Не надо, рана не большая, сама заживёт! На этом Нарочинская от меня отстала, и мы легли спать.